Три друга и теория молекулярного разбития.
Вертер.
Я проснулся среди ночи от того, что на меня легла чья-то рука. Сначала испугался, но потом понял, что мы с Любой так и не разошлись по комнатам после вечернего разговора. Она мирно спала рядом, обнимая меня, как дорогого человека. Это, конечно, приятно, но её родителям не стоит знать, как мы проводим время этой ночью. Не то возникнут вопросы, неподходящие мысли, что я - испорченный, плохой и так далее. Осторожно, чтобы не разбудить Любу, я слез с кровати, нашёл на ощупь тапки. Затем взял девочку на руки и аккуратно, стараясь не шуметь, перенёс к ней в комнату и положил на кровать. Затем, возвращаясь к себе, я всё-таки проверил тот факт, что никого не разбудил. Пусть это милое пробуждение останется только моей тайной.
- Вертер, с добрым утром!- Леонид Феликсович погладил меня по голове, сидя возле кровати, от этого я окончательно проснулся. Первый раз за много лет хотелось просто улыбнуться новому дню. – Как спалось, родной мой?
- Шикарно, спасибо. И вам тоже самого доброго утра.
- Не приснилась невеста на новом месте?- учёный загадочно улыбнулся.
- Нет, что вы,- я рассмеялся. – Рано ещё думать об этом.
- Пойдём, там Вита с Любой уже завтрак накрывают, и Виталик ждёт тебя поздороваться,- когда я вылез из-под покрывала, Леонид Феликсович уточнил:
- Что же ты спал в дневной одежде?
- Другой нет, а эта не моя - Феликса Вознесенского. Моя оказалась слишком старой, и её выбросили,- признался я.
- Не порядок,- учёный на секунду помрачнел, но потом снова заулыбался. - Ничего, позавтракаем и поедем в город – купим на рынке одежду твоего размера.
- Спасибо большое,- было непривычно и очень приятно.
Я немного волновался перед встречей с Виталием, думал, он сердит на нас с Алисией, однако всё прошло очень хорошо и приятно. Виталий улыбнулся, мы поздоровались за руку и даже немного поспорили насчёт мест для сна. Он хотел отдать мне свою постель и спать на раскладушке, но я категорически не согласился с таким положением дел и сказал, что буду спать вне кровати сам. После этого мы сели завтракать, и, когда Виталина Сергеевна разрезала клубничный пирог, к нам скромно зашёл после стука Феникс Вознесенский:
- Доброго утра всем, приятного аппетита.
- Доброго утра, спасибо. Садись, позавтракай с нами,- гостеприимно предложил Леонид Феликсович.
- Спасибо, но я не за этим пришёл. Вертер, ты вчера забыл у нас фотографию,- Феникс снял обувь и прошёл на кухню, в то время как я выскочил навстречу ему.
- Спасибо большое,- я бережно взял драгоценную фотокарточку и положил в карман спортивных брюк. – Сегодня мы поедем на рынок, и я смогу вернуть одежду Феликсу.
- Да ладно, это не обязательно – у него есть, что носить,- улыбнулся Феникс.
Тем временем Виталина Сергеевна подошла к столу с чашкой чая и заявила:
- Теперь уж ты не отвертишься, Феникс Вознесенский. Твои заслуги нам хорошо известны. Очень приглашаем тебя – посиди с нами.
- Да, посиди. Вита такие вкусные пироги печёт, что попробуешь и сразу же полюбишь,- добавил Леонид Феликсович.
- Ну... хорошо. Я давно обещал к вам зайти, на самом деле,- Феникс сел напротив меня, между Леонидом Феликсовичем и Виталием.
Завтрак в кругу семьи прошёл прекрасно - мой лучший приём пищи за последние годы. Мы по-доброму разговаривали, Феникс очень похвалил выпечку Виталины Сергеевны. Она, как всегда, смутилась и ответила, что старается для нас. Также говорила и моя мама... Родители приучили нас смотреть вверх - на небо, на звёзды, планеты, их спутники, кометы и метеоры, мы не могли забыть про это, даже оказавшись совершенно в другой среде.
Одежду на рынке я сначала выбирал, исходя из цены - не хотелось, чтобы люди тратились на меня, как на родного ребёнка. Думал выбрать вещи поскромнее, но Леонид Феликсович наказал не стесняться и выбирать всё, что нравится. В итоге мне купили три полных комплекта, в числе которых: джинсы, три футболки, кроссовки, кепка, спортивные треники и, конечно же, ветровка. Всё перемерил, подошло, купили, заодно приобрели Любе новые ленточки для косичек.
***
Ближе к вечеру мы вернулись домой, и Леонид Феликсович почти сразу же вышел на улицу. Я решил пойти за ним и некоторое время наблюдал, как друг моего папы за домом выпускал пламенные брызги из кончиков пальцев. Вдруг Леонид Феликсович обернулся, улыбнулся с печалью в глазах и уточнил у меня:
- Красиво?
- Очень,- смотрел, как заворожённый, магия в действии всегда меня поражала и вдохновляла.
- Сила Альфреда... Всю жизнь буду помнить тот день и час, когда друг отдал мне её... А сам погиб...- учёный вздохнул, я подошёл к нему и обнял. Самому было тяжело вспоминать родных.
- Знаешь, Вертер, а ты ведь на него похож. Даже очень. В детстве это не было так заметно, а сейчас ты – прямо вылитый Альфред, только маленький. Лишь волосы и глаза светлее.
- Хорошо, что я могу хотя бы напомнить вам друга детства.
Мы вместе смотрели на звёзды, на брызги огня, которые выглядели ярче ночного небосвода, так увлеклись, что заметили Феникса, только когда он позвал нас.
Феникс.
Я был тронут встречей Вертера и Леонида Феликсовича - ещё лучше знать, что приложил к этому руку. Я понимал, что должен рассказать им всё, что знаю про Алисию, но не мог начать. Было больно снова это вспоминать, я до сих пор хотел отгородиться от всего, что с ней связано и сосредоточиться на другом. Однако, видя, что Леонид Феликсович и Вертер, как слепые котята, не понимают, где им искать Алисию, я чувствовал, что не исполняю свой долг и начинал ощущать себя виноватым. И вот, сейчас, когда они вдвоём стояли под звёздами, выдался отличный момент подойти и всё рассказать. Но я знал, что они точно не выслушают молча, а будут задавать вопросы и тем самым добивать меня. Я вообще не уверен, хочу ли, чтобы Леонид Феликсович и Вертер знали о моих чувствах к Алисии. Точнее, учёный знает мою трагичную историю, но даже не подозревает, что это связано с близким для него человеком. Сначала я хотел пойти один, но затем решил заручиться поддержкой брата. Он всё понимает, ближе всех на свете, тоже был там и может помочь, когда мне станет очень тяжело. Мы подошли сзади, Леонид Феликсович и Вертер заметили нас не сразу.
- А, это вы. Мы вот тут стоим, понимаешь, за звёздами наблюдаем,- заметил учёный.
- Я должен вам кое-что сказать... Алисия жива. Мы виделись с ней, общались,- я рассказал, пытаясь справиться с болью.
- Что?! Это такая шутка, да?- Вертер посмотрел на нас с болезненной усмешкой.
- Нет, мы абсолютно честны с тобой,- я возразил, глядя в ореховые глаза. Они светлее по цвету, чем у Алисии, но сходства в пристальном взгляде наблюдалось много. – Было бы жестоко и глупо шутить над такими вопросами.
Как жаль, что тогда, при нашем первом и последующих разговорах, я ничего не знал про судьбу Вертера и не мог рассказать сестре, что он жив. Я вновь ощутил сверло боли в самом сердце. Когда же это, наконец, закончится?
- Где она? Где ты её видел?- начал допрос Леонид Феликсович. - Как она? Как сейчас выглядит? Нормально у неё со здоровьем?- он завалил меня вопросами, на какие было больно отвечать. Вертер же стоял, пытаясь переварить полученную информацию.
- Да в порядке она – властная такая, указания всем раздаёт, бандой руководит,- шутя, произнёс Феликс, давая мне передышку.
- Какой ещё бандой?- теперь Вертер посмотрел на брата, уверен, что так же пристально.
- Да преступной! Главарь она их группировки! У отряда Феникса было задание – арестовать преступную банду, но они нас победили, к сожалению, и взяли в плен. Мы были вынуждены жить у них, пока сама Алисия нас не выпустила.
- Что ты несёшь?- Вертер посмотрел на него, как на идиота. – Ты бредишь что ли?
- Вертер, Феликс говорит правду,- с болью подтвердил я, желая поскорее закончить разговор и уйти плакать. Особенно расшатала мои нервы фраза брата про то, как Алисия выпустила нас из плена. Чем был чреват тот вечер, вспоминать не хотелось, но всё предстало перед глазами в мельчайших подробностях. Жестокий, безразличный взгляд, холодный тон голоса, дверь, что захлопнулась в паре миллиметров от моего лица... Вспоминать своё состояние в ту ночь я тоже не хотел. В голове крутился текст песни:
«И снова память чувства ворошит, любовь сильней пророчества. Не хочу свою судьбу делить с одиночеством...»
- Девочка моя... – Леонид Феликсович схватился за голову. Кажется, он всё понял, ибо вряд ли мог забыть мой эмоциональный рассказ той ночью. – Что же ты наделала, крошка?
- Я, конечно, знал, что Алисия может бить людей – у неё после гибели родителей начались неконтролируемые приступы агрессии, но до такой степени... Чтобы возглавить преступную банду? Уму непостижимо!- Вертер был так шокирован, будто совсем не знал эту часть сестры. - Понимаете, она при мне никогда себя так не вела – свято придерживалась заповедей папы, а он был одним из самых ярых защитников. Она по своей воле никогда не встала бы на такой скользкий путь!
У меня внутри что-то ёкнуло. Я видел Алисию сразу в двух её ипостасях – жестокой правительницы-тирана и нежной, ранимой девушки, какой она предстала только передо мной, с первого ночного разговора до той ночи, принадлежащей только нам двоим. Алисия открылась рядом со мной, стала собой, настоящей, как с ним. Она была настоящей рядом с Вертером, потому что любила, он был для неё родным... Это значит, что Алисия и меня любила! Совершенно точно любила! Значит, при последнем разговоре, Алисия солгала, что ей нужны были от меня только поцелуи и секс!.. Но любящий человек никогда не поступит так, как поступила со мной она. Получается, Алисия меня разлюбила... Но как она могла, так быстро, всего за несколько часов? И, самое главное, за что?
- Надо вытаскивать Алисочку оттуда, это может плохо кончиться. И нам больно – знать, что девочка связала жизнь с преступной бандой, и ей, наверняка, тоже плохо будет,- заверил Леонид Феликсович.
Но мне тоже больно, безумно больно. Я очень сильно хотел, чтобы не было той сцены у ворот, хотел заново встретить девушку с бездонными тёмно-карими глазами, в красном платье, трепетную, нежную и ранимую, но при этом настойчивую и сильную. Хотел обнять, успокоить, поцеловать в нежные губы, напоминающие лепесток цветка. Защитить её от всей жестокости, бесчеловечности мира, сделать сейчас то, что когда-то в силу возраста не смог сделать Вертер. Я мог бы защитить Алисию от всего, позволить ей быть собой, жить так, как девушка мечтала. Но я ей не нужен. Возможно, у неё просто был кто-то лучше, что позволило бросить меня, ведь я так немного о ней знаю... Теперь же я – просто защитник, который очень хотел любить, хотел быть нужным, но в итоге просто оказался за дверью. Нелюбимый, выброшенный, забытый...
- Феникс, что с тобой?- уточнил Вертер, по-прежнему не зная причину.
Слезы потекли прежде, чем я смог себя контролировать.
- Ничего,- стало стыдно, я поспешил удалиться.
«Я пытаюсь время изменить, ищу спасенье в творчестве. Моё сердце от обид болит в одиночестве...»
Я побежал в сторону леса, но углубляться туда не стал, ибо ночь – спрятался за домами на чьём-то безмолвном огороде. Не хотел, чтобы мои чувства видели, не хотел предстать слабым и чересчур одиноким, но в моменте я был именно таким. Да, капитан полиции, да, взрослый человек, 22 года.
«Мне бы легче просыпаться с другой, легче будет с чужой, не с тобой, а с любой другой! Всё прошло, и всё равно...»
Да, было бы гораздо легче забыть её, сменить на другую, ведь всё уже прошло, но я люблю её - не могу, и это крошит меня изнутри. Я не хочу плакать из-за недостойного человека, устал от этих постоянных чувств. Но я не могу перестать любить её ни по-своему, ни по чьему-то другому желанию! Мне от этого плохо, больно, я постоянно сравниваю тот вечер и всё, что у нас было до этого и не могу поверить, что после всего пережитого я просто стал ей не нужен... Сидел там до тех пор, пока меня не нашёл Леонид Феликсович. Сначала не понял, кого вижу, но потом узнал по голосу.
- Феникс, разреши сказать тебе несколько слов,- учёный сел рядом и обнял меня за плечи. – Я понимаю, ты взрослый, хочешь всё решить сам, но тебе нужно с кем-то об этом поговорить. Не надо меня стесняться, я готов помочь тебе.
- Вы... сейчас разговариваете со мной... хотя близким человеком для вас является Алисия... Не я... получается, вы считаете, что она... поступила неправильно?- говорить через слезы было тяжело, и я прерывался на паузы.
- Конечно, в этой ситуации я полностью на твоей стороне! Близка она мне или нет, ты пострадал, а я всегда за справедливость и правильность поступков! Феникс, ты - очень хороший человек, не часто в жизни я встречаю таких, и у тебя обязательно всё будет хорошо. И девушка будет, и друзья, и семья в будущем. Даже сейчас ты не одинок со своей утратой. У тебя есть брат, родители, и мы с Вертером тоже. Можешь всегда спрашивать у меня, что нужно – помогу советом или делом.
- Спасибо, Леонид Феликсович... Немного успокаивает, что вы не вешаете на меня вину в этой ситуации...
- Ну а как можно её на тебя повесить?- после этого вопроса к нам подошли Феликс с Вертером. Выражение лица брата Алисии сменилось с боли на сочувствие – похоже, Феликс всё ему рассказал. Ну и ладно, не чужой же человек, а брат её... должен знать, какой я дурак и, может быть, сейчас посмеётся. Увы, моё ранее непоколебимое спокойствие сильно пошатнулось, а сегодня особенно.
- Феникс, мне, правда, очень жаль,- Вертер сел рядом с другой стороны. – Я не ожидал такого. Вы с Феликсом сначала показались мне безумцами, прости. Однако я подумал, если проанализировать всё, что было, и ещё я точно знаю не всё, то она вполне могла возглавить банду. Зная, что характер и поведение Алисии неумолимо менялись, можно предположить, что всё дошло до такого состояния,- ему было тяжело это говорить, я видел, но, увы, сейчас не мог поддержать.
- Да уж, что в жизни только не становится допустимым,- произнёс я с долей притворного безразличия, стараясь больше не плакать.
- Давайте пока не будем решать мировые проблемы, а просто пойдём, прогуляемся под звёздами,- предложил Леонид Феликсович. - Феникс, ты как?
- Пойдёмте,- я тщательно вытер глаза и постарался себя успокоить. Хватит, она того не стоит. Надо просто заштопать себя и жить дальше - работать, учиться, помогать родителям и просто людям. Хочу арестовать преступников и закрыть эту главу своей книги жизни, никогда больше к ней не возвращаясь. Любви и отношений не хочу – они достаточно меня разрушили. Лучше буду пока один, семья подождёт – я молод. От этой мысли внезапно захотелось рвануть в клуб, на молодёжную вечеринку – учитывая, что я на таких редко бываю. Вроде бы, в клубе есть какая-то дискотека, однако в сегодняшний вечер я не могу себе этого позволить, ибо завтра на работу. А жаль. Потанцевал бы, можно даже с девчонками, я – человек свободный. Ничего серьёзного, просто развлечься.
- Давайте сходим на край деревни – там звёзды видны лучше,- предложил Леонид Феликсович.
- О, звёзды – это хорошо. Всегда любил их, особенно ясной ночью. Звёзды с Земли так манят, что волей-неволей хочется полететь к ним поближе,- вспомнил Феликс.
- Надо же, и ты любишь звёзды? Не знал,- удивился Вертер.
- И звёзды, и планеты и всё, что связано с космосом. Закончу Академию и пойду учиться на космонавта,- ответил брат.
- Значит, вместе будем учиться, друг,- Вертер улыбнулся и пожал ему руку. – Если, конечно, у меня получится поступить.
- Безусловно получится. Помни, Вертер – в этой жизни нет ничего невозможного,- произнёс Леонид Феликсович.
- Феникс, а ты чем ещё в жизни занимаешься?.. Ну, помимо работы?- вдруг поинтересовался подросток.
- Читаю, в основном историческую фантастическую литературу.
- Звучит, понимаешь,- отметил Леонид Феликсович. - А про что это?
- Автор пишет книгу на основе реальных исторических событий, но истолковывает их по-своему – с изменениями, домыслами, иногда даже придумывают версии альтернативной реальности. Хотя, я уверен, они и без этого есть.
- А что значит «альтернативная реальность»?- спросил Вертер.
- Будущее складывается из настоящего, выбранного нами. Все ситуации вариативны – можно поступить так, а можно по-другому, иными словами: всегда есть несколько вариантов решения проблемы. Мы выбрали такой, и реальность пошла по одному пути, но также мы могли сделать и другой выбор, отсюда появилась альтернативная, иными словами, параллельная реальность, где, из-за иного выбора, всё пошло по-другому. Вот, например, в другой реальности я стал не полицейским, а, например, психологом – тоже хорошая профессия, позволяющая помогать людям. И всё, моя, а следом и твоя, и другие жизни пошли по-другому. Не став полицейским, я бы не расследовал дело банды, не попал бы к ним в плен, не познакомился с Алисией. И где-то в параллельной реальности моя жизнь сложилась бы совсем по-другому.
- Это значит, что где-то, в другой реальности, мои родители могут быть живы и вырастить нас с Алисией?- уточнил подросток.
- Вполне возможно. Только вот альтернативные реальности не могут пересечься между собой, иначе это противоречило бы законам пространственно-временного континуума. А он – опасная штука и может жёстко отомстить за несоблюдение правил и рамок.
- А я бы с удовольствием переместился в ту реальность, чтобы быть рядом с ними. Никому не пожелаю потерять родителей в том возрасте и так, как потерял их я,- с горечью произнёс Вертер.
– А сколько лет тебе было, когда они не вернулись?- с сочувствием уточнил брат.
- Шесть,- ответил подросток.
Столько лет прошло, а он их помнит, любит, по-прежнему считает близкими людьми, и это правильно. Очень тяжёлую для ребёнка потерю перенёс Вертер, трудно говорить об этом, и, тем более, нельзя осуждать. Очень хочется, чтобы его жизнь больше не шла под откос, а восстановилась, чтобы он, несмотря на тяжёлое детство, был счастливым. Чтобы нашёл свою любовь, имел детей и прекрасные отношения с людьми, заменяющими родителей. Огромную гордость испытываю за Вертера, что он принимал все испытания, ломаясь, продолжал жить и не срывался на других людях, не перешёл преступную грань, остался человеком, в отличие от беспутной сестры. Я очень горжусь им и хочу, чтобы отныне над его головой сияло только Солнце, а также хочу быть ему другом.
Мы рассматривали чёрное небо с белоликой Луной и чудесными узорами созвездий. Наблюдать за ними с Вертером сплошное удовольствие: он каждую звезду назовёт, историю созвездия расскажет, покажет планеты Солнечной системы и другие объекты, видимые с неба Земли. Сегодня, наконец, заработал наш старенький телескоп – Вертер настроил его, и мы рассматривали ближайшие к Земле красивые туманности, в том числе и в созвездии Ориона – заметили даже звезду Ириду, мерцающую на самом конце бледно-розового облака. Диск Млечного Пути летом плохо виден, но Вертер с помощью обычного циркуля нашёл его месторасположение, и мы всё же увидели часть полосы далёких звёзд, местами прерываемой тёмными Угольными мешками.
- Что дальше планируете делать?- невзначай спросил я Вертера и Леонида Феликсовича. Как бы ни было больно, нужную информацию они узнали.
- Я хочу встретиться с Алисией, где и кем она бы ни была, чтобы сестра знала, что я жив. Я не держу на неё зла, хоть мне и больно принимать такую действительность. Увидимся, а дальше – посмотрим, как пойдёт и что будет. Всё же самое главное, что Алисия жива, а где она живёт и кем руководит - уже не так важно,- утверждал подросток.
- Понятно. Ну что ж, удачи в поисках,- ответил я.
- Феникс, я понимаю, это сложно, но... помоги нам, пожалуйста. Мы с Вертером довольно плохо разбираемся в поиске людей, а также не умеем правильно ликвидировать преступные банды и вряд ли справимся вдвоём. Нам очень нужна помощь хорошего, добросовестного полицейского, а на Алисию можешь просто не обращать внимания,- осторожно и вежливо попросил меня Леонид Феликсович.
Конечно, мне очень не хочется снова видеть эти лица, особенно её тёмно-карие глаза, в которых не понятно, что плещется – злость, нежность, тоска, что-то разбитое? Многое, но точно не страх и не любовь. Как же я тебя ненавижу... и люблю, яркая девочка... Но я должен им помочь. Нельзя бросать ребёнка с проблемой поиска сестры, это не в наших профессиональных и моральных компетенциях! Если Леонид Феликсович и Вертер пойдут туда вдвоём, то вряд ли смогут преодолеть барьер и попадут в плен к банде, либо пойдут на растерзание, если чем-то им не понравятся. Магия земли у Вертера развита плохо, Алисия не научена профессиональному управлению магией огня, а один в поле не воин, даже такой способный и замечательный маг, как Леонид Феликсович.
- Я помогу вам. Только вот главная проблема на данный момент, в том числе и для полиции – магическая стена, которой окружена База преступников. Через неё никто не может ни зайти туда, ни выйти.
- Но, раз Алисия открыла её, то почему вы не смогли сделать то же самое?- задал Вертер казалось бы очевидный вопрос.
- Стена создана магией банды, и открыть её можно только ею, изнутри. Также стена не только охраняет территорию, но и ослабляет магию тех, кто не причастен к её созданию. Потому, находясь в плену, мы не могли даже сразиться с нашими надзирателями, что уж говорить о побеге,- рассказал я.
- М-да, задача, конечно, сложная. Надо подумать,- произнёс Леонид Феликсович.
- Слушайте, у меня появились сомнения, что Алисия будет рада меня видеть, да и вообще захочет ли, раз она так сильно изменилась,- Вертер посмотрел на нас беспокойным взглядом. Я удивился, что у него вообще возникли такие мысли.
- Ну что ты, сестра не может разлюбить родного брата, где бы она ни была и что бы ни делала,- заверил подростка Леонид Феликсович.
- Мы с Алисией... – я осёкся. – Говорили о тебе. Она очень сильно хочет увидеть тебя, но не может найти. Боится, что ты умер...- я вспомнил, какой слабой Алисия была в тот вечер, сколько плакала, ища у меня поддержки и защиты. Тогда хотелось любить её ещё больше, защищать, помогать во всём, быть рядом... Надо сохранять спокойствие. Если из-за неё буду постоянно давать волю эмоциям, мне станет нечего делать среди полицейских. Спокойствие, ясный ум и рациональность – непременные составляющие характеристики мага-полицейского, отлично способствующие положительному исходу миссий. Эмоции же, наоборот, подталкивают к необдуманным действиям, которых в наших миссиях быть не должно. Только если проблема хорошо продумана, можно решить её.
Светло-карие глаза Вертера вдруг сверкнули решимостью:
- Где обитает эта банда?
- Их база находится в полях, отсюда час пешком до стены, но ты туда пока не пойдёшь, ибо это слишком опасно,- ответил я, понимая, к чему он клонит.
- Я должен встретиться с сестрой, Феникс! Она думает, что я погиб, плачет обо мне. Нужно как можно быстрее искать способ открыть эту стену!- сказал Вертер более эмоционально, чем обычно.
- Я всё понимаю, но там живёт не только твоя сестра, а ещё масса отвратительных и жестоких личностей, для которых убийство, козни и издевательства являются абсолютно приемлемыми. Ты можешь стать для них лёгкой добычей, и сестра не сможет помочь тебе при всём желании. Они могут свергнуть её с престола и уничтожить вас обоих,- сказал я, как отрубил. Возможно, это прозвучало слишком жестоко, но я не мог по-другому.
- Столько лет поисков, неужели напрасно? Мне вообще давно никто ничего не запрещал, потому что было некому,- сокрушался подросток.
- Дело о банде преступников по-прежнему висит на нас, ибо оно не выполнено, а мы не оставляем дела незаконченными. Мы с отрядом стараемся придумать способ проникнуть туда. Я верю, что рано или поздно всё получится, и тогда мы пойдём штурмовать банду, по которой давно плачет настоящая тюрьма, а не тот сарай, что они там устроили. Не знаю, как скоро получится организовать миссию, так что стоит набраться терпения, если хочешь увидеться с сестрой живым и здоровым.
- Феникс, спасибо тебе за надежду!- Вертер стеснялся, но всё-таки обнял меня. Так вышло, что помочь Звёздным выпало мне - от этого уже никуда не денешься.
- Да, это дело сложное, мы тоже будем продолжать думать. Как говорится – если долго мучиться, что-нибудь получится,- улыбнулся учёный.
***
Часов в восемь утра следующего дня папа отвлёк меня от записи в личный дневник – пришли Вертер и Леонид Феликсович. Или всё-таки прибежали? Они были очень воодушевлены.
- Мы нашли его! Нашли способ обойти барьер и проникнуть на территорию Базы!- воскликнул Леонид Феликсович, едва я появился в прихожей. Мама с Феликсом тоже бросили все дела и прибежали слушать.
- Ничего себе, как быстро,- мы бьёмся над этим уже почти неделю. – И что это за способ?
- Мы должны использовать иррациональную магию, которой обладают жители потустороннего мира – мы называем их потусторонними сущностями,- произнёс Леонид Феликсович.
- Офигеть!- у Феликса чуть глаза на пол не выпали. Конечно, ведь на первом курсе жителей других миров не проходят – это тема третьего курса, на которой маги не останавливаются подробно. - Получается, потусторонние сущности – разумные существа, как и мы?
- Да, конечно,- ответил Леонид Феликсович. - Такое различие разумной жизни по множеству внешних и внутренних признаков происходит из-за деления магии по своей природе на два больших вида: Рациональную (Нашу) и Иррациональную (Потустороннюю). Эти виды разительно отличаются друг от друга, из чего следует различие анатомии и физиологии обладающих ими существ.
Леонид Феликсович рассказывал о мироустройстве долго и подробно, словно читал лекцию перед группой – на то они и учёные. Большую часть из рассказанного я знал с 3 курса Академии, не понимал только, как нам может помочь их магия. Леонид Феликсович довольно долго подбирался к этому вопросу, слушать было скучновато, но, по правилам этикета, перебивать старших не положено.
- А как они выглядят?- уточнил Феликс, когда учёный закончил.
- Если сравнить с существами нашего мира, они похожи на больших чёрных летучих мышей,- ответил на вопрос Леонид Феликсович. - Но сущности - не животные, а такие же разумные существа, как и мы. Они общаются на своём языке, который доступен немногим магам, и я вхожу в их число.
Во время лекции Вертер в нетерпении покачивался из стороны в сторону и, некоторое время спустя, всё же попросил учёного:
- Это очень интересно, Леонид Феликсович, но можно ближе к делу, пожалуйста.
Понятно, что он скорее хочет начать действовать, ведь не видел сестру два с половиной года, но папа всё же бросил на подростка неодобрительный взгляд за невежливый поступок.
- Хорошо, давайте ближе к делу,- Леонид Феликсович совсем не обиделся. – Я вспомнил про свойство противоположных магий, которое нельзя назвать полностью полезным, но в нашей ситуации оно сослужит нам добрую службу. Дело в том, что при столкновении нашей и потусторонней магии происходит аннигиляция вещества, из этого следует полное взаимоуничтожение обеих магий при равном объёме. Если же объём не равен, останется та магия, которой больше. К чему я всё это говорю? Если с нами будет потусторонняя сущность, она просто использует магию и, с помощью свойств физики, пробьёт дыру в стене, что как-раз-таки нам и нужно, чтобы проникнуть на Базу,- учёный улыбнулся.
Ничего себе, такого я не знал, и в Академии мы это не проходили. Интересно, почему светила науки из министерства магии не включили в предметный перечень познание иррациональной магии? Большое упущение. Если бы мы это знали, то не пробились бы столько времени над вопросом проникновения.
- А это точно сработает?- уточнил Феликс.
- Даю сто процентов гарантии. Против физических свойств противоположных магий не пойдёшь, каким бы ни было желание,- утвердил Леонид Феликсович.
Эта новость меня немного воодушевила, но лишь затем, что мы, наконец, получим возможность завершить затянувшееся дело. А вот вопрос любви, дружбы и нравственности встал передо мной ребром. Я должен буду арестовать преступников, в том числе и Кристофера – хорошего приятеля, которого очень хотел бы выпустить на свободу, и ту, кого до сих пор люблю.
- И как вы хотите заставить потустороннюю сущность перейти в наш мир и работать на вас?- уточнил папа, недоверчиво глядя то на учёного, то на брата Алисии.
- Очень просто – мы отправимся в потусторонний мир и поймаем её с помощью магии,- улыбнулся Леонид Феликсович. – Только вот портал туда находится на опушке леса, довольно далеко отсюда, а машины у нас, к сожалению, нет.
- Вы что, обезумели, простите за выражение? Идти в другой мир, чтобы ловить там сущность, а потом держать её в нашем мире и заставлять разрушать барьеры?- недоумевал отец. - Звучит, как бред какой-то! Вы же несерьёзно, да?
- Виктор, вы не представляете, сколько подобных глупостей мы в своё время совершили вместе с Альфредом, даже когда уже не были детьми! Чего только стоит история с Вероникой – его будущей женой. Когда они только начали встречаться, мы с другом решили подшутить, так сказать, проверить её на юмор и жизнелюбие. В итоге ведро не только опрокинуло синюю краску, но и слетело с ветки прямо ей на голову из-за слабости креплений. Ох и кричала тогда Вероника: «Лёнька, Фред, я вам самим это ведро на голову одену, каждому!» Но, несмотря на это, они поженились спустя год, и ещё через год родилась Алисия, а Вероника лишь иногда с юмором припоминала нам это. Так что, Виктор Алексеевич, история с потусторонней сущностью, которую мы хотим провернуть – далеко не самая безумная!
- Насчёт машины я позвоню моему коллеге – Евгению и попрошу отвезти нас,- пообещал я.
- Феникс, ты тоже идёшь?- уточнил Вертер.
- Да - если уж помогать, то до конца,- ответил я, подняв телефонную трубку и набирая номер.
- Золотые слова, Феникс!- похвалил меня вечно улыбающийся Леонид Феликсович.
- Алло, Жень, привет, это Феникс. Не мог бы ты помочь мне в одном деле, а именно – отвезти меня и моих спутников к порталу в потусторонний мир,- сказал я в трубку.
- Я бы с радостью помог, но не знаю, где это.
- Скажи, что мы знаем дорогу,- попросил Леонид Феликсович.
Я сказал, и Женя ответил:
- Хорошо. Прямо сейчас устроит?
- Да, конечно. Подъезжай к моему дому.
- Тогда ждите, через пятнадцать минут буду.
Женя пригнал служебную машину, мы с Вертером устроились на заднем сиденье, а Леонид Феликсович сел вперёд, чтобы показывать дорогу. Я сам не знал, где находится портал в потусторонний мир и, тем более, никогда там не был. Даже маги по другим мирам особо не разгуливают, только если очень нужно. Мы выехали за посёлок, проехали маленькую деревню Тихую, входящую в поселение Стихийного и свернули на дорогу к лесам и озеру. Оставив в стороне водную гладь, проехали через лес и оказались на опушке. Отсюда шёл тонкий мост через пропасть, на дне которой журчал небольшой ручей – прямо к склону невысокого холма.
- Здесь остановись – дальше ехать нельзя,- предупредил Женю учёный.
- Разрешите поинтересоваться, что вам вдруг понадобилось в потустороннем мире?- спросил мой напарник, нажав на педаль тормоза и выключив скорость.
- Это поможет нам обхитрить барьер преступников,- ответил Леонид Феликсович. – Парни, нам туда.
- Но там же просто холм,- заметил Вертер Звёздный.
- Не совсем. Когда портал закрыт, он не виден и проявляется, только когда нужен,- разъяснил учёный.
- Я бы предложил помощь, но, к сожалению, не могу – надо возвращать машину,- сказал Женя. - Как планируете добираться обратно?
- Ничего, ты и так нам очень помог, спасибо тебе. Не переживай, доберёмся как-нибудь,- заверил я коллегу.
- Ладно, я поехал тогда. Что сказать про твоё отсутствие на работе, Феникс?
- Я сам уже отпросился – краткая деловая командировка,- ответил я.
Мы пошли по тонкому мосту в таком порядке: Леонид Феликсович, Вертер, я. Подросток настороженно смотрел на клубы дыма, поднимающиеся из пропасти, словно ожидая подвоха.
- Феникс, ты заканчивал автошколу? Есть права на руках?- вдруг поинтересовался учёный.
- Да, ещё на втором курсе.
- А ты не думал над покупкой машины?
- Думал, но, к сожалению, на неё не хватит средств. Я слышал, что автомобиль могут выдать от работы за выдающиеся заслуги, но у меня таковых нет.
- Как это нет?- возмутился Леонид Феликсович. – А пребывание в плену у банды? А наша с Вертером встреча – это что, не выдающиеся заслуги?
- Конечно, нет. Тот факт, что мы попали в плен, наоборот, идёт нам в минус, и эти дни с работы не оплачиваются,- разъяснил я ситуацию. Конечно, всем хотелось, чтобы плен был оплачен за всё, что нам пришлось пережить, но по закону не положено. Кому, как не нам, в первую очередь чтить закон, а не личные чувства?
- Ну, ничего себе, правила какие,- продолжил учёный.
- Какие есть,- вздохнул я.
Наконец, мы преодолели мост и подошли почти вплотную к склону, который выглядел, как обычная часть холма глинистой породы.
- Чтобы открыть портал, необходимо направить на него три вида магии, нас как раз трое,- Леонид Феликсович первым выпустил в гору столб огня. Я направил в то же место струю воды, Вертер с трудом закинул немного земли. И тут началось странное: часть склона разверзлась, открыв большую чёрную воронку. Выглядела она жутковато – бездонная и непонятная, как пустота. Но тормозить нельзя, и я первым прошёл сквозь невидимую, но чётко ощущаемую преграду. Прошёл и сразу же полетел по пустому коридору, подхваченный потоком воздуха. Меня быстро догнал учёный, держащий за руку Вертера.
- Вот такой он – переход в другой мир. Летишь, как пушинка на ветру,- улыбнувшись, прокомментировал Леонид Феликсович.
- Завораживает,- подросток был краток в оценке ситуации. – Я никогда так не летал.
- Держись правой стороны, чтобы портал меньше открылся, и сюда не затянуло неосторожных сущностей,- крикнул мне учёный.
Преодолев весь коридор за пять минут, я буквально пролетел через вторую преграду, перевернулся в воздухе и встал на гладкую каменную почву, отдалённо напоминающую искусственную плитку. Вокруг была темнота, только далёкие огни давали чуть-чуть света. Я посмотрел наверх – туда, где должен быть небосвод со светилами, но увидел только массу чёрных облаков. Тёмный, загадочный, неотвратимо завораживающий потусторонний мир, наконец-то, я пришёл посмотреть на тебя... Леонид Феликсович приземлился вслед за мной, а Вертер не удержал равновесие и упал на каменную почву.
- О-хо-хо, она же твёрдая! Ты не ушибся?- уточнил Леонид Феликсович. Мы вместе подбежали, чтобы помочь ему подняться.
- Всё в порядке, только почва тут какая-то странная,- подросток потрогал её, но не сумел зачерпнуть рукой, а затем встал с нашей помощью.
- Здесь всё по-другому, в нашем мире вы такого не найдёте. Идём, нам надо к Первой Щели, где живёт больше всего сущностей,- произнёс учёный.
- А далеко отсюда Щель?- уточнил я.
- Не очень – до самой первой минут двадцать пешком.
Пока мы шли, глаза понемногу привыкали к темноте. Сначала мы шли в абсолютно пустом пространстве, но затем впереди показалось зияние в почве. Света от огонька Леонида Феликсовича хватило, чтобы разглядеть множество небольших (по сравнению с нами), странных существ чёрного цвета, чем-то похожих на летучих мышей, но с разумным, человеческим взглядом бледно-жёлтых глаз. Они были не нагими, а одетыми в чёрный балахон, сзади виднелись чёрные крылья, а на головах стояли ушки, похожие на кошачьи. Когда мы подошли ближе, несколько сущностей-разведчиков вылетели к нам навстречу, края их балахонов при полёте развевались, как тканая материя. Взгляд существ был проникновенный и настолько разумный, что, казалось, они сейчас заговорят с нами по-русски. Однако сущности, подлетев ближе и оставшись на безопасном расстоянии, издали воющие звуки.
- Они хотят узнать, по какой причине мы здесь,- перевёл нам Леонид Феликсович.
- Не очень-то они доброжелательны,- настороженно прокомментировал Вертер.
Леонид Феликсович перевёл им нашу просьбу о помощи, в ответ на неё из Щели вылетело несметное полчище сущностей, их старейшина сказал, что сущности никогда не участвовали в делах иномирцев и не помогали им. Что их не касается всё, происходящее в нашем мире.
Услышав перевод, Вертер сжал кулаки и зубы. Мы не должны сдаваться!
- Что ж, тогда нам самим придётся поймать одну из сущностей,- подвёл итог учёный. - Вертер, ты сможешь сделать клетку с помощью магии земли?
- Постараюсь,- ответил подросток, во взгляде которого вновь затеплилась надежда.
Он сел в позе лотоса и стал мастерить, выгоняя из почвы палки-плети и соединяя их, в то время как мы с помощью магии огня и воздуха гоняли сущностей, пытаясь отделить от всех одну. Наконец, нам это удалось, и Леонид Феликсович погнал её на Вертера с вопросом:
- Клетка готова?
Подросток неуверенно поднял земляную клетку, похожую на таковую для попугаев, только больше и подставил её под траекторию полёта сущности. Леонид Феликсович загнал туда сущность, и клетка сразу же развалилась от импульса толчка. Очень жаль, я надеялся, что продержится хотя бы немного, но быстро среагировал, выпустив струю воды с петлёй на конце, и поймал сущность. Затем я заморозил струю, чтобы существо точно не сбежало.
- Не получилось, как всегда,- расстроился Вертер. – Ничего я не умею. Как буду биться за освобождение Алисии?
Я не ждал от него чего-то сверхъестественного и крутого. Что может показать мальчик, который никогда не учился на мага?
- У тебя хороший потенциал. Я попрошу папу, он должен согласиться потренировать тебя немного,- заверил я подростка.
- Верно сказано, у тебя многое впереди,- Леонид Феликсович посмотрел на сущность. – Замёрзнет ведь.
Я выпустил её и тут же заключил в воздушную сферу. Так сущность не замёрзнет, сможет свободно дышать, но при этом не улетит. Нас тут же окружили множество сущностей – казалось, их стало ещё больше. Учёный сказал, что до этого мы видели сущностей лишь с поверхности Щели, а сейчас вылетели более глубоко проживающие. Глубина данной щели может достигать трёх километров! Нас это повергло в шок. Как и тот факт, что сущности окружили несметным полчищем, готовые биться за друга.
- Мы пришли с миром, хотим просто вашей помощи. Мы не хотим воевать,- заверил сущностей Леонид Феликсович.
- Что вы будете делать с той, кого поймали?- уточнил старейшина.
- Абсолютно ничего плохого. Она переночует у нас, поможет завершить большое дело, а потом я лично доставлю её обратно и отпущу,- пообещал учёный.
- Хорошо, мы вам поверим, рациональные маги, но знайте: если наш друг не вернётся, то мы пойдём войной на ваш мир!- пригрозил старейшина.
- Вам точно не придётся утруждать себя этим,- Леонид Феликсович улыбнулся, махнул рукой, и мы направились назад, к порталу. Конечно, мне хотелось пройти дальше, пересечь Первую Щель и осмотреть мир как следует, дойти до огней и понять, почему они горят здесь, в атмосфере полной темноты. К сожалению, у нас нет на это времени. Дела не ждут, надо как можно быстрее собирать и снаряжать отряд.
- Феникс, а мы можем пойти штурмовать Базу уже завтра?- уточнил Вертер. - Сущность у нас есть, теперь мы пройдём туда.
- Я как раз об этом подумал. Это возможно, но надо вернуться в посёлок, предупредить всех и провести организационное собрание отряда,- сказал я.
- Время не ждёт, поторопимся,- произнёс Леонид Феликсович.
Назад в наш мир мы попали точно так же, как и сюда. Чтобы лёгкую сферу вместе с сущностью не сдуло воздухом, Вертер окружил её довольно прочной земляной сферой и преодолел путь обратно без страха, наслаждаясь полётом. Мы вышли в наш мир, перешли через мост и направились сквозь лес к автомобильной дороге, надеясь, что удастся поймать попутку. Если же не получится, то будем два часа добираться до дома пешком. Я забеспокоился, ведь время близится к одиннадцати часам, а надо ещё многое успеть сделать до отбоя.
Спустя полчаса мы добрались до дороги и стали голосовать, надеясь, что попадётся какой-нибудь добряк. Условились, что, если за полчаса не поймаем машину, то идём пешком. С каждой минутой, проведённой у дороги, наши надежды добраться домой на колёсах понемногу таяли. Вертер внимательно вглядывался вдаль, изучал появляющиеся машины, и вдруг воскликнул:
- Сейчас поедем!
Мы с Леонидом Феликсовичем встрепенулись и посмотрели на грузовик, который подъехал к нам и остановился. Неожиданно водитель открыл дверь и сам вылез из кабины.
- Вертер Звёздный, надо же, какая встреча!
- Здравствуйте, Андрей Михайлович! Рад вас видеть!- Вертер и водитель сблизились и по-дружески обнялись. - Нам нужна ваша помощь. Сможете отвезти нас в Стихийный?- уточнил подросток.
- Конечно, в чём вопрос? Здравствуйте!- Андрей Михайлович подошёл и пожал руку учёному.
- Очень приятно, Леонид Феликсович, опекун Вертера. А ты, Андрей Михайлович, тот самый грузчик, с тобой он работал?
- Да, он самый. Можете звать меня просто Михалыч, без официальностей,- улыбнулся водитель, а затем протянул руку мне. – Здравствуйте! А к вам как обращаться?
- Феникс Викторович, полицейский,- от небольшой растерянности я назвал имя вместе с отчеством, хотя видел, что водитель лет на десять старше меня.
- Добро пожаловать в мой дом на колёсах! Поднимайтесь, пожалуйста,- любезно пригласил Андрей Михайлович.
Мы поднялись в кабину грузовика, устроились на продолговатом заднем сиденье, и только сейчас водитель обратил внимание на сферу с сущностью, что я держал в руке:
- Господи, а что это за чудище у вас в прозрачном шаре сидит?
- Это потусторонняя сущность, маг из другого мира,- объяснил ему Вертер.
- Никогда не видел таких существ... – Андрей Михайлович завёл двигатель, и мы поехали. – Стоп, а у нас что, есть другие миры?
- Не совсем у нас, но через портал – да, существуют, и не один,- ответил я.
- Ну, ни фига себе... Простите, вы, наверно, маги, а я – самый обычный человек. Удивительно, что из другого мира сущность притащили. А для чего она вам нужна?
- Для одного очень важного дела,- завуалированно ответил Леонид Феликсович, ибо не следует распространяться о профессиональных делах людям, не имеющим к ним никакого отношения.
- Какие планы на жизнь, Вертер Звёздный?- вдруг поинтересовался Михалыч.
- Пойду учиться в школу,- ответил подросток. – В девятый класс.
- Надо закончить образование и думать о профессии,- добавил Леонид Феликсович. – На ту работу он уже не вернётся.
- Да, простите,- добавил Вертер.
- Ну, разумеется, я понимаю. Такая работа не для подростков. У тебя большое будущее, Вертер, и я желаю, чтобы ты стал именно тем, кем мечтаешь стать,- искренне сказал водитель. – Вы теперь живёте вместе?
- Да, Вертер – член нашей семьи,- заверил учёный. – Я рад, что познакомился с тобой, Андрей. Вертер рассказывал, что, в отличие от начальства, ты хорошо к нему относился, давал продукты. Я благодарю тебя за это, и, дай Бог, чтобы в жизни у тебя всё было хорошо.
- Спасибо огромное, для меня такая честь разговаривать с вами сейчас.
Когда мы приехали, Андрей Михайлович остановил машину и достал из бардачка несколько денежных купюр:
- Возьми, Вертер, в счёт твоей последней зарплаты – не вся, конечно, но большая часть.
- Что вы, не надо расплачиваться со мной из своего кармана!- воскликнул подросток. – У вас семья, дети, их надо кормить и одевать!
- Ничего страшного, у нас есть деньги. Я за справедливость, возьми,- ответил водитель на столь красноречивую реплику. – И пообещай, что хотя бы иногда будешь навещать старого друга Михалыча.
У Вертера дрогнули губы. Он был так растроган, что спрятал взгляд заблестевших глаз.
- Спасибо вам большое, - подросток встал и крепко обнял Андрея Михайловича. – Не знал, что являюсь для вас другом. Обещаю, что никогда не забуду наше совместное времяпровождение и обязательно навещу вас!
- Можешь даже прийти ко мне домой, держи адрес,- водитель протянул ему бумажку.
- Спасибо тебе большое, что подвёз,- напомнил Леонид Феликсович.
- Спасибо,- кратко добавил я, прежде чем покинуть кабину.