Темное королевство

Рэд спешно вышла из портала и оценила обстановку вокруг: бой уже начался, армия Миллениума яростно сражалась с армией короля и бессмертным Легионом. Дамиан был впереди, среди командиров, он ловко орудовал массивным мечом, грациозно двигаясь в смертельно опасном танце, его движения в огромных доспехах были умелыми и быстрыми, словно он был рождён для этого короткого мгновения. Зеленоватая дымка двигалась вслед за его массивной фигурой и вытягивала последние секунды жизни из поверженных существ. Доспехи Аббадона не позволяли подобраться и ранить короля, но и не сковывали его движений. Темный шлем с длинными рогами скрывал его лицо, на нем и на руках отчетливо выделялись пятна крови поверженных монстров.

Дамиан не обращал внимание на то, как остервенело бросались на него монстры, сбиваясь в кучки по трое и надеясь, что так им удастся одолеть короля. Единственной целью был Нефилим, чью тьму он ощущал нутром, но самого полукровку на поле боя не видел.

«Жалкий трус. Прячется за спинами своих изуродованных тварей,» — думал демон, вспарывая брюхо очередного инкуба, пораженного проклятием. — «Нужно найти и убить его, чтобы эти мучения наконец закончились.»

Шелестящий волевой голос Аббадона ответил в его разуме: «Найдем. Улови нить его магии и иди вперёд.»

Король двинулся дальше, прорубая путь своим солдатам, идущим за ним верной тенью. Он не хотел верить в то, что предсказание сестры окажется правдой и этот день станет для них последним.

Рэд сразу нашла глазами Нейла, отчего сердце забилось быстрее. Советник, облаченный в черные доспехи с гербом Тьмы на спине, сражался в толпе, поражая своим мечом уродливых существ, которым не было конца, его руки в стальных перчатках по локоть были в крови, а темные волосы прилипли к вспотевшему лбу. Он прорывался вперед, не уступая своим противникам и уворачиваясь от бесконечных ударов. Когда очередной противник пал от его меча, Нейл обернулся к сестре, почувствовав ее взгляд. Он кивнул и улыбнулся мученически, испытывая горечь оттого, что ей приходилось видеть все это и быть на поле битвы. Рэд закрыла глаза и опустилась на колени, она коснулась руками горячего красного песка, запуская в него дрожащие пальцы. Когда ее губы зашептали заклинание, она запрокинула голову и широко открыла глаза, горящие ярким синим цветом. Она вытаскивала спящую годами магию из песка, пропитанного кровью прошлых сражений. Вокруг монарха и первых рядов его армии образовались прочные магические щиты, а у некоторых солдат стали затягиваться раны и боль заглушалась.

Монстры Миллениума бросались в бой, с такой кровожадностью, что в воздухе ощущалась их ненависть. Но чувствовалась и уверенность тех, кто боролся за свой дом.

Каин и Форгат были в центре сражения. Беловолосый мужчина яростно разрубал мечом любого, кто пытался преградить ему путь. Его жилистые руки скользили, умело разрезая воздух и чужую плоть острым мечом. На его красном плаще оставались капли крови: темно-зеленой от нежити, и бордово-красной от солдат королевства. Он не щадил никого, занося свой меч снова и снова, и скрепя зубами от ярости. Он хотел добраться до кого-то более ценного, чем пешки, прислуживающие королевской власти, но окружающих его солдат и нежити было слишком много. Демон от досады сплюнул на песок скопившуюся во рту слюну и вновь стал размахивать мечом, усиливая напор.

Командир первого отряда Легиона следила за ним издалека, орудия длинным хлыстом и сбивая противников с ног. Она отступила назад, скрываясь за полосой сражающейся нежити, скрутила хлыст в кольцо и прикрепила к поясу. Девушку ловко сняла с плеча лук и натянула тетиву, задержала дыхание, прицелилась.

Лерайе выпустила тонкую стрелу, которая со свистом устремилась к Палачу. Руны на ее руках и золотые глаза светились, увеличивая скорость стрелы. Но цели она не достигла: перед Каином появился магический щит и растворился, когда стрела попала точно в него. Форгат, который умело владел боевой магией, самодовольно оскалился, натягивая капюшон на бритую голову, испещрённую шрамами. Демон был низкорослым и проворным. Он стал в боевую стойку, вырисовывая тонкими пальцами с длинными ногтями узоры в воздухе. Магия на кончиках его пальцев засветилась, призывая град из стрел, устремленных в сторону нежити и солдат короля. Лерайе едва успела увернуться, но тем, кто сражался рядом, повезло меньше: демоны падали замертво, а нежить начинала гореть. В воздухе пахло кровью и палёной плотью. Форгат продолжил колдовство, новая волна стрел обрушилась в центр строя. Рэд сотворила магией огромный щит, спасая тех, кто был в опасной близости к смерти. Стрелы разбились о невидимую стену, рассыпаясь голубыми искрами. Палач быстро нашел взглядом принцессу в толпе, гудящей от криков и звона металла. Его губы растянулись в зловещей безумной улыбке, от которой по спине бежали мурашки. Лерайе проследила за его взглядом и сразу поняла, о чем тот подумал.

— Клятые маги, — прорычала она, агрессивно махнув рукой. Демоница подавала сигнал отряду лучников, и прокричала громко, срывая голос, - Выпустить стрелы! Балтор, сделай что-нибудь! Чертов маг убьет принцессу!! Если она умрет, щиты спадут!

Целая стена из стрел полетела в мятежников, сметая тех, кто не успел укрыться щитами. Третий командир Легиона появился из ниоткуда. Лицо его, изрезанное морщинами, сквозило равнодушием, но в узких глазах плескалась ярость и сила. Он ударил толстым посохом по песку, отчего в земле образовался разлом. Трещина быстро устремилась в сторону палачей, отвлекая их от принцессы и сбивая мятежных солдат с ног. Как только она настигла Форгата, из разлома полезла нежить, цепляясь за край его плаща. Демон-маг пытался отбиться, выпуская огненные шары, но не заметил, как сзади скользнула тень. Молниеносный взмах голубого клинка в одну секунду лишил палача головы. Бахамот поднырнул под меч Каина, среагировавшего быстрее своего напарника. Парень выпрямился, провернул колечко в губе языком и стряхнул кровь с лезвия.

— Катись в бездну...

Каин громко засмеялся, выставляя меч перед собой в ожидании новой атаки. Парень не заставил долго ждать. Бросившись вперёд, снова нырнул под меч палача, прокатился по песку коленями, и ранил его в ногу, оставляя неглубокий порез.

— Подлый прием для командира бессмертных, — прорычал Каин, не переставая смеяться.

— Под стать тому, кто всегда должен оставаться в тени.

— Что ж. Тени есть не только на вашей стороне, — ответил мужчина, хитро сощурив глаза.

Бахамот почуял в его ответе что-то недоброе. Он быстро скользнул глазами по полю боя, пытаясь найти взглядом то, о чем говорит демон. И понял, когда за спиной, охваченной синим пламенем Рэд. появилось чёрное облачко тумана. Третий палач, которого все это время не было видно, вышел вперёд. Командир рванул в ее сторону, надеясь успеть, на ходу прокричав в гомон битвы:

— Рэд! За спиной!!

Острое лезвие клинка скользнуло в воздухе, норовя скрыться под тонкой изящной лопаткой, где билось о ребра беспокойное сердце. Глаза Укобака горели, как огонь, уже предвкушая свой триумф. В эту секунду время остановилось, сминая под собой крики, взмахи клинков, запах крови и застывшие в предсмертной агонии лица.

Миллениум стоял на коленях перед обрывом, разрывая пространство кровоточащими руками. Его пронзительный крик заглушал все вокруг, полный бесконечной всепоглощающей боли, способной убить, едва коснешься. За спиной Нефилима клубилась тьма, приобретая форму женщины. Длинные черные волосы скрывали обнаженную грудь, а бездонные пустые глаза смотрели на кровавое море, заполнившее пустыню. На талии свисали рваные куски ткани, создавая подобие юбки.

— Наконец этот час настал. Час крови и отмщения.

Ее черные пальцы легли на дрожащие от напряжения и боли плечи Нефилима.

— Сотри этот мир, сын мой. Уничтожь все живое. Отомсти им за всю боль и унижение, которые ты терпел столько лет, — ее шепот пробирался под кожу, как лезвие ядовитого клинка. — Убей, Миллениум, убей их всех.

Парень крепче ухватился за края пространства, словно за плотную ткань, но медлил. Тьма впилась в плечо острыми ногтями, захрипев:

— Чего ты ждёшь, жалкое отродье? Я вижу твои мысли насквозь, ты не посмеешь передумать!

Полу-демон стиснул зубы от боли, но не дрогнул. Он сплюнул черный сгусток крови, заполнившей рот и уверенно сказал:

— Отпусти ее. Отпусти детей королевского рода. Позволь им уйти. Или я умру, а ты сгниешь в моем теле. Больше нет ни одного Нефилима, твое проклятье закончится здесь.

— Слабая мразь. Ты весь сплетен из грязной крови и отвращения. В тебе не может быть никаких чувств, кроме злобы и ненависти, — агрессивно зашипела тень Шейты, склоняясь к парню. Кривые сморщенные пальцы схватили его за волосы, оттягивая голову назад.

— Отпусти их!! Я выполню твою волю, но ты выполнишь мою! — прокричал парень, давясь от крови и позволяя ей снова заполнять рот и стекать по губам на грудь.

Шейта, зло оскалившись, взмахнула рукой. Сильный поток ветра устремился в указанном направлении, поднимая в воздух красные песчинки. За спинами трёх наследников престола раскрыли свои черные пасти порталы. Рэд и Нейл сразу скрылись в них, а Дамиан, использовавший всю мощь Аббадона и сумевший вернуть себе способность двигаться, метнул в сторону Миллениума огромный меч предводителя Легиона. От использованной силы едва не вышибло дух из груди. Король упал в портал и оставил после себя на земле лишь пустые потухшие доспехи. Увидеть, достигло ли оружие своей цели, он не успел.

Миллениум облегчённо выдохнул и яростно рванул руками в стороны. Материя посыпалась, как части собранной мозаики, проваливаясь в черную дыру. Она разрасталась, сметая все на своем пути, возвращая власть над происходящим времени. Демоны остановились, смотря на начало конца. Кто-то благоговейным взглядом, а кто-то — полным ужаса. Бежать было некуда. Солдаты бросили свои оружия. Демоны Легиона едва успели прыгнуть в расщелины, созданные магом, возвращаясь туда, откуда были призваны. Как только их порталы прекратили действие, нежить стала обращаться в кучки песка. Королевство Тьма растворялось на глазах, как растворялись те, кто остался на поле битвы, оставляя после себя лишь пустоту.

Меч Аббадона горел ярким зелёным огнем от огромной энергии, вложенной в его рукоять. Он стремительно проделал свой путь, который указал ему Дамиан, и с хрустом вошёл в грудь полукровки. Нефилим лишь издал громкий хрип. Руки его безвольно опустились, а глаза вновь вернули свой небесно-голубой цвет, затем и вовсе потухли, став мертвенно-серыми.

Тело Миллениума начало разлагаться, превращаясь в пыль, кусочки его плоти посыпались вниз, подхватываемые ветром.

— *, — прошептала Шейта и нырнула в пропасть.

По ту сторону порталов тоже шла битва. Дамиан выпал из мрака первым, прокатившись кубарем по земле. Следом на землю полетела Рэд и Нейл. Принцесса была без сознания. Нейл вскочил на ночи и помчался к ней, проверяя магией биение сердца. Она была жива, но истощила весь свой ресурс энергии.

Советник поднял голову и осмотрелся. Последние выжившие после нападения монстров демоны скрылись за зеркальной гладью, но Хранители не закрывали проход,

* Ashes to Ashes (лат.) – Прах к праху.

все ещё ждали оставшихся. Монстры Нефилима пытались прорваться к порталу, но их сдерживали пару Хранителей, не решившихся отдать силы разлому, ведущему в другой мир, Хаунт и Асмодей. Вся поляна была усеяна трупами изуродованных монстров и растерзанных демонов.

Лицо Хаунта было в чужой крови, на плече виднелась небольшая рана от когтей, но парень не отступал, держа в руке тонкий меч, в рукояти которого красовался знакомый артефакт. Асмодей защищался магией, создавая потоками силы клинки. Его магия напоминала магию Бахамота, но выглядела не так эффектно и устрашающе. Мастер был серьезно ранен, о чем свидетельствовало быстро растущее алое пятно на его боку, которое он зажимал одной рукой. На горизонте тянулось чёрное пятно проклятия, поглощая всё вокруг и затягивая небо непроглядным мраком, от одного вида которого по коже бежали мурашки.

— Уходите! — прокричал демон, выпуская новый поток силы в чудовищ.

— Я не оставлю тебя! — начал было отрицать советник.

Но Асмодей кивнул головой и перебил его, зло рявкнув:

— Спасайся, идиот. Я не смогу пересечь границу миров...

Жестокая правда больно ударила по ребрам, выбивая отчаянный вздох. Нейл понимал, что Асмодей не выживет. Он видел, что друг еле держался на ногах и бился из последних сил. Демон взял Рэд на руки и, хромая, пошел к порталу. Дамиан молча двинулся следом, едва переставляя ноги. У обоих братьев совсем не было магии.

Хаунт пронзил мечом бросившегося на Асмодея мутированного пса. Мастер кивнул и скосил взгляд на портал, провожая взглядом единственного друга, ради которого готов был отдать жизнь.

— Уходи, тебе пора. Темная магия уже совсем близко, — сказал мастер Хаунту, который совсем тяжело дышал. Человеческое тело говорило о том, что это предел его возможностей.

Брукс упала на одно колено, но продолжала сдерживать портал. Волосы ее стали белее снега, под глазами появились темные круги, а щеки впали.

— А как же они?

Хаунт бросил взгляд на оставшихся Хранителей, которые истощали последние крупицы энергии.

— Уходи, Хаунт. Мы уже выбрали свой путь, — ответил Асмодей, закашлявшись.

Его губы окрасились в алый, по подбородку потекла струйка крови. Демон скривился от металлического привкуса во рту и небрежно вытер губы рукавом грязного от пыли камзола.

— И этот путь заканчивается здесь, — прошептал он самому себе, отбиваясь от очередного уродливого создания своей магией.

Мастер сильно толкнул парня, закрывая его собой от оставшихся тварей, выжидающих момент. Хаунт молча побрел к порталу, перед его глазами плыло, а ресницы слипались от запекшейся крови. Портал заискрился, намекая на то, что скоро его действие иссякнет. Он хотел было окликнуть Брукс, но демоница еле заметно махнула рукой, бросив последний магический импульс. Парня словно за шиворот схватило невидимой рукой и оттащило к разлому. Он даже не успел ничего сказать, как зеркальная гладь за ним схлопнулась и все померкло.