Рабыня Смерти

Глава 22

Горечь заполнила рот, обволакивая язык и медленно спускаясь по горлу. Жидкость стекала все дальше, стирая собой боль и чувства. Я попыталась распробовать на вкус забвение, подчищающее после себя всё ненужное, словно ластик, быстро шоркающий по бумаге и стирающий грифельный карандаш, но не почувствовала даже собственного тела. Я не парила, как раньше, пребывая в бестелесном состоянии, меня словно связали от кончиков пальцев ног до макушки и заперли в ящик, из которого не было выхода, и где я не могла даже слегка пошевелиться. Мысли о последних сознательных часах не вызвали никаких эмоций. Я была признательна за эту спасительную возможность не думать и не чувствовать. Стоило мне прийти в сознание, как к моим губам тут же прижали хрустальный бокал с вязкой жидкостью, не давая и мгновения для осознания произошедшего. Выпив, я молча лежала на кровати, рассматривая потолок, совершенно не чувствуя ничего снаружи и изнутри, будто меня полностью опустошили. Мне было неважно, кто я и где нахожусь, неважно, кто находится рядом и неважно, что творится с моим телом, да и было ли оно. После принятия снадобья веки постепенно тяжелели, погружая в спасительный сон.

Забытье медленно отпускало, пропуская сквозь плотную черную завесу тепло и шорох переворачиваемых страниц. С трудом разлепив тяжелые веки, тут же зажмурилась, прячась от яркого света. Мелкими рывками открыла глаза, привыкая к ослепляющему освещению. Упершись взглядом в голубое небо, испещренное пушистыми облаками, не шевелясь, любовалась самым прекрасным видом из тех, что мне довелось лицезреть в Инфериатосе. Если вдуматься, здесь я не просто не видела чистого неба, а даже не замечала одежды голубых тонов. Словно и не существовало этого нежного, невесомого цвета. Впрочем, откуда в аду возьмется что-то, вызывающее в душе покой и радость? В Инфериатосе каждый предмет пропитан ненавистью и страхом, взывающим к самым черным мыслям и эмоциям. А всё доброе, если и существовало до сих пор, то явно не в этом мире.

Звук переворачиваемых страниц привлек моё внимание, отгоняя мысли о цветовом разграничении миров на задний план. Факт присутствия в комнате кого-то еще не насторожил, а воспринялся как должное. Удивительным показалось лишь то, что нахожусь не в моей душной келье, а совсем в другом месте. Повернула голову на звук, не задумываясь о том, кого могу там увидеть. Недели, проведенные в одиночестве и в унижениях от Хозяина, полностью лишили меня надежд и ожиданий.

- Смотреть на то, как ты спишь, ещё более отвратительно, чем общаться с тобой, - насмешливый голос Надзирательницы опередил взгляд, давая ответ на мой вопрос.

- Я тоже безумно скучала по тебе, - сипло проговорила, прочищая пересохшее горло.

- Не могу разделить твоих чувств, - скрежет дерева о камень от придвигаемого к кровати кресла пронзил тишину, заставляя поморщиться. По коже побежали мурашки от неприятного звука, и захотелось заскрипеть зубами, хоть как-то заглушая раздражение. – С тобой жутко скучно, - кровать слегка затряслась. Видимо Неда решила взбодрить меня, врезавшись креслом в моё ложе.

Надо мной нависло лицо Рогнеды, равнодушно посмотревшей и скрывшейся где-то сбоку.

- Выглядишь отвратительно, - холодно прокомментировала увиденное она.

- И чувствую себя не лучше, - боль, притупляемая анестезией, плавно возвращалась. Накатывая на руки и охватывая спину и шею.

Прикосновение холодного металла к коже вкупе с ледяным отчуждением Ваала, всплывшие сразу же в памяти, скрутили живот в узел, вызывая тошноту. Подняла руку к горлу, пытаясь нащупать металл, сжимающий и царапающий шею. Под пальцами оказалась лишь кожа с грубым следом от ошейника.

- Смотрю, ты даром время не теряла, - равнодушно, заметила Рогнеда.

- Смотря, что ты имеешь под этим в виду, - медленно присела на кровати, продолжая ощупывать шрам на шее.

- Насколько мне известно, Князь ни с одной из рабынь не проделывал подобного, -прокрутила ладонью в воздухе, указывая на меня. - Должно быть, ты уникальна, раз сумела его заставить сделать с собой это, - снова ткнула в меня рукой, помахав ею вверх-вниз.

Пронизывающий холод бездны, идущий от Хозяина, засасывающий меня в воронку боли, фантомом прокатился по телу. Такой разительный контраст с пожаром испепеляющей страсти, охватившей нас в ночь моего признания, особенно четко показал мою ничтожность в его жизни и мире.

- Разве это не типичное поведение для него? – посмотрела на брюнетку, расслабленно раскинувшуюся в кресле. Она ни капли не изменилась. Равнодушие и дерзость, с которой Неда смотрела на меня, не стёрла даже униформа рабыни. Я рассматривала её фарфоровую кожу, алые губы, длинные стройные ноги и поняла, как сильно соскучилась по этой дерзкой девушке. Неважно, что она никогда не была на моей стороне и не пойдет против воли Хозяина, но уют, даруемый присутствием брюнетки, невозможно получить от кого-то другого в этом жутком мире.

- Я подобного не припомню, и вряд ли кто-то сможет. Так что, мои аплодисменты, - похлопала в ладоши, закинув ноги на кровать и сложив одну на другую, упираясь шпильками в моё бедро, - ты будешь записана в историю Инфериатоса, как самая бестолковая рабыня, чья глупость лишила контроля даже Верховного Князя.

- Сомнительная заслуга, - попыталась усмехнуться, но вспомнив удары тяжелых звеньев цепи, пробивающих плоть до костей, не смогла даже сделать усилие над собой и приподнять уголки губ.

- Стараешься преуспеть в том, в чем действительно знаешь толк, - брюнетка стучала ногтями по подлокотнику кресла, перебирая пальцами и, практически не мигая, смотрела на меня.

- Можешь забрать себе ... этот талант, - медленно придвинулась к спинке кровати, осматриваясь по сторонам. – Что это за место?

После недель, проведенных среди бордовых, черных и золотых оттенков, светлые цвета ослепляли. Белые высокие колонны, подпирающие голубое небо с плавающими по нему облаками, выстроились вокруг кровати, образуя огромное кольцо. Остальную часть помещения скрывали от взгляда воздушные легкие шторы. Справа от кровати на небольшом белом столике стоял стакан кристально чистой воды и бокал с тёмной жидкостью, резко контрастирующей с белоснежной комнатой.

- Это твои новые покои, - Рогнеда обвела взглядом пространство, будто, как и я, оказавшись здесь впервые.

- Для чего? - в голове произошло замыкание. Захотелось зажмуриться, чтобы избавиться от этого странного и жуткого сна. Сначала меня поселяют в крошечную комнатушку, избивают до полусмерти, а потом отправляют в просторные покои, где только спальня по размеру больше, чем вся квартира моих родителей.

- Я только выполняю указания, - пожала она плечами.

- Хочешь сказать, что даже не догадываешься?

- Я ничего не хочу сказать. Это ты пристала ко мне со своими идиотскими расспросами, - дернулась Неда, опуская ноги на пол. - Ты цела, лежишь в огромной кровати, и тебе пока не нужно выполнять никакой работы! Так радуйся же! - раздраженно всплеснула руками. Черные глаза сверкнули знакомым блеском, только сегодня в нём не было задора, лишь абсолютная злость.

- Как я могу радоваться чему-то, когда с каждым днем моя ситуация ухудшается? Неужели ты не видишь, что происходит? - нахмурилась, наивно надеясь вызвать у нее хоть какое-то сострадание и показать ситуацию с моей стороны.

- Вижу, - холодно ответила она. - Хозяин выделяет тебя среди остальных. Заботится. А ты, вместо того, чтобы элементарно выполнять указания и обеспечить себе спокойную жизнь, пытаешься манипулировать им, так же, как вы смертные привыкли это делать со своими мужчинами. Только не учла одного, - ее лицо исказила гримаса, похожая на улыбку, - он не смертный. И все твои трюки будут обращены против тебя же.

Рогнеда снова откинулась на спинку кресла, внимательно осматривая мои руки и шею. Пристальный взгляд, блуждающий по отметинам, словно заново вспарывал раны, выпуская наружу боль, принесенную Ваалом.

- Не понимаю, почему он с тобой так мягко, - равнодушно произнесла она. – Мне потребовалось совсем немного времени, чтобы привести тебя в чувства.

- Ты ухаживала за мной? - в горле застрял комок, а глаза защипало от непрошеных слез. Несмотря на все напускное безразличие и маску равнодушия, я чувствовала, что ей не все равно, что со мной станет.

- Не обольщайся, я выполняла работу, - отвела глаза в сторону.

- Спасибо тебе, - прилив благодарности заполнил грудь, угрожая разорвать ее на части.

- Идиотка, - фыркнула Неда по-прежнему глядя куда-то в сторону, слегка улыбнувшись и тут же возвращая равнодушное выражение лица.

Ее попытки скрыть истинные чувства стали последним бревнышком, сдерживающим плотину, запертую у меня внутри. Я придвинулась к краю кровати, протягивая руку к ней. Обхватив длинные пальцы, крепко сжала их, заглядывая в черные глаза.

- Ты не представляешь, - прокашлялась, выравнивая дрожащий голос, - насколько сильно я ценю все, что ты для меня делаешь, - улыбнулась, сильнее сжимая ее ладонь.

Хотелось рассказать обо всем, что чувствовала в тот момент, но достаточно было еще одного слова, и я не выдержала бы, выпустив поток еле сдерживаемых слёз.

- Избавь меня от этих своих штучек, - нахмурилась она, посмотрев через мое плечо и возвращаясь снова к моим глазам.

- Нет, я хочу рассказать об этом! Возможно, для тебя это всего лишь выполнение приказа, но ты единственная, кто поддерживает меня в этом мире, - почувствовала, как из глаз покатились предательские слезинки. - Невозможно все время притворяться сильной, находясь в полном одиночестве. А ты..., - голос дрогнул, и бесконтрольный поток слез заструился по щекам, - ты настоящая. Единственная, настоящая, среди вереницы подделок.

Слезы застили глаза, но я больше не пыталась сдерживаться. Позволила усталости, боли и одиночеству вырваться наружу и покинуть мою душу. Мне было необходимо смыть сгрызающую изнутри черноту и навсегда очиститься от всего, что делало меня слабой.

- Прекрати, - сухо проговорила она, перемещая взгляд с одного предмета на другой и обратно ко мне. – Прекрати, я сказала, - выпрямилась в кресле Неда. - Терпеть не могу слёз.

- Можно подумать ты знаешь, что это такое, - фыркнула, не различая её очертаний за мутной пеленой.

- Слышала, что такое возможно, - усмехнулась она, протягивая мне белоснежный платок.

- Попробуй сама, тебе понравится, - я взяла тонкую ткань, вытирая щёки и глаза.

- Поэтому и боюсь начинать, вдруг втянусь, - на лице Рогнеды появилась искренняя улыбка, а взгляд смягчился.

- Втянешься ты, как же! Скорее камни начнут плакать, чем ты! - усмехнулась, чувствуя облегчение.

- Похоже, ты меня успела узнать, - рассмеялась она. - Твой запас воды закончился?

- Кажется, да, - глубоко выдохнула, расправляя плечи.

- Все в порядке?

- Уже лучше, - шмыгнула носом, - правда. Мне нужно было расстаться с этим резервом, - усмехнулась, глубоко вздохнув, чувствуя, как горечь отступает, оставляя после себя легкость. – Теперь, может, расскажешь для чего все это? - приготовилась к тому, чтобы услышать новую неприглядную правду.

- Ничего не меняется, кроме твоего места обитания. Ты по-прежнему прислуживаешь Хозяину, если он того потребует. Есть еще кое-что! - Рогнеда поднялась на ноги, убирая книгу, лежащую у неё на коленях, на стол и протянула мне руку. - Пойдем, помогу тебе одеться и покажу то, от чего, как мне кажется, ты будешь в восторге.

Заинтригованная, я медленно поднялась на ноги, застонав от боли, пронзившей спину и прокатившейся по всему телу. Воспоминания о знакомстве с поводком Ваала, снова озарили сознание, заставив сердце замереть и забиться с удвоенной скоростью.

- Ты ещё не полностью восстановилась, - поддержала меня Надзирательница, не позволяя упасть. – Я смогла подлечить только внешние травмы и немного снять боль, но полное излечение потребует времени.

- А потом всё повторится вновь, - улыбнулась, прекрасно осознавая факт неизбежности подобных «обучений» в будущем.

Прогулка по моей новой комнате превратилась в настоящую экскурсию. Изобилие белого цвета казалось нереальными в этом мире тьмы. Словно вселенная перевернулась, и вместо ада меня за перенесенные мучения перекинули в рай, в существование которого не верила при жизни, а после смерти лишь утвердилась в своём мнении на этот счет. Но прохаживаясь по ослепительно - белым комнатам я потеряла чувство реальности. Перестав понимать, где нахожусь, и что происходит. С немым оцепенением взирала на просторную гостиную, необъятную ванную и гардеробную, заполненную одеждой до отказа. Молча приняв душ и одевшись в голубое шифоновое платье, не могла избавиться от предчувствия, что всё это - начало чего-то ужасного, ещё более разрушающего и уничижительного, чем пришлось испытать до этого благодаря Хозяину. При мысли о Ваале сердце начало бешено колотиться, после каждого удара сжимаясь от боли. Я не понимала испытываемых к нему чувств. Мне хотелось увидеть его, хотелось его внимания, и в то же время кожа покрывалась липким потом от мысли о возможных вариантах того, что он может со мной сотворить. Единственно ясным оставалось лишь то, что я не безразлична ему. Хотелось бы мне его чувств? Было страшно отвечать себе на этот вопрос. Меня тянуло к нему, словно я впала в некую зависимость от него, но одновременно с этим, не желала быть одной из тех ненормальных, что готовы терпеть побои и унижения, ради нескольких минут ласки. И самым жутким во всей этой ситуации было полное отсутствие выбора. Мне предстояло либо смириться со своим положением, либо бессмысленно изводить себя.

Отодвинув в сторону развевающиеся легкие шторы, сквозь которые в комнату падал яркий свет, Неда придержала материю, позволяя мне перешагнуть через порог. Словно завороженная, я смотрела на солнечные лучи, проникающие в гостиную, освещая мой тёмный мир. Не отводя взгляда, шагнула вперед, навстречу свету, способному вывести меня из мрака. Оказавшись за пределами комнаты, сощурилась на мгновение, привыкая к солнцу. Ароматы цветов и свежести, заполнили легкие, одурманивая своими запахами. Грудь сжало от предвкушения того, что я должна увидеть. Резко распахнула глаза, ахнув от неожиданности. Я находилась в зеленом саду, утопающем в цветах и разных видах деревьев. С разных сторон доносился щебет птиц, а где-то в глубине двора журчала вода. Я будто очутилась в джунглях.

- Как?! - воскликнула, не сдерживая восторга и удивления. – Неужели мы...

- ...дома? – перебила меня Надзирательница, не позволив закончить вопрос. – Нет. Мы всё еще во дворце.

- Но как?! – жадно осматривала сад, проходя вглубь, дотрагиваясь пальцами до сочных листиков. – Откуда здесь солнце? – наклонилась к розовому кусту, втягивая сладкий аромат.

- Это иллюзия, - брюнетка шла следом за мной, не отставая ни на шаг. – Мы по-прежнему во дворце, над нами всё та же крыша, под которой ты жила все это время.

- Боже мой, это невероятно! – оглядывалась вокруг, пытаясь рассмотреть каждое растение. – Только не говори, что мы всё еще находимся в том чулане, в котором я жила последнее время.

- Вот что тебя беспокоит, - засмеялась девушка. – Нет, ты точно не в том чулане. Хозяин поселил тебя немного дальше.

Сердце ёкнуло при упоминании Ваала. Почему-то тот факт, что он отдалил меня, вызвал дискомфорт, но только на краткое мгновение. Мне впервые хотелось улыбаться и учиться жить в новом мире, а не забивать голову очередными вопросами, на которые не получу ответов.

После ночи с Хозяином я пребывала в таком же приподнятом состоянии. Казалось, будто на спине выросли крылья, взмахнув которыми, взлечу так высоко, что земное притяжение перестанет существовать для меня и придется болтаться в открытом космосе. Я дотрагивалась до тех мест, которые ласкал Ваал, стараясь вновь воспроизвести ощущения от его прикосновений. Закрывала глаза, представляя дурманящий запах и горячую кожу, медленно плавясь, словно воск. Воспаленное тело реагировало на каждое воспоминание о нем, отдаваясь сладкой истомой. Я вспоминала каким страстным и требовательным он был, при этом не забывая о моём удовольствии и не узнавала того холодного и жестокого мужчину, доставлявшего мне до этого дня столько боли. Стараясь не думать о Ваале, всё равно утопала в мыслях о нем, фантазируя о следующей подобной встрече. Несколько дней в одиночестве подогревали необходимость в его властном голосе и уверенных прикосновениях. Изводилась от бесконечного ожидания и новой порции неизвестности, оказавшейся еще более невыносимой, после того как я отдалась Хозяину целиком. Лишь мысль о том, что смогла превратиться в одну из тех, что оказывались в его постели на одну ночь, сводила меня с ума сильнее одиночества. Я пыталась искать плюсы в сложившейся ситуации, внушая себе, будто потеряв интерес ко мне, он снова позволит вернуться к работе Охотника и забудет о моём существовании. Но душа, словно птица в преддверии землетрясения, начинала биться в тревоге. Тогда я погружалась в фантазии всего еще об одной ночи в его объятиях.

Подогреваемая и растревоженная думами и догадками, считала секунды до получения указания, явиться к нему в покои. К моменту получения свитка с расписанием работы ожидание достигло своего апогея. И вновь надежды на встречу не оправдались, рассеявшись как дым в ветреную погоду. Рассчитывая увидеть Хозяина незамедлительно, я была жестоко спущена с небес на землю. Бесконечно долгие и утомительные часы дежурства подтачивали неуверенность, разрастающуюся в груди ядовитым плющом. Чем дольше я ждала его, тем слабее горело желание услышать шаги за дверью. Страх того, что он будет не один, не отпускал ни на секунду. Радость при появлении Ваала сразу же сменилась разочарованием. Не удостоив и взглядом, он обдал меня холодом, словно пустое место, коим была для него всё это время. В его отношении ко мне совершенно ничего не изменилось. Равнодушный взгляд и полное игнорирование. Так дерьмово я себя не чувствовала, пожалуй, со студенческих времен, когда на следующий день после секса с парнем, он применял все свои актерские навыки, делая вид, будто не замечает меня. Только вот по смертным мужикам можно без труда определить, хотят ли они просто отделаться или их внутренний мир настолько сложен, что они не в силах справиться с ним и показать истинные чувства. С Хозяином же планка моего непонимания поднималась с каждым новым вздохом. Я не ждала проявлений чувств или особых перемен в отношениях. Пробыв столько времени у него в подчинении, я даже перестала надеяться, это оказалось бы верхом глупости. Мне просто требовалось почувствовать от него хотя бы малую часть из того, что удалось уловить во время нашей ночи. Но в очередной раз передо мной предстал Ваал - бездушный ублюдок. Задыхаясь от злости и негодования, я сделала величайшую оплошность, отдалась эмоциям. Меня трясло от его ледяного тона, с которым он выкрикнул приказ убрать за ним после. Слепо следуя зову закипающей крови, пошла посмотреть ему в глаза и узнать, что я для него и чего стоит ожидать в дальнейшем. Ваал удовлетворил мою потребность, наглядно показав, кто я для него. Жалкое пресмыкающееся, игрушка для утех, никто....Но потом, в момент адского наслаждения, когда тело разрывало от боли и удовольствия, его прижавшаяся к моему лицу щека, сказала мне гораздо больше чем цепь, нещадно одаривающая меня неистовыми ударами.

- Интересно, почему он так расщедрился? - я не желала знать ответ на этот вопрос, понимая, что ответ вряд ли окажется тем, каким хотелось бы мне. – Вряд ли он почувствовал вину за нанесенные увечья. Раньше за ним подобного замечено не было.

- Скорее для того, чтобы не убить, - пробубнила Надзирательница, поравнявшись со мной.

- Напрасно, - дотронулась рукой до щеки, к которой прижимался Ваал, и чуть заметно улыбнулась. Возможно, не все потеряно, и я права? Такой вывод одновременно радовал и вводил в замешательство. Не хотелось бы заниматься самообманом. Неда права. Но зачем ему мучиться из-за возможности убийства простой рабыни? Вряд ли из-за нежелания лишиться моего первоклассного обслуживания.

- Впервые полностью с тобой согласна. Ты не стоишь таких забот.

- Спасибо, - посмотрела на неё, в очередной раз поражаясь честности девушки. – Наставления будут?

- Всё по-прежнему, - внимательно осматривала растения девушка, - ждёшь указаний и выполняешь их.

- Лучше бы он убил меня, - тяжело вздохнула, приняв факт продолжения своих мук.

- Возможно. Ему видней, кому, когда и где прощаться с жизнью, и ты не сможешь уйти раньше отведенного тебе времени.

- Просто скажи, что ему в кайф мучить меня, трахать и снова мучить.

- Насколько мне известно, для каждой цели у него есть определенная категория слуг. Похоже, ты произвела революцию, став первой, кто совместил несколько функций сразу, - приподняла бровь брюнетка, окидывая меня оценивающим взглядом сверху вниз.

- Когда-нибудь ему надоест, - вспомнила вереницу красоток, прошедших через спальню Хозяина, почувствовав легкий укол ревности.

- Это неизбежно, - равнодушно подтвердила Неда. - А до тех пор мне придется ежедневно терпеть твое общество.

- Что? - остановилась, посмотрев на девушку. - Он тебя приставил ко мне?

- Ага, - ответила Рогнеда, не останавливаясь и пройдя вперед. - Меня и еще четверых иергонов снаружи.

- Что? - недоуменно посмотрела на нее, лихорадочно придумывая объяснения подобной заботе, но шестеренки в голове лишь шумно скрипели, не выдавая никакого результата.

- Лимит вопросов исчерпан, - проговорила из-за дерева девушка.

- Ерунда какая-то, - пробормотала себе под нос.

- При-вы-кай, - растянула последнее слово Надзирательница, удаляясь вглубь сада.

Растеряно прокрутившись вокруг себя, выискивая неизвестно что, бросала взгляд с высоких пальм на яркие цветы и обратно, пока глаз не зацепился за куст черных орхидей. При жизни я очень любила эти цветы, но никогда не видела угольных цветков. Подойдя ближе, дотронулась до нежных лепестков, рассматривая необыкновенную красоту. Обхватила венчик, наклоняясь вниз, втягивая тонкий, еле уловимый аромат, и наткнулась пальцами на жесткий выступ. Отогнула цветок посмотреть, что это может быть, увидела небольшой клочок бумаги, свернутый трубочкой и запрятанный между лепестков. Оглянулась по сторонам, отыскивая того, кто мог оставить это здесь. Не увидев даже Надзирательницы, осторожно вынула сверток, стараясь не повредить цветок. Тонко выведенные буквы, складывающиеся в два коротких слова, застыли в глазах.

"Выход есть", - чернела фраза на бумаге.