The 100| Ты останешься моим светом

Риннель.

Прошло ещё два дня.

Два дня напряжения, двухчасового сна урывками и постоянного ожидания — когда же упадёт тот самый ботинок. Два дня, за которые лагерь превратился в военный гарнизон: повсюду ящики с патронами, самодельные баррикады, люди с почерневшими от недосыпа глазами. Воздух пах порохом и страхом.

— Беллами! — Октавия буквально влетела в лагерь, запыхавшись. Её лицо было красным, волосы растрепались, на лбу блестел пот. — Линкольн приходил. Он сказал, что земляне уже на подходе. Нам нужно срочно уходить!

Эти слова услышал не только Беллами, но и весь народ. Подростки замерли, потом начали перешёптываться между собой, испуганно глядя то на Октавию, то на ворота. В воздухе повисла паника — липкая, тяжелая, как туман перед рассветом.

— Мы никуда не уйдём. — покачал головой наш лидер, обращаясь ко всем. Голос его был спокойным, даже будничным, словно речь шла о погоде. — Мы будем сражаться. У нас есть оружие, система связи и мины, которые сделала Рейвен.

— Они сильно превосходят нас в числе. — Кларк смотрела в пол, явно размышляя о чём-то и вставляя иногда свои комментарии в разговор. Её брови были сведены к переносице, пальцы теребили край рубашки.

— Линкольн сказал бежать, пока не появились разведчики. — попыталась достучаться до брата брюнетка.

Я сделала шаг вперёд, перегородив Блейку путь. Решительно подняла на него свои глаза, высказывая недовольство от его затеи. Между нами пробежала искра — как всегда в последнее время.

— Октавия права. Если мы останемся, то все погибнем.

Беллами схватил меня за локоть, грубо притягивая ближе, и сказал так, чтобы услышала только я:
— Неужели хоть раз ты не можешь помолчать и встать на мою сторону.

Я собиралась возразить, но Финн, который всё это время держал равновесие на заборе, пытаясь что-то разглядеть вдалеке, спрыгнул, подходя к нам. Его походка была нервной, а лицо бледным.

— Разведчики, говоришь? Они уже здесь.

Кларк вдруг встрепенулась, подходя к нашей кучке. Её глаза расширились.

— Мы успеем, нужно уходить, пока не поздно. — она повернулась к толпе, призывая их начать собираться. — Живо, живо! Берите только необходимое!

— Не успеете. Нас убьют ещё до того, как мы пройдём пару метров. — Октавия разочарованно покачала головой и зашла в челнок, хлопнув дверцей.

Беллами взял командование в свои руки, пытаясь угомонить разбушевавшуюся сотню. Он встал на ящик, возвышаясь над толпой, и его голос прорвал шум:

— Это то, к чему мы готовились. Убьём их, прежде чем они убьют нас!

Эти слова воодушевили толпу. Кто-то выкрикнул что-то одобрительное, кто-то хлопнул соседа по плечу. Люди стали расходиться, собирая оружие и отыскивая свои позиции. В воздухе запахло не страхом — надеждой.

Я терялась среди всех этих людей, пока Беллами не схватил меня за руку, потянув на себя. Его пальцы сжали моё запястье крепко, почти больно. Он буквально затащил меня и Кларк в штаб-палатку. Там нас уже ждали Финн и Ноэль, которые сидели рядом с лежащей Рейвен.

С чего они решили, что я могу быть в числе главных?

— Рейвен! Ты как? — я подбежала к ней, осматривая ногу. Повязка пропиталась кровью, нога опухла и покраснела. Она слабела с каждым днём, и мне было больно это видеть, но эти два дня я всё время находилась рядом с ней. Не отходила ни на шаг.

— У нас двадцать пять автоматов по двадцать патронов в каждом. — Беллами поднял голову, начиная разговор. — Примерно пятьсот патронов. Благодаря Рейвен проход заминирован. У нас также есть гранаты, но не в большом количестве.

Он чётко объяснял план дальнейших действий. Мы все внимательно слушали, изредка задавая наводящие вопросы. Карта лагеря была расстелена на столе, на ней синими крестиками отмечены позиции стрелков, красными — минные поля.

— Если всё же земляне прорвутся через ворота — отгоним их автоматами и гранатами. После, если всему конец, запрём ворота и будем молиться. — стрелок прошёлся по всем нам взглядом, оценивая состояние. На мне его взгляд задержался чуть дольше.

— Стойте. — я кое-что придумала, но немного сомневалась в правильности своих мыслей. Пальцы нервно теребили край стола. — Когда Рейвен с Джаспером внизу открывали проход, ты сказала что-то про топливо. Его хватит на ещё пару бомб?

— О да, на сотни бомб. — ответила подруга. Её нога всё ещё болела от выстрела Тома, к тому же это было серьёзное ранение, которое мы не в силах вылечить нашими методами.

Я улыбнулась Кларк, которая подхватила мою мысль. Кивнула ей, чтобы та рассказала остальным. В итоге план немного поменялся.

Можно будет взорвать ракету снизу — те топливные баки. Включить двигатели, когда земляне подойдут ближе к челноку, и поджарить их. Я не очень хотела смертей, но если это единственный выход спасти своих людей, то мы им воспользуемся. Блондинка объяснила ход моих мыслей, которые Рейвен сразу одобрила. Её глаза загорелись — она уже просчитывала схему в голове.

Беллами достал рацию:

— Все, кто в окопах, слушайте. Будьте на готове. Убейте как можно больше землян, сдерживайте их, пока не отступят. — он кивнул нам и вышел, присоединяясь к стрелкам.

---

Следующие полчаса я провела с Рейвен. С больной ногой она не могла двигаться, поэтому просто раздавала указания, чтобы осуществить нашу «огненную стену».

— Так, найди оранжевый провод. — я спустилась вниз, под ракету.

— Рейвен, тут сотни проводов. — параллельно с этим я отвлекалась на рацию, по которой все докладывали, как обстоят дела. Голоса были напряжёнными, кто-то кричал, где-то слышались выстрелы.

— Оранжевый. Ты его видишь? Этот провод будет соединять систему управления с электромагнитом. — она говорила, я искала, но у меня получалось не очень хорошо. Провода сплелись в тугой клубок, одинаковые, безликие. Все, что я знала о механике ничем не помогало мне в этой ситуации.

— Рейвен, где именно он может находиться? Я не понимаю. — я паниковала, желая закончить работу как можно быстрее. Пальцы дрожали, я то и дело хваталась не за тот провод.

— Я не помню, не знаю, как объяснить.

— Ну же. У тебя всегда были лучшие результаты. Во всём. Я не могла бы найти хоть что-то, в чём ты не разбираешься. — я отвлекала скорее себя от звуков в рации, чем её. — Я тебе завидовала. Ты могла делать что пожелаешь, а я — нет.

— Риннель..

— Это правда. Я наблюдала со стороны, радовалась твоим победам, но не могла понять, как у тебя это выходит. Есть хоть что-то на свете, что ты не можешь?

Ответом мне послужил слабый смех и отрицательный ответ.

— Эй, я нашла. Оранжевый провод, наконец-то.

— Наконец-то. Теперь найди панель ручного управления.

— Рейвен, он сгорел. Совсем не пригоден. — сердце забилось быстрее от страха. Панель была чёрной, обугленной, провода торчали в разные стороны, как обрубленные пальцы.

— Ты знаешь, как скрутить провод? — я чувствовала, как слабеет её голос. Чёрт, с такой ногой далеко не убежишь.

— Э-э... нет.

Она тяжело вздохнула. В рации послышался голос Джаспера: «Рейвен, наши мины сработали!» — он радовался, как ребёнок.

— Джаспер может скрутить провод! — она взяла рацию. Ту самую, на которую я отвлекалась, и которую с радостью передала ей. — Джаспер, скорее беги на корабль!

— Нет, кто-то должен следить за западной частью. — возразил Беллами в трубку.

— Всем стрелкам, слушайте. Земляне не нападают, они провоцируют нас, пока не закончатся патроны. Не стрелять, пока они не начнут нападать! — послышался снова голос друга, который откровенно игнорировал нас, занимаясь более важными делами.

— Джаспер, скорее! — я крикнула снизу.

Он прибежал спустя минуты две, впопыхах объясняя причину своей задержки. Его лицо было красным, дыхание сбивчивым.

— Ток пойдёт по электромагниту, откроет клапан. Двигатель запустится. — мы с парнем стояли внизу, нервно пытаясь скрутить кабель. Точнее, Джаспер пытался, а я просто нервничала, стоя над душой.

— Ладно, я закончил с проводом. Что дальше?

Рейвен не отвечала.

Я испуганно поднялась наверх. Она лежала без сознания — голова откинута назад, лицо бледное, как мел. Я подскочила к ней, нащупала слабый пульс. Кивнув Джасперу, чтобы тот продолжал работу, я подсела ближе к Рейвен.

— Рейвен? Рейвен, очнись. — я трясла её за плечи, пытаясь разбудить. Её голова безвольно моталась из стороны в сторону.

От паники я стала чувствовать, как сильно забилось сердце и как трудно стало дышать. Грудную клетку сдавило, лёгкие горели. Рука потянулась к рюкзаку позади меня, в котором я судорожно пыталась нащупать ингалятор. Пластиковый баллончик скользил в пальцах. Вдохнув через него, я понемногу стала успокаиваться, всё ещё держа руку на шее Рейвен. Только то, что она дышала, помогло мне полностью прийти в себя.

— Они прорвались, идут к воротам. Их тут сотни! — это были напуганные голоса из рации.

Дела плохи.

— Держите оборону, пока Джаспер не закончит с бомбами. Нужно ещё время! — скомандовал Беллами, прерываемый криками землян. В рации слышались выстрелы, чьи-то вопли, лязг металла.

---

Спустя минут десять выигранного времени Джаспер закончил. Корабль уже был полон людей, трусливо сбежавших с поля боя. Земляне прорывались всё ближе.

Я выглянула из укрытия, а затем подняла глаза на небо.

Меня поразил немой восторг. Я смотрела на огромную, яркую звезду на небе. Падающая ракета. Она горела в атмосфере, оставляя за собой длинный огненный хвост, и становилась всё больше, всё ближе.

— Это с Ковчега? — произнесла девушка рядом со мной.

— Это и есть Ковчег. — восторженно заявила я, не отрывая взгляда от неба.

Не могу поверить своим глазам. Ковчег летел на Землю. Весь. Целиком.

Вдалеке я увидела силуэт Беллами, который направлялся в нашу сторону. Он шёл быстро, но не бежал — силы были на исходе.

— Где Октавия? — спросила я, подбегая к нему. Сердце колотилось где-то в горле.

— Её ранили отравленной стрелой. Линкольн забрал её, он о ней позаботится. — ответил мне парень. В его глазах была такая боль, что у меня перехватило дыхание.

Мне вдруг захотелось взять Беллами за руку. Просто взять и сжать его пальцы, чтобы он знал — он не один. Но я отдернула эту мысль, как руку от горячего. Я знала, что он переживал. И знала, что ничем не смогу ему помочь.

Финн привёл жнецов, что ещё удерживали землян от наших ворот. Почти весь народ уже был на корабле, за исключением пары человек и самого Финна.

— Они сносят ворота! Пора закрывать челнок.

— Хорошо. Потому что я уже закончил. — с полной готовностью проговорил Джаспер, вылезая из-под низа ракеты. Его волосы встали дыбом от электричества.

Я смотрела на Финна, который, спрятавшись в кустах, прикидывал расстояние до челнока. Наши взгляды встретились, и я с мольбой в глазах просила его поторопиться.

— Он не успеет. — заметила Кларк. Она стояла рядом со мной, тревожно наблюдая за всей картиной. Её руки дрожали.

Финн вышел из кустов и уже бежал в нашу сторону, когда один крупный землянин перехватил его, швыряя на пол. Тело Финна глухо ударилось о землю. У них началась схватка — кулаки, удары, хрипы. Перед этим он последний раз взглянул в мои глаза, шепча мне одними губами «позаботься о Рейвен».
Нет Финн, ты сам о ней позаботишься.

Беллами сделал решительный шаг к нему, но я схватила его за руку. Его пальцы были горячими, пульс — бешеным.

— Нет, я обещала Октавии, что она не потеряет брата. — я крепко держала его за руку, зная, что у меня не получится его удержать. — Послушай, тогда я сказала, что хочу твоей смерти, но это не так!

Беллами повернул свое красивое лицо ко мне и замер. Его брови были нахмурены, глаза бегали по моему лицу. Он колебался.

— В мире тьмы ты останешься моим светом. — только и произнёс Беллами, осторожно выбираясь из моей схватки и последний раз мягко касаясь моей руки.
Я держалась за него как за спасательный круг, не желая отпускать. Мне было так страшно.

— Говоришь так, будто прощаешься.

Он уже не слышал мои слова.

Он напал на землянина сзади, отвлекая его от Финна. Даже вдвоём они не могли победить этого громадного зверя, который словно рождён был разрушать всё на своём пути. Его кулаки были размером с мою голову, удары — сокрушительными.

Я плакала, не в силах оторвать от них взгляда. Слёзы текли по щекам, я не вытирала их. Ждала, что они вот-вот вырвутся из лап монстра и прибегут сюда, закрывая за собой дверь.

Миллер что-то кричал мне, затаскивая внутрь, но я его не слушала. Беллами, на секунду отвлёкшись, кивнул мне в последний раз, перед тем как его по голове ударили чем-то тяжёлым. Я зажмурилась, примерно понимая силу и последствия этого удара. Вряд ли он выжил бы.

— Ну давай, Риннель. Всех тебе не спасти. — Нейтан потянул меня на корабль, а Кларк дёрнула рычаг, закрывая дверь челнока.

У неё был болезненный вид. Она ведь тоже не хотела оставлять их там, принимая это трудное решение. Я смотрела на закрывающуюся дверь, в надежде, что они успеют запрыгнуть. Щель становилась всё уже, уже... Но никто так и не появился, а дверь хлопнула окончательно. Металлический звук показался мне похоронным звоном.

— Джаспер, давай! — бросила Кларк, и он нажал кнопку.

Она не сработала.

Парень уставился на пульт, нажимая ещё и ещё раз, но без толку. Его лицо побледнело, на лбу выступил пот.

— Рейвен сказала, ток идёт к магниту. Просто нужен ток!
Он схватил одну из лампочек и вынул оттуда провод, проводя электричество к кнопке. Секунда — и всё бабахнуло.

Я зажмурила глаза, падая на пол от грохота. Взрывная волна прокатилась по челноку, люди кричали, кто-то упал. В голову лезли картинки, где умирают наши оставшиеся люди снаружи. Я отогнала их прочь.

---

Спустя час мы осмелились открыть челнок.

Я аккуратно ступила на землю, оставляя дышащую, но всё ещё без сознания Рейвен. Ноги дрожали, сердце колотилось где-то в горле.

Вокруг всё было чёрным, горелым. Земля превратилась в стекловидную корку, деревья обуглились до углей. Сотни костей и черепов валялись на земле, белея в пепле. Не было даже следов крови — всё захватило это пламя. Запах стоял ужасный — горелая плоть, палёный металл, смерть.

— Это ещё что? — я испуганно глядела на красный дым, заполнявший пространство. Он стелился низко, как туман, и был неестественно ярким, словно кровь.

— Горные люди. — проговорила Кларк, словно знала что-то, чего не знали мы.

Все начали падать на землю, словно заснули на месте. Кто-то оседал медленно, кто-то рушился как подкошенный. Я пыталась бороться, сделать шаг, но ноги не слушались.
Последнее, что я видела — люди в белых костюмах и кислородных масках, приближающиеся к нам. Их фигуры расплывались перед глазами.

А потом — темнота.

---

Я проснулась в незнакомой мне белоснежной комнате.

Резко приподняв голову, осмотрелась по сторонам. Глаза болели от света — яркого, стерильного, незнакомого — и только спустя пару минут привыкли к нему. Справа от меня пищал кардиомонитор, провода от которого оканчивались на моей груди в виде присосок. Слева я заметила иглу, воткнутую в мою руку — капельницу. Прозрачная жидкость медленно капала в прозрачной трубке.

Я резко выдернула все присоски и иглу, поднимаясь с места. Больничное платье, которое было поднято, чтобы измерять пульс сердца, сползло вниз, закрывая моё тело до колен. Я поморщилась от его чистоты — она казалась неестественной после месяцев грязи и крови.

Ноги аккуратно коснулись пола, но я снова подняла их. Холодно. Плитка была ледяной —кончики пальцев покалывали. Снова касаясь её, я неуверенно встала, оглядываясь вокруг.

Всё было белым. Стены, потолок, простыни, даже тумбочка у кровати. Белый, пугающий, больничный мир.

Что сразу приметила — большую, конечно же белую, дверь с небольшим круглым окошком. Дверь, как ни странно, оказалась заперта. Я дёрнула раз, другой, третий — бесполезно.

Я заглянула в окно, похоже на иллюминатор на челноке.

— Риннель? — в комнате напротив, в такое же окно, смотрел Ноэль. Его лицо было бледным, испуганным, под глазами залегли тени. Он стал стучать по стеклу, выкрикивая всё громче моё имя. Стекло дрожало, но не поддавалось.

— Ной! — я стала дёргать ручку в надежде, что она поддастся. Металл врезался в ладони, но дверь не открывалась.

Я опустила глаза чуть ниже. Сбоку красовалась табличка:

«Гора Уэзер. Карантинная палата»

— Твою ж...

Конец первой части.

___________________________

Всего 13 глав, но они у меня большие и вроде хорошо расписаны, поэтому так) Надеюсь не все так плачевно с запятыми в тексте..

Остальные части я еще не отредактировала и наверное не скоро это сделаю, мне ужасно лень...