Глава 35: Треск по краям
Даня лежал на полу в коридоре. Под щекой — холодный ламинат. Всё тело ломило от усталости, как будто боль в голове стала физической, как будто каждый нерв кричал.
Он не помнил, как сюда упал. Просто шёл — и сломался. Словно выключился внутри.
Лёша был рядом. Он пытался поднять его, донести до кровати. Но Даня не давался. Не потому, что не доверял. А потому что... не верил, что имеет на это право.
— Не трогай меня, — прошептал он. Голос хрипел, будто рвался из пустоты. — Я... грязный. Пустой. Мне лучше там, где тихо.
— Здесь тоже тихо, Даня. Здесь — мы, — Лёша сел рядом, не касаясь. Просто ждал.
Молчание стало третьим между ними. Они не смотрели друг на друга. Только дышали — тяжело, неравномерно.
Слёзы текли у обоих, но по-разному: у Дани — как у потерянного ребёнка, у Лёши — как у человека, который любит того, кто больше не верит в себя.
— Хочешь, я просто побуду с тобой? Не буду трогать. Не буду спрашивать. Просто... побуду, — голос Лёши был тихий. Надрывный. Живой.
Даня не ответил. Только сжал пальцы. Они дрожали.
Прошёл час. Может, больше. И в этой тишине, где не было ни лекарств, ни решений, что-то внутри дрогнуло.
Даня поднял глаза. Красные, уставшие, но в них мелькнуло — хоть каплю желания остаться.
— Я не знаю, зачем ты со мной. — Его голос был едва слышен. — Я ведь... только рушусь. Я — боль.
Лёша посмотрел прямо, глубоко, так, что Даня отвёл глаза.
— А я вижу в тебе свет. Пусть под тоннами боли. Пусть треснутый. Но он есть. И я с тобой, пока ты его ищешь.
Он аккуратно протянул руку — медленно, будто касаясь дикого зверя, загнанного в угол. Даня не отстранился. Только зажмурился. И тогда — рука легла на его.
Тепло. Настоящее. Живое.
И в этом прикосновении был свет. Самый крошечный. Но он пульсировал, как сердце, которое, несмотря ни на что, всё ещё стучит.