Found

Юля

Остываю под охлаждающими струями воды. Даня медленно поглаживает моё тело ладонями, кажется, не пропуская ни одного местечка.

Таю от прикосновений. Скучала. Не просто скучала – изнывала по нему, изводила себя скулящими стонами в ожидании. Так только с ним. До беспамятства и потери рассудка.

Горячо. Алчно. Невыносимо.

Каждое его слово имеет смысл. Мне нужно было его «прости», жизненно необходимо. Словно, произнеся это, Милохин дал мне возможность дышать, сбросив всю накопившуюся ненависть. Стало легко.

Понял. Признал. Изводил себя виной всё это время, совершив ошибку. Его собственная агония, истязающая долгих три года. Мы измучены ненавистью и страданиями. Души болезненно хрипят, захлёбываясь безысходностью.

Как быть дальше? И вообще – быть? Вместе? Или всё же не суждено? Не так. Не мы. Не получится.

Сказала про деньги и оскорбления, умолчав лишь об одном – Соня. Милохин-старший требовал сделать аборт, угрожал, сыпал обвинениями на ещё не родившегося ребёнка. Уничтожал меня каждым словом, причиняя боль, запугивая, обвиняя в стремлении разрушить жизнь его сына.

Но пока Дане об этом знать не стоит. Не сейчас. Возможно, позже, когда ему станет известно о Соне. Если станет…

Не могу анализировать, когда он рядом. Так близко. Мы слишком долго ждали, чтобы бессмысленно тратить время на несвоевременные мысли. Я его ждала. Иногда просыпалась в холодном поту и пульсацией между ног, вспоминая его в себе и всю дикость, что мы творили в постели. Хотелось лезть на стену, осознавая, что он не рядом и, возможно, никогда не будет.

И сейчас, стоя под стекающими каплями, ощущаю, как трепетно водит ладонями по моему телу и готова скулить от нежности, которая впитывается в меня с каждым его движением.

Понимаю, что мы снова заводимся, когда его пальцы скользят между моих ног, раздвигая складочки. Изводит меня круговыми движениями, словно закручивающаяся спираль, затягивая напряжение и выкручивая на максимум.

Рвано выдыхаю, когда Даня пробирается дальше, обводит лоно плавными движениями, почти проникая, но тут же лишая своих прикосновений.

Вода пропадает, а моё тело накрывает большое полотенце, вызывая недоумение.

- Милохин, - останавливаю, желая продолжения. – Я хочу ещё!

- Что, давно никто не имел? – Обхватывает ладонью моё лицо.

- Так, как ты – никто!

- Если вдруг соврала – жестоко накажу. - Остервенелый поцелуй убеждает, что мы продолжаем нашу игру.

Снова подхватывает на руки, не разрывая глубокое проникновение. Игра беснующихся языков в бешеной пляске заставляет задыхаться. Его напор снова сносит, показывая на что он готов ради удовлетворения голода.

Толкаю ладошками Милохина в грудь, и он падает, раскидывая руки в стороны. Теперь я сверху. Забираюсь, победно усаживаясь на его бёдрах.

Лишь касаюсь его члена, и плоть тут реагирует, набухая и становясь твёрже. Дыхание сбивается в нетерпеливом желании ощутить его член в себе.

- Поднимись выше. - Тянет на себя, сам сползая ниже, а я не понимаю, куда ещё выше… Чёрт! Неужели он… - Хочу вспомнить твой вкус.

Судорога возбуждения проносится сквозь тело, заставляя извиваться над ним. Я понимаю, что сейчас лицо Дани между моих ног, и он с удовольствием рассматривает самое сокровенное. Даже чувствую его взгляд, отчего вмиг становлюсь мокрой.

- Безумно пахнешь. - Проводит носом по бедру, шумно вдыхая мой запах. – Мятой…

Влажный язык ведёт по коже, подбираясь туда, где очень мокро и горячо. Милохин знает, что я без ума от его языка на моём клиторе. Только он может довести до исступления своими вылизываниями.

Подхватывает ладонями под ягодицы и практически сажает себе на лицо, обжигая алчным дыханием моё лоно.

Боже! Сегодня я сойду с ума от его ласк!

Проводит размашисто, выводя языком спирали. Сначала большой круг, начиная с клитора и заканчивая складочками, чуть оттягивая губами. Но язык возвращается к пульсирующей мякоти.

Надавливает самым кончиком, запуская по телу острые разряды, заставляющие меня вскрикивать и почти самой насаживаться на него.

Упираюсь ладонями в стену над изголовьем кровати, пытаясь удержаться и не рухнуть в наслаждении. Откидываю голову назад, просто теряясь в удовольствии, накрывающем меня.

Движения становятся острее. Милохин ритмично трахает меня языком, практически насаживая на себя. Касания резкие и точные, проникает глубоко, будто таранит. Неожиданно возвращается к клитору, чуть прикусывает, надавливая, и меня срывает в оргазм.

Стону, разбиваясь частой дрожью, а Даня жадно слизывает влагу, снова посасывая набухшую плоть. Вдалбливается языком, разжигая похоть и желание кончить от его агрессивных движений.

Невероятно хорошо. Удовольствие до болезненной остроты и уничтожающей агонии.

Двигаюсь, толкаясь на его язык, который вонзается в меня с невероятной скоростью и точностью. Кричу его имя, сжигаемая неконтролируемыми эмоциями и желанием достичь своего пика.

Раздирающе невыносимо. Больше не могу. В какой-то момент Милохин касается меня, щёлкая по набухшей плоти, и я снова громко кончаю. Еле удерживаю себя, выгибаюсь в спине и трясусь, теряясь на время в пространстве.

- Хочу в тебя, - голос Дани хрипит возбуждением. – Садись на мой член. Быстро!

Выныриваю из пелены удовольствия, когда Даня резко насаживает меня на себя. Подбивает снизу бёдрами, вдалбливаясь жёстко и быстро.

Скачу на нём, взмывая вверх и насаживаясь обратно. Бешеные скачки снова разжигают желание внутри, поднимая из глубины, кажется, ни раз утолённый голод. Волны с новой силой захватывают меня, принося новое удовольствие.

Боже! Сегодня я сойду с ума. Мы оба. Затрахаемся до смерти.

Скользим навстречу друг другу, сталкиваясь в одной точке под звук громких шлепков, и замираем в контрольном толчке, громко кончая. Часто сокращаюсь, сжимая член Дани в себе внутренними мышцами, отчего его самого выгибает и бьёт частой дрожью.

Падаю на широкую мужскую грудь, обессиленно обхватывая тело Милохина. Он стаскивает меня, кутая в своих объятиях. Долго приходим в себя, вымотанные оргазмами и обладанием друг друга.

***

Утро. Точнее, позднее утро. Дневной свет просачивается тонкими струйками сквозь закрытые жалюзи.

Устроившись на груди Дани, слышу размеренное, глухое сердцебиение, отсчитывающее точный такт. Спокойно. Впервые за долгое время мне спокойно. Словно сейчас я именно там, где и должна быть.

Безопасно. Я настолько расслабилась в его объятиях, что просто отключилась. Мне даже ничего не снилось.

Медленно поднимаю глаза, чтобы не разбудить Милохина. Откровенно его рассматриваю, наслаждаясь. Раздался в плечах, отчего грудь стала мощнее. Пробегаюсь по коже в мимолётных прикосновениях. Едва касаюсь, но всё же чувствую упругое тело, по которому так скучала.

Замечаю несколько новых морщинок и глубокую складку на лбу. Часто хмурится, сводит брови к переносице. Соня тоже так делает.

Обвожу пухлые губы по контуру, ныряя в ложбинку над верхней. Спускаюсь по подбородку к шее, дальше по груди ниже к упругому прессу.

Не могу сдержаться, откидываю покрывало, чтобы рассмотреть его тело. Вот так: откровенно, нагло, не отводя взгляд, не стесняясь. Вспоминаю. Каждый сантиметр.

Мне нравится его касаться, целовать, вести языком, оставляя влажные дорожки. Истинное наслаждение. Это сильнее меня. Не могу справиться с соблазном.

Нависаю над Даней и, высунув язык, веду кончиком от груди ниже. Целую и тут же зализываю, теряясь от его запаха. Почти стону, но стараюсь не потревожить его сон.

Почти добираюсь до паха. Член реагирует на меня, наливается силой, слегка подскакивая вверх. Улыбаюсь, готовая разбудить Милохина так, как раньше. Облизываюсь, словно передо мной самая желанная сладость.

Размеренно дышит во сне. Пока. Провожу ладонью, поглаживая бархатистую кожу. Прикасаюсь языком, чуть втягивая головку, слизывая смазку и обводя спиральными движениями по кругу. Дыхание Милохина прерывается, и я слышу тихий стон.

Провожу языком по всей длине. Вверх-вниз. Заглатываю член до основания, чувствую, как прямо во рту увеличивается в размерах, пробиваясь частой сеткой выпуклых вен.

Неторопливо насаживаюсь ртом, вбирая его полностью, до самого горла. Задерживаюсь на максимальной глубине, замирая на секунду.

- Чёрт, Юля… - Даня проснулся, чуть постанывая от утренней ласки.

- Мне остановиться? – Поднимаю голову, сталкиваясь со взглядом мужчины, желающим утреннего удовлетворения.

Улыбаюсь, провоцируя его. Он не откажется. Нельзя отказаться. Не сможет.

- Нет. Не смей! Продолжай. Хочу.

Зарываясь в мои волосы, собирает их, зажимая в ладони. Ощущаю гнёт его руки, не сильно, чуть прижимает. Подаёт немного бёдрами навстречу. Нетерпеливо ускоряется, подталкивая меня в скорости.

Но я знаю, как ему нравится. Размеренность не для нас. Всё на грани. Жёстко. Быстро. До разрывающего удовольствия.

Насаживаюсь глубже и быстрее, проталкивая член глубоко. Вбираю резкими движениями, чувствуя, как конец упирается в глотку, ритмично бьёт в одно и тоже место.

С силой. До стона. Моего и Милохина . Мой громче. Потому что я получаю удовольствие наравне с ним. Так было всегда.

Закрываю глаза и просто теряюсь в ощущениях и громких стонах мужчины, направляющего меня. Не останавливаюсь. Он входит в мой рот, двигаясь ритмично и точно. Бьёт, словно молотом, упираясь в горло. Быстрее. Почти на грани. Грубо и одержимо.

Возбуждена так, что сдвигаю бёдра с дикой пульсацией. Между ног мокро.

- Опусти пальчики. Кончи со мной, - приказывает, и я послушно подчиняюсь, лаская себя.

Сжимает волосы до боли, управляет моей головой, входя членом глубоко. Быстро. Безжалостно получает удовольствие.

- Я сам.

Теперь руководит он, полностью принимая инициативу на себя. Губы натянуты до предела, плотно обхватывают толстый член. Раскалённый и упругий входит до самого горла, часто ударяясь.

Сначала прикрываю глаза, теряясь в безумных ощущениях, но потом резко распахиваю, всматриваясь в лицо Дани. Безумно красивый. До визга и капающих слюней. Неестественное расширенные зрачки и хищная улыбка. Удовлетворённо наблюдает, как его член исчезает у меня во рту до основания, обхватываемый пухлыми губами.

- И всё равно только моя, - едва слышно. С придыханием и свистом.

Понимаю, что член становится толще у меня во рту. Движения на грани возможностей и скорости. Прикрываю глаза, полностью теряясь от его вбиваний.

Замирает, изливаясь горячим семенем в мой рот. Дрожит и хрипло стонет, не выпуская из стальной хватки. В ту же секунду кончаю ему в унисон от собственных движений между ног.

Наконец, словно очнувшись, выпускает из собственного плена, с удовольствием наблюдая, как я отстраняюсь, не оставляя ни одной капли. Голубой непроницаемый взгляд жадно ловит каждое движение моего языка, довольно улыбаясь.

- Я соскучился по твоему бойкому язычку, - притягивает, прикусывая губу и оттягивая. Не выпуская из плена, захватывая мои губы. – Только ты так умеешь смаковать мой член.

- Ни одна не сделала лучше? – подстёгиваю, наблюдая за реакцией Дани.

- Лучше тебя нет, - серьёзен, прожигает взглядом. – Во сколько тебе нужно быть у сестры?

- В час.

- Когда мы встретимся снова.

- Я ещё не уехала. - Обнимаю, скольжу пальчиками по широкой спине, вызывая отклик еле чувствуемыми подёргиваниями.

- Я уже скучаю. Мне всегда тебя мало. Помнишь? – Сминает мои губы, хаотично бродит взглядом. – Пригласишь к себе?

- Нет, - на секунду впадаю в панику, прокручивая отговорки. – У меня ремонт…

- Врёшь, Юля, - прищуривается, сканируя меня. – Что ты скрываешь?

- У меня нет мужчины. - Тут же выпаливаю на ходу, понимая, на что намекает Даня.

- Я знаю. Чувствую. Но есть что-то другое. Ты испугалась, Юля. На секунду в твоих глазах промелькнул страх. Что ты желаешь скрыть от меня? М?

- Ничего, - говорю уверенно, - просто пока не готова пригласить тебя к себе. Возможно, позже.

- Я запомню. - Спускается поцелуями по шее. – И когда-нибудь, всё-таки напрошусь к тебе в гости.

Его мягкие касания расслабляют. Снова плавлюсь в его руках. Как и три года назад. Для нас всё заново, и всё же, мы будто продолжаем с того места, на котором остановились. Просто была пауза. Затяжная и болезненная.

Я больше не злюсь на него, понимая, что три года назад мы стали заложниками искусственно созданных обстоятельств, попав в грамотно расставленные сети его отца. Но сможем ли выбраться сейчас, став более осмотрительными и осторожными? Ответом будет лишь время.

А пока, мы наслаждаемся теплом друг друга на влажных от страсти простынях…

Даня

Шикарное утро. Таким его может сделать только Юля. Будто весь мозг из меня высосала, оставив в черепной коробке пустоту, сосредоточенную исключительно на ней.

Спал, будто мёртвый, сжимая тонкое тело в объятиях. Впервые за долгое время, мне ничего не снилось. Совсем ничего. Только запах мяты сопровождал всю ночь, окутывая плотным облаком.

Не хочу отпускать, но понимаю, что Юле необходимо уйти. Ещё со мной, а я уже планирую следующую встречу. Мало. Чёрт, как же её мало для меня.

Отчаянно напрашиваюсь к ней в гости. Пугается. Зелёные глаза хаотично бегают в испуге, придумывая правдоподобною отговорку.

Что скрывает? Или кого? Нутро жжёт в желании узнать, раскрыть секрет, понять, почему Юля не желает открыться мне. Узнаю. Обязательно узнаю, не сможет отказывать вечность, сдавшись моему напору.

Хочу узнать, как Юля жила эти три года, но пока не решаюсь расспрашивать, надавить. Впервые за эти две недели приоткрылась, убрав острые иголки, подпустила, показав нежность.

Я помню её такой. Маленькой и хрупкой, той, которую отчаянно хотелось защитить, закрыть собой, задвинуть за сильную, широкую спину свою девочку. Но всё меняется.

Изменения неизбежны, и я сам виновник того, что сейчас передо мной резкая женщина, способная дать отпор, выйти с гордо поднятой головой, несмотря ни на что. Она даже на собственную глотку с лёгкостью наступит, только бы остаться в выигрыше перед самой собой.

Не тушуется, отвечая жёстко и остро. Не боится ранить, как я когда-то не побоялся. Теперь понимает, что слова остаются словами, пока я не совершил того, что убедит мою Юлю в нужности для меня, острой необходимости.

Знает, чего хочет, прекрасно понимает, сколько способна отдавать сама. Большего я не получу, пока не докажу, что достоин.

- Останешься ещё на полчасика? – почти умоляю, спускаясь частыми дорожками поцелуев по шее. – Не успел насладиться тобой.

- Всю ночь наслаждался. - Улыбается, сверкая зелёным маревом, поглощая в себя, подчиняя. – Можно сказать, обожрался вдоволь, Милохин. Не просто слопал всё мороженое и вылизал ведёрко, но и само это ведёрко заглотил, будто вафельный рожок, - заливисто смеётся, а я наконец-то слышу свою Юлю. Ту самую, с которой просыпался каждое утро и ловил на губах сладкие поцелуи.

Задерживаю дыхание, с удовольствием поглощаю лихорадочный блеск в глазах и  непроизвольные касания моей кожи. Встречается взглядом, тут же замирает, рвано выдыхая и прикусывая губу.

- Ты сейчас такая, как три года назад. - Поглаживаю её щёку ладонью, а Юля в ответ трётся, подобно голодной истосковавшейся кошке. – Словно и не было этих трёх лет, и ты по-прежнему моя. Вся. Без остатка. Только со мной. Для меня. Насовсем.

Утыкаюсь лбом в её, прикрыв глаза. Часто дышим, исследуя друг друга пальцами.

С ума схожу рядом с ней. Подчинила полностью, сделав своим рабом, готовым выполнить любой приказ строгой госпожи. Один взмах ресниц, и я упаду к её ногам; один поцелуй – готов растерзать собственную грудину, чтобы вынуть сердце и отдать в вечное пользование; одно «люблю», и я прыгну в любую бездну, какой бы устрашающей она ни была.

- Юль, ты что-нибудь чувствуешь ко мне? Хоть что-нибудь?.. – смотрю умоляюще, ожидая ответа, словно смертельного приговора на эшафоте.

- Да… - рвано выдыхает, прикрывая глаза. – Я чувствую. Не ненависть, нет. Другое. Но пока не могу произнести. Рано. Слишком рано, чтобы снова поверить, Дань… Ты пока не доказал, что я снова могу верить.

- Знаю, сладкая Юля, знаю. - Целую её ладошки, с облегчением осознавая, что я получил самую малость, крохи, но готов дышать лишь благодаря им.

Совсем не вовремя вибрирует телефон, раздражая постукиваниями на тумбочке. Отец? Чувствует, что я с Юлей?

- Твой. - Юля протягивает руку, вручая мне телефон.

Катя. Тоже не вовремя, но поговорить стоит, сегодня ей нужно свалить из столицы.

- Да. Привет. Билет купила? – Тут же перехожу к делу. Мне нужно, чтобы она вернулась в Питер, избавив меня от своего присутствия, пусть даже на расстоянии.

- Купила. Мы с Ирой собираемся, самолёт через два часа. Папа требует меня обратно, но, видимо, с подачи твоего отца, обосновывая моё возвращение подготовкой к свадьбе. Провожать не надо, сами легко доберёмся.

- Провожать не собирался, - ухмыляюсь. – Я занят, Кать.

Юля реагирует на произнесённое имя. Реакция мне нравится. Ревность. Моя Юля ревнует, что даёт мне надежду на более глубокие чувства. Собственнические. Будто само то, что я сейчас при ней разговариваю с невестой, уже оскорбление.

Подскакивает к своей сумочке. Вынимает и медленно натягивает кружевные трусики, выпячивая прекрасную попку, чем снова меня заводит. Словно и не было ночи. Я снова голоден, настолько, что слюни капают.

- Мы безразличны друг другу. Совсем. Знаешь, Дань, я не хочу за тебя замуж, - выдаёт рыжая, озвучивая и мои мысли.

- Взаимно. Я тоже не желаю на тебе жениться.

Юля оборачивается, впиваясь в меня взглядом. Вопросительно дёргает бровкой. Застывает, в ожидании, когда я закончу разговор.

- Есть варианты?

- Есть. Но пока делай вид, что всё идёт по плану. И прошу тебя, Кать. - Прикрываю глаза, - очень прошу не делиться своими нежеланиями ни со своим, ни с моим отцом. Я всё улажу. Сам. Договорились?

- Да. Обещаю молчать, - серьёзна и резка.

- Молодец. Удачного полёта. До связи.

Отключаюсь, в два шага оказываюсь около Юли, сгребая в охапку и зарываясь в её мятные волосы.

- Что, Милохин, невеста совсем не в твоём вкусе?

- Я тебе больше скажу – и я не в её. Мы оказались заложниками обстоятельств, в которых наше мнение в расчёт не берётся. Только и всего. Но всё можно исправить, - шепчу ей на ушко.

- Как?

- У меня есть нужный козырь, Юль. Серьёзный. Настолько, что с лёгкостью может расстроить мою свадьбу. И отец сам, впереди меня помчится разрывать договор с Ольховским.

- Расскажешь? – Откидывается на мою грудь, направляя ладони вниз по животику.

- Пока нет. Карты не розданы, партия не началась. Пока рано вытаскивать козыри. Всему своё время. Если воспользуюсь этим раньше – проиграю.

- Я бы хотела тебе верить…

- Верь, Юля. Без тебя ничего не выйдет. Без тебя мне не за что бороться.

Оборачивается, приоткрыв ротик, будто желает что-то сказать, но, подумав пару секунд, плотно смыкает губы. Всё-таки она что-то скрывает, связанное конкретно со мной. Но пока не решается открыться. Сознаться.

Юлю, как будто что-то останавливает в решении рассказать. Но я узнаю. Обязательно. Секреты невозможно хранить бесконечно. Они всегда выплывают в самый неподходящий и неудобный момент. И такой наступит. Я знаю.

Подхватываю Юлю на руки и несу к кровати. Укладываю, нависая сверху и прижимая своим телом.

- Милохин, мы трахались ночь напролёт. Тебе мало?

- Да.

- Мне уже пора… - её возражения теряются в глубоком поцелуе.

- Полчаса ничего не решат для тебя, а вот мне помогут дожить до следующих выходных. Точнее, выжить. - Улыбаюсь, стягивая с Юли трусики. – Так что расслабься и получай удовольствие…

••••••••••••••••
2820 слов.
Хорошо постарался. Хотим сделать себе завтра выходной, поэтому главы не будет завтра. Думаю сегодняшняя глава была и так очень большой.

inst: _ekka_11       softal_07

По всем вопросам и пожеланиям пришлите в директ.
•••••••••••••••