Отмотать назад

До позднего вечера Ши Цинсюань всё же рассказал Се Ляню о подмене судеб. Принц задумался и выдвинул догадку: возможно, его преследует не гнилоротый, а тот, чья судьба была заменена на судьбу Цинсюаня. Такое вполне могло быть. Диалог пришлось поспешно завершить из-за очнувшегося Пэя.

— Хорошо, что очнулся, я уж думал, ты его окончательно прибил, — первым заговорил Хуа Чэн и тут же начал с подкола.

— Я бы с радостью, да нельзя, — фыркнул Усянь, уставившись в окно.

Небо уже начало темнеть, луна взошла, но звёзды ещё не показывали свои блики. Совсем скоро ему предстояло вернуться на Небеса.

— Законы? — спросил демон, полагая, что это истинная причина.

— Можно и так сказать.

Правда заключалась в перерождении. Если боги умрут, то повторно уже ни небо, ни землю не увидят. Для них смерть равноценна полному исчезновению. Разве что только в памяти и книгах они сохранятся, и то не навсегда.

— Яньло-ван! Яма! Вэй Ин, твою ж, немедленно освободи меня! — разразился Пэй старший, придя в себя и заметив, что связан. Духовные силы были заблокированы, а руки с телом связаны так плотно, что сразу разорвать у него точно не выйдет.

— Ты меня ещё поласковей назови, тогда и подумаю, — усмехнулось божество смерти, заметив закономерность в его обращениях.

— Ваше Высочество, ну хоть вы! — не собираясь выполнять просьбу Вэя, Пэй Мин переметнулся на другого.

— Простите, генерал Пэй, — отказал Се Лянь.

— Ши Цинсюань? — бог войны северных земель перевёл взгляд на Цинсюаня, спокойно лежащего с детьми на циновке под накидкой Вэй Ина.

Тот лишь зевнул, устраиваясь поудобнее.

— Как только разорву ленту, мигом на Небеса к брату отправлю!

Князя демонов забавляла реакция Пэя. В мыслях он сравнил его с крысой, попавшей в ловушку к коту, которому до неё нет никакого дела.

Продолжив попытки разорвать шёлковую ткань, которой его перекрутили самыми запутанными способами для укрепления, Мингуан заметил незнакомое лицо. Внешность незнакомца смутно всплывала в его памяти голосом Линвэнь.

— Малец, ты кто такой? — обратился он к парню, сидящему за столом напротив Вэя.

Когда тот обернулся, у него чуть челюсть не отпала.

— Двойник принца? Ваше Высочество, почему вы не говорили, что у вас есть брат-близнец?!

Се Лянь не успел ответить, как вместо него заговорил Ци Жун.

— Близнец? — с отвращением повторил он. — У тебя вместо глаз луковицы?! Бог войны, а слепошарый, как старик перед смертью!

— Наглец! Ты на кого пасть раскрыл, хоть понимаешь?! — взбунтовался Пэй.

Оба горели желанием продолжить ругаться, но их прервал холодный чёткий голос Яньло-вана.

— Заткнитесь, — сказал он, окинув Пэя презрительным взглядом, и замер на Ци Жуне. — Не бранись при детях и вообще не повышай голос, они же спят.

Демон тут же замолк. А вот Мингуан утихомириваться не собирался.

— Ваше Высочество, кто это за паршивец?

Встряхнув руками, убирая с них лишнюю влагу, Се Лянь вытер ладони о подол ханьфу. Он собирался ко сну, но с такой компанией это становилось тяжёлым испытанием.

— Вы верно сказали, это мой двоюродный брат. Ци Жун — Зелёный Фонарь, Блуждающий в Ночи. Наверняка вы о нём наслышаны.

— Ого… Ваше Высочество, я смотрю, вам прямо везёт держать при себе нечисть и всяких гадов.

— И правда, с демонами везёт, — скованно улыбнулся Се Лянь. — Но о каких гадах речь?

— Это он обо мне, — сухо ответил за Пэя Усянь.

Лицо Се Ляня сразу помрачнело. Ему не нравилось, когда оскорбляли близких людей.

— Генерал Пэй, прошу вас воздерживаться от подобных слов в моём присутствии.

— Ваше Высочество, это дело касается только меня и Яньло-вана.

Хмурые брови расслабились, принц мягко улыбнулся и повернулся к столу, на котором осталась ранее приготовленная им еда. Наполнив большую ложку неясной смесью, он обернулся к генералу.

— Вы правы, тогда не стану вмешиваться. Но не могли бы вы мне помочь? Я приготовил суп, но не уверен, достаточно ли соли положил, — осторожно сменил он тему.

Ничего не подозревающий Пэй Мин даже не взглянул на ложку.

— Против бесплатной еды ничего не имею, — он раскрыл рот, так как руки его были связаны, и закрыл глаза.

Из-за закрытых глаз он не увидел, как Хуа Чэн перехватил ложку, лишь услышал взволнованное:

— Саньлан!

Следом за этим ему впихнули жижу по самую глотку, а затем быстро закрыли рот. От неожиданности он сразу проглотил еду, но тут же задергался. Непревзойдённый же с добродушным оскалом держал ладонь до конца, пока тот не потерял сознание.

— Это уже слишком, Саньлан, — с лёгкой ноткой грусти сказал Се Лянь. Создавалось впечатление, что он и сам хотел это сделать, вот и приуныл.

— Не нужно пачкать руки об это жирное лицо, гэгэ, — положив принцу пустую ладонь на плечо, подбодрил его нечистый.

Вэй Ин, наблюдавший со стороны, усмехнулся, ведь Пэй Мин считался редкостным красавцем и на Небесах, и на земле, а князь так о нём отзывается. Ци Жун же судорожно сглотнул слюну, мысленно радуясь, что это не с ним провернули. Похоже, от еды царственного брата у него останется глубокая травма.

— Ци Жун, ты решил? — чуть мягче, чем ранее, обратился к свирепому Вэй.

Ранее Усянь предложил проигнорировать всё случившееся в прошлом и постепенно заново открываться друг другу. Он сказал, что, даже если тяжело и кажется невозможным простить, сейчас они оба не святые и должны со временем понемногу обговорить свои поступки. Если Ци Жун не захочет, он поймёт и отстанет, отозвав Оуян Сян, которая, кстати, уже подтвердила слова Се Ляня о поступке младшего.

Демон молчал, не решаясь ответить. Гордость не позволяла признать неправоту, но воспоминания о прошлом не давали отказаться. Пусть сердце его и гнилое давно, но до самой смерти оно жаждало именно этого, пусть и не признавало. Где-то глубоко внутри он до сих пор маленький мальчик, плачущий и скучающий по тёплой улыбке Вэя и даже по редким объятьям брата. Второе он, пожалуй, не так уж сильно хочет, а вот от первого не откажется.

— Молчишь… Хорошо, тогда дашь ответ к следующему разговору, — встав из-за стола, он поднял тело Пэя. Конечно же, не касаясь, не хотелось напрягаться из-за такого дуралея. — Ваше Высочество, мне нужно уйти ненадолго, постараюсь вернуться к завтрашнему обеду.

— Понимаю, удачи с работой, — с нежностью произнёс Се Лянь.

— Спасибо, и, прежде чем уйти, хотел сказать, чтобы вы передали Ши Цинсюань, что в накидке есть внутренние карманы с атакующими и целебными талисманами, пусть носит при себе.

— Конечно передам.

Уже переступив порог дома, Хуа Чэн внезапно решил вставить пару слов от себя, заставив бога остановиться.

— Не хочешь сказать пароль от своей духовной сети? В прошлый раз в трудную минуту оказалось, что ни Его Высочество, ни Повелитель Ветра, ни Повелитель Земли не знают его. Не настаиваю, просто тебя же потом чувство вины мучить будет, — скрестив руки на груди, князь уселся на место, где сидел Усянь.

— Не говори так, будто знаешь меня.

Непревзойдённый усмехнулся.

— В том-то и дело, что знаю. Ну так что, поведаешь нам один из своих секретов?

Слова Хуа Чэна и вся его напыщенность с уверенностью раздражали. Вэй Ин точно не был с ним знаком, но тот отзывался о нём, словно знал его давным-давно. Возиться с демонюгой не было ни времени, ни желания.

— «Стремись достичь невозможного».

— Я думал, будет что-то длиннее и сложнее, — протянул князь. — И в чём смысл?

— Девиз прошлого, — кратко ответил Вэй Ин и, пока ему не успели задать новые вопросы, скрылся за дверью.

Скрип известил об уходе. Внутри осталось три бодрствующие персоны, и у всех троих возникли свои вопросы из-за быстрого ответа Вэя. Каждый знал его достаточно, чтобы понять: в пароль вложен не просто смысл прошлого, а нечто гораздо более важное.

— Думаешь, солгал? — Хуа Чэн взглянул на принца.

— Нет, точно нет, — мотнул головой Се Лянь.

Ци Жун даже пытаться заводить разговор не стал, спокойно встал из-за стола и улёгся в свой привычный уголок. До следующего разговора с Вэй Ином он, так уж и быть, побудет здесь.

Молча проследив за младшим братом, Се Лянь, почувствовав укол совести, достал третью циновку. Гостей в доме становилось слишком много, что приходилось докупать спальные места. Без слов он оставил её рядом с Ци Жуном.

— Саньлан, ты пойдёшь спать?

— Конечно, гэгэ, — задув свечи на алтаре, демон поднялся из-за стола.

Вернувшись на Небеса, Вэй Ин не спешил во дворец, для начала нужно было избавиться от груза. Выкинуть Пэя он решил в центре главной улицы. Места удачнее не придумать: за день её посещает множество небожителей. Бросив безвольное тело, он не забыл снять с него ленту — её нужно было обязательно вернуть принцу, да и без неё репутация Мингуана пострадает меньше.

Лишь когда одна из проблем исчезла, он тайком через окно вернулся в кабинет. Первым, что его встретило, — множество умерших душ и шэней. Не дав волю подкатившей от одного вида усталости, он ринулся к столу и схватился за перо: большая часть работы была сделана, но оставалась ещё часть, прежде чем свиток с именами и датами обнулится.

К счастью, он успел завершить рукопись. Теперь осталось лишь отправить умерших в новую жизнь. Процесс перерождения занимал немного времени — меньше цзы.

— Не грешите в новой жизни и будьте счастливы, — по традиции пожелал Усянь, после чего комната резко опустела. — Успел… — облегчённо выдохнул небожитель, присев на стул.

— Господин, что насчёт душ, которым было назначено следить за Повелителем Ветра и Его Высочеством? — осторожно заговорила Сюэ.

— Какое у них оправдание?

— Эм… Один сказал, что устал быть на побегушках, и подбил второго. Душа, следящая за принцем, раскаивается.

— Позови душу, ответственную за Цинсюаня.

— Он улетел и после разговора не выходит на связь.

— Вот оно как… Тогда поступим проще.

Вэй Ин не святой, чтобы прощать подобное. Злиться на тех, кто и мизинца его не стоил, тоже не видел смысла. С подсказкой Сюэ он произнёс вслух имя беглеца, и тот тут же появился перед ним. Это стало возможным благодаря контракту. Не всем приходилось подписываться на такое, лишь тем, в ком у Усяня появлялись сомнения. С Фанем, Оуян и Сюэ, к примеру, контракта не было — они не раз показывали свою преданность и активно во всём участвовали.

— Что? — испуганно икнула душа, не понимая, как очутилась перед богом смерти.

На него смотрели без ненависти, лишь леденящий холод читался во взгляде Усяня.

— Что скажешь в своё оправдание?

— Э-это была ошибка! — со страхом взвизгнул Шэнь. — Я не хо-отел!

При других духах он смелый, а стоило встретиться лицом к лицу со смертью — сразу струсил.

— Хорошо…

Не дослушав, дух уже обрадовался, что бог оказался простодушным. Видимо, он нечасто контактировал с Вэем, поэтому и допускал такую глупость.

— Тогда и я случайно.

Ровный голос напрягал. Выставив руку вперёд, Яньло-ван уставился на душу. Тот не понимал, что происходит, но, почувствовав слабость, испугался. Миг — и он исчез, словно никогда и не существовал. Его жизненную энергию, помогавшую оставаться духом, забрал Вэй Ин. Процесс довольно быстрый, а главное — лёгкий, не нужно прилагать каких-либо усилий.

— Надеюсь, такого больше не повторится.

— Я буду следить за внутренней атмосферой лучше, господин.

— Спасибо, Сюэ.

Теперь можно было возвращаться во дворец. Заперев кабинет, Яма вышел в главный зал: Линвэнь в этот раз не было. Внутри проблем не возникло, зато снаружи — сразу же.

— Славно, что ты не забыл.

От неожиданности Вэй Усянь аж подпрыгнул, поплотнее скрыв руки в рукавах. Му Цин встал за дверью, из-за чего сразу его не увидишь, да ещё и голосом таким произнёс, что любого напугает.

— Я вот не понимаю, у дворца барьер, что ли? Тебе зайти внутрь и подождать не судьба?

— Я выполнил задание. Завтра ночью, после твоей работы, ты идёшь со мной, — пропуская возмущения мимо ушей, продолжил Му Цин.

— Не смогу. Во-первых, я должен самолично их увидеть, во-вторых, ближайшее время я сильно занят, — чем именно, он решил не разглашать.

Пусть и с явным огорчением, но против Сюаньчжэнь ничего не сказал, лишь кивнул и перенёс дату.

— Тогда через четыре дня.

— Хорошо, но прежде покажешь все свитки, — с ноткой недоверия сказал Усянь.

Позже он, конечно, разузнает всё у Фаня, а пока доверия не было.

На этом они и решили. Вэй Ин отправился во дворец, а Му Цин — следом за ним. Когда большая половина пути была пройдена, Яньло-ван не выдержал и обернулся.

— В гости тебя вроде не звал.

— А я и не для этого иду, просто провожаю. Нельзя? — неуверенно спросил бог войны, слегка склонив голову набок.

— Нельзя. Вот если бы Линвэнь мне об этом сказал, а не тихо молча пошёл следом, я бы ещё подумал.

— Значит, в следующий раз предупрежу заранее.

Вэя смутило то, что Му Цин уже точно знал, что этот следующий раз обязательно будет.

— Дальше я сам, возвращайся к себе.

— Хорошо, — кивнув, Сюаньчжэнь подошёл почти вплотную, заправив прядь Вэя Ина за ухо. — Не ходи больше без накидки ночью, — он отдалился и ушёл, оставив Усяня в полном непонимании.

До сих пор не верилось, что Му Цин может быть таким. В памяти он запечатлелся подонком, бросившим в самый важный момент самым подлым образом.

Если размышлять об их отношениях со стороны, то Му Цина понять можно; но, пережив всё лично, Усянь не может простить и понять так легко, ведь ему неведомо чувство страха перед осуждением, если это не касается близких.

— Что у него в голове...

Вернувшись домой, он сразу же лёг спать, попросив шэней разбудить примерно к часу Чжень. Но проснулся он утром не от духов, а от долбёжки в дверь. Накрыв лицо подушкой, Вэй Ин игнорировал стуки: кому надо, найдут его в рабочее время, а не с утра пораньше.

Вскоре шум стих, и с улицы послышалось недовольное ворчание, которое он уже не слышал, вновь утопая в тепле кровати.

Проснувшись в нужный момент и еле встав, Яма быстро собрался, накинул запасную накидку из давно не открывавшегося шкафа и направился к Линвэнь. До обеда работа, затем — обновить барьер кабинета и спуститься к Ши Цинсюаню и принцу. Раз те ещё не связывались, значит, Пэй Мин либо не доложил Ши Уду об их местонахождении, либо ещё не очухался.

Как обычно, дворец Совершенного владыки был погружен в работу. В отличие от ночи, сейчас здесь было полно людей, выбравшихся из своих кабинетов.

Проскользнув к себе, он едва успел сесть за стол, как мысли унеслись к земле. «Как там принц и Цинсюань?», «Ци Жун не безобразничает?», «Дети не наслушались ругательств?» — вот что его волновало.

Впрочем, вскоре всё это забылось за кипой бумаг. Радовало, что в последнее время нигде не было серьёзных эпидемий и войн. Без этой головной боли любой день мог бы сойти за отдых.

Когда солнце уже стояло высоко, Вэй Ин отложил перо и потянулся. Повторив вчерашнюю схему, он спустился к храму. Не торопясь, не думая о проблемах и совершенно забыв об утреннем визите, он с новыми силами вошёл в святилище.

— Доброго дня, — поприветствовал он собравшихся.

Благодаря тёплой погоде дети уже были на улице, изучали жуков и траву, предоставив взрослых самим себе.

— Утречка, Вэй-сюн!

— Доброго, А-Ин, — принц озарил его улыбкой. — Ты как раз вовремя, садись к столу.

Услышав приглашение, Усянь сглотнул, вспомнив их последнюю совместную трапезу.

— Не волнуйся, в этот раз Саньлан и Ши Цинсюань помогали готовить, — поспешил успокоить Се Лянь, заметив сомнение на лице Вэя.

— Да я бы и так согласился, — Вэй Ин и сам не знал, шутит или действительно готов рискнуть ещё раз.

С одной стороны сели Вэй Усянь и Се Лянь, с другой — Хуа Чэн и Ши Цинсюань. Странная рассадка, учитывая, что демон предпочёл бы быть рядом с Его Высочеством, но, к удивлению, он сам настоял на таком расположении, загадочно улыбнувшись Се Ляню.

Пожалуй, только Цинсюань не ломал голову над происходящим, с аппетитом уплетая еду. Для него важнее было набить живот, чем размышлять о ерунде.