Ариэлла

Ариэла проснулась, глядит в темноту,

Во сне это было иль наяву?

Все спит, тишина вокруг,

Лишь слышен сердца гулкий стук.

И снова забылась Ариэла,

Вдруг, резкая боль пронзила все тело.

Она проснулась, ей не до сна

Ей страшно, случилось что, не поймет сама.

Она застонала, на помощь зовет,

Но кто в этот час ночной придет?

А боли все чаще и все сильней,

Ариэла кричит. Вот и мать спешит к ней.

Откуда-то появилась и Гаада,

Что все ту же старуху с собой привела.

Боль все сильнее ее донимает,

Ариэла поняла, что рожает.

Боль ни на минуту не стихает,

Кажется, всю ее изнутри раздирает,

Пот ручьем со лба струится,

Ариэла не может никак разродиться.

Она впадает в забытье и видит звездочку в вышине.

Та ласково ей моргает и голосом нежным утешает:

«Собери все силы, еще рывок

И свет увидит долгожданный сынок».

Она напряглась, как струна, и вмиг

Услышала громкий ребенка крик.

Без сил Ариэла опять забылась,

А в голове пронеслось, вот все и случилось.

Ариэла очнулась, мать над нею склонилась,

От счастья и радости она вся светилась.

«Приди в себя, дорогая, все позади,

А вот и сынок твой, погляди». –

Ласково женщина сынка подает

И рядом с Ариэлой на ложе кладет.

Ариэле тут же захотелось встать

И ребенка на руки взять,

Но мать ее остановила

И день другой полежать попросила.

«Роды твои тяжелыми были, но помучалась ты не зря,

Посмотри, какого родила богатыря.

Здоров и прекрасен твой малыш,

А сейчас будет лучше, если ты поспишь.

набирайся сил, отдыхай,

а за сыночка не переживай.

Присмотрю за ним, пока будешь спать,

Затем позволю тебе ненадолго встать».

Ариэла устало прикрыла глаза,

Как матери вновь благодарна она!

Ариэла не помнит, сколько пролежала,

Проснувшись, рядом Гааду увидала.

«Скажи, Гаада, долго ли я спала,

И не пора ли мне кормить малыша?»

«Успокойся, - говорит ей Гаада, -

И он сладко спал, пока ты спала.

Тебе нужно в порядок себя привести,

Умыться, поесть, косы заплести.

Тебе во всем я помогу

Затем и сыночка тебе принесу».

Не терпится Ариэле поскорее встать

И ребенка своего к груди прижать,

но уж больно строга Гаада,

следит за нею во все глаза.

Ариэла на ложе своем сидит

И умоляющим взглядом на Гааду глядит.

Наконец, окончив все дела,

Гада ребенка ей принесла.

Смотрит Ариэла на комочек родной,

Какой же он маленький, красивый какой.

Она целует его, к груди прижимает

И слезы радости на лице выступают.

С легкой завистью смотрит на нее Гаада,

«Как же Ариэла счастлива!» - думает она,-

Нет тени грусти, печали былой,

Глаза излучают свет и покой».

Не налюбуется Ариэла сыночком своим,

Всегда представляла его таким.

Так засмотрелась, что совсем забыла,

Что ребенка еще не кормила.

Ребенок взял грудь, и истома пошла по телу.

«Какое чувство! Это и есть счастье», – подумала Ариэла.

 Дни проходили, малыш подрастал,

Вот он уже улыбаться стал.

И мать свою он уже различает,

Движенье каждое ее взглядом провожает.

Увидев ее, ручонками радостно машет,

Сучит пухлыми ножками, словно пляшет.

Ариэла в ребенке своем души не чает,

Кроме него вокруг ничего не замечает.

Всю жизнь он заполнил своим существованьем

И лишь одному ему все заботы ее и вниманье.

Порой Ариэла ночами не спит,

Сон сладкий ребеночка сторожит,

С ним рядом сидит, колыбельку качает

И колыбельную песнь напевает.

Ту песню, что когда то родная ей пела мать,

Укладывая дочурку свою спать.

Ах, если б сейчас она была с нею рядом

И одарила бы любящим взглядом.

Как бы гордилась она внуком своим

И был для нее бы он самым родным.

Но, нет ее рядом, и никогда не будет,

А воспоминанья лишь душу и сердце студят.

Малыш ее стал любимцем для всех

И в доме вновь слышны песни и смех.

Гаада с малышом в саду часто гуляет,

В это время Ариэла, устав от бессонных ночей, отдыхает.

Да и мать много времени с ним проводит,

На руках носит, по двору ходит.

И, казалось бы, все в свое русло вошло,

Но отчего- то Ариэле все ж тяжело.

Словно что-то зловещее рядом витает

И страхом душу ее наполняет.

Пытается Ариэла мысли эти прогнать,

Но вновь возвращается к ним опять и опять.

Что ж для нее могло это значить?

Не будет покоя в доме этом ей, не иначе.

В сомненьях Ариэла, не может в себе разобраться.

Да только куда ей с младенцем податься.

Нет рядом никого из родных, одни среди людей чужих.

И чтобы судьба ей не принесла, решила довериться Богу она.

Время быстро пролетает, утро вечером сменяет.

Ариэла счет часам и дням теряет.

С раннего утра и до глубокой ночи

Вся в заботах материнских, о дите своем хлопочет.

То гуляет с ним в тенистом саду,

то коз с ним пасет на зеленом лугу.

То у фонтанчика, смеясь, с ним играет

То в беседке ему песнь напевает

Не может ни на час от него оторваться,

Ни на секунду не готова она с ним расстаться.

Даже мать часто ее упрекает,

Что малыша своего очень редко ей доверяет.

Она его любит, лелеять готова,

Да что говорить, никогда не допустит плохого.

Хочется и Гааде с ним подольше играть,

Да боится Ариэла часто ей его оставлять.

Ведь совсем еще молода Гаада,

Всегда ли сможет справиться с ним она?

Вечером, когда спадает жара,

с ним по двору гуляет она.

Его на своих руках качает

и тихо песенки напевает.

Поет о том, что день настанет,

Вырастет сын и взрослым станет.

Как отец его, будет добрым, красивым,

И, конечно же, в жизни своей будет счастливым.

А она, Ариэла, всегда будет рядом

И не станет ей в жизни большей награды,

Чем делом, советом ему помогать,

вместе радость и горе делить, и оберегать.

Поет Ариэла о счастье, любви,

О том, как прекрасно жить будут они,

Как дом свой построят и сад разобьют,

И путник усталый найдет в нем приют.

Что ждут ее сына большие дела

И будет к нему благосклонна судьба.

Встретит он так же большую любовь,

А она будет самая лучшая в мире свекровь.

Поет Ариэла, малютку качает

И о будущей жизни своей мечтает.

: Вот прошел месяц, за ним и другой,

Скоро сыновьям вновь возвращаться домой.

Гаада с нетерпеньем их ждет,

Только об этом и речь ведет.

Ариэла в панике, сейчас ей не до того,

Доброго встреча не сулит ничего.

Заметно, как волнуется мать,

Ведь можно, конечно, и ее понять.

Но за суетой скрывается нечто другое.

Отношение к Ариэле стало иное.

При разговоре куда- то спешит, глаза отводит.,

Или при встрече просто мимо проходит.

«Тебе не кажется, Гаада,

Что мать как то странно ведет себя?

Порой души во мне не чает,

Порою просто не замечает.

Как то тревожно, неспокойно мне,

Если бы знать, что у нее на уме».

В ответ Гаада лишь плечами пожала,

Дескать, она ничего подобного не замечала.

«Возможно, мне и впрямь лишь показалось,- подумала Ариэла. – Я ведь тоже теперь не та, я повзрослела.

Все ж, нужно быть осторожной, всегда начеку

Иначе на новые беды себя обреку.

Мысль неприятна, но придется с ней жить

И в разговоре с матерью благоразумною быть».

Ариэла решила, что отныне она

Со всеми делами будет справляться сама,

Как можно реже на глаза матери попадаться,

А лучше всего занятою сказаться.

Но не обойтись ей без помощи Гаады,

К ней не испытывает мать вражды.

«Гаада родная, просить тебя я должна,

помощь твоя очень, очень нужна.

Мне непременно нужно знать,

Что на самом деле задумала мать.

Не зря мне она порою так льстит,

Чувствую, недоброе за всем этим стоит.

Узнай, попытайся, расспроси,

Какая нас участь ждет впереди».