Семейная жизнь
Прошло ещё короткое время – нашёлся один человек
порядочный – и я вышла замуж. Перебрались мы уже на другую квартиру;
и как будто бы было всё хорошо.
Муж у меня был очень хороший. Сказать так, что меня мать не
любила, всегда со мной строго поступала, а у него была материнская
любовь ко мне.
Но меня ничего не утешало. Я никогда не была радостная. В
моём сердце всегда была тоска. Мне казалось, что я должна что-то
искать, а что искать – я не знала. Иногда я шла опять в собрание.
Но уже когда я была замужем, то, муж есть как муж, звать его в
собрание – он к этому не приспособлен, идти мне одной – он не пускает
меня. Уже в нас получилось такое столкновение неприятное.
Но всё-таки, однажды, я забрала его в собрание. В то время я
не спала в собрании: я уже не была такая усталая в службе. Я сидела,
слушала проповедь.
В то время когда я служила и была в собрании, я не слыхала
никаких проповедей, потому что, как я уже говорила, я всё время спала.
Однажды, когда пели один псалом, – я через сон слыхала, а проснуться
не смогла. Но я стояла тогда на коленях: я сонная стала на колени. Когда
пели этот псалом, я спала и крепко плакала. Пели этот псалом:
Страшно бушует житейское море,
Сильные волны качают ладью
В ужасе смертном, отчаянном горе.
Боже помилуй, Тебя я молю!
Этот псалом пели. Я его через сон слыхала и рыдала. Так рыдала
крепко, что не могла остановиться. Но всё же я спала. И когда я ушла, я
его не запомнила, потому что я была сонная.
А когда уже у меня, конечно, как я говорю, был муж, я его
пригласила в собрание. Мы сидели. Проповеди были богатые, красиво
было в собрании.
Когда мы вышли из собрания, я говорю:
— Как тебе понравилось?
А он говорит:
— Знаешь, ведь я ничего не понимаю. О чём они говорят? О
чём они толкуют? Но буквально два слова не попало в мои мозги, в моё
сердце. Я не знаю, что они хотят.
Я изумилась. Как это так? Человек такой взрослый, разумный:
слышит – и не слышит, видит – и не видит. Ужас облёк мою душу.
Ну, на этом кончилось. Больше я его не приглашала в собрание,
но, когда удавалось, я шла. Молиться я не могла. То, что я молилась в
детстве, я всё забыла. Вот такая жизнь бурная. Слушала, как молятся
люди, как поют, как благовествуют о Господе. Любила я это собрание и
всех людей. Меня никто не знал. Никогда никто ко мне не обращался, но
меня это не удивляло. Я знала, что я всем чужая – мне никогда не было
обидно.
Но иногда дома была. Когда свободное время было, – ничем не
занята, муж был на работе, – я рассуждала так: “Как счастливы эти люди,
которые они ходят себе в собрание, которым Господь принёс спасение.
Они радостны всегда будут. Им приятно жить на земле, чтобы им не
встретилось, потому что они знают, что они спасены. А я несчастная, я
утеряла спасение, для меня нет спасения”.
Я всегда это твердила себе. Господа я любила. Знала, что
Господь есть, что Он всё может людям послать, но мне – нет, потому что
я потеряла спасение, пренебрегла. Горько было на моём сердце.
Но иногда мне мысль в сердце такая прокрадывалась: “Вот, если
бы у меня этого мужа не было, – хотя и спасения для меня нету: Господь
уже мне не даст его, – но я хотя бы в собрании была б: среди этих
верующих людей. А больше я ничего не хочу. Муж мне препятствует”.
Да, очень я, конечно, любила верующих людей. Я всегда
представляла себе, что эти люди, они – ангелы Божии, которых Господь
на земле сотворил, чтобы они славили Господа. Мне так было приятно
вспоминать об этом.
Но прошло уже время – у меня уже дети породились. Построили
мы домик. Обстановка была, одежда – всё было то, что потребно. Уже
можно было сказать, что хорошо жить. Но так я всегда томилась тем, что в моём сердце была тоска. О
чём-то я всегда тосковала и не знала, куда пойти, чтобы не стало этой
тоски. Что я утеряла – не могу понять, и не знаю, где его найти. Иногда я
много плакала.
Молиться – я молилась только вечером и то, так сказать, что я
не умела молиться. Но когда пришлось мне, что я должна была ложиться
спать, и когда я ещё служила, и так всё время я молилась только такими
словами вечером: “Благодарю, Господи, Тебя, что Ты хранил меня в этот
день прошедший. Не оставь меня в эту ночь. Да будет Твоя святая воля
надо мною. А Тебе пусть будет слава и хвала – Отцу и Сыну и Святому
Духу. Аминь”.
Это была единственная моя молитва вечером. Если я иногда
уставала и забыла помолиться, уснула, я в ужасе просыпалась, что я
забыла помолиться. И когда я сказала эти слова, я спокойно отдыхала.