Приёмыш

— До скорой встречи, ягнёнок. — отсалютовал охранник и закрыл за парнем мощную кодовую дверь.

Феликса вывели через чёрный вход здания и буквально вышвырнули за шкирку на улицу, как нашкодившего котёнка. В любой другой ситуации его бы унизило и разозлило такое отношение к себе. Сейчас же все перенесённые моральные и физические раны сломили настолько, что сил хватило лишь безэмоционально кое-как подняться с асфальта и молча побрести вдоль тротуара. Мыслей не было. Пустота... Подвешенное состояние, из которого выбраться самому не так легко. Слишком много груза свалили на хрупкие плечи сломленного жизнью подростка. Феликс привык справляться со всем один. Всегда получалось. И сейчас должно...

Юноша "на автомате" обошёл здание и перешёл дорогу. Шумно. Много машин. Небо тучами затянуто. Было же солнечно... Начал накрапывать мелкий дождик. Проходящие мимо люди подоставали зонты. Зачем? Ещё же не льёт... Мысли путаются. В голове каша, которую самому без помощи психологов даже за жизнь не переварить. Жизнь... какую жизнь? Он же не жилец всё равно. До совершеннолетия... Год? Два? Какой возраст учитывает его родственник — настоящий, или тот, что обозначен в последних документах?

— Пацан, не стой посреди дороги! Отойди. — резкий голос прохожего и лёгкий толчок словно из тумана вывел.

Ликс оглянулся и запоздало извинился. Ну да, конечно. Ему сейчас перед миром извиняться. Тому, кому только что «разрешили» ещё немножко пожить...

Парень поёжился. Живот болел, скулу неприятно тянуло, а подбитое лицо пульсировало болью. Где он вообще? Феликс осмотрелся вокруг. Место незнакомое. Перед глазами злосчастное здание. Всё из стекла, массивное. На последнем этаже огромная вывеска из трёх голубых букв: "JYP". Самовлюблённый придурок переименовал всю компанию и семейный бизнес под своё имя. Юноша отвёл глаза. К сожалению, он даже не помнит, чем папа занимался. Его детство до переломного момента было лёгким, красочным и счастливым. Родители никогда не грузились взрослыми проблемами и их обсуждениями при мальчике. А, возможно, стоило. Он бы сейчас знал о них немного больше.

Погружённый в раздумья, Ликс побрёл вдоль дороги по стороне парка и стадиона. Дождь усиливался. Надо как-то попасть домой. Телефона нет. Он был в кармане любимого жёлтого худи, который он так нелепо потерял. Денег тоже нет. Можно обратиться в полицию — там сразу же помогут. Но тогда придётся рассказать обо всём, и на этот раз его точно увезут и спрячут заново. Или, может, наоборот, используют, чтобы наконец выманить преступника. Но в этом парень не уверен. Поэтому рисковать не собирается.

— Молодой человек, вам такси не нужно?! — громкий выкрик из оранжевой машины заставил дёрнуться от неожиданности.

Феликс буквально шуганулся, готовясь снова бежать. Всё. Спокойной жизни пришёл конец...

— А?.. — юноша, оборачиваясь к водителю на дороге, замедленно обдумал вопрос. Он не знает, где он. Он хочет домой. Ему плохо и больно, но денег же нету. Хотя, деньги можно будет достать. Если хён будет дома — он расплатится, а Ликс потом ему отдаст. Или можно будет у соседей одолжить. Главное — попасть домой. — Да, нужно.

Доковыляв до такси, парень сел на заднее сидение:

— Ханнам-стрит, двадцать девять.

— Тяжёлый день? — водитель обернулся, осмотрев потрёпанного мальчишку с ног до головы.

— Тяжёлая жизнь. — ответил блондин и закрыл глаза, чётко давая понять, что разговаривать он не намерен.

***

С трясущимися руками, спрятанными в карманы, Хёнджин вышел из полицейского участка. Небольшое расстояние до машины преодолелось с трудом. Мужчина постоянно оглядывался. Страх преследования появился неожиданно быстро и не позволял мыслить трезво и адекватно. Потрясённый страшными подробностями жизни Ликса, Хван только смог задать себе один вопрос: «Как этот хрупкий и нежный парень после всего, что с ним сделали люди, сумел сохранить душевное спокойствие и даже умудряется искренне радоваться жизни?». Восхищение юношей в глазах Хёнджина достигло небесных высот. Самому ему придётся ещё поучиться у младшего — как не свихнуться сейчас от страха потерять кого-то родного, ведь угроза абсолютно реальна.

Брюнет сел за руль и достал телефон. Напечатав быстренько сообщение — "Солнышко, я еду", он забросил сотовый в подстаканник и поехал домой.

*

Хван припарковал машину у дома вдоль обочины. Гараж по праву принадлежал отцу, и претендовать на коронное место сын даже не пытался. Выйдя из машины и направившись к дому, брюнет сперва заметил на асфальте чёрные следы стёртой резины колёс. Неужели кому-то вздумалось дрифтовать в частном спальном районе? Страшный пазл сложился, когда Хёнджин подошёл ко входной двери. Ликсины ключи лежали прямо посреди ступеньки.

Пытаясь мыслить холодно и не дать панике себя одолеть, мужчина представил, что юноша просто выронил ключи. Однако дверь была закрыта, и после проверки оказалось, что дом пуст. Хёнджин проверил телефон — Феликс не ответил на его сообщение. Набрав номер парня и слушая гудки, брюнет вышел на улицу. Сердце выпало из груди, когда он увидел в цветочной клумбе школьный рюкзак мальчика.

— Алло? — послышалось в этот момент из телефона.

— Ликси?! Малыш, ты где?! — студент радостно выдохнул, но, выслушав ответ, тут же весь напрягся и задрожал от услышанного. — Где это?.. — мужчина сорвался на бег, точь-в-точь повторяя маршрут раннего побега Феликса. — Когда это было?..

Хёнджин нёсся сломя голову, попутно задавая вопросы человеку на другом конце 'провода'. Прибежав по адресу и получив назад в законные руки одежду и телефон школьника, Хван впал в отчаяние. Из рассказа очевидцев стало понятно: Ликса нашли. Единственное, на что он надеялся — так это на то, что не догнали...

— Чан! Его нашли!!! Хён, они его забрали! Он убегал... Его вещи тут! Я не знаю, что делать!! — орал в трубку, задыхаясь от паники, брюнет.

Нужно было время. Время прийти в себя. Успокоиться. Обдумать всю полученную информацию или найти ещё больше. Рассудительно и логично прощупать все возможные варианты решения и их исходы. Не успел. Не смог. Опоздал. Море эмоций и чувств — и ни одного проблеска надежды...

— Вернись домой и жди. — холодный и серьёзный голос Чана немного отрезвил разум, но не убавил состояния истерики.

— Я должен его найти, Чан. Я люблю его! — истерил Хёнджин, но покорно шагал назад к дому. Всё-таки внутренняя выдержка характера давала о себе знать, и это очень помогало.

— Он может вернуться. Будет лучше, если по возвращении там окажешься ты. Я сделаю всё, что смогу, — отчеканил старший и, прежде чем отключить звонок, удостоверился в состоянии друга: — Хёндж, ты всегда был самым серьёзным и сдержанным. Я могу рассчитывать на тебя сейчас?

— Да. — кивнул Хван, сам себе не веря. Этот титул он потерял в своих глазах ещё в самом начале отношений с Ликсом...

— Спасибо, — поблагодарил Бан.

Психологическая уловка сработала. Человек почувствовал ответственность — и теперь будет думать и поступать более рассудительно.

— Держимся на связи.

Засунув телефон в карман и обнимая чужой жёлтый худи, студент пошёл домой. Дорога обратно показалась бесконечной. Надо было срочно придумывать, как выкрутиться при тех, или иных обстоятельствах. Стоит ли сейчас рассказывать родителям, или ещё немножко подождать? Может, всё-таки обратиться в полицию? Но чем это чревато? Парня могут забрать. Навсегда... Забрать? А если он вообще уже не вернётся? А если он уже мёртв? Нет, нет, нет! Одна надежда теплилась в перепуганной душе. Брюнет надеялся, что сейчас придёт домой, и Ликс будет уже там.

Не был... Поняв, что парень не приходил, Хёнджин достал оба телефона и, сев на ступеньку у входа в дом, потерянно таращился на экраны в ожидании чуда. Появилось время на раздумья, но хорошего ничего в голову уже не лезло, а жалеть себя не хотелось. Не он здесь жертва. Мужчина чувствовал, как теряет контроль над своей жизнью и это уничтожало веру в счастливое будущее и будущее в целом. Собственное бессилие во всей сложившейся ситуации приносило сейчас боль сродни физической. Нужно было спасать, а у Хвана сил не было даже на мыслительные процессы.

Где-то со стороны соседей, хлопнула выхлопная труба проезжающего мимо мотоцикла. Студент испуганно пригнулся как от перестрелки. Всё. Похоже, точно началась мания преследования...

— Ну, как так-то?...

Хёнджин разрыдался навзрыд. Вся накопленная за недели боль наконец-то нашла выход и пробилась через эмоции, выворачивая душу наизнанку. Мимо проходили люди. Некоторые приостанавливались, недоумённо пялившись. Некоторые осуждали. Но большинство проходили мимо, даже не замечая чужие страдания. Мужчина прижал телефоны к груди и ссутулился. Хотелось стать маленьким. Чтобы как в детстве, мама с папой решили все проблемы. А кто Ликсу решал? Этот мальчик вкусил столько дерьма, что даже матёрый взрослый бы не выдержал. Хёнджин может хоть сейчас позвонить маме, или папе, и его хотя бы выслушают. А как жил Феликс? К кому обращался, когда судьба обламывала его в очередной раз? В его жизни все люди проходили мимо, как эти безучастные прохожие. И даже сегодня, всё могло быть иначе, если бы Хван не бросил парня одного. А теперь что делать? Куда податься? Надо всё-таки позвонить маме.

Мужчина поднялся на ноги и положил телефоны в карманы. Шагнув к входной двери, он услышал потрескивающий на асфальте звук колёс и тихий гул мотора подъехавшей ко двору машины.

— Чан? — обернулся Хёнджин с надеждой увидеть друга. С ним было бы легче...

Увидев остановившееся такси, мужчина испытал противоречивые чувства. У всех знакомых и родителей были свои машины. Снова стало страшно. Хван развернулся и направился к приехавшему, кто бы это ни был.

Земля из под ног поехала, когда из открывшейся задней двери выглянул его пропавший любимый человек.

— Господи, Феликс!! — мужчина бросился к парню со всех ног и, ещё больше рыдая сквозь истерический смех, буквально вытащил ослабленное тело из авто. — Ты жив! Ликси, ты вернулся!! Ты в порядке?? Боже, родной, где ты был? — тараторил старший, с силой прижимая юношу к своей груди.

Младший дёрнулся от боли и согнулся, резко выдохнув. Превозмогая неприятные ощущения от травм, школьник крепко, как мог, обнял мужчину в ответ. Ложное чувство безопасности и спокойствия расплылось по телу и мозгу. Он жив. Он дома. Он с тем, о ком, наверное, мечтал всю жизнь, с прекрасным человеком, который его любит. Явно любит. Его состояние и внешний вид сейчас просто кричат об этом. Ликс тоже любит... и ему очень жаль, что он стал причиной всей этой разрухи и страданий.

— Амм..., хён, заплати, пожалуйста, за такси, у меня нет с собой денег. Извини. — парень искренне нехотя отстранился и, держась за предплечье старшего, опустил голову.

— Ну, конечно! — Хван полез в карман, как само собой разумеющееся. — Где Вы его подобрали? — обратился он к водителю вовсе не для того, чтобы рассчитать стоимость поездки.

— Кандонг-дон, у стадиона. — ответил водитель.

— Ясно.. — пробурчал себе Хёнджин, пытаясь сообразить, что же находится на той улице, за что можно зацепиться. — Спасибо. — достав из кармана две крупные купюры он протянул их водителю. — Этого хватит?

— Более чем. — водитель радостно выхватил деньги из руки и, как говорится, был таков.

Захлопнув дверь транспорта, брюнет, удерживая за талию, повёл парня домой. То, что Ликса избили и он явно не в порядке было заметно, но он жив и он вернулся. Остальное подлечим, исправим, переживём... Должны же...

— Хён, я потерял телефон. Твои родители расстроятся. — начал оправдываться Феликс, как только парни зашли в дом.

— Это единственное, что тебя сейчас волнует? — Хван подошёл к юноше и взял его лицо в свои ладони, подробно рассматривая каждый сантиметр. — Где болит сильнее? Тебе нужен врач?? Я схожу за аптечкой.

— Джин, не надо! — Феликс вцепился в мужчину руками, будто боялся отпускать от себя. — Я в порядке, клянусь!

— Ладно... — брюнет помог снять школьнику обувь и повёл в комнату. Посадив на свою кровать, он осмотрел мальчишку ещё раз и укутал в своё одеяло. — Что случилось? Где ты был? — старший опустился на колени перед парнем и умоляюще посмотрел в глаза. Внутри бушевали всевозможные эмоции. Феликс выглядел ужасно и от этого сердце на куски разрывалось. Надо было знать. Надо было выведать всё. Иначе, как он сможет помочь?

— Я в порядке. — Феликс убедительно (по его мнению) кивнул и улыбнулся разбитой губой. — Честно. Всё хорошо. Извини, что заставил волноваться. — юноша вытащил руки из под одеяла и погладил чёрные шёлковые волосы. Восхищаться их блеском и мягкостью он будет всегда.

— Ликс, ты не помогаешь. — Хёнджин недовольно замотал головой. — Ты должен мне рассказать всё. Не закрывайся от меня.

— Джинни, я же дома. Я вернулся. Видишь, всё нормально. Я обещаю, всё будет хорошо.

Феликс уклонялся от ответов как мог. Он не хотел ничего рассказывать и заставлять любимого ещё больше переживать. Расскажи он сейчас всё старшему, неизвестно что он предпримет и какие последствия это понесёт. Феликсу нужно время. Оба парня были на взводе и у обоих в головах роились сотни страшных мыслей. Он это понимал, но почему-то своим всё же ещё детским умом парнишка решил, что лучший способ оградить семью от всех проблем – это оставить их в неведении. Ему дали год жизни. Значит, год спокойного существования у них будет по праву. Хёнджин и его родители в безопасности. Потом он обязательно что-нибудь придумает. Обязательно найдёт выход. Потом... всё потом... сейчас он дома. Страшный день позади и он хочет его забыть. Или сделать вид, что его не было. Он хочет семью. ОН хочет ЖИТЬ. Успеть пожить...

— Ты... Ты не можешь со мной так поступить. — Хван отстранился от рук блондина. — Феликс, ты вообще ничего мне не расскажешь? Ты думаешь это нормально? Ты понимаешь, что со мной было, когда я понял, что с тобой что-то случилось?! — Хёнджин начал закипать. Его отчаяние раздувалось, как воздушный шарик. — Даже не думай, что я смогу сделать вид, будто ничего не произошло.

Школьник насупился. По его мнению, он помогал Хёнджину. Он пытался оградить любимого человека от лишних переживаний и страха, который испытывал сейчас сам юноша. Он не желал старшему таких же нервных потрясений. Лучше сгорать от неведения, чем впасть в панику от подготовленной участи для Ликса. Хёнджин не сможет смириться, он будет всеми способами пытаться спасти его, а это невозможно. Хён не ровня его дяде...

— Просто доверься мне, пожалуйста. Я здесь, с тобой. Я вернулся. Ты в безопасности.

— Я?! Феликс, какую хуйню ты несёшь?! — перебил разгневанно брюнет. — Нет «ты», нет «я»! Есть «МЫ»!! — мужчина, объятый эмоциями негодования, схватил школьника за плечи и потряс с силой. — Мы семья, чёрт побери! Я люблю тебя, слышишь?! Чтобы ни было, мы должны идти вместе! Teamwork!! — крикнул он на Английском. В чёрно-карих глазах выступила влага. Крупная слезинка скатилась, оставив мокрый след на маленькой родинке под глазом.

— Так лучше для всех. — продолжил гнать свою волну младший.

— Ты!! — мужчина резко вскочил на ноги, убрал правую руку с тонкого плеча, и сжав её в кулак, замашисто замахнулся, заведя её за себя вбок. Рука дрожала от сильного мышечного напряжения. — Упрямец!! — на лице Хёнджина вся боль и беспомощность отобразились гримасой отчаяния. Чуть приблизив кулак, он застыл, борясь со своими бушующими эмоциями. С трясущимся от плача подбородком, брюнет с силой толкнул Феликса так, что тот рухнул навзничь на кровати. — Больше шагу из дома один не сделаешь!! В школу, со школы либо со мной, либо с Минхо! Срать будешь в моём присутствии! Я не сдамся! Понял?! Ты мой!!!

Хёнджин вылетел из комнаты, хлопнув дверью так, что из под косяка посыпалась побелка. Взбешённый упрямством младшего, он как фитиль от бомбы искрился. Выбежав на улицу, брюнет остановился, и рухнув на ступеньки, разрыдался навзрыд как ребёнок.