Глава 28
— Кирана, ты гото...
Поворачиваюсь, когда дверь открывается, и улыбаюсь. Адан замирает, окидывая меня взглядом. Я же внутренне ликую. Надеть одежду, которую он выбрал, затем же немного макияжа и причёска.
На самом деле, я немного видоизменила наряд (не испортив его). Ничего не брала с собой на ранчо после посещения дома, что подошло бы к походу в бар, потому что не знала. Однако захватила зеленую рубашку с короткими рукавами и бахромой снизу. Сейчас же я расстегнула три пуговицы и спустила с одного плеча. Низ укоротила, завязав узелок с висящими краями. Бахрому там поправила, чтобы та не выглядела скомканной. Черные джинсы обтягивали ноги, не оставляя место воображению. Жаль, что нет туфлей, а то они бы хорошо сюда вписались.
Из макияжа я подкрасила только глаза и губы. Темно-синяя тушь, черные стрелки и серебристые тени. Помада клубничного оттенка. На макушке забрала волосы в высокий хвост, обвязав резинку локоном, чтобы той не было видно.
— И как? — кручусь вокруг оси, чтобы показаться Адану со всех сторон. От движения бахрома парит по воздуху, а хвост покачивается.
Снова встаю лицом к нему, ожидая реакции, однако он продолжает стоять, смотря на меня.
— Адан? — шепчу, не понимая, что происходит, и делаю шаг вперед.
Не успеваю больше ничего сказать, как Адан стремительно подходит и, положив ладони на щеки, притягивает к себе. Его губы обрушиваются на мои, словно смакуя. Приподнимаю руки, обнимая ими шею, когда немного прихожу в себя. Адан делает шаг вперед, а мне приходится отступить.
Он не прекращает страстного поцелуя, пока продвигается куда-то. Моя голова просто отключается, не могу думать ни о чем, кроме его губ, рук, удерживающих лицо, будто боящихся, что я сбегу.
Чувствую ягодицами какой-то выступ и сначала не понимаю, что это, однако в следующую секунду Адан поднимает и садит на подоконник. Он раздвигает мои ноги и встает между ними. Стон вырывается, когда резко пододвигает к себе, что член через ткань прикасается к центру, который начинает пульсировать.
— Давай никуда не пойдем, — умоляюще стонет Адан, немного отстранившись и просящим взглядом смотрит прямо в глаза. Его руки, промышляюще, сжимают ягодицы, будто намеренно пытаются высвободить согласие, отключив полностью разум.
— Ты обещал, что мы повторим, — тяжело дыша, провела ладонями по плечам, прикрытыми черной рубашкой, чем заставляю немного встрепенуться.
— Мы можем сделать это в любой момент.
— Как и то, что ты хочешь сейчас, — усмехаюсь, хоть и невероятно сильно желаю, чтобы Адан продолжил.
Он не прикасался ко мне с той ночи. Я не знаю, почему мы снова не могли переспать. Правда есть предположение, что он дал время, чтобы восстановится, если что-то произошло не так. Однако я не чувствовала никакого дискомфорта, поэтому, думаю, что в этом не было необходимости.
— Я не думал, что ты будешь выглядеть так...
— Обалденно? Шикарно? Сногсшибательно? — перечисляла с умным видом.
— Так невероятно, — прошептал усмехнувшись, — дерзко.
— Стараюсь соответствовать кое-кому, — прикусываю губу. Взгляд Адана сразу же падает вниз, следя за тем, как зубы впиваются в кожу и немного тянут. Свои губы он облизывает, чем привлекает уже меня. Так хочется поцеловать его. Вот только понимаю, что если мы сделаем этот шаг, то уже не сможем выйти из дома в ближайшее время, а мне бы хотелось сходить в бар и потанцевать, прижимаясь к Адану.
Поэтому, отодвинув его немного, спрыгиваю с подоконника и иду обратно к зеркалу.
— Ты всю помаду съел, — упрекающе говорю, поджав губы.
Делаю пару шагов, чтобы дойти до стола за косметичкой, но чувствую руки на своей талии, которые прижимают к крепкой груди, выбивая весь воздух из легких.
— Можешь снова не красить. Она вновь пропадет с твоих губ в ближайшее время, — шепчет на ухо, посылая мурашки бежать по телу и устремиться к низу живота.
Облизываю губы. Я даже не могу представить, как пройдет этот вечер, но то, что он будет страстным – это точно.
🤠🤠🤠
— Держись ближе ко мне, — говорит Адан, обняв за талию и прижав к своему боку. Киваю, приближаясь еще ближе, а одной рукой цепляюсь за рубашку в то время, как он ведет меня через толпу к бару.
Останавливается около стойки и отпускает талию, но только на несколько секунд. В следующее мгновение он подхватывает меня и садит на высокий стул. Я хватаюсь за его плечи, немного зло смотря на него. Адан только на это качает головой, улыбаясь, а затем, чмокнув в губы, поворачивается к бармену.
Я же в это время могу полноценно осмотреть бар, в который он привел меня. Как запомнила, тот называется: «Cielo Latin Bar». Относительно тихо звучит музыка, а немного вдалеке заметила импровизированную сцену, где стоят микрофоны и инструменты. Вероятно, латиноамериканские мотивы здесь играются в реальности, хотя сейчас звучат песни из записи, а большие телевизоры, висящие в нескольких местах транслируют клипы к тем.
Большинство людей стоят около бара, чуть поодаль, сидят на диванчиках, расположенных у стены, либо же на втором этаже, кто-то двигается в такт музыке, но делает это как-то не сильно воодушевленно.
Различные прожектора проходятся по танцполу, бару, подсвечивая каждый уголок цветом. Само помещение выглядит неплохо, даже труба вентиляции, проходящая под потолком не портит впечатление, а добавляет какого-то шарма. Лампочки, создающие эффект светлячков, парящих ночью, свисают с потолка.
— Держи, — слышу голос Адана, отвлекающий от разглядывания обстановки.
Поворачиваюсь к нему и забираю стакан, протягиваемый им.
— Что это? — скептически рассматриваю голубоватую жидкость.
— Голубая лагуна.
— Ты заказал мне алкоголь? — удивляюсь, потому что недавно он говорил, что не будет покупать мне алкоголь.
— Еще чего, — фыркает, на что щурю глаза, но сам он только улыбается.
Адан делает глоток своего коричневатого напитка.
— Так нечестно, — бормочу, поднося стакан к губам, и вдыхаю. Цитрусы. Поднимаю взгляд на Адана, который внимательно следит за мной, словно желает увидеть мою реакцию.
Делаю небольшой глоток. Апельсиновый вкус пробивается через рецепторы, а после оставляет небольшое послевкусие горчинки мандарина. Прикрываю глаза и делаю еще глоток. Мне нравится такой вкус.
— Вижу, что понравилось.
Киваю, открывая глаза, и смотрю на Адана. Он стоит, оперевшись на локоть и повернувшись ко мне.
— Почему ты можешь пить алкоголь, а я нет?
Теперь он щурит глаза.
— Кому-то нужно будет сесть за руль после.
— Пустишь меня за руль?
— Смотря как пойдет эта ночь, — чувственно говорит, от чего по телу проходит дрожь предвкушения. На самом деле мне хочется, чтобы она пошла только в одном направлении.
— Не хочешь попробовать? — неожиданно протягивает мне стакан.
Озадаченно смотрю на него. Предлагает мне попробовать алкоголь? Не он ли говорил, что не будет спаивать меня? Но я, поставив свой стакан, забираю его.
— Не отказалась ведь, — усмехается, немного наклонив голову.
Подношу стакан к губам и делаю небольшой глоток, а затем замираю, не понимая. Адан старается скрыть улыбку, однако та все равно расцветает на его лице.
— Засранец, — шиплю, отдавая обратно стакан, в котором находится кола.
— Думала, что я напьюсь? Не дождешься. Мне нужна трезвая голова.
— Ничего я не думала, — качаю головой и, взяв свой стакан, отворачиваюсь от него. Намеренно пропускаю его слова, правда те все равно самостоятельно попадают туда, куда нужно. И поэтому приходится прижать ноги ближе друг к другу.
— Разрешите пригласить на танец? — произносит мужской голос, на который сразу же поворачиваюсь.
Передо мной стоит парень, протягивая ладонь. Темные локоны с небольшими завитками чуть выше плеч. Родинка над правой бровью. Рубашка поло в светлых тонах и светлые джинсы. Он несомненно красив, только... Пожалуй, все равно не в моем вкусе.
Виновато улыбаюсь, чтобы отказать, однако Адан прерывает все это:
— Лучше тебе уйти, если не хочешь разбитого носа.
Парень смотрит мне за спину, а затем убирает руку, извиняясь, и уходит, оставляя нас. Возмущенно поворачиваюсь обратно к Адану, а тот, будто ничего не случилось, продолжает пить и осматривать танцпол.
Начинает звучать мелодия, наигрываемая гитаристом, а затем подключается мягкий голос, начинающий петь Hasta cuándo.
— Что это было? — чуть громче спрашиваю, чтобы было слышно.
— Не понимаю, о чем ты, — пожимает плечами, возвращая взгляд ко мне, но не смотря в глаза.
— Я думаю, что ты прекрасно понимаешь, — хмыкаю, сжимая стакан. — И вообще зачем ты сюда привел меня, чтобы мы сидели у бара и...
Адан цокает языком, заставляя меня замолчать. В один глоток допивает свою колу, а затем и мой напиток (точнее то, что от него осталось). Губы приоткрываются от такой наглости, но не успеваю ничего сказать, как он берет меня за талию и ставит на пол. Берет за руку и ведет за собой. Мне ничего не остается, как семенить следом, хотя хочется ему многое высказать.
Остановившись на танцполе, он поворачивается ко мне и резко тянет на себя. Я сталкиваюсь с его твердой грудью, что выбивает весь воздух из легких. Он берет мои ладони, через стороны поднимает руки и кладет те себе на плечи. Свои же размещает на спине: одну чуть выше поясницы, другую – на лопатке.
— Что ты делаешь?
— Ты хотела танцевать, — как ни в чем не бывало говорит Адан, делая небольшой шаг вперед, что приходится сделать противоположное ему движение. — Я просто исполняю твое желание.
Хорошо, если он хочет этого, то я не буду все время подчиняться ему в танце. Провожу ладонями по его груди, смотря прямо ему в глаза, которые при небольшом подсвечивании танцпола словно еще больше темнеют. Немного толкаю, и он поддается, делая шаг назад, но берет меня за руку.
Улыбаюсь, двигаясь, как хочет тело, а Адан подхватывает мои движения. Поднимает руку, и я кружусь смеясь. Адан снова прижимает к себе и движет бедрами. Чуть плотнее прижимаюсь к нему снизу и чувствую его эрекцию. Тихий стон срывается с губ.
— Черт, — рычит. Облизываю губы, и его взгляд падает на них. Я уже практически не слышу музыку, двигаюсь только по инерции и благодаря Адану, который продолжает танец. Наши тела плотно прижаты друг к другу. Мы кружимся по танцполу, выполняя различные движения, которые теряются в голове. Не могу сосредоточиться на танце, когда смотрю Адану в горящие глаза.
Он немного надавливает на левое плечо, и я выполняю волну, прижимаясь к нему еще ближе в определенные секунды, затем поглаживает талию – и делаю обратную. Еще парочка шажков, и Адан наклоняет меня назад, а затем он резко поднимает меня, прижимая вплотную к себе.
Прерывисто вздыхаю. Грудь часто поднимается и опускается, когда пытаюсь отдышаться. Адан тоже неспокоен. Наши лбы соприкасаются, а воздух становится единым.
Взгляд падает на его губы, желая ощутить те на своих. Рука Адана скользит по спине вниз и берется за бедро ноги, которая была закинута на талию во время того, как он наклонял меня.
— Ты убиваешь меня, — шепчет, что я с трудом понимаю, что говорит. — Поехали домой.
— Но мы только пришли, — хочется ударить себя за эти слова.
— К черту все это, мне нужна только ты.
Пару раз киваю, облизывая губы. Адан сглатывает и без какого либо желания (это видно по напряженному лицу) отпускает меня. Но все же не сдерживается и, взяв за лицо, целует. Вот только приглушенный стон заставляет его отстранится и, взяв за руку, быстрым шагом пойти на выход.
В машине царит напряженная атмосфера. Мы оба молчим, однако бросаем друг на друга красноречивые взгляды. Не представляю, как у нас получается выдержать поездку. Но как только дверь за нами закрывается, Адан быстро прижимает меня к стене, впиваясь в губы. Ахаю, что позволяет ему погрузить язык в рот. Руки мои цепляются за рубашку, словно за спасательный круг. Ноги подкашиваются, однако тело Адана не позволяет упасть.
Резко он дергает за края рубашки, и краем уха слышу, как десятки пуговиц падают на пол, но не отстраняюсь от него. В голове сплошная каша, что невозможно думать ни о чем, кроме мгновения соединения губ и прижимающегося тела.
Адан резко снимает рубашку с меня и бросает куда-то. Голова опрокидывается и выдох нарушает тишину в доме, когда его губы прикасаются к шее.
— Обними меня ногами, — шепчет, посылая мурашки по телу. Руки опускаются на ягодицы, сжимая те, пока Адан покрывает шею поцелуями. Небольшой толчок руками, словно приглашение, и через секунду я обнимаю его ногами за талию, а он прижимает мою спину к стене и толкается бедрами.
— Ах, — вырывает из меня, когда член прикасается к пульсирующему центру.
— Может трахнуть тебя у стены? — словно рассуждая, хрипло говорит Адан.
— Ты очень много болтаешь, — он смеется, а затем прикусывает кожу, от чего вздрагиваю.
— Тебе же нравятся грязные разговорчики. — Адан берется за мои бедра и расцепляет ноги за своей спиной, ставя обратно на пол. Хмурюсь от этого, что происходит? — Однако если ты хочешь действий, то...
Он резко разворачивает меня, прижимая грудью к стене. Ахаю от изумления, положив ладони на поверхность, а затем стону, когда его руки скользят по животу и, расстегнув пуговицу и молнию, проникают под джинсы. Тело наливается жаром, что кажется пыткой.
Губы прикасаются к задней части шею и медленно проводят дорожку по спине вниз. Руки его спускают джинсы следом за прикосновениями.
— Подними ногу, — слышу его глубокий голос, от которого мурашки пробегают по коже. Сжимаю бедренные мышцы и прикусываю губу. Легкое постукивание по голени, чтобы напомнить о просьбе, правда звучавшей больше как приказ.
Послушно делаю это, и Адан снимает одну штанину. Затем все повторяется и с другой. И вот, я стою перед ним в одном белье. Немного прохладный воздух скользит по коже, заставляя немного поежиться, но ровно до тех пор, пока не слышу звук расстегиваемой молнии позади меня.
Замираю и даже, кажется, задерживаю дыхание, ожидая и предвкушая действия Адана. Звук рвущейся упаковки. Прикрываю глаза. Даже не видя всей картины, а только впитывая звуки, я возбуждаюсь еще сильнее. Чувствую как по внутренней стороне медленно стекает влага. Черт возьми, я не могу больше ждать.
Поддаюсь назад, но Адан берется за бедра, удерживая на месте. Он наклоняется ближе ко мне, приближаясь к уху, а его головка прикасается к пояснице.
— Тебе хочется смотреть мне в глаза или прижиматься к стене грудью?
Не могу ничего произнести, только стону. Любой вариант мне придется по вкусу. А еще не понимаю, как Адану удается что-либо говорить, однако, вероятно, он вновь сдерживается, чтобы не сорваться. Мне надоело это. Хочется, чтобы был собой.
Снова делаю попытку, поддаваясь назад, и его член дергается, встречаясь с моей спиной. Тихий рык, и затем я чувствую, как Адан наматывает волосы на свой кулак. Немного тянет назад, что откидываю голову на его грудь. Его губы опускаются на мои. Головка прикасается к влажному и такому ожидающему входу. Прикусываю его губу, и член заполняет меня.
Стон, заглушенный Аданом, тело сильнее вжимается в стену, когда он прижимается теснее. Ощущаю ткань, дополняющую сейчас его. Черт возьми, нужно было снять с него хотя бы рубашку, однако все мысли снова улетучиваются, когда Адан выходит, оставляя только головку, а затем снова входит, заполняя до конца. Выдыхаю в его губы. Я не могу дышать, не могу стоять, благо он удерживает меня, не давая спуститься на пол.
Ритмичные толчки, губы, ласкающие мои, рука, обнимающая за талию. Столько ощущений, что я не могу выдерживать. Кажется, что потеряюсь во всем этом и разобьюсь на осколки.
— Сильнее, — выдыхаю, на что Адан прикрывает глаза, но когда открывает, то те чернее тучи, зрачок полноценно поглотил радужку, оставляя после себя бездну.
Немного отстраняется и резко толкается. Выдыхаю, действуя ему навстречу, что заставляет нас обоих блаженно прикрыть глаза и замереть на секунду. Адан позволяет мне приподнять голову от его плеча, но тут же аккуратно прижимает к стене щекой.
— Чертовски шикарно, — выдыхает, повторяя движение. Вновь и вновь. Еще и еще.
Чувствую, как внутри зарождается оргазм, и стенки влагалища начинают чуть сильнее сжиматься вокруг члена. И тогда ладонь Адана прикасается к бугорку, от чего дрожь проходит по телу, а стон вырывается из меня. Он движется чуть дальше, туда, где соединяются наши тела.
— Адан, — хнычу, желая получить разрядку, которая требуется, чтобы не сойти с ума, а кажется это и произойдет, если в ближайшее время не кончу.
— Дождись меня, la diabla, — его слова не помогают, особенно испанский, который наоборот отправляет через край. Один толчок, и протяжный стон. Я напрягаюсь, когда оргазм накрывает меня. Стенки сокращаются, но Адан продолжает двигаться, хоть и не так активно. Пара секунд, и он стонет, утыкаясь мне в шею, и кончает.
Некоторое время мы стоим так, пытаясь отдышаться. Наши сердца быстро бьются в унисон, а тела медленно расслабляются. Губа Адана прикасаются к коже на шее, вновь вызывая мурашки. Но, когда он отстраняется, то протестующе подаюсь назад, чтобы удержать в себе дольше. Правда не позволяет этого. А в следующую секунду разворачивает к себе и, взяв за ягодицы, приподнимает. Послушно обхватываю ногами его талию, снова прижимаясь к члену, наливающегося вновь кровью.
— Второй раунд, чертовка? — предвкушающе прикусываю губу, смотря ему в глаза, пока он стремительно идет в спальню. Немного двигаю бедрами, прикасаясь к головке и позволяя той немного войти, как позволяют наши тела.
Адан шипит, а через секунду я чувствую под собой мягкость кровати, а еще через пару секунд над – твердость его обнаженного тела.
— Ты сводишь меня с ума, — губы к губам, толчок, и он снова во мне. Просто потрясающе!