Глава 15
Я обрушиваю очередной удар на грушу, и та уже едва держится на цепи. Груша уже давно изжила себя под моей яростью, но я не могу остановиться. Чёрт, мне просто необходимо выпустить этот пар, иначе я взорвусь. Чёрт. Мне нужно выкинуть её из головы. Нужно забыть этот чёртов поцелуй. Твою мать, как вообще можно забыть эти сладкие как ваниль губы, ее отзывающее на мои прикосновения тело, то как она сжала мою рубашку словно это был ее спасательный круг? Да никак, твою мать, никак.
— Черт... — рычу сквозь стиснутые зубы.
Почему? Почему, чёрт возьми, я сорвался? Куда к черту пропал мой контроль? Она превратила меня в чёртов хаос.
Я стискиваю зубы, посылая новый удар в грушу, от которого та жалобно скрипит на цепях. А с другой стороны... почему я вообще удивляюсь, что поцеловал её?
— Да потому что, придурок, ты не целуешь женщин, а трахаешь их, — насмешливо отзывается внутренний голос.
И он прав.
Но в этот раз всё по-другому.
Всё. Абсолютно всё.
— Я не должен был этого делать, — я лупашу по груше, если бы не боксерские перчатки, костяшки б уже были стерты в хлам.
— Чего ты не должен был делать? — голос Алекса вырвал меня из своих мыслей.
— Что? – спрашиваю я в замешательстве. Я сказал это вслух?
— Я спросил, чего ты не должен был делать? — повторяет Алекс, подходя ближе.
Я с силой врезаю по груше ещё раз, позволяя глухому удару разнести напряжение по воздуху. Чёрт, почему это не помогает?
— Забудь, — рявкаю я, отступая на шаг и вытирая лоб предплечьем.
— Ну уж нет, — он складывает руки на груди и пристально смотрит на меня. — Ты уже несколько дней изводишь себя и отмахиваешься от меня. На это раз ты расскажешь мне в чем дело. Так что давай, выкладывай.
Я сжимаю челюсти, ноздри раздуваются от злости.
— Это... — вырываю из себя, но тут же замолкаю.
Что я, мать вашу, должен ему сказать? Что я поцеловал девушку и до сих пор чувствую ее губы на своих? Что каждый раз, когда закрываю глаза, передо мной снова всплывает этот поцелуй?
— Это неважно, — резко поворачиваюсь к груше и наношу ещё один удар.
— Знаешь, я не идиот, — продолжает Алекс, пристально наблюдая за мной. — И ты хреновый лжец.
Я напрягаю кулаки.
— Просто скажи, Нейт. Станет легче. Правда, что-то мне подсказывает, что я знаю причину твоего странного поведения.
Чёрт. Я замолкаю, не двигаясь, не дыша. Алекс усмехается, покачивая головой.
— Друг, да ты, кажется, влип.
— Чушь, — выдыхаю я и снова наношу удар, будто пытаюсь выбить из себя этот грёбаный хаос. Да я влип, но черта с два я ему в этом признаюсь, когда я с трудом признаю это сам.
— Я знаю тебя как облупленного, — говорит он, подходя ближе, засунув руки в карманы. — И ты можешь втирать это кому угодно, но не мне. Ты ведешь себя мягко говоря странно уже несколько дней. И только не говори, что эти твои психи из-за бизнеса, — я уже хотел открыть рот возражая, но он не предоставил мне такой возможности. — Не поверю, — тычет он в меня указательным пальцем и сурово смотрит на меня.
Между нами возникает некая пауза, но я ее прерываю, иначе он просверлит дыру во мне взглядом.
— Мне нечего тебе сказать, — говорю я и возвращаю свое внимание к груше.
— Уверен? — настаивает он.
Я замираю на долю секунды, затем повернувшись к нему, прищуривая глаза, задаю вопрос.
— А ты скажешь мне кто была та девушка, которую ты так яростно защищал?
Он с мгновение смотрит на меня без каких-либо эмоций, но что-то есть в его глазах, они всегда его выдают.
— Какая девушка? И при чем здесь вообще это сейчас? — спрашивает он, но вот только если он думает, что я не чувствую даже мизерную долю тревоги в его голосе, то он полный идиот. Черт, мне уже безумно хочется узнать кто эта девушка. Я не помню его таким сколько себя знаю.
— Не скажешь значит? — смотрю я на него в упор.
— Что я, чёрт побери, должен сказать? — бросает он раздражённо. — И вообще... ты прав. Лучше закрыть этот разговор.
Вот оно. Теперь я точно знаю, что он что-то скрывает. И это что-то куда большее, чем кажется. Но ничего. Придёт время — он сам всё расскажет. А пока этот способ сработал, чтобы его заткнуть. Впрочем, мне и самому не хочется продолжать этот разговор. Я коротко киваю и снова возвращаюсь к груше, глуша мысли очередными ударами.
Спустя какое-то время мы с Алексом собираемся и отправляемся на объект. Работы впереди немало. Строительство вот-вот начнётся, и сейчас моя главная задача — согласовать все детали с бригадиром. Каждый этап нужно держать под контролем, и я планирую лично следить за этим, чтобы всё было в точности так, как я задумал. Ошибок я не потерплю.
Увидев меня выходящим из автомобиля, бригадир, который будет работать со мной во время всего процесса, уже был на месте и поприветствовал меня рукопожатием.
— Добрый день, синьор Харрис.
— Добрый. Вы уже осмотрелись? — интересуюсь я, сам оглядывая место и масштабы работы.
— Да. Я изучил тот план, что вы мне предоставили и думаю есть несколько моментов, которые стоит обсудить на начальном этапе. Остальное будем решать по ходу работы.
— Согласен. Пройдемте, — пригласил я его жестом пройти в небольшое помещение, где мы сможем спокойно обсудить все детали.
После долгих обсуждений и вопросов, мы наконец закончили на сегодня.
— Завтра можете приступать к работе, — подытожил я, убирая документы. — Если появятся вопросы, я на связи. У нас есть два года на строительство этого комплекса. Вроде бы достаточно, но советую не терять времени. Качество должно быть на высшем уровне. Без мухлежа. — Мой взгляд стал холодным и жёстким. — Всё будет под моим постоянным контролем.
— Разумеется, синьор Харрис. Можете не беспокоиться, — ответил он, стараясь сохранять спокойствие, хотя я заметил, как его голос слегка дрогнул. Мой жёсткий тон сделал своё дело: если у него и были мысли о махинациях, теперь он вряд ли осмелится. Мы работаем вместе впервые, но его рекомендовал мне мой предыдущий бригадир — человек с безупречной репутацией, который недавно вышел на пенсию. Однако рекомендации — это одно, а доверие нужно заслужить. Поэтому я решил сразу расставить все точки над «i».
— Всего доброго, приступайте к работе. Как я уже сказал, будут вопросы, обращайтесь. И помните, на объекте я буду появляться часто.
— Конечно. Вам не о чем беспокоиться. Надеюсь наше сотрудничество будет успешным. Всего доброго, — он протянул мне руку на прощание сдержанно улыбаясь, и я принял это, пожав его.
После того как мы провели половину дня на объекте, я неожиданно для себя решил сделать то, что откладывал с самого момента приезда в Милан. Да, я наконец решил поехать в родительский дом.
Когда я написал маме, что приеду, она тут же ответила коротко: «Очень жду тебя» — и добавила грустный смайлик. Я понимал, что не могу игнорировать её вечно, поэтому решился на этот шаг.
Подъехав к дому, я припарковал машину и, выйдя, тут же встретил Барни — нашего пса. Ему уже было около семи лет, но он всё ещё оставался активным и дружелюбным. Увидев меня, Барни радостно залаял и запрыгал вокруг, виляя хвостом. Кажется, он всё ещё помнит меня. Я погладил его по спине, а в это время мама вышла на крыльцо и остановилась, наблюдая за нами.
Когда я поднял голову и встретился с ней взглядом, я заметил слёзы, блестящие в её глазах.
— Сыночек... — прошептала она, делая несколько шагов мне навстречу. — Ты приехал... — в её голосе звучала такая тоска, что мне стало не по себе.
— Привет, мам, — коротко сказал я, стараясь скрыть эмоции.
— Проходи в дом. Хорошо, что ты предупредил. Я успела приготовить твою любимую лазанью. Жаль, не нашлось всех ингредиентов для торта, но в следующий раз обязательно испеку, — её голос дрогнул, но она старалась держаться.
— А если бы я не предупредил, не приготовила бы? — съязвил я, не в силах удержаться.
Она остановилась, резко развернувшись ко мне. Её взгляд стал серьёзным.
— Нейтан, скажи... Ты когда-нибудь сможешь меня простить?
— Я простил, — сухо ответил я.
— Нет, Нейт... — прошептала она. — Ты так и не простил. Это только моя вина, и я понимаю это, — её голос задрожал, а слёзы вот-вот готовы были пролиться.
Я молчал. Может, я действительно соврал, когда сказал, что простил её. Иначе почему веду себя так? Но какой теперь в этом смысл, если момент давно утрачен? Возможно, когда-нибудь я всё-таки смогу забыть, обнять её и оставить прошлое позади.
Она ждала хоть каких-то слов, но, так и не дождавшись, лишь опустила глаза и кивнула.
— Знаешь, Нейт... Я бы всё равно приготовила лазанью, даже если бы ты приехал посреди ночи, — тихо сказала она, развернулась и пошла на кухню. Уже с порога я уловил знакомый аромат свежей выпечки и специй.
Когда мы зашли на кухню, я вымыл руки и сел за стол. Мама действительно постаралась. На столе стоял ещё горячий хлеб, чиабатта с прованскими травами, несколько видов салатов, домашнее вяленое мясо со специями. И даже мой любимый сыр, который любила и сама мама. Возможно он был здесь из-за ее предпочтений. Но это неважно. Я все же решил хотя бы на один вечер попробовать забыть прошлое и провести его как нормальные мать и сын.
Мама подала мою любимую лазанью, и я вдохнул этот волшебный аромат, наслаждаясь. Что что, а в готовке мама всегда была превосходна. Тут я даже не мог этого отрицать, несмотря на наши отношения.
— Я так рада, что ты все-таки приехал, — сказала она с тёплой улыбкой. — Как твои дела? Как работа?
— Все хорошо, — кивнул я, отложив вилку. — Получил новый крупный проект и завтра приступаем к строительству. Все еще сложно совмещать ведение дел тут и курировать филиал на Сицилии, но у меня все под контролем.
— Ты у меня такой замечательный, — её улыбка стала ещё шире. — Я так тобой горжусь. Может и странно говорить, что у тебя все получится, учитывая каких высот ты добился, но я так много упустила. Теперь я просто обязана тебе говорить это ежеминутно, — она положила свою руку на мою и продолжила, её голос стал мягче. — Я так тебя люблю, Нейтан. Всегда любила. Только моя вина, что ты этого не чувствовал и думал, что это не так. Но это всегда была только так и никак иначе.
Я понимающе кивнул, все же ничего не ответив.
— Ты не должен ничего говорить. Я все понимаю, возможно еще не время, но я не устану повторять тебе как сильно я тебя люблю. Как я вас всех люблю.
Отклонившись назад она резко взялась за виски и прикрыла глаза. Я тут же потянулся к ней.
— Что случилось? Тебе плохо? — занервничал я.
— Нет... нет все в порядке. Просто давление в последнее время скачет и головокружения легкие, но нет повода для паники.
— Ты была у врача?
— Еще нет, на этой неделе назначен визит.
— Хорошо, если нужна помощь только скажи. Или Леона с Камиллой попроси.
— Нет, не надо их волновать. Я и тебе бы не сказала, если бы не это, — указала она себя, имея в виду свое состояние.
— Ты думаешь мне настолько все равно? — неужели она правда считала меня настолько черствым? – Ну ладно я, а Ками с Леоном?
— Ну что ты сынок, даже не смей так думать, — встревоженно покачала она головой. — Просто я не хотела лишний раз вас волновать. Я уверена это просто возраст, да и погода к тому же нестабильна, а я всегда зависела от перепадов погоды, — попыталась успокоить она.
— Хорошо. Но, пожалуйста, не игнорируй плохое самочувствие. Если что не тяни, а иди к врачу, договорились? — как бы я не был зол на свою мать, мне не все равно на ее здоровье. И если она сама не может о себе позаботиться, это сделают ее дети.
— Конечно, сынок, — улыбнулась она, глядя на меня. — Мне уже лучше. Кушай пока не остыло.
Остаток дня прошёл за ужином и неожиданно лёгкой беседой. В основном говорила мама — задавала вопросы, интересовалась моей работой, жизнью. Когда она заинтересовалась моей личной жизнью, я замер. Я всегда избегал этой темы по понятным причинам.
— Я так хочу, чтоб ты был счастлив и нашел ту самую, с которой ты построишь счастливую и крепкую семью. Ты заслуживаешь любви, помни это.
Я не знал как реагировать на ее слова. Заслуживал ли я этого на самом деле? Когда она произнесла слова о той самой, я не успел себя контролировать, как в тот же миг подумал о ней.
Амелия.
Она потрясающая. И на мгновение я представил её рядом... своей. Но, чёрт возьми, тут же откинул эту мысль. Нет. Не может быть. Я не создан для этого. Как человек, который никогда не знал, что такое любовь, может дать её другому? А она заслуживает любви, как никто другой. Её должны носить на руках, оберегать, боготворить. Однажды она встретит такого мужчину. Он подарит ей семью, детей... И только черт возьми, почему от одной мысли, что другой мужчина коснется ее, назовет своей, внутри все сжимается от ярости? Я уже был готов переломать ему все кости. Моя челюсть напряглась так сильно, что казалось — вот-вот треснет. Слава богу, мама этого не заметила. А если и заметила, то не стала акцентировать внимание. Я быстро вернулся в реальность и сменил тему.
Позже я вернулся домой. День был слишком насыщенным, и единственное, чего мне хотелось, — это провалиться в сон.
Следующие дни слились в одну бесконечную череду рабочих будней. Я проводил почти все время в офисе, полностью погрузившись в дела. Проект был запущен, команда справлялась отлично, а я регулярно наведывался на объект и был доволен процессом. Казалось бы, жизнь вернулась в привычное русло. Только вот одно изменилось: я намеренно загружал себя работой, лишь бы не дать мыслям снова вернуться к ней. Но каждый вечер, когда я возвращался домой и погружался в тишину, все возвращалось. Амелия была в каждом чертовом углу моего сознания.
Каждый вечер я стоял у панорамных окон, смотрел на огни ночного города и пил виски со льдом, надеясь заглушить эти мысли. Но это не работало. Ничего не работало. Я никогда не считал себя слабаком, но сейчас... сейчас я чувствовал себя именно так. И это выворачивало меня наизнанку. Может, пора просто признать правду? Перестать бороться с самим собой? Признать, что я впервые в жизни испытываю такие чувства и не отрицать их? Признать, что впервые в жизни действительно чувствую что-то намного большее чем похоть по отношению к женщине. Господи, неужели я влюбился? Черт, сам не верю, что признаю это. Еще несколько дней назад я утверждал, что это невозможно.
Черт, да эта девушка с первой секунды нашей встречи перевернула все вверх дном.
И что дальше?
Это новый для меня мир. Неизведанный.
Но может, стоит рискнуть?
Рискнуть стать счастливым.
С ней, с девушкой в которую влюбился с первого взгляда.
__________________
Всем привет 😊
А вот и новая глава ♥️ Как вам?
Делитесь впечатлениями в комментариях, не стесняйтесь, и ставьте реакции ⭐️
Ваша Lina Lee 🥰