Часть 4
Он проснулся первым и был приятно удивлен. Тишина после страсти всегда бывала особенная. Не неловкая, а почти священная. Но на этот раз было что-то иное. Впервые за несколько лет ему повезло преодолеть бессонницу и немного отдохнуть. Ребекка все еще спала — на животе, прикрывшись краем спутанной простыни, уткнувшись лицом в подушку, волосы растрепанные, одна нога выброшена за край кровати. На секунду ему показалось, что все это сон. Мужчина осторожно повернул голову, разглядывая ее. Лицо Ребекки во сне казалось другим. Удивительно юное. Он не знал, сколько так пролежал. Просто смотрел. Думал. О себе. О ней. О том, как быстро все произошло. Он не знал, что сказать, когда она проснется. «Доброе утро» казалось банальностью. «Я люблю тебя» — слишком рано.
— Ты смотришь как маньяк, — проговорила она, не открывая глаз. Он усмехнулся.
— А ты спишь как ребенок.
— Это комплимент?
— Это правда...
Она перевернулась на спину. Несколько секунд просто смотрела на него, как будто вспоминала, где она и кто он. Затем слегка улыбнулась. В ее взгляде было что-то новое.
— Я не ожидала, что ты останешься.
— Я тоже. Честно говоря, хотел уйти. Несколько раз.
— Почему остался?
— Потому что впервые за долгое время кое-что понял...
Ребекка вновь улыбнулась, затем протянула руку и коснулась его щеки.
— Утро странное время. В нем растворяется все, что было ночью... Или становится яснее. Все, что было важно вчера.
Он вздохнул. Он знал, что снаружи жизнь продолжается, но здесь, в этой комнате, все будто замерло. Ни прошлого, ни будущего. Только «сейчас». Некоторое время они молчали, глядя друг на друга.
— Знаешь, это странно... — вдруг сказала она. — Когда была подростком, я думала, что любовь это как в фильмах: громко, пафосно и с кучей драм. А сейчас мне просто хочется, чтобы кто-то остался рядом.
— Я и остался, — тихо произнес он. — Но не обещаю, что будет легко. Я все еще учусь не убегать...
Она усмехнулась и обняла его.
— А я все еще учусь доверять.
Они долго лежали так. Без лишних слов. И в этот момент, в первый раз ни один из них не чувствовал одиночества.
— Я не знаю, что делать дальше, — внезапно произнес он.
— А тебе обязательно знать?
— Я боюсь испортить все. Я... думаю, что слишком быстро привязался к тебе.
— Я тоже боюсь. Но иногда... Страшнее ничего не менять в своей жизни, а просто жить.
— У меня есть тьма. И я не уверен, что ты готова ее увидеть.
— А у меня есть свет. И я не уверена, что ты его выдержишь...
Дэниел повернулся к ней и, поцеловав в лоб, прошептал:
— Мы такие разные.
— Именно поэтому мы можем быть вместе, — отозвалась девушка, ноготками проходя по его обнаженной груди.