Белый цвет отчаяния

Из гостевой комнаты раздался звук бьющегося стекла. Я переглянулась с Аароном. Мы оба примерно поняли, что могло произойти.

Обойдя брата, я быстрым шагом зашла в комнату, откуда донеся звук. Мои мысли подтвердились. Посреди комнаты стоял Эндрю с окровавленной рукой, рядом валялись осколки. Подняв взгляд, я увидела вместо окна зияющую раму. Оттуда открывался вид на ночной город. Вид был прекрасным. Но ночи уже были холодными, и эта дыра грозила нам всем насморком и счетом за ремонт.

- Подожди здесь, я принесу аптечку из своей комнаты, — выдохнула я, глядя на брата, — и спрошу Мэтта, может ли он окно вставить...

- Лучше позови Нила.

- Нила? Хорошо, позову, если дашь рану обработать.

Эндрю фыркнул и ничего не ответил. Я приняла это за согласие, поэтому быстренько выбежала из комнаты Монстров в свою.

В комнате я застала ребят из команды. Они лениво разметались по дивану, допивая остатки алкоголя. Резкость моего появления заставила их смолкнуть. Дэн вопросительно посмотрела на меня, пока я тянулась к аптечке на верхней полке шкафа.

Первым среагировал Мэтт. Он подошел, снял аптечку и задержал ее в воздухе.

- Зачем она тебе? — в его голосе сквозило любопытство.

Я ответила вопросом на вопрос:

- Ты умеешь ставить окна?

На лице Мэтта мелькнуло понимание. Он кивнул, отдавая мне аптечку.

- Могу попробовать найти, чем заколотить. Но ничего не обещаю.

- Передам, — кивнула я и, сделав глубокий вдох, обвела взглядом комнату. Мой взгляд упал на Нила. Он сидел в стороне, уткнувшись своим взором в сторону двери.

- Нил, — позвала я, — Эндрю попросил тебя зайти.

Он поднял голову резко. Его глаза выражали чистое недоумение. Казалось, он перебирал в памяти все причины этого вызова и не находил ни одной.

Наши с ним контакты были редкими и сводились к сухим указаниям на поле. Мне было достаточно, чтобы он просто ловил пасы. Ему, я была уверена, было плевать на всё это. Нил явно предпочитал сводить любые разговоры к минимуму.

Он медленно поднялся, не говоря ни слова, лишь коротко кивнув. Его молчаливое удивление витало в воздухе, пока я уже шла обратно, прижимая к груди аптечку.

Я зашла в гостиную. Эндрю все так же стоял посреди комнаты с опущенной головой вниз. Он даже не дрогнул когда я осторожно ткнула его в плечо. Это была проверка, что он не оттолкнёт меня, если сейчас начну обрабатывать его рану. Эндрю же явно сейчас было до лампочки.

Вместо того, чтобы попросить его сесть, я взяла раненную руку и в первую очередь обработала спиртом. Спиной я ощутила чей-то взгляд, и скорей всего это был Нил (Быстро же он пришел, но придется подождать пока я не закончу). В ход пошел бинт, который у нас был лишь благодаря Элисон, ведь она его купила, когда я шею себе поранила. Тогда проклинала, сейчас вполне благодарна.

- Все, я закончила, — выдохнула я, отходя в сторону, — теперь говорите сколько душа пожелает.

Эндрю не поблагодарил, лишь оценивающе посмотрел на перебинтованную руку. Я устала ждать его вердикта, поэтому просто молча ушла на кухню, где до сих пор сидели Кевин с Аароном. Они правда просто сидели. Молчали. Тут муха пролетит, ее слышнее будет.

- Жить будет, рука на месте, — зачем то отчиталась я.

У Аарона заметно опустились плечи. Значит всё-таки переживал за брата. Даже если они не показывают это друг другу и окружающим, все же внутри них есть те самые «братские узы». Что ж, мне ничего не мешает в открытую признать их как родственников.

- Ты поедешь в Колумбию? — спросил Кевин, пытаясь разбавить неловкое молчание, которое мешало только ему.

- Да, хочу выпить. — ответила я, подходя к холодильнику.

- Эндрю хочет взять Нила с собой.

- Как-то до пизды если честно.

Кевин промолчал, положив руку на остывшую кружку чая. Его взгляд устремился куда-то вглубь себя, будто он обдумывал всю свою жизнь и ошибки. Я решила, что разговор на этом окончен, поэтому хотела выйти с кухни, но в дверях появился Ники со своей стандартной клоунской ноткой:

- Чего грустим? Кто-то помер?

- Только атмосфера, — хмыкнула я и заметила рядом с Ники ещё одну макушку.

- Тогда надо отметить, похороны это очень весело, — с улыбкой заметил Эндрю из-за плеча Хэммика.

- Попроси Роланда налить чуть больше, чем обычно. 

- Спасибо за идею, Эри, так и сделаю, — брат щелкнул пальцами, проходя вглубь кухни.

                                 ***

Мы стояли в коридоре, дожидаясь остальных Монстров. Все же Нил согласился поехать, хотя, скорей всего Эндрю просто не дал ему выбора. Все вышли, и в этот момент со стороны комнаты Мэтта раздался шум. Монстры дружно обернулись туда. На выходе стоял Сет, а его карманы обыскивала Элисон. Тот хоть и был недоволен, но не оттолкнул ее. У них вообще отношения странные, то постоянно ругаются, то не разлей вода. Розовые сопли, да и только.

Бойд заметил нас и весело помахал рукой:

- Нил, Сет и Элисон сваливают в экспедицию по барам, а мы собираемся устроить киномарафон. Присоединяйся к нам, будет весело. Мы закажем алкоголь, а вам с Рене газировку.

Эндрю сделал шаг в сторону, загораживая Нила, тем самым не дав ему даже подумать об этом предложении.

- Боюсь, сегодня Нил пьет за мой счет, — ухмыльнулся брат.

В дверях возникла Дэн:

- Нил, если они заставили тебя...

Эндрю перебил ее:

- Никто не заставлял, он сам пришел к нашим дверям, — мелкий обернулся к Джостену и заговорил с ним на немецком: — давай, скажи, что сам приполз к дверям нашей комнаты.

Нил нахмурился, понимая, что Миньярд этим поступком ставит его в то положение, в котором все будут знать о его владении немецким языком. Но парень не долго сомневался, ответив на том же фашистском:

- Я не приползал.

- Екорный бабай! — удивился Ники на немецком, — Ты еще и немецкий знаешь! Аарон, быстро вспоминай, мы обсуждали что-то непристойное?

- Не считая того, как ты пел о том, что хочешь Нила в свою постель... То нет, не обсуждали. — Аарон пожал плечами и обратился ко мне: — Эри, ты что-нибудь помнишь?

- Ники не скрывал первого, он и на английском выражался об своем желании... — заметила я, тоже переходя на немецкий, — А так, больше вроде ничего.

Старшекурсники удивленно посмотрели на Нила.

- Я думал, ты говорил на французском... Это же он был на шоу у Кэти? — спросил Мэтт.

- Увидимся завтра. — вместо ответа сказал Нил, махнув рукой.

Я заметила как его взгляд скользнул по мне. Оно и понятно, я еще не говорила на немецком при нем. Хотя, удивительного я в этом не вижу, ведь мне надо как то общаться с братьями и кузеном, если не хочу, чтобы кто-то услышал что-то лишнее для себя.

- Погнали, — сказал Эндрю и направился по коридору в сопровождении Кевина.

- Нил, это плохая идея, — предостерегла Дэн.

- Знаю, — уходя, кивнул Нил.

Все дружной компанией спустились вниз, и все, кроме Нила, были в черном. Даже я надела костюм (платье никто не заставит, хуес два, я его надену).

Эндрю остановился у машины, вопросительно посмотрев на меня. Я указала пальцем в сторону своего мотоцикла:

- Я своим ходом, так что захвати мне крекерной пыли, — попросила я, — Подожду вас сразу у Райских Сумерек.

- Запомнил. — кивнул Эндрю, садясь за руль. 

Я развернулась и подошла к своему мотоциклу, сдернув с него защитный плед резким движением. Монстры уже отъехали, когда я только завела свою машинку (все, что с мотором или двигателем, можно назвать машиной, так что не возмущаемся). Оседлав ее, я проверила бензин в баке, надела шлем и завела мот. Он издал протяжный рык, который свидетельствовал о достаточно долгом его неиспользовании. Когда он стал привычным, я вдавила газ в пол и тронулась с места. Мотоцикл плавно вез меня по шоссе, лавируя между машинами. Машину Эндрю я так и не догнала, но по времени они должны были быть уже в ресторанчике «У красотки».

Я приехала же сразу к Райским Сумеркам, припарковав вот на внутренней парковке. У меня был свой пропуск, так как чаще всего я ездила отдельно от братьев, и для удобства мне сделали личный.

Удостоверившись, что все с мотоциклом будет в порядке, я пошла ко входу дожидаться ребят. Они подъехали лишь минут двадцать спустя, и все это время я разговаривала с охранниками бара. Они оказались неплохими собеседниками, сумев поддержать нить разговора, лишь время от времени отвлекаясь на то, чтобы пропустить прибывающий народ.

Ники повез парковать машину, остальные подошли ко мне и нас пропустили внутрь. В этот раз людей было меньше, так как там какой-то день, праздник в общем, и пить нельзя. На выпивку оставалось всего полтора часа, но по поводу этого никто не переживал, ведь дома была заначка. Сказали ли об этом Нилу, я не знаю, но и до пизды мне как-то.

Столик занять оказалось ещё проще, поэтому времени у нас оставалось достаточно.

Эндрю пошел делать заказ. В этот раз за стойкой опять был Роланд, поэтому он очень быстро управился, зная какая кому доза и чего нужна. Ребята раньше работали с ним, а меня он знает, так как каждый раз появляюсь вместе с ними.

Брат пришел с подносом тогда, когда Аарон и Ники уже успели закинуться пылью. Я же не особо спешила, ведь мне больше нравилось разбавлять ее с алкоголем.

- Ваш напиток, мадмуазель, — Эндрю наигранно поклонился.

- Благодарю вас, молодой господин, —ответила я ему в той же манере.

Через полчаса все были очень пьяны, кроме Нила и меня. Я просто не очень много пила, не хочу блевать потом. Аарон с Ники свалили на танцпол, а Эндрю пошел относить поднос. За столом сидели абсолютно трезвый Нил и абсолютно пьяный Кевин, который все это время смотрел на меня.

Я вопросительно наклонила голову в сторону:

- Что?

- Странная ты... — пробубнил он.

- Спасибо, дальше что?

- Вот даже сейчас... — он качнулся вперед, оперясь локтями о стол. — Такая вся колючая... из себя. Должно злить... Но меня не злит. Наоборот, мне чертовски интересно... Даже, кажется, нравится?

- Да ты, дружок, не «кажется», а в стельку, — констатировала я, отодвигая свой стул. Но было уже поздно.

Кевин поднялся с места с удивительной для его состояния стремительностью. Он подошел ко мне вплотную, нарушая все мыслимые границы, и наклонился, чтобы оказаться на уровне моего лица. Я инстинктивно отпрянула назад, но спинка стула предательски уперлась в поясницу. Его левая рука вцепилась мне в подбородок, заставляя задрать голову. Правую он с силой положил мне на талию, прижимая к себе. Я, не отводя от него глаз, бросила через плечо, в пространство, где должен был быть Нил:

- Нил, убери его, он не в себе, пьян в дугу...

Я не успела договорить. Мои губы накрыло что-то обжигающе горячее, влажное и настойчивое. Мир сузился до этого неожиданного, лишенного всякого смысла контакта. Я замерла от чистого, животного удивления. А когда мозг наконец просигнализировал: «Кевин. Поцелуй. Насилие», — у меня внутри все сжалось, сперло дыхание, перехватило горло.

Я уперлась ладонями в его грудь, пытаясь оттолкнуть, вырваться, но он лишь глубже впился в мои губы, ответив на сопротивление грубой силой. Мои попытки были жалкими, беспомощными. В ушах стоял гул, смешанный с бешеным стуком собственного сердца.

И тут хватка ослабла. Чье-то железное усилие оторвало Кевина от меня, резко и безжалостно, за воротник рубашки. Он отлетел назад. Перед ним, как тень из ниоткуда, возник Эндрю. Его лицо было каменной маской холодной ярости. В его руке, прижатой к оголенной шее Кевина, лежал не нож для фруктов, а короткое, серьезное лезвие, которое он всегда носил с собой «на всякий случай». Острие подпирало кадык, и Кевин замер, будто не понимая в чем провинился.

Я сделала глубокий, сдавленный вдох, пытаясь втянуть в легкие воздух, вытесняя им вкус чужой слюны и предательское воспоминание о той грубой силе. Но внутри все еще бушевал ураган — слепой гнев, стыд и это проклятое, бешено колотящееся сердце, которое никак не хотело успокаиваться.

- Я поеду первая. — выдавила я из себя, отвернувшись, — Эндрю, умоляю, сделай так, чтобы Кевин не подходил ко мне ближе, чем на пять метров... Пожалуйста.

- Ты умудрилась сказать в одном предложении два слова, которые я ненавижу, — заметил брат, пряча нож.

- Но ты ведь сделаешь это?

Эндрю тяжело вздохнул, промолчав. Обычно это означало «да», так что я благодарственно кивнула и капитулировала от этого стола. Сначала хотела сразу свалить, но потом вспомнила, что ключей от дома нет, и поэтому подошла к Ники.

- Дай ключи, я уеду первая.

- Ой, ты чего? Что случилось? — Ники взволнованно осмотрел меня.

- Спроси Кевина, — буркнула я, — а теперь ключи дай, я поеду.

Хэммик порылся в карманах и положил мне на ладонь ключи от дома. Я поблагодарила его и ретировалась отсюда окончательно. Дэя видеть в лицо вообще не хотелось. Я не знаю теперь в принципе как смотреть ему в глаза. Злость берет да и только. Но ещё больше я злюсь на себя, потому что мое сердце устроило странный «тудум-тудум». Я не поняла этого, и ещё сильнее разозлилась.

С подобными мыслями я доехала до знакомого мне дома и припарковала мотоцикл у порога. Завтра нормально поставлю, а сейчас главное, чтоб не сбили.

Я зашла в дом и бросила ключи на тумбочку в коридоре. Сейчас мне хотелось лишь одного: забыть это бесящее происшествие и ощущение чужих губ на своих... Не то чтобы оно раздражало меня... Но для меня это было впервые. Я не понимаю происходящего, хотя очень хочется. Первый раз, когда это было настолько... нежно? Не знаю как описать. В детстве, когда Тильда приводила «гостей», они поступали грубо, бесчувственно, за поцелуем сразу следовало насилие... А Кевин... Кевин поцеловал меня, будто я могла рассыпаться, но при этом он был напорист... Непонятно, но неприятно мне не было...

От этой мысли по спине пробежал холодок. Не было того привычного, тошнотворного чувства опасности, желания сжаться в комок и исчезнуть. Была только оглушительная пустота в голове, свист ветра в ушах и это пьянящее, против воли, ощущение... жизни.

Я опустилась на диван, уставшая до глубины души, и уткнулась лицом в прохладную ткань подушки. Внутри все кричало, спорило, рушилось и строилось заново.

В общем, я не знаю, что мне делать. Абсолютно. Вечно прятаться за спиной Эндрю я не смогу, нам ещё на одном поле играть, тем более с Дэем мы играем в нападении в одной связке... Это может плохо кончиться, если я буду избегать его, так что придется «отпустить и забыть» как говориться.

ТГК: Author: Hirosoushi

Разрешаю закидать меня тапками за эту главу