Белые розы и красная записка

Примечания:

Кто ждал долгожданную фразу?
Приятного прочтения!

——————————————————

— Я скоро приеду.

— Буду ждать.

Феликс сидит на диване у себя дома, поджав ноги под себя и слушает музыку в больших пузатых наушниках. Хёнджин обещал приехать с минуты на минуту, а чтобы не слишком скучать, парень решил послушать музыку. Мелодия расслабляла, заставляя закрыть глаза и слегка провалиться в другой мир, хотя Ли боролся с этим. Неожиданно, когда он почти уснул, почувствовал что-то горячее на своей шее. Вздрогнув, парень снял наушники и приподнял голову. Улыбнулся.

— Напугал.

Блондин убрал наушники, в то время как старший сел рядом. Они нежно улыбаются друг другу, и Феликс тянется к чужой щеке, чтобы мягко провести по ней пальцем. Хван ластится как кот, закрывает глаза, мурчит.

— Устал?

— Немного.

— Иди сюда.

Младший слегка двигается, похлопывая по своим коленям, приглашая парня лечь на них. Тот улыбается, укладывает голову на чужих коленях, удобно устраивается на диване. Маленькую руку, что легла на его грудь, он прячет в своей ладони, а другой позволяет забраться в свои волосы. Усталость мгновенно разливается по телу, а разум уже готовится уйти в Царство Морфея. Мягкие касания его слегка убаюкивают.

— Я разговаривал с Чонином, — шепчет Феликс, заставляя старшего приоткрыть глаза.

Ли подумал, что он должен поделиться этим с ним, потому что, как никак, доверяет ему. У них не должно быть секретов, особенно на подобии таких. Даже если Хёнджин не причастен к этому, Феликс знал, что он должен все рассказать. Потому что сам этого хочет.

— И.. к какому выводу вы пришли? — Хрипло спрашивает тот, заглядывая своими черными глазами в чужие.

— Он согласился. И попросил меня о помощи.

Феликс улыбается, а Хёнджин просто счастлив, что его солнце светится от предоставленной возможности помочь. Потому что этот парень — само воплощение доброты и света. Его доброе сердце способно растопить любую холодную душу. И именно это может стать его слабым местом. Местом, которым могут воспользоваться, разрушить, уничтожить, осквернить. Солнце не должно угасать. Солнце должно сиять. Поэтому старший всякими способами старался заставить парнишку улыбнуться, развеселить, чтобы душа успокоилась. Чтобы он убедился, что у его солнца все хорошо.

— Это очень здорово, солнце, — улыбается он и тянется своей рукой к чужой щеке. Проводит пальцем по пятнышкам, чертит созвездия и любуется.

— Но, кажется, тебя что-то тревожит, — рушит былую идиллию Ли, замечая в любимых глазах нотки отчаянья. Что уже могло случиться, что Хёнджин боится поделиться?

Улыбка того сразу меркнет, а рука застывает в воздухе. На секунду его лицо становится печальным, но он снова натягивает улыбку. Не хочет потом тучи, мешающие светить его солнышку, разгонять.

— Боюсь, что даже если расскажу, легче все равно не станет, — с грустью шепчет брюнет, наслаждаясь большими кофейными глазами. Взгляд от них увести невозможно.

— Но это что-то важное.

Феликс смотрит с беспокойством, и Хёнджин винит себя, что заставляет младшего переживать из-за него. Однако мысли спутались в один ком, связать хотя бы одну правильную и точную мысль не получается, поэтому маска рушится на хёнджиновом лице, открывая младшему ту сторону, которую его парень все время прятал.

— Появилась зацепка о моих родителях.

Кофейные глаза раскрываются в удивлении.

— Правда? Это же здорово.

— Да. Вот только зацепка эта находится за границей. Чтобы найти ее, мне придется улететь на пару дней из страны.

— Джинни..

— Знаешь, все это время, когда я жил до тебя, я цеплялся за каждую мелочь, которая была хоть каплю связана с поисками. Я жил в страхе, что никогда не смогу разгадать тайну их смерти. Что никогда не избавлюсь от ночных кошмаров, когда мама тянет ко мне свои руки и кричит, чтобы я спрятался. Я боялся засыпать.

Феликс слушает с замершим сердцем. От каждого слова Хёнджина, его сердце сжималось, не в силах сдерживать спокойствие. Он словно чувствовал все, что чувствовал брюнет в те дни.

— Потом я встретил тебя. Солнце, которое раскрасило мои серые дни. Солнце, которое укрыло меня от всех кошмаров и страхов. Солнце, которое стало моей любовью. Ты стал моей второй семьей.

В глазах скопилась влага. Феликс откровенно не выдерживает, по его щекам катятся слезы, которые Хёнджин пытается стереть. Но только размазывает их по веснушчатым щекам, сам не в силах больше сдерживать слезы.

— И я боюсь, что могу потерять еще и тебя, мой лучик..

Ли мотает головой, что, мол, такого никогда не произойдет.

— Ты научил меня жить, лучик. Я слишком тебя люблю.

— Не говори так, как будто прощаешься со мной!

Хёнджин слабо улыбается, обхватывая его лицо уже обеими ладонями. Стирает хрустальные капли, запоминает любимые детали: глаза, ресницы, веснушки, губы. По последним проводит пальцами, запоминая их мягкость.

— Вовсе нет. Но мне нужно улететь, Чтобы я смог отпустить свое прошлое и начать свое будущее с тобой. Ты согласен выйти за меня?

Феликс плачет еще больше. Он либо смеется, либо радуется. Улыбается сквозь слезы, нагибается к парню, целует его в губы и думает, что это самый счастливый день в его жизни. Он запомнит его надолго. Обведет красным маркером в календаре, поставит кучу сердечек и будет с теплотой в сердце вспоминать тот день, когда согласился разделить свою жизнь с любимым и родным человеком.

***

— Как ты представляешь нашу свадьбу? — Спрашивает Феликс, пока его пальцы медленно перебирают волосы Хёнджина, что уже впал в дремоту и был на грани сознания. Уголки губ того слегка дергаются.

— Красивая. Ты в красивом белом костюме и с маленькой заколкой-букетиком в волосах. Мы обмениваемся клятвами, и я сжимаю тебя в объятиях, говоря что всегда буду рядом с тобой.

Ли улыбается, с нежностью проводя рукой по всем волосам. Они очень мягкие и приятные на ощупь.

— А ты? — Хёнджин открывает глаза и заглядывает ими в чужие.

Феликс задумывается, поднимая взгляд и смотря куда-то вперед, пока его рука продолжает свои действия.

— Тихая и спокойная. Где-нибудь на природе. Из гостей только самые близкие. Я держу тебя за руку весь вечер, улыбаюсь и прощаюсь со своим прошлым.

Старший слышит в его голосе отголоски печали. Да такую, что хочется прижать это чудо к себе и пообещать, что подарит ему новое будущее вместе с ним. Где они будут счастливой семьей и в счастливом браке. Но даже слов будет недостаточно, чтобы убедить израненную душу в счастливое будущее.

— Такой и будет наша свадьба, — заключает Хёнджин и для убедительности еще головой кивает, что вызывает легкий смешок со стороны Феликса.

— Если бы все было так легко.

Еще в детстве, начитавшись сказок, Феликс знал, что у каждой истории есть и плохой и счастливый конец. Но какой из них именно — предугадать никогда не мог. И он боялся, что именно их история будет с несчастливым концом. Парень знал, насколько это больно. Вся его жизнь предстояла из таких маленький плохих концовок, пока он двигался к самому больному финалу. И, свыкнувшись с мыслью, Феликс отчаянно решил, что он не заслуживает даже крохотного хеппи энда.

— Я знаю, о чем ты думаешь, — прервал поток мыслей Феликса Хван. — Но не считай, что я сделал все это ради того, чтобы тебе было больно. Я бы никогда не простил себе этого. Даже если возникнут трудности — никогда, слышишь? Никогда не оставлю тебя и не сделаю больно. Я слишком ценю тебя. И люблю.

Феликс с улыбкой и подступающими слезами гладил чужие щеки и не мог перестать смеяться. Казалось, что все это сон. Разве может он быть настолько реальным? И ощущения все живые и как настоящие. Ли очень хотел, чтобы все, о чем они говорили, обязательно сбылось. А именно свадьба со счастливым концом. Ведь можно хоть разок помечтать о своем счастливом хеппи энде?

— Я тоже тебя люблю.

Их поцелуй был наполнен нежностью и трепетом. Иногда их поцелуи были ласковыми, а иногда жадными и грубыми. Но этот совершенно другой — словно начало чего-то нового.

Расставаться ночью не хотел никто. Поэтому Феликс не дал Хёнджину уехать и затащил к себе в комнату в плен своих объятий. А Хван и против не был. Даже наоборот, удобно устроился в чужих руках, наслаждаясь временем перед их долгим расставанием. От осознания, что ему придется оставить своего лучика одного и уехать за границу, — по сердцу резало как-то больно. Парень старался забыться в ласковых касаниях и теплых поцелуях. Так что теперь в плену объятий был Феликс. Тот с довольной улыбкой что-то мурлыкал и вскоре уснул под тихое дыхание в свое ухо.

***

— Что?!

Менеджер чуть не роняет стаканчик с кофе, после слов парня. Тот только с усмешкой бросает свой взгляд на друга через зеркало.

— Он сделал тебе предложение?!

— Тише ты! Еще никто не знает.

Сынмин лишь хмыкает, продолжая допивать свое кофе. Однако улыбка с лица Феликса до сих пор не сходила. Еще за завтраком он чуть не попался, когда Крис заметил на его лице глуповатое выражение и поспешил спросить:

— Что-то случилось?

— О чем ты? — Словно не понимая, спросил брат.

— Ты весь светишься. И улыбка с лица давно не сходит. Что случилось?

Хёнджин лишь бросил взгляд на парня и сам слегка улыбнулся, пряча лицо в тарелке. У Феликса же ситуация была куда хуже: щеки начали краснеть, а улыбка становилась только шире. Этот парень совсем его не щадит. Даже за столом с его братом не стесняется смущать своего парня. Ли поставил точку в голове, что после завтрака обязательно пощиплет его за щеки, как тот не любил.

— Все в порядке.

Дальше брат молчал, но искоса все равно наблюдал за двумя голубками. Что-то ему не нравилось, и, как понял Феликс, о чем-то уже догадывался.

— Так вы уже спланировали свадьбу? — Возвращает Феликса в реальность Сынмин, когда выкидывает пустой стаканчик в мусорное ведро и садится рядом.

— Да какую свадьбу. Это все быстро получилось. Даже кольца нет.

В голове всплывают воспоминания о прошлой ночи, где парни разговаривали по душам, и когда Хван сделал предложение руки и сердца. Младший понимал, что для начала брюнету придется решить свои дела за границей, может у них даже ничего и не получится. Однако надежда все равно затаилась где-то внутри и выбрала себе местечко. Феликс надеялся, что слова Хёнджина действительно искренни и правдивы.

— Ты расстроен, — замечает Ким грустное выражение лица друга. — У вас что-то случилось?

— Это все тяжело. Ему дали зацепку о его родителях где-то за границей. Поэтому он хочет полететь туда, чтобы решить что делать: отпустить или продолжить поиски.

Сынмин видит, как Феликс все ниже и ниже опускает голову. Видит в зеркале тот блеск глаз, когда друг вспоминает о своем любимом. И не может перестать радоваться, что парень наконец-то будет счастлив.

— И что он выбрал?

Ли слегка вздыхает, но отвечает:

— Сказал, что хочет отпустить свое прошлое, ради новой жизни со мной.

И улыбается в зеркало. Его улыбка словно сияет, что даже менеджер не может не улыбнуться.

— А он не такой уж и придурок, как я думал.

Феликс хмурится, оборачиваясь на друга, который продолжает:

— Вы справитесь. Считай, начало уже положено. Он отказался от прошлого, которое его тяготило. И хочет начать будущее с тобой. Это большой поступок, для таких как он. Не все богатенькие могут отказаться от чего-то ради любви.

На секунду задумавшись, Феликс вдруг понимает, что слова Сынмина действительно правдивы. Если бы Хёнджин не любил, отказался бы от поисков своей семьи, чтобы быть рядом с обычной моделью? Ведь всю свою жизнь Хёнджин только и делал, что искал любую зацепку о его родителях, желая докопаться до правды. Ночами не спал, был холоден ко всем. А после встречи с Феликсом будто изменился. Возможно ли то, что именно он показал Хвану настоящую жизнь? Хотел бы он, чтобы это действительно было так.

— Так он уже улетел?

— Нет. Вылет планируется через пару дней.

— Думаю, он не хочет оставлять тебя одного, поэтому и мечется.

— Возможно.

— Все, хватит грустить, самому уже тошно. У тебя скоро съемка, а ты тут ныть собрался. Я не желаю тебя успокаивать, так что возьми себя в руки.

Ким поднялся с места, направляясь к двери.

— Вернется твой Хван, скажу ему, что он слишком на тебя влияет, — продолжал бубнеть парень, выходя из гримерки. Феликс лишь посмеялся.

— Я обязательно тебе напомню! — Крикнул он другу.

— Не сомневаюсь! — Прилетело ему в ответ, как только дверь закрылась.