Я сказал - не лезь!
— Майлз, стой!
Он услышал голос Эйба за спиной, но не обернулся. Шёл быстрее, сквозь толпу студентов, сквозь шум, сквозь собственную дрожь в груди.
Но Эйб догнал.
— Ты избегаешь меня уже неделю, чёрт возьми! — он схватил его за руку.
— Убери руку, — холодно бросил Майлз, не оборачиваясь.
— Нет. Мы не закончили. Я устал ходить вокруг да около. Ты... ты выглядишь как тень. Я больше не знаю, кто ты, и это пугает меня.
— А может, ты никогда и не знал. — Майлз выдернул руку. Его взгляд был острым, как стекло. — Ты думаешь, что всё ещё "мой друг"? Ты даже не представляешь, что творится у меня в голове.
— Так расскажи мне! — сорвался Эйб. — Чёрт, я пытался! Ты думаешь, мне легко? Смотреть, как ты закрываешься, исчезаешь, молчишь, режешь себя, а я не могу сделать ничего?!
Майлз сжал кулаки.
— Ты не должен был ничего делать. Это не твоя проблема. Я — не твой крест, понял? Я не обязан быть твоим проектом по спасению сломанных!
— Я не считаю тебя "сломанным"! — почти выкрикнул Эйб.
— Тогда ты просто слеп. — Голос Майлза дрогнул. — Потому что я разваливаюсь. Я не сплю, не дышу, не хочу жить, понимаешь?! Я просыпаюсь с мыслью, как бы всё это прекратить! И ты тут при чём? Ты ничем не поможешь.
— Тогда почему ты всё это держишь в себе?! Почему ты не можешь хотя бы... — Эйб замолчал. Его голос дрогнул. — Хотя бы дать мне быть рядом?
— Потому что ты всё равно уйдёшь. Все уходят. — Майлз отвернулся. — А я устал цепляться.
Эйб стоял молча. Его дыхание сбилось.
— Если ты меня так ненавидишь, — сказал он тише, — просто скажи.
Майлз посмотрел на него. Лицо в напряжении. Под глазами — синяки, кожа бледная, губы сжаты в тонкую линию.
— Я не... — голос сорвался. — Я просто не хочу тебя больше видеть.
Это была ложь.
Самая болезненная.
Эйб не ответил. Он медленно кивнул, сжал зубы — и ушёл.
А потом пришла тишина.
Та, после которой становится только хуже.