Ошибка

Твои руки скользят по телу,
Словно летний ночной прибой.
Твой голос — дыханье мая,
Что ведёт меня за собой.

Я медленно моргаю и неосознанно приоткрываю губы, давая Алексу все знаки того, что сейчас хочу этого. Клянусь, я не знаю, что со мной. Не знаю, что творится у меня в голове, но все мысли улетучились — какими бы они ни были, их просто не стало. Там просто пусто. И эта пустота именно в этот момент словно подтолкнула меня ко всему, что мы делаем.

Глаза Алекса стали на оттенок темнее от желания, бурлящего в нём уже давно. Я чувствую всем своим телом его напряжение и не понимаю, как у него получалось сдерживаться до этого момента. Его горячее дыхание опаляет мою шею, вызывая рой мурашек, от которых я вздрагиваю.

Мы только что признались в любви? Да. Я действительно сказала, что люблю этого человека, совсем не думая. Я не прокручивала эти слова в голове и, в целом, никогда об этом не думала, но они сами вырвались, посчитав это нужным. Сердце подсказало им, что сейчас самое время.

Мужчина, всё ещё нависая надо мной, замирает. Он ничего не предпринимает, чего-то ждёт — наверное, моего разрешения. И я тоже замираю, потому что не знаю, что ему сказать. Моё тело горит, просит чего-то, чего раньше я никогда не ощущала. Я чувствую тепло внизу, почти жар, ощущаю возбуждение. И я снова вздрагиваю, но на этот раз не от мурашек, а от того самого ощущения в животе.

Алекс улыбается, наверняка понимая всё. Он взрослее, опытнее и прекрасно умеет считывать женские эмоции, а уж тем более — желания. Но он не действует, потому что знает меня. Знает, что я за секунду могу передумать, испугаться.

Вместо какого-то ответа на его вопросительно-выжидающий взгляд я скользнула ладонью к его затылку и притянулась к горячим губам. Не знаю, что этим хотела ему сказать, но сейчас я просто хотела целовать его. Целовать до посинения губ, до усталости во всём теле, до самой ночи.

Близость с ним — это то, чего мне, кажется, так не хватало всё это время. И я не про секс. Я про близость. Про ощущение его рук… про его губы на своей коже… про эти нежные слова, которые он шепчет мне на ухо. Моё сердце сейчас готово взорваться от радостных эмоций внутри, от этого приятного блаженства.

— Айви? — подал голос мужчина, оторвавшись от моих губ. — Нам лучше остановиться?

— Я не знаю, — с придыханием ответила я, беспомощно глядя в эти горящие глаза. — Мне очень хорошо.

Ресницы затрепетали, когда тёплые губы опустились на мои открытые ключицы, и я прикрыла глаза, снова приоткрыв рот. Я тихо вздохнула и поёрзала, ощущая странное желание выгнуть спину.

— Пожалуйста, скажи, что мне делать, — спросил Алекс, останавливаясь всего на секунду, чтобы задать вопрос.

Я сейчас сойду с ума от того, насколько мне хорошо…

— Не прекращай, — попросила я так отчаянно, словно вот-вот заплачу. Алекс послушался, больше ничего не говоря, только целовал мои ключицы.

Каждую секунду от его касаний у меня бегали мурашки. Мне даже хотелось заплакать — не знаю, нормально ли это.

Я не сразу заметила, как кончики его пальцев забрались под топ. Алекс коснулся его низа и поднял вверх, полностью снимая и сразу припадая губами к моей груди. Тепло, даже жар, разлилось по телу, забирая у меня дар речи.

Он не отрывался от меня ни на секунду, не поднимал взгляд и больше ничего не говорил. Локти, опиравшиеся о матрас, скользнули, и Алекс опустился на меня ещё ниже, чтобы просунуть руки под спину и расстегнуть застёжку бюстгальтера. Одним движением он сбросил его с меня в сторону, и я успела заметить, что тот зацепился за спинку стула, оставаясь висеть на нём.

Опустив губы ещё ниже, Алекс облизал правый сосок, вырывая из меня первый стон. Я тут же прикрыла рот рукой, то ли испугавшись, то ли смутившись этого. Мужчину это лишь позабавило, и, специально издеваясь надо мной, он коснулся его ещё раз — но уже зубами.

Я выкрикнула, полностью забыв о том, что мы дома не одни. Об этом я точно вспомню не скоро. Алекс засмеялся и тотчас получил от меня несильный удар по плечу. Мой «серьёзный» и «злой» вид явно развеселил его ещё сильнее, и он поцеловал меня в губы, пытаясь замылить глаза.

Конечно, у него получилось. Я растаяла тут же.

Наш поцелуй длился несколько минут, прежде чем Алекс отстранился и заглянул мне в глаза. Он сглотнул, и я видела, с каким трудом ему удаётся всё ещё сдерживаться. Разомкнув губы, он сказал:

— Если ты меня сейчас не остановишь, я зайду слишком далеко.

Понимая, о чём он, я всё же захотела спросить:

— Насколько далеко?

Алекс, уловив дразнящие нотки в моём голосе, ответил:

— Настолько, что заставлю тебя кричать, Айви. Я очень сильно хочу тебя. Причём уже давно. И я не смогу сдерживаться и быть хорошим. Не сейчас точно. Тебе лучше остановить это всё, если не хочешь во мне разочароваться.

Почему он постоянно винит себя в чём-то и думает, что я разочаруюсь? Эти слова убрали во мне всё веселье, и мне стало грустно. За него. Я не хочу видеть его таким. Мне нравится его дерзость и уверенность, его шутки и иногда несносные поступки.

— Я не разочаруюсь в тебе, Алекс, — уверенно сказала я, кладя ладонь на его щеку и большим пальцем поглаживая немного колючую кожу. — И я хочу этого. Да. Пожалуйста, Алекс. Покажи мне себя. Откройся.

Алекс тихо рассмеялся, будто насмехаясь надо мной!

— Если я покажу себя, ты отключишься, Айви. А я этого не хочу, — сказал он. Я смутилась, понимая, о чём он говорит. На секунду остановив взгляд на моей груди, Алекс снова поднял его на меня и спросил в последний раз: — Ты точно хочешь этого сейчас? Ты всё ещё можешь остановить меня.

— Хочу! — громко и упрямо ответила я.

Алекс задержал на мне взгляд. Сузил глаза. Тело пронзила дрожь от его взгляда, в котором сквозила похоть и безудержное желание.

Сначала он встал на колени, зафиксировав моё тело своими руками, а затем опустил корпус, чтобы снова поцеловать мой обнажённый верх. Он вёл губами от самой шеи до пупка, а низ живота целовал особенно нежно, словно чувствовал, что именно там моя эрогенная зона.

Я приподняла таз, когда поняла, что Алекс хочет снять с меня штаны. Он быстро раздел меня, не оставив на мне ни одной вещи. Я лежала перед ним абсолютно обнажённая, в то время как он всё ещё был в одежде. Но, будто прочитав мои мысли, Алекс снял футболку через голову за секунду и немного замедлился, расстёгивая ремень джинсов.

Моё тело напряглось, понимая, что я сейчас увижу. И что вообще будет дальше. Я нервно сглотнула, почувствовав, как всё внутри сжалось. Страх пришёл не вовремя. Почему сейчас?! И почему все мысли снова вернулись ко мне?! Уйдите! Прочь!

«Ты раздвинула ноги перед тем, кто уничтожил тебя?» — насмешливо спросил внутренний голос.

Дыхание участилось. Я закусила губу.

— Что с тобой? — заметил Алекс и остановился. На этот раз он лёг рядом, понимая всё без слов. То, как он умеет читать моё состояние, всегда поражает меня. Мне даже не нужно что-то объяснять.

— Всё хорошо, — выдохнула я, прогоняя тревогу и прочие мысли.

— Я же вижу, что нет, Лучик.

— Пожалуйста, Алекс… — я коснулась его груди. — Я хочу хотя бы сегодня быть свободной и чувствовать тебя каждой клеточкой тела, не переживая и ничего не боясь.

Алекс поцеловал меня в лоб и встал с кровати, подойдя к тумбочке. Я лежала несколько минут, расслабляясь под прохладным воздухом, пока он закрывал дверь на замок, выключал основной свет и включал ночник на прикроватной тумбочке, зашторивал окна.

Чтобы расслабиться ещё сильнее, я закрыла глаза, слыша шелест фольги. Потом другой звук — как фольга рвётся и летит в мусорку. Ещё звук — я поняла, что Алекс надевает презерватив. Ещё несколько секунд — и мне придётся открыть глаза.

Я почувствовала, как Алекс возвращается на кровать и снова ложится на меня. Я открыла глаза и встретилась с его взглядом. Мне было неловко опустить взгляд вниз — и это, конечно, забавляло Алекса, хотя он старался сдерживать улыбку.

Когда головка члена прижалась к моему центру, я открыла губы и тихо выдохнула. Алекс провёл им сверху вниз, и я ловила эти ощущения. А потом он вдруг остановился и резко скользнул телом ниже, заставив меня приподняться и удивиться.

— Лежи, — серьёзно приказал мужчина, кладя большую ладонь мне на живот. А вторая рука уже ползла по ноге, приближаясь ко мне внизу.

Я неосознанно раздвинула ноги ещё шире, открывая ему полный доступ. Мне пришлось снова закрыть рот ладонью, чтобы не издать никаких звуков, когда его пальцы легли на мой клитор и медленно начали растирать его.

Я не знала, куда себя деть от этих новых, совсем новых ощущений. Внутри меня разгоралось пламя, плавя изнутри все органы. Мне было жарко, ужасно жарко, несмотря на то что окна в комнате были приоткрыты и внутрь проникал приятный прохладный воздух.

— Не нужно так делать, — недовольно прошептал Алекс, убирая той рукой, что лежала на животе, мою ладонь с губ.

— Дома твой друг, — напомнила я.

— Насрать мне на него, — резко ответил мужчина, видимо, злясь на эту ситуацию.

На мгновение я перестала чувствовать его руку на себе там, но уже через секунду почувствовала, как один палец проник внутрь. Его ладонь всё ещё касалась клитора, и это сочетание лишь усиливало удовольствие.

Алекс сгибал палец, попадая в какую-то нужную точку внутри, вызывая новые ощущения. Я чувствовала, как приближается кульминация. Мне хватило всего пяти минут, чтобы достичь первого оргазма в своей жизни. Мужчина добавил второй палец, растягивая меня сильнее, отчего мне пришлось закусить губу, и снова согнул их, начиная двигать интенсивнее, параллельно касаясь клитора.

Я закрыла глаза, когда почувствовала приближение, и Алекс, понимая, сделал последние резкие движения, после чего я вздрогнула и расслабилась. Тело пронзила слабая, но приятная дрожь, заставившая вытянуть согнутые ноги. Мужчина наградил меня поцелуем в живот и поднялся вверх, снова оказываясь надо мной.

Подготавливая меня, он гладил мою руку в успокаивающем и поддерживающем жесте. И, наверное, именно сейчас я поняла, что не ошиблась в нём. В каждом человеке есть плохие стороны, заставляющие совершать ужасные вещи. Но также есть и хорошие, которые способны затмить всё плохое. И, как оказалось, хорошего в Алексе намного больше, чем плохого…

Я снова почувствовала, как его член упирается в мой клитор и опускается ниже — ко входу. Ещё несколько секунд — и я ощутила, как головка начала растягивать меня. Это ощущение было болезненнее, чем его пальцы, но не настолько сильным, каким его описывают некоторые девушки, или таким, каким его показывают в фильмах и книгах.

А может, дело в партнёре и в том, как его принимает моё тело?

Или дело в доверии и в осознании, что он никогда не причинит мне боль?

Наверное.

Алекс стиснул зубы и прикрыл глаза, когда начал входить в меня. Хотя «входить» — это, наверное, не совсем то слово, потому что Алекс буквально протискивался. Но он делал это с полным терпением и пониманием. Потом открыл глаза и, вздохнув полной грудью, посмотрел на меня. Карие глаза искали что-то в моём лице — я это видела. Может быть, Алекс пытался понять, что я сейчас чувствую и что ему делать дальше.

— Скажи что-нибудь, — наклонив голову, попросил он.

— Не переживай, — я улыбнулась.

Мне было хорошо, несмотря ни на что. И я не собиралась его останавливать. Сегодня мне действительно хотелось этого. Хотелось, чтобы Алекс наконец понял, что я к нему чувствую. И что никогда не разочаруюсь в нём.

Войдя до конца, мужчина замер на минуту, снова прижимаясь губами к моей шее. Потом сделал несколько плавных движений — это всё ещё было неприятно, но я ничего не хотела говорить. А Алексу и не нужно было слов — он всё видел, чувствовал, понимал. Мужчина двигался очень медленно, не наращивая темп, минуты пять.

Я гладила одну из его рук, опиравшихся о кровать. Проводила короткими ногтями по выступившим венам. Иногда заводила руку за его голову, гладя, желая в полной мере ощутить всего его в этот вечер. Когда рядом нужный человек — ты не переживаешь ни о чём. Я часто думала, что, когда наступит этот момент, мне будет неловко, я буду стесняться тела и всего прочего. Но сейчас этих мыслей не было. Не было абсолютно ничего, кроме полного доверия к этому человеку.

Через какое-то время Алекс немного ускорился, и то саднящее ощущение прошло. Теперь я в полной мере наслаждалась процессом. В какой-то момент он остановился и вышел из меня, чтобы поднять меня на руки и усадить сверху на себя.

Мне всё-таки пришлось вскрикнуть, потому что под таким углом Алекс был во мне полностью, и это ощущалось ещё сильнее. Он облокотился о спинку кровати и положил свои руки на мои бёдра. Огонь в его глазах разгорелся сильнее — кажется, эта поза нравилась ему больше всего.

— Двигайся так, как хочешь ты, — сказал Алекс, и я прикусила губу.

Положив руки на его напряжённые плечи и полностью прижавшись к широкой груди, я начала двигаться. Сначала медленно, привыкая, а потом ускоряясь. Я знала, что Алексу это нравится. Даже больше: ему это было нужно.

У меня в голове долго крутились его слова о том, что я могу разочароваться в нём после нашего секса, что он не сможет быть «хорошим». И я не понимала, почему он так говорит.

А потом поняла…

Когда моё дыхание на его шее участилось, Алекс почувствовал это и понял, что я скоро кончу. Тогда он крепче сжал мои бёдра — настолько крепко, что стало больно. Но, на удивление, эта боль мне нравилась. Алекс прошептал «прости», и я испугалась. Не того, что может быть, а самого этого слова. Вместо ответа я обняла его за плечи и поцеловала в шею, утыкаясь в неё лицом, полностью отдавая своё тело в его руки.

Вот за что он просил прощение.

Алекс ускорился так сильно, что я начала подпрыгивать. К такому темпу я не была готова и, честно говоря, испугалась. Сжала его плечи крепче, уткнулась ещё сильнее и зажмурилась. Но моё тело было полностью готово — оно почти не испытывало боли. Даже грубые руки на бёдрах не ощущались плохо.

Безостановочно вколачиваясь в меня, Алекс зарылся лицом в мои волосы, а потом укусил кожу в области шеи, вырвав из меня писк.

Я кончила первой, и Алекс остановился на несколько секунд, позволяя мне расслабиться и обмякнуть на нём. А потом сделал ещё несколько резких толчков, чтобы кончить самому. Только после разрядки он разжал руки на моих бёдрах, но всё ещё прятал лицо в моих волосах.

Он поцеловал меня в плечо и сполз спиной по спинке кровати вниз, ложась на подушку и укладывая меня рядом. Он всё ещё был во мне, и я ощущала, как пульсирует его член.

— За что ты просил прощения? — не могла забыть его слова.

— За то, что причинил боль.

— Ты не причинил мне боль, — я перекатилась на кровати, слезая с него, и легла на его грудь, заглядывая в глаза.

Алекс опустил взгляд на красные следы от своих рук на моих бёдрах.

— По-моему, ты мне врёшь, Айви.

— Алекс, мне было приятно, и я точно не собираюсь разочаровываться в тебе. А твои слова об этом меня только расстраивают.

Мужчина, не найдя подходящих слов, просто поцеловал меня в лоб и обнял, словно прося прощения этим жестом. А я обняла его в ответ и прикрыла глаза, не чувствуя ни рук, ни ног. Несколько минут мы разговаривали непонятно о чём, потому что оба были уставшими, но нам хотелось продлить ещё немного наш момент. Потом я отлучилась в ванную комнату, а когда пришла, увидела, что Алекс уснул, не дождавшись меня. И, улыбнувшись каким-то своим спутанным мыслям, я аккуратно легла рядом с ним, засыпая в полном спокойствии.