The 100| Ты останешься моим светом

Беллами.

— Мы прибыли так быстро, как только смогли. — услышал я голос Кейна по рации. Он обращался не ко мне, но, видимо, забыл выключить рацию.

Маркус с Эбби по срочному делу выехали в Полис следующим вечером. Вероятно, ведьма уже доложила всё командующей и оставалась там до сих пор. Я не сильно переживал — Лекса сможет защитить её.

Я же сидел на кухне с Мерфи, потягивая отвратительный самогон Монти. Он обжигал горло, но я пил. Снова и снова. На дне стакана не было ответов на вопросы, которые мучили меня последние сутки. Только горечь и пустота.
Я был зол на Риннель, которая, не думая головой, умчалась. На себя — за то, что растерялся и отпустил её. На Мерфи, который сидел и доставал меня так, что хотелось ему врезать.

— Ледяная королева устроила переворот, но по счастливой случайности он не удался. — начала было Кларк. — Об этом позже. Беллами не должен узнать, иначе...

— О чём я не должен узнать? — кажется, такой момент уже был. Я решил напомнить Маркусу, что он немного просчитался и оставил рацию включённой.

Я сжал стакан так, что он чуть не треснул. Мерфи напротив меня ухмыльнулся, и мне захотелось стереть эту ухмылку с его лица. Но я сдержался.

Наверное, он хотел выключить её сейчас, но Кларк его остановила.

— Чёрт! Нет, стой, иначе он приедет сюда и всё равно выпытает правду.

— Она дело говорит. — усмехнулся я, со звоном опуская кружку на стол.

— Беллами, ты знал, куда и зачем вчера отправилась Риннель? — я заметно напрягся, когда речь зашла о ней.

Вопрос застал врасплох. Я промолчал дольше, чем следовало, и Мерфи снова усмехнулся. Нужно было что-то сказать, но слова застревали в горле.

Я всё ещё думал над предложением Пайка, ведь в чём-то он был прав. Пока что нужно держать всё в тайне, поэтому я ушёл от ответа:

— Где Риннель? С ней что-то случилось?

— Беллами. — я услышал тяжёлый вздох подруги. Он мне не понравился. — Риннель не дошла до Полиса. Её схватил ледяной народ — они, видимо, решили отомстить за те обвинения на церемонии.

В ушах зашумело, в груди что-то оборвалось.
Я вскочил с места, чуть не подавившись похлёбкой. Всё это время я считал, что она в Полисе, в безопасности.

— О чём ты говоришь? Я скоро буду.

— Нет, Беллами! Поэтому я не хотела, чтобы ты знал. Ты слишком вспыльчивый, от тебя будет много шума.

— Мне плевать. Если надо, я сам поеду к ледяному народу. — я начинал злиться от того, что все пытаются удержать меня в Аркадии.

Голос сорвался на крик. Я чувствовал, как кровь приливает к лицу, как кулаки сжимаются сами собой. Мерфи куда-то исчез — то ли испугался, то ли просто надоело.

— Мы не можем рисковать Коалицией ради одного человека. — послышался холодный голос командующей.

— Вы не можете, а я могу. — я уже быстрым шагом шёл в сторону инженерной забрать машину.

Каждый шаг отдавался в висках пульсирующей болью. Я не думал о последствиях — только о ней. О её лице, о её глазах, о том, что она сейчас там, одна.

— Беллами, я обещаю тебе, с ней ничего не случится. Дай мне время, она будет в порядке. — просила Кларк. И я так хотел ей верить, ведь Риннель была подругой и для неё.

— Ты только усугубишь ситуацию, сынок. — дополнил Маркус.

Я остановился у двери, положив ладонь на холодный металл. В голове боролись два голоса — один говорил ехать, другой — остаться. И я не знал, какой из них правильный.

Я тяжело вздохнул, потирая лоб от замешательства.

— Ладно. Если ничего не изменится до завтрашнего дня — я не стану слушать ваши мольбы.

— Я свяжусь с тобой, когда будут изменения. — я кивнул, хотя знал, что она этого не видит, и отключил рацию.

---

Я вышел на улицу. Ночь была холодной, звёзды мерцали где-то высоко, равнодушные к моей боли. Я сел на ступени штаба, уставившись в темноту, и просидел так, наверное, час. Думал о ней.

Это я отпустил её в тот вечер, а теперь она у ледяного народа, который снова поступает так, как им вздумается. Если бы не земляне, которых Риннель так упорно пыталась спасти, всё было бы нормально.

Злость кипела во мне, требуя выхода. На Пайка, на Эко, на себя. На всех, кто был причастен к этому кошмару.

Я принял решение в этот момент, направляясь к Пайку. Нужно нанести удар, пока армия сама не напала на нас. Я больше не позволю землянам причинять вред моим людям.

---

Как только стемнело, наша небольшая вооружённая группа отправилась к воротам. Там нас ждала небольшая неприятность, но это легко исправить. Я вышел вперёд.

— Зачем вам оружие? — недоверчиво прищурился Линкольн.

— За стеной армия. Нанесём удар, пока они не напали. — решительно ответил я.

— Её прислали, чтобы защитить нас. Не совершай ошибку, Беллами.

— Какого черта, Беллами? Риннель не для этого поехала в Полис. — вмешалась Рейвен. — Думаешь, она этого хотела?

Значит, ей не сказали, что Риннель не в чёртовом Полисе. Я сжал зубы, чувствуя, как внутри закипает новая волна злости.

— Я всегда поступал так, как лучше для нас. Жаль, что Риннель этого не понимает. Прошу, доверьтесь мне и в этот раз. — я осмотрел ребят взглядом. — Монро? — девушка молча отошла в сторону. — Харпер? — она кивнула, освобождая дорогу.

Рейвен не была проблемой, оставался только Линкольн.

— Ты тоже, Линкольн. Если хочешь доказать, что ты один из нас — уйди с дороги. — это сказал Пайк.

Один из его людей направил на него пистолет. В ту же секунду землянин отобрал его и приставил к горлу парня нож. Это было ожидаемо.

— Опустить оружие! Опустите! — крикнул я, когда все начали суетиться. Это привлекло слишком много внимания. Я повернулся к другу: — Линкольн, положи нож. Мы не должны вредить друг другу.

— Я не позволю развязать войну. — твёрдо протестовал он, крепче сжимая рукоять ножа у глотки паренька Пайка.

— Мы уже на войне. Чей народ ты защищаешь, Линкольн?

Прозвучала сирена. К воротам выбежало много любопытного народу, среди которого была и моя сестра. Октавия подбежала ко мне, толкая за плечи, чтобы я обратил на неё внимание.

— Да что с тобой? — крикнула она, возмущённо смотря на меня.

— Это ты их вооружил? — разочарованно сказал Кейн, недавно приехавший из Полиса.

Я молча кивнул. Не было смысла отрицать. Я сделал то, что считал правильным. И пусть теперь все смотрят на меня как на предателя — мне было плевать.

В следующую минуту нас всех повязали по приказу канцлера Эбби. Неужели они не могут понять, что я пытаюсь защитить нас всех? Разве я хоть раз делал что-то против моих людей?

— Нас окружают воины, жаждущие нашей смерти. Кейн, думаю, люди, которые собираются за тебя голосовать, имеют право знать, что ты вчера сделал. — не унимался Пайк.

Маркус немного подумал, а затем закатал рукав, показывая прижжённый знак.

— Это знак коалиции командующей. Мы стали тринадцатым кланом, и теперь мы сражаемся вместе. — пояснил мужчина.

Народ начал бушевать. Всюду были слышны неодобрительные возгласы в сторону Кейна, фразы по типу «мы не земляне». Люди кричали имя Пайка, выдвигая его кандидатуру на роль канцлера. Завтра утром, после голосования, всё решится.

---

Эту ночь мы провели в тюрьме.

Решётка была холодной, пол — каменным. Я сидел в углу, прижавшись спиной к стене, и смотрел на единственное окно — маленькое, зарешёченное, через которое пробивался лунный свет.

Пайк продолжал возмущённо доказывать нам свою правоту, хоть мы и так знали, что он прав. Я молча кивал на его слова, мыслями находясь совсем не здесь. Сейчас я переживал за ведьму, которая опять вляпалась в неприятности. С ней не должно ничего случиться.

«Не должно». Слова, которые ничего не значат. Я уже говорил себе так, когда отпускал её в Полис. И что в итоге?

Ночью Кейн передал мне рацию на несколько минут, чтобы поговорить с Кларк. Блондинка сказала, что Риннель пока не тронута, а также что Лекса убила ледяную королеву.

— Роан из Азгеды стал королём, — говорила Кларк. — У него со мной довольно хорошие отношения. Он должен отпустить Риннель домой и возобновить мир между небесными людьми и ледяным народом.

Я слушал её голос, сжимая рацию так, что пластик трещал. Хотелось верить. Но вера — плохое оружие против страха.

---

Следующим утром нас разбудил щелчок в двери темницы.

Свет из коридора ударил в глаза, и я зажмурился. Кто-то вошёл — я услышал шаги, тяжёлые, уверенные.

— Поздравляю, господин канцлер. — процедил Кейн сквозь зубы, передавая значок канцлера.

— Спасибо. — кивнул Пайк. — Моим первым указом на посту канцлера: я прощаю себя и всех остальных — он обвел нас взглядом. — Вторым указом: я отменяю соглашение, по которому мы стали тринадцатым кланом. И в-третьих: я приказываю закончить начатое.

В моей груди поднялась не понятно откуда взявшаяся тревога после слов Пайка. Я смотрел на него и видел человека, который готов на всё ради своей цели. Таким я был когда-то. Может быть, таким я оставался до сих пор.

Но я знал, что должен поступить правильно. Должен спасти свой народ.

— Сэр, можно вас попросить? — мы были уже около ворот, когда я решился заговорить.

— Конечно. — Пайк остановился, поворачиваясь ко мне в ожидании.

— Можем ли мы после этого отправиться к ледяному народу? У них в заложниках моя... — я замер в растерянности, не зная, как сказать ему. — Моя подруга. Риннель Сайанс, вы должны её знать.

«Моя подруга». Какое жалкое слово. Она была не подругой. Но я не мог сказать правду — ни ему, ни себе.

Не важно, что сказала Кларк. Важно то, что я должен спасти её.

— Да, припоминаю дочь Телониуса. — канцлер весело похлопал меня по спине, как бы намекая, что всё понимает. — Конечно, всё решим.

Я кивнул, чувствуя, как внутри отпускает. Ненадолго.

Риннель.

Я очнулась, как ни странно, в холодной темнице. В голове стали всплывать последние фрагменты событий, и я с ужасом вскочила, понимая, что нахожусь в темнице ледяного народа. Здесь не было никого и ничего, кроме мышей, паутины, неприятных звуков и запахов.

Стены были каменными, сырыми. Где-то капала вода — кап, кап, кап — и каждый звук отдавался в голове ударом. Я обхватила себя руками, пытаясь согреться, но холод проникал под кожу, в кости, в самое сердце.

Дверь отворилась. В темницу зашла знакомая мне на лицо девушка. Я видела её в горе Уэзер.

— Если вы похитили меня, чтобы достать какую-то информацию, то спешу вас огорчить. Я ничего не знаю. — с презрением выплюнула я.

— Роан передал мне, что ты была принцессой небесного корабля. — я откинула голову назад, широко улыбаясь. Хотелось засмеяться в голос, но я сдержалась.

Я сказала Роану это в шутку. У нас на Ковчеге дети канцлеров не были настолько важны обществу. А теперь у меня тем более нет влияния в Аркадии.

— Надейся, что ты очень важна для своего народа, иначе ты сгниёшь в этой камере.

— Если хотите взять действительно важную персону, то вам нужно было похищать великую Ванхэду. — я насмешливо улыбнулась. — Ах да, вам ведь к ней не подобраться.

Девушка неожиданно врезала мне ногой, разозлившись. Боль вспыхнула в животе, и я согнулась пополам. Я сплюнула кровь, стараясь не издать стона, и в голову ударило осознание, что я веду себя слишком дерзко.

— Ты ведь Эко, да? Это тебя спас Беллами в горе, а ты отблагодарила его предательством. — я подняла голову, с презрением оглядывая её.

Во мне кипела злость. Не за себя — за него. За то, как она поступила с Беллами, сообщив ложную информацию, после которой наши люди в горе Уэзер погибли.

— Я действую в интересах только своего народа. — русая открыла дверь, собираясь уходить, но остановилась. — И я спасла Беллами, не дав умереть ему в горе. Мы с ним в расчёте.

Я так и не успела рассказать Лексе о планах Пайка. Остаётся лишь надеяться, что он никак не дойдёт до оружия, потому что Беллами ему не позволит.

---

Не знаю, сколько прошло времени — по ощущениям, часа два, если не больше. Здесь было ужасно страшно и холодно. Я успела окоченеть в джинсах и тонкой кофте.

Я сидела в углу, прижавшись к стене, и смотрела на дверь. Каждый скрип, каждый шорох заставлял сердце биться быстрее. Я думала о Беллами. О том, что он, наверное, злится на меня. О том, что, может быть, я больше никогда его не увижу.

Дверь отворилась.

— Пошли. — Эко грубо схватила меня за локоть, поднимая с пола.

— Что происходит? Куда мы идём?

Она приказала мне заткнуться, толкая вперёд. Девушка завязала мне руки за спиной тугими верёвками, которые определённо будут натирать кожу. Мы оказались на улице, и я даже почти улыбнулась, увидев что-то вроде «кареты». Это была лошадиная повозка, в которую меня силой запихнули.

Внутри уже сидела, как я поняла по короне, сама королева Азгеды. Старуха смотрела на меня с таким видом, будто я была букашкой, которую она могла раздавить в любой момент.

Я хотела открыть рот, но Эко перебила меня:

— Только попробуй говорить без разрешения в присутствии королевы Азгеды. Имей честь находиться с ней так близко.

Я почти закатила глаза от этих пафосных выражений. Королева улыбнулась, делая вид, что рада меня видеть.

— Ну что ты, Эко. Пусть гостья скажет, что надобно. Эко — одна из моих лучших советниц и воинов.

— Что-то гостьей я себя не чувствую. — грубо ответила я, наблюдая, как рука русой коснулась эфеса меча.

— Прости за такое обращение. Сама понимаешь, на что приходится идти ради народа. — женщина разгладила несуществующие складки на своём платье, медленно растягивая тонкие губы в улыбке.

— Оставьте вашу лесть при себе. — я доигралась.
Оставшийся путь я ехала с кляпом во рту.

Как оказалось, мы прибыли в Полис. Эко снова сильно сжала моё предплечье, ведя за собой в неизвестном мне направлении. Королева в сопровождении охраны ушла в другую сторону.

— Эко, отпусти её!

Я обернулась. Сердце пропустило удар при виде запыхавшегося Беллами.

Он бежал. Бежал ко мне.
Он бежал ко мне?

— Пока конклав не решится, она будет находиться под моей охраной.

— Плевал я на ваш конклав. Если вы не отпустите её, убью каждого. — брюнет сделал пару шагов вперёд, но его остановил меч Эко.

Я смотрела на него — взъерошенного, злого, с горящими глазами. И в этот момент я поняла, что он пришёл за мной. Не за Кларк. Не за Октавией. За мной.

— Я не ясно выразилась? Конклав проходит не из-за неё, но если командующая проиграет — девчонка умрёт. — советница королевы пошла дальше, заставляя меня идти впереди, хотя я еле переставляла ноги.

— Ледяной народ нарушил все законы. Это ещё один акт агрессии со стороны Азгеды. — Блейк ровным шагом шёл за нами, не собираясь отступать.

— Ледяной народ никому не подчиняется. Мы взяли девчонку, чтобы доказать: командующая стала слишком мягка с небесными людьми. Она их защищает.

— Мы — тринадцатый клан коалиции. Она защищает нас, потому что мы её люди! — Беллами обогнал нас, перегораживая путь.

Его глаза обеспокоенно оглядели мою фигуру, остановились на лице. Я поджала засохшие губы, опуская голову, чтобы он не увидел ссадины на моих щеках и разбитый нос. Но он уже всё увидел.

— Довольно! Вернись к своим, я не хочу твоей смерти, Беллами. — прошипела Эко, которая, очевидно, уже выходила из себя.

— Но придётся убить меня, если хочешь пройти.

Она усмехнулась, вытаскивая меч из ножен. Не глядя, русая взяла ещё один меч у стражника и кинула его Беллами.

— Честный бой. — я мычала и пыталась вырваться из схватки охраны, которая схватила меня под руки. — Ты готов умереть за эту девчонку?

— Да. А ты? — не думая ни секунды, ответил стрелок.

Сердце пропустило удар. Потом ещё один. Он сказал «да». Не колеблясь. Не сомневаясь. Я смотрела на него и не верила.

Я на секунду зажмурила глаза. Наверняка Эко была натренирована годами, а меткая стрельба Блейка ему ничем не поможет в битве на мечах. Мне оставалось лишь мычать через тряпку, пытаясь привлечь внимание и остановить его.

Беллами держался хорошо, но меч был главной силой Эко, поэтому у стрелка на теле уже появилась не одна царапина. Я вспомнила про его тренировки с Линкольном — это было на руку в этой ситуации, ведь он учился драться как землянин.

Я следила за каждым его движением, за каждым ударом. Кровь на его руке, на лице — не его ли? Я не могла разобрать. Сердце колотилось где-то в горле.

Вдруг кто-то затрубил в рог. Это был знак, что конклав окончен. Так быстро?

Эко отвлеклась, чем воспользовался Беллами, сбивая её с ног и приставляя меч к горлу. После он откинул его в сторону, давая понять, что убивать не собирается, и направился ко мне.

Кляп наконец-то был вынут из моего рта, а руки развязаны. Беллами хотел обнять меня, но я сразу же влепила ему пощёчину.

— Ты придурок! Обязательно надо было рисковать жизнью? Всё и так было под контролем!

— Разберёмся позже, идём. — он схватил меня за руку, но я отдернула её.

Он тяжело вздохнул, покачал головой и снял с себя куртку. Я смотрела, как он надевает её на мои плечи, как его пальцы задерживаются на воротнике дольше, чем нужно. Я приняла её, так как до сих пор мерзла от холода, но с места не сдвинулась.

— Пойдём, Риннель. У нас нет времени на твои капризы.

— Твои капризы ничем не лучше — ты поступаешь бездумно и подвергаешь себя опасности! — не унималась я, продолжая кричать на него посреди улицы Полиса.

В глазах парня искрился гнев, но он не проронил ни слова. Мои ноги вдруг резко оторвались от земли. Беллами перекинул меня через плечо, словно я ничего не весила, и, несмотря на все мои угрозы и просьбы отпустить, дошёл так до места проведения конклава.

Я продолжала бить его кулаками по спине, но уже не так усердно, а затем вскрикнула, когда брюнет быстро опустил меня на землю.

Мои руки остались у него на плечах, а его — на моей талии. Мы замерли так на несколько секунд, смотря друг другу в глаза, пока я смущённо не опустила голову. Его дыхание было тяжёлым, прерывистым — от бега, от напряжения, от того, что мы так близко.

На поле боя остались оба живых воина. Я повернула голову чуть вправо и ахнула. Ледяная королева, восседавшая на троне, была убита. Лекса пронзила её своим копьём.

Я глазами нашла Эко — хотелось посмотреть на её реакцию. Она пошатнулась, удивлённо поднимая брови, словно убили её родную мать. Мне стало даже жаль.

---

Через час мы собирались ехать в Аркадию. От Кларк я узнала, что Октавия прибудет сюда уже совсем скоро, поэтому решила задержаться. Беллами не стал меня удерживать и уехал сам, сославшись на важные дела в лагере.

Я смотрела ему вслед, пока его фигура не растворилась в темноте. Хотелось окликнуть, спросить что-то важное — но слова не находились.

— Ты бы видела его. Клянусь, если бы он не нашёл тебя здесь, он бы сжёг весь Полис. — Кларк обнимала меня, посмеиваясь.

Из-за всего этого я совсем забыла спросить об армии землян, которую Лекса отправила защищать небесных людей от нападок ледяного народа. Я подошла к девушке.

— Командующая. — я слегка поклонилась в знак уважения. — В тот вечер я бежала к тебе, чтобы предупредить о Пайке. Он собирался убить три сотни людей трикру, пока те спят.

— Мне не приходила о них весть. — Лекса встала, подошла ко мне ближе, нежно касаясь плеча. — Но уверена, они в порядке и смогут за себя постоять.

Я заметно выдохнула. Тревога отпустила — но ненадолго.

Октавия не приехала в Полис, что было странно. Мы решили ехать без неё, а заодно узнать, что случилось.

В глубине души нарастала тревога. Если Беллами был в Полисе, что же мог натворить Пайк в его отсутствие?

---

Мы проезжали верхом мимо лагеря трикру. Улыбка моментально сползла с моих губ, когда я увидела сотни, сотни трупов.

Земля была усеяна телами. Люди лежали в неестественных позах, с раскрытыми ртами, с остекленевшими глазами. В воздухе пахло кровью и смертью.

Мои внутренние догадки подтвердились.

— Раны от пуль. — заметила Кларк, осматривая попавшееся тело.

— Хэда, скорее сюда!

Мы все подбежали на зов одного из охраны Лексы. Раненая Индра обессиленно лежала на земле.

— Индра, что здесь произошло?

— Они напали, пока мы спали. Часовые ждали угрозы с севера — из Азгеды. Первыми убили лучников. — ослабевшим голосом хрипела землянка.

— Как Кейн мог так поступить? — не понимала Кларк.

— Это был не Кейн. Виноват Пайк. — женщина пыхтела от боли, пока блондинка быстро накладывала жгут на рану.

— Как тебе удалось выжить? — недоверчиво спросила Лекса.

Индра замолчала, а затем медленно перевела взгляд на меня.

— Беллами.

Мир рухнул.

_____________________________

Мне не хочется редактировать следующие главы, потому что там однозначно стекло...