Глава 5
Утро.
Точнее — нечто серое и мутное, что можно описать только словом "ужас".
Аня Бахмутова открыла глаза, и ей показалось, что кто-то включил внутри головы бетонную мешалку. Сердце стучало как будто не в груди, а прямо в висках. Тело ломило, а желудок сводило от тошноты. В комнате пахло духами, которые она нанесла накануне, и чем-то кислым — будто вечер был далёким сном, но оставил после себя очень реальное похмелье.
Она села.
Одеяло было сбито на пол, волосы спутаны, в горле — сухо. На полу валялось её платье, рядом — заколка, которую она вчера так аккуратно подбирала под серьги. Она застонала и села, зажав голову руками.
— Чёрт... — выдохнула она. Вспышки вечеринки били в память как прожекторы.
Громкая музыка. Танцы. Матвей с немного пугающей, но странно завораживающей улыбкой. Разговоры. Потом алкоголь. Много алкоголя.
Зачем я вообще пила?!
Потом — расплывчатое. Разговор с Джонни... Она что-то говорила ему? Ах да... Алла. Она вцепилась в него с обвинениями — про Аллу Шейх, про девушек, которые вьются вокруг неё. Бред. Позор. Ужас.
Аня стиснула зубы и закрыла лицо руками.
Меня видели такой... все.
Он — тоже.
Он это не забудет...
В животе сжалось.
Она схватила телефон. 09:14. Уже опаздывала. На экране — десятки сообщений. В чате класса кипела жизнь. В голове стало тревожно. Открывает.
«А у нас отличница оказывается ещё и пьющая 😂»
«@АняБ ахах, ты шикарно выглядела, серьёзно»
«Жаль, никто не снял момент, как она липла к Джонни, ммм😉»
И, конечно же, от Аллы Шейх:
«Иногда хочется быть скромной, но потом вспоминаю Бахмутову на вечеринке и понимаю — я не настолько жалкая 😘»
Аня вжалась в кровать. Хотелось исчезнуть. Стать невидимой.
В школу она пришла ближе к третьему уроку. Оправданием служило «плохое самочувствие». Хоть это и не было ложью — она действительно чувствовала себя отвратительно.
У входа её встретила Валя.
— Ань... — шепнула подруга и быстро обняла. — Всё... ну... не настолько ужасно, как ты думаешь.
— Я выглядела, как... — она запнулась. Слов не хватало.
— Ты выглядела как человек, у которого впервые сорвало тормоза, — мягко сказала Валя. — Это бывает. У всех. Ну, кроме некоторых, кто вообще как святые, но их даже к вечеринкам не тянет.
Аня молчала.
— Ты не хочешь знать, что пишут в конфе, — добавила Валя. — Но помни: там много пустых слов. Алла просто... у неё талант. Поддевать.
— У неё не талант, у неё потребность, — процедила Аня. — Как будто её жизнь будет неполной, если она не ткнёт меня.
— Она умеет быть язвой. Но ты же знаешь: чем ярче кто-то светится, тем сильнее на него кидаются. Особенно такие, как она.
В классе стояла полутревожная тишина. Кто-то бросал на Аню косые взгляды. Кто-то, наоборот, намеренно не смотрел вовсе. Валька осталась рядом. Линара и Динара кивнули ей почти одновременно, но ничего не сказали. Дана махнула издали рукой.
А Алла проходила мимо, будто сошедшая с подиума — идеально уложенные волосы, взгляд королевы бала.
— Привет, Аня, — сказала она, улыбаясь. — Надеюсь, ты уже в состоянии отличить воду от водки. Хотя... не факт.
Аня ничего не ответила. Только сжала кулаки под партой. И тут в класс зашёл Джонни Грей.
Он шёл как обычно — вальяжно, с телефоном в руке. Но мельком глянул в её сторону. Аня отвернулась. Она не могла даже взглянуть на него.
Он видел меня. Всю. Глупую. Жалкую. С пьяной истерикой.
Начался урок обществознания, и учитель раздавал темы для парной работы. Все оживились, кто-то начал договариваться заранее.
— Так, не перебивайте, — сказал учитель. — Я сам распределю пары. Бахмутова — с Греем.
Мир остановился.
Аня почувствовала, как в груди застыло что-то ледяное.
— Простите, а можно... — начала было она.
— Никаких «можно». Учимся работать с разными людьми. Это — практика.
После урока, они остались в классе вдвоём.
Молчание. Джонни листал что-то в тетради. Аня пыталась дышать нормально.
— Я знаю, ты думаешь, что я идиот, — вдруг сказал он. — Но я не совсем пустышка.
Аня вскинула глаза. Он не смотрел на неё. — Просто мне не очень интересно быть «идеальным», как тебе.
— Я... — она запнулась. — Я не считаю себя идеальной.
— Ну и слава богу.
Он встал, положил на стол листок с темами.
— Выбери. Мне всё равно.
Она кивнула молча.
Позже, дома, она разбирала вещи в рюкзаке и наткнулась на сложенный клочок бумаги. Почерк — неразборчивый, как будто писали на коленке.
«Тебя не стоит слушать этих. Ты — умная.
И красивая, даже когда злишься.»
Подписи не было. Только внизу — точка. Чёткая, жирная.
Аня застыла.
Сердце стучало как-то странно — быстро, но глубоко.
Кто это написал?
Матвей?
Джонни?..
Кто-то из подруг?
Она понятия не имела.
Но впервые с утра она почувствовала, что не одна.