Дополнительная милая малнькая глава
Солнце пробивалось сквозь пыльные шторы, раскрашивая комнату мягким, золотистым светом. Было утро — и впервые за долгое время никто не проснулся от криков или выстрелов. Только дыхание, только тишина.
Мицуки открыла глаза и на секунду не поняла, где она. Тепло. Мягко. Тихо.
И только один знакомый звук — ровное, размеренное дыхание у её ног.
Юки. Свернувшаяся калачиком, с носом под лапой. Покой в её позе был почти человеческим.
Мицуки села, натянув на плечи куртку, и осторожно провела рукой по загривку собаки. Та зашевелилась, потянулась, зевнула с уморительным звуком и встала, тут же уткнувшись мордой ей в колени.
— Доброе утро, — прошептала Мицуки. — Сегодня... пусть будет спокойно, ладно?
Юки в ответ тихо тявкнула, будто соглашаясь.
⸻
Карубэ и Арису уже были на кухне. Один пытался найти, чем заменить кофе, другой ковырялся в старом радио.
— Ты выглядишь как человек, который спал, — сказал Карубэ, заметив Мицуки. — Я почти не верю.
— Я и сама не верю, — усмехнулась она, присаживаясь рядом. Юки устроилась рядом с ней, положив голову на её колени.
Чотта зашёл через пару минут, потирая глаза и с хриплым «утро... мы всё ещё живы?».
— Не спугни удачу, — фыркнул Арису.
⸻
Они позавтракали всё тем же рисом, но на удивление — с миром. Без спешки. Разговаривали. Даже смеялись. Юки получила кусочек от каждого, но ела только с ладони Мицуки.
Потом Мицуки вывела её во двор. Там было немного солнца, пара зелёных кустов и старая лавка.
Юки бегала, словно щенок, будто в мире не было ни капли опасности. А потом остановилась и смотрела на неё, как будто спрашивала: Можно я останусь с тобой навсегда?
— Уже осталась, — улыбнулась Мицуки.
⸻
В этот день никто не строил планов. Они просто... были. Вместе.
И этого, на какой-то миг, было достаточно.