4.преданная собака
Они шли по выжженным улицам бывшего центра города, среди обломков и брошенных машин. Мир, словно застывший в момент катастрофы, молча смотрел на них. Впереди показалось здание, чьи стены были усилены металлом, а над входом висел стёртый логотип с изображением мишени.
— Это может быть оружейная, — сказал Арису. — Пойдём.
Карубэ пнул дверь, та поддалась с громким скрипом. Внутри пахло пылью и металлом.
— Будьте осторожны, — бросила Мицуки и вошла первой.
Полки внутри были почти пусты. Пустые гнёзда от автоматов, разбитые витрины, пара обойм, перекати-поле пыли. Будто здесь уже кто-то прошёл — недавно и с расчётом.
— Кто-то был тут до нас, — мрачно сказал Карубэ, проверяя пистолет. — И точно знал, что ищет.
Им удалось найти лишь дробовик, пару ножей и один пистолет с полупустым магазином. Мицуки прикрепила нож к бедру и огляделась.
— Осталось только идти дальше.
— К Пляжу? — переспросил Чотта.
— Да, — твёрдо сказала Мицуки. — Если там действительно собирают карты, это наш единственный путь. Но мы должны быть готовы. Это не просто место. Это — логово зверей.
По дороге город будто оживал. Они встречали следы — пустые консервные банки, свежие следы на асфальте, выжженные участки от костров
Город медленно угасал под весом заката. Оранжевые тени скользили по стенам разрушенных домов. Мицуки шагала впереди, напряжённо вглядываясь в окна — одно из зданий показалось ей достаточно крепким.
— Здесь, — сказала она. — Верхний этаж выглядит целым.
Карубэ кивнул. Все молча последовали за ней. Подъезд пах плесенью и старыми трубами, лестница скрипела под ногами, но дом держался. На пятом этаже они нашли квартиру с целой дверью и даже запертым замком. Арису быстро справился с ним.
⸻
Квартира оказалась на удивление уютной. Старые шторы, разбросанные книги, потрескавшийся паркет... будто хозяева ушли всего пару дней назад. На кухне даже нашлось немного еды — просроченные консервы, вода в бутылках, чай в жестяной банке.
— Уютно, — пробормотал Чотта, с облегчением опускаясь на диван.
Мицуки подошла к окну и на автомате опустила жалюзи.
— По очереди на дежурство, — сказала она. — Сегодня должны выспаться.
Пока Арису разжигал старую плиту, Карубэ разложил найденное оружие на столе и проверял патроны. А Мицуки... впервые за долгое время просто села в кресло. Усталая, но целая.
⸻
Позже, когда все улеглись, она вышла на балкон. Тихо. Только ветер шуршал в листьях на ближайших деревьях. Внизу что-то зашевелилось.
Мицуки замерла.
Из переулка вынырнула тень — сначала она подумала, что это игрок. Но потом увидела: собака. Овчарка. Худая, грязная, но сильная. Живот дрожал от дыхания. Она стояла, подняв морду, и смотрела прямо на неё,и она решила выйти с дома
— Что ты здесь делаешь, малышка... — прошептала Мицуки и почти удивилась, услышав мягкость в своём голосе.
Собака не убежала. Не зарычала. Просто смотрела.
На следующий день, когда все собирались уходить, Мицуки спустилась во двор. Овчарка всё ещё была там. Она подошла медленно, держа руки на виду. Собака зарычала... но потом медленно обнюхала её пальцы и ткнулась носом в ладонь.
— Ты с нами, — сказала Мицуки, не спрашивая ни у кого разрешения.
Карубэ, наблюдая с крыльца, криво усмехнулся:
— Не думал, что ты из тех, кто берёт щенков с улицы.
— Я не из тех, кто бросает, — холодно отрезала она, но голос её звучал... иначе.
Арису только кивнул, а Чотта уже придумал кличку:
— А давайте звать её Юки? Это же типа "снег", а она такая светлая...
Мицуки не ответила. Но когда они пошли дальше — собака шла рядом с ней. И впервые за долгое время в груди у неё не было пустоты.
______
Юки шла впереди, её уши были настороженно подняты, а нос не отрывался от земли. С тех пор как Мицуки привела её с собой, собака не отставала ни на шаг. Но теперь, когда они приближались к мосту, ведущему к окраинам, она вдруг остановилась.
— Что такое? — Мицуки присела рядом.
Юки зарычала и резко метнулась влево, в сторону разрушенного здания. Там — абсолютная тишина. Но через секунду они все услышали: шорох. Едва различимый, но точно не ветер.
— Кто-то есть, — тихо сказал Арису.
Мицуки кивнула. Если бы не Юки — они бы прошли прямо в засаду.
Карубэ вытянул пистолет:
— Что она, чёрт возьми, за зверь?
Мицуки посмотрела на него, а затем — на свою собаку:
— Та, кто не подведёт.
⸻
Позже, когда они устроили привал в ещё одной пустой квартире, Юки улеглась рядом с Мицуки, положив морду ей на колени. Карубэ, сидящий у стены с открытым окном, не мог сдержать ухмылки:
— Не думал, что доживу до момента, когда увижу тебя с собакой и с таким лицом.
— Какое у меня лицо?
— Почти доброе, — усмехнулся он.
— Не привыкай.
⸻
Этой ночью Мицуки не дежурила. Это делала Юки.
Сначала никто не понял, почему собака тихо выскользнула в коридор. Но через минуту они услышали её лай — громкий, предупреждающий. Карубэ вскочил первым, за ним — Арису. У двери стоял мужчина с арматурой в руке, но, увидев Юки с оскаленными зубами, отступил.
— Ты псы обученные, что ли, водишь? — прошипел он, пятясь назад. — Я просто искал еду!
— Лжёшь, — прошептала Мицуки, появляясь за спиной Карубэ. — У тебя в кармане монтировка. Ты не голоден. Ты охотился.
Мужчина исчез во тьме, но команда поняла одно: если бы не Юки, всё могло закончиться иначе.
— Она не просто умная, — сказал Арису. — Она будто... чувствует зло.
Мицуки гладила её по голове:
— Знаешь, Юки... Ты стоишь больше, чем половина тех, кого мы встретили в этих играх.
Собака тихо вильнула хвостом, не отводя взгляда от двери.
____
Впервые за долгое время на город опустился тихий, почти мирный вечер. Они нашли старую квартиру на втором этаже жилого дома — плитка в кухне была потрескавшейся, а окна запотевшими, но дух уюта был почти настоящим.
Карубэ и Чотта, удивив всех, принесли из закромов еду: консервированный рис, тушёнку и даже немного пряностей.
— Где вы это достали? — изумилась Мицуки, когда над плиткой уже дымился котелок с чем-то похожим на суп.
— Магия, — усмехнулся Карубэ. — Или просто подвал в аптеке рядом.
— Я чуть не умер от мышей, — буркнул Чотта.
— Герой, — похлопал его Арису по плечу.
Юки сидела в углу кухни, не навязываясь, но её нос twitchил от запахов. Мицуки подошла к ней, присела рядом и тихо сказала:
— Подожди, хорошая девочка. Тебе тоже будет.
⸻
Когда всё было готово, они сели прямо на полу, на сложенные куртки и пакеты. Мицуки разлила по пластиковым мискам суп с кусочками тушёнки, и впервые за долгие дни в воздухе витал не страх, а тепло.
— Ну, чтоб у нас больше таких ужинов было, — пробормотал Карубэ и поднял пластиковый стакан воды. Все улыбнулись.
Мицуки встала, налила в отдельную миску немного отварного риса, выловила кусочек мяса и отнесла к Юки:
— Ты заслужила.
Собака подошла не спеша, посмотрела на Мицуки — и только после её кивка начала есть, аккуратно, будто понимала: это не просто еда. Это забота.
— Она даже ест с достоинством, — пробормотал Арису. — Удивительная.
Мицуки села рядом, наблюдая, как Юки доедает, и тихо улыбнулась:
— Она — лучшая, что со мной случилось в этом мире.
⸻
Когда все наелись и улеглись кто куда, Юки свернулась калачиком у её ног. Мицуки лежала, уставившись в потолок, впервые не боясь следующего дня.
— Спасибо, — прошептала она. Не знала — кому. Но было чувство, что кто-то услышал.
Наступило утро и мицуки проснулась вроде первая и пошла сразу к собаке
Юки не требовала времени на привыкание. Казалось, она поняла Мицуки с первого взгляда. В ту же ночь, устроившись в новой квартире, Мицуки подошла к ней и тихо сказала:
— Сидеть.
Юки опустилась на пол, не моргнув.
— Ко мне.
Собака встала, мягко подошла и села рядом, уткнувшись мордой ей в ладонь.
Карубэ молча наблюдал. Он видел, как люди не доверяли друг другу, как разрывались между страхом и сомнением... А тут — без слов. Без страхов.
— Она будто создана для тебя, — выдохнул он.
Мицуки погладила Юки между ушами и впервые за долгое время прошептала почти по-доброму:
— Ты умница.
Собака вильнула хвостом — но не резко, спокойно. Как будто понимала: любое резкое движение может напугать. Она не просто слушалась — она оберегала.
⸻
На следующее утро, когда они собирались в путь, Карубэ пошёл вперёд разведать обстановку, а Мицуки осталась с Чоттой и Арису. И именно тогда она впервые заметила: Юки никогда не уходит дальше, чем на пару шагов. А если кто-то приближался к Мицуки слишком быстро — сразу вставала между ними.
— Защитница, — пробормотал Арису с лёгкой улыбкой. — Идеальный пёс.
Мицуки только кивнула, присев на колено рядом с ней:
— Ты знаешь, когда мне страшно, да?
Юки посмотрела ей прямо в глаза. И в этом взгляде было всё: понимание, обещание и преданность.