Глава 29
С улыбкой перевожу взгляд на Адана, лежащего рядом со мной и мирно спящего. Во сне он выглядит милым спокойным и умиротворенным, но вне того является ходячим сексуальным и иногда раздражающим.
Его нос немного подрагивает, когда легонько морщится, что вызывает умиление. Немного прядей падают ему на лоб, чуть прикрывая глаза, поэтому осторожно, чтобы не разбудить, убираю те. Его руки немного напрягаются, прижимая меня еще ближе к себе, но затем, будто убедившись, что я рядом, снова расслабляются.
Подождав пару минут, аккуратно убираю руку со своей талии, и сажусь на край кровати. Оборачиваюсь, вновь улыбаясь, и смотрю, как Адан скользит ладонями по соседней половине и, найдя подушку, прижимает к себе. Тело прикрыто покрывалом, а жаль. Хотелось бы мне любоваться им снова и снова.
Но сейчас мне хочется ответно сделать ему напиток. К счастью, в тот день, когда мы приехали сюда, то я посмотрела, что он делает для себя. Черный крепкий кофе с одной ложкой сахара.
Найдя валяющуюся на полу рубашку Адана, натягиваю ту на себя. Низ достает мне до половины бедра, поэтому не выглядит слишком вызывающе. Чтобы не вернуться прямо сейчас обратно в постель к Адану, спешу покинуть комнату, иначе есть риск, что не смогу осуществить свою задумку на кофе в постель.
На кухне нахожу турку и ставлю ее на стол, задумчиво прикусывая губу. Н разу не варила кофе. Надеюсь, что не спалю дом. Ставлю турку на плиту, в это время достаю молотый кофе и сахар. Дальше делаю все в точности, как и Адан, и, когда пенка начинает подниматься, отключаю газ.
— И что вы делали вчера?
Подпрыгиваю на месте, испуганно оборачиваясь. Рука поднимается, прижимаясь к груди.
— Ризан, — с облегчением выдыхаю, однако, когда его слова доходят до сознания, хмурюсь. — О чем ты?
Он насмешливо усмехается, окидывая меня взглядом. Поджимаю губы, переступая с ноги на ногу, когда понимаю, на что намекает.
— И еще твоя разорванная одежда валяется у входа.
Рот приоткрывается от осознания. Черт возьми!
— Кто-нибудь еще...
— Я один, можешь расслабиться, но все же стоит убрать ее.
Прикусываю губу, поворачиваясь обратно к турке. Пожалуй, кроме кофе Адан получит еще и подзатыльник. Да и я полностью выпала вчера из реальности. Адан лишает меня разума, когда находится рядом и прикасается, оставляя потрясающие поцелуи на коже. Сжимаю ноги вместе, вновь чувствуя пульсацию, словно мы не провели вчера ночь с переплетенными телами.
— Так, у вас все хорошо? — интересуется Ризан, вставая рядом со мной.
— Прямо сейчас я хочу слегка побить его.
— В целом ничего нового, — усмехается, а я смеюсь.
— Как думаешь, что-нибудь получится из этого? — ставлю наполненную чашку на стол, а турку ополаскиваю.
— Шанс есть...
— Но? — вздыхаю, ставя турку на плиту, чтобы остыла.
— Все зависит только от вас. Готовы ли пройти этот путь, не отпустить руки, если что-то произойдет.
— Философия, — ухмыляюсь, взяв кружку и устремляясь к выходу из кухни.
Ризан издает смешок, но ничего больше не говорит. Я забираю из прихожей свою испорченную и помятую одежду, а после захожу в комнату. Кидаю вещи на стоящий рядом стул, замечая и валяющиеся Адана. Нужно будет потом все это прибрать.
Он же все еще спит, растянувшись на всей кровати. Покрывало немного съехало, открывая взору мышцы на спине и красные отметки от ногтей на коже. Неужели я это сделала? Смотрю на свои ногти, словно те смогут ответить.
— Долго ты будешь там стоять? — раздается хриплый ото сна голос. Он продолжает лежать, не открывая глаз, но мышцы напрягаются и расслабляются.
Подойдя к кровати, ставлю кружку на тумбочку, замечая телефон, которого, кажется, не было, когда вставала, и сажусь на край, рассматривая спину.
— Тебе не больно? — его нос подрагивает, когда открывает глаза, молчаливо спрашивая что именно я имела в виду.
— Я исцарапала тебе спину, — провожу пальцем по одной из полос.
— Это просто рисунок, оставленный тобой. Я бы даже был не против увековечить его на своей коже.
Сердце сходит с ума, норовясь выскочить из груди и упасть в руки Адана. Не могу подобрать слов, поэтому просто наклоняюсь и прикасаюсь губами к его. Он в готовности приоткрывает рот, позволяя проникнуть языком. Сейчас в поцелуе нет страсти, только нежность. Через него я пытаюсь передать все чувства, которые испытываю.
Адан удерживает ладонями мое лицо и, перевернувшись на спину, усаживает сверху, не разрывая поцелуя. Он отвечает, ответно возвращая мои эмоции. Означает ли это, что испытывает те же чувства, что и я?
— Чертовка, — шепчет, но почему-то это звучит словно прощание. Но ведь это не так, да? Мне просто кажется? Хотелось бы, чтобы это так и было...
🤠🤠🤠
Весь день Адан кажется напряженным и каким-то отрешенным от реальности. Он не разговаривает ни со мной, ни с Ризаном, предпочитая находится где-то в стороне. Это ранит и уничтожает изнутри. То, что происходит с Аданом – незнание этого душит, доставляет еще большую боль.
— Дай ему немного времени, — произносит Ризан, когда я задумчиво смотрю в экран телефона. Даже не могу вникнуть в то, что читаю от подруг.
— Я просто боюсь, что это из-за меня...
— Нет, не думай об этом. Это никак не связано с тобой.
— Тогда из-за чего? — поднимаю умоляющий взгляд на Ризана, желая, чтобы он сказал, однако тот только качает головой.
— Я не буду решать за брата. Думаю, что он расскажет, когда все полностью станет ясно. И ответь уже, а то они убьют все клавиатуру в поисках злобных смайликов, — улыбается, кивая на телефон.
Уголки моих губ приподнимаются, но, вероятно, образуют грустную улыбку, потому что Ризан тяжело вздыхает. Отвечаю подругам, а затем встаю, чтобы... Нет, я не пойду. Сажусь обратно, кидая телефон на стойку, и, положив руки, кладу голову на те.
— Черт возьми, что это значит? — слышу громкий голос Адана. — Нет, я не могу. Почему? Ты серьезно? Я все сказал при последнем нашем разговоре!
Адан заходит на кухню, на секунду замолкая. Я чувствую его взгляд, направленный на меня, но не поднимаю голову, боясь, что расплачусь.
— Я перезвоню. Нет, позже, — резко отрезает, а после на пару секунд все погружается в тишину.
— Кирана, — слышу его нежный голос, а руки касается горячая ладонь. — Что случилось?
— Она думает, что все из-за нее, — сдает меня Ризан, на что поджимаю губы. Я не хотела, чтобы Адан знал об этом.
— Почему ты вообще здесь? Марш отсюда.
Ризан что-то бормочет, пока раздаются шаги. И, когда те стихают, Адан вновь обращается ко мне
— Посмотри на меня, — просит, но я качаю головой. — Чертовка, не думай, что из-за тебя. Это не так.
— Тогда в чем дело? — тихо произношу, даже не зная, услышал ли Адан, но он отвечает.
— Я не хочу говорить раньше времени.
— Хорошо, — прекрасно понимаю такое состояние, когда не хочешь расстраивать или радовать человека заранее. Сейчас же все ощущается, словно это первый вариант. И почему-то кажется, что я не готова к этому.
— Так ты посмотришь на меня?
— Ты сейчас злой, — вновь качаю головой, пытаясь скрыть улыбку, хоть Адан все равно ее не увидит.
— Для тебя буду таким, каким захочешь. Нужно только сказать.
— Сможешь стать демоном? —спрашиваю, поднимая голову. Ну, он сам сказал, что будет тем, кем я захочу его видеть.
— Прости? — глаза Адана ошарашенно расширяются, а он чуть наклоняет голову.
— Магически наделенным, сильным, нагловатым и чертовски сексуальным.
На его лице появляется обворожительная улыбка, а в глазах начинают играть чертята, заставляющие сиять.
— Пожалуй, — приближается ближе ко мне, — с последним я точно справлюсь.
— Не сомневаюсь, — игриво шепчу, бросив взгляд на его губы, а затем снова в глаза. — Но только если хорошо постараешься.
— Это вызов, чертовка?
— Возможно, — облизываю губы. Наблюдаю, как мои ладони обвивают его шею, а пальцы зарываются в волосах.
— Тогда он принят, — усмехается, подаваясь вперед и прикасаясь к губам. Стон вырывается, когда он скользит языком, прикасаясь к моему, чем воспламеняет кровь, которая разгоняет жар по всему телу.
— Ты убиваешь меня, — шепчет, не отрываясь от губ. — Как насчёт дневного секса?
— Да, — выдыхаю, когда поцелуи переходят на шею. Мне это нужно. Необходимо. Кажется, я точно стала зависимой от него, от прикосновений, которые дарит. Не представляю, как смогу очень долго находится порознь.
— Отлично, — его рука скользит к талии, когда сам выпрямляется. — Я зависим от тебя. Я...
Раздается долгая вибрация, заставляющая телефон заскользить по стойке.
— Не обращай внимания, сейчас прекратит, — он снова наклоняется и захватывает мои губы в свои, однако звонок не прекращается, продолжая вибрировать. Ругнувшись, Адан тянется к телефону и, не глядя на имя, нажимает кнопку блокировки.
После он обхватывает руками бедра и поднимает. Я издаю писк, но сразу же обхватываю его за шею.
— Хотелось бы разложить тебя на этом столе, — хриплым голосом говорит, вжимая меня поясницей в стенку стойки и толкаясь бедрами. Ахаю, чувствуя его член, направляющийся в самое необходимое место. — Но мы не одни в доме, — приближается к уху, опаляя горячим дыханием и заставляя мурашки пробежать по телу. — Однако обещаю, что сделаю это позже.
Сжимаю ноги, но поздно понимаю, что обнимаю теми Адана, от чего ещё сильнее прижимаю к себе. Развернувшись, он направляется к выходу. Губы целуют шею, заставляя желать больше его. Так отчаянно, что я впитываю каждое прикосновение. Такое ощущение, что стараюсь запомнить ощущения, даримые им, словно через время не смогу наслаждаться теми.
Не знаю, что на меня действует, однако я провожу языком по жилке на его шее. Он замирает, а сама прикусываю губу, раздумывая не слишком ли это было. Однако все мысли мгновенно разбегаются, когда моя спина соприкасается со стеной, а рот Адана накрывает мой. Он погружает руку в волосы, удерживая, чтобы голова не ударилась о поверхность.
Наши языки сплетаются, не желая уступать в контроле. Мы прижимаемся ближе, отчаянно нуждаясь друг в друге. Не знаю, сколько проходит: пара секунд либо минут, но с трудом отстраняюсь от него. Адан тянется снова ко мне, но я успеваю приложить палец к его губам, пока они не поцеловали вновь.
— Нам нужно в комнату, — шепчу, смотря ему прямо в глаза.
Выдохнув и проведя языком по пальцу, он обхватывает руками мои ягодицы, но даже не собирается идти. Придвигается ко мне ближе, чем срывает стон с моих губ. Я уже готова наплевать на все, что может быть, как телефон снова начинает вибрировать.
Раздраженно стиснув челюсть, Адан разворачивается и, подойдя к столешнице, садит меня на поверхность. Мурашки пробегают по телу, заставив вздрогнуть от холода, однако он немного приподнимает и кладет свою горячую руку, обратно опуская.
Немного ерзаю от неудобства, но сразу прекращаю, боясь повредить его руку. Даже будучи миниатюрной, в любом случае есть шанс перелома, что совершенно не хочется.
Другой рукой он берет телефон и отвечает на вызов.
— Слушаю, — произносит, а затем тут же наклоняется и прижимается к моим губам, на что с желанием отвечаю.
— Я сказал, нет, — отстранившись, злобно говорит.
Целую его в шею, на что он запрокидывает голову и прикрывает глаза. И я понимаю, что это ему нравится. Я бы могла делать это все время, однако... Кто-то может увидеть нас, а это неприлично.
— Как будто что-то, что он делал с тобой прилично, — мелькает в голове мысль, и я, прикусив губу, предаюсь воспоминаниям. Вот только практически сразу же качаю головой, чтобы скинуть дымку возбуждения. Пожалуй, все же нужно уйти, чтобы не мешать разговору, да и не явить нас в такой непристойной, пусть и будоражившей меня позе.
Немного отталкиваю Адана, когда он отвечает собеседнику, а затем быстро проскальзываю мимо, пока не смог поймать меня. Слышу хлопок, словно удар по столешнице, но не останавливаюсь, бегу прямо в комнату. Захлопнув дверь и подойдя к кровати, падаю на ту.
За мной никто не шел: с одной стороны я была расстроена, что Адан не сбросил вызов, чтобы быть рядом, но с другой – благодарна. Если бы не этот звонок, то мы бы занялись сексом прямо на кухне у стены, куда в любой момент мог прийти Ризан либо родители, приехавшие с работы.
После такого я бы не смогла смотреть им в глаза, да даже разговаривать бы нормально не получалось. Поэтому, вероятно, это – к лучшему. К тому же Адан все равно обещал в будущем «разложить на столе». Остается только ждать этого момента. Вот только будет ли это будущее – большой вопрос.