Исчезающий

Они вышли из кладбища не сразу. Некоторое время просто стояли у ворот, долго не решаясь сказать вслух, что вечер заканчивается.

— Я тебя провожу, — сказал он, наконец.

— Не обязательно.

— Но я все равно это сделаю.

Они покинули кладбище, когда город уже окончательно погрузился в ночь. Шли рядом, держа друг друга за руки, словно не желая растерять ту незримую связь. Их шаги были синхронными, как будто они так шли всегда. Иногда он бросал взгляд в ее сторону. Она — нет. Просто шла. Уверенно. Спокойно.

— У тебя были когда-нибудь такие вечера? — вдруг спросила.

— Нет. Только этот.

Вскоре они остановились у подъезда какого-то старого многоэтажного дома с облупленным фасадом. Кое-где в окнах все еще горел свет. На пороге ее дома Дэниел не хотел прощаться. Ему казалось, что после такого вечера просто невозможно расстаться так быстро, но не смог сказать это вслух.

— Вот мой дом, — сказала девушка, доставая из сумочки ключи. — Хочешь подняться?

Он замер. Она будто видела его насквозь. Будто читала его мысли.

— Я... — он отвел взгляд прочь. — Наверное, нет. Я не такой, — она прищурилась.

— Какой?

— Тот, кто... Быстро. Кто врывается в чужую жизнь.

— А ты думаешь, что еще не в ней?

— Это плохая идея, — выдохнул он. — Я не хочу испортить то, что между нами.

— Тогда просто зайди. Я ничего не прошу. Ни того, чтобы ты остался до утра. Просто выпьем кофе или вина, — она открыла дверь и прошла в подъезд. Не обернулась. Не настаивала. Он долго стоял у входа, как у черты. Обдумывал сказанное, но быстро понял, что готов следовать за этой женщиной куда угодно, делать все, лишь бы быть рядом с ней до конца своих дней. Он просто влюбился. Слишком быстро...

https://youtu.be/p5aDhzR2au0

******

Они поднялись на пятый этаж и вошли в квартиру, которая была довольно уютной. Ребекка включила настольную лампу, осветив гостиную слабым светом. Разувшись и бросив свою сумку у двери, Дэниел прошел и сел на диван. На стенах висели фотографии, на столе стояли небольшие фигурки из стекла и камней. Все это создавало впечатление, что женщина, которая жила здесь: свободная, творческая, любящая красоту и умеющая наслаждаться жизнью. Вскоре девушка из кухни принесла два бокала и бутылку красного вина, а затем села рядом. Они выпили в молчании, просто осознавая момент. И все же через некоторое время он не выдержал и задал вопросы, которые долго вертелись в его голове:

— Почему ты поделилась этим вечером со мной? Зачем ты пригласила меня на кладбище и показала это место?

Ребекка тут же расплылась в улыбке, словно понимая его мысли.

— Потому что хотела, чтобы ты понял одну вещь. Жизнь — это нечто большее, чем просто ежедневная рутина. Это возможность танцевать, любить, чувствовать, — он кивнул. Теперь он понимал. Эта ночь была не просто случайной встречей, она стала ключом к осознанию чего-то большего, что давно ждало своего часа. Между ними снова воцарилась тишина, но теперь она была приятная. Вскоре девушка устроилась на диване поудобнее, взяв в руки бокал с вином, и начала рассказывать.

— Я видела тебя во сне, — сказала она, не отрывая взгляда от кроваво-красной жидкости в бокале. — Очень давно. Некоторые сны казались странными, туманными, но один сон запомнился. Он был яркий, четкий.

— И что ты видела?

— Мы танцевали, — допив содержимое, девушка поставила бокал на стол. — Знаю, звучит глупо, но я не сошла с ума — все было точь-в-точь. Как сегодня... Так же медленно, в такт старого вальса. И ты держал меня в своих объятиях. А вокруг — памятники, тишина, темнота. Меня это удивило... — он слушал ее, не отрывая взгляда, словно пытаясь представить тот сон.

— Я не знаю, почему я запомнила именно этот сон, — произнесла Ребекка, снова наполнив бокал и делая очередной глоток вина. — Может, потому, что он показался наиболее реальным, живым. Может, потому, что видела его несколько раз, но каждый раз по-разному. Разные города, разное время суток, но ты всегда был рядом.

Он почувствовал, как сердце забилось быстрее. Это было нечто большее, чем банальная история о снах. Это казалось почти мистическим совпадением, словно между ними была невидимая связь, которая тянулась через время и расстояние. Неожиданно девушка наклонила голову, посмотрела ему в глаза и тихо спросила:

— Ты веришь в судьбу? В невидимую силу, которая связывает людей вместе?

Он ответил не сразу. Эта тема казалась ему сложной.

— Я не знаю, — наконец ответил. — Я долго думал об этом. Мне сложно поверить в то, что есть какая-то высшая сила, которая за всеми нами следит и управляет... Но иногда... иногда кажется, что наши жизни пересекаются не случайно. Что в этой случайной встрече есть смысл.

Ребекка снова сделала глоток, затем сказала:

— Да. Я часто себе говорю, что это совпадение, случайный сон. Но что, если в этом и есть смысл? Что, если нас ведет какая-то высшая сила, которая хочет, чтобы мы нашли друг друга? Думаю, что наши пути пересеклись не просто так. Мы были нужны друг другу в определенный момент времени. Может быть, мы были знакомы и в прошлой жизни...

— Знаешь, это трудно представить. Но даже если это так, то зачем? Чтобы мы танцевали на кладбище? Разве в этом смысл всего?

— Нет, — она улыбнулась и покачала головой. — Нет, это просто мелочь. Крошечная частичка чего-то огромного и важного. Может быть, нас ведет судьба ради того, чтобы мы помогли друг другу. Мы оба одиноки, мы оба ищем смысл жизни, не так ли? А может быть, мы нужны друг другу, чтобы быть сильнее вместе.

Эта ночь, ее слова, ее близость... Все это переполняло мужчину. Он долго смотрел на нее, на ее губы, которые казались такими манящими в тусклом свете, и, внезапно поставив свой бокал на стол, подался ей навстречу. Он просто не смог больше сопротивляться этому моменту. Нежно проведя рукою по ее волосам, склонил голову, накрывая ее губы своими. Поцелуй был нежным, почти осторожным. Как первый пробный глоток дорогого вина. Неожиданное прикосновение его губ принесло ей взрыв чувств. Она отдалась этому моменту, позволяя ему заполнять ее сердце и сознание. Вскоре поцелуи стали более пылкими. Тела, охваченные страстью, приникли друг к другу. Казалось, что весь мир вокруг исчез, остались только они и почти что искрящая страсть. Лишь через некоторое время они отстранились друг от друга, тяжело дыша.

— Не думаешь, что мы слишком торопимся? Что мы едва знакомы, но уже готовы переступить все границы?

— Это звучит безумно, но сейчас я действую инстинктивно. Все, о чем я думал весь вечер, это то, как хочу быть рядом с тобой...

Она посмотрела ему прямо в глаза, чувствуя вновь нарастающее волнение внутри.

— А ты всегда поступаешь вот так импульсивно со своими спутницами? — вдруг спросила Ребекка, немного подрагивающим голосом. — То есть, ты всегда ведешь себя так? По отношению к другим женщинам?

Он покачал головой.

— Нет. Обычно я довольно осторожен и контролирую свои эмоции. Но с тобой... Все по-другому. Прости, если тебя это как-то задело. Я не хотел тебя обидеть. Обычно все делаю обдуманно... Но рядом с тобой чувствую себя иначе.

— Это хорошо, — сказала она тихо. — Мне нравится, что я могу пробудить в тебе такие чувства. Словно я единственная, кому это доступно.

— Ты и есть та единственная... Я говорю тебе это искренне. С тобой я чувствую себя живым, сильным, настоящим. Это впервые в моей жизни, и это нечто удивительное. Я хочу быть рядом с тобой как можно больше.

Ребекка закрыла глаза, наслаждаясь его словами. От его признания перехватывало дыхание.

— Я тоже хочу этого. Хочу быть рядом с тобой всю ночь, всю жизнь...

Услышав это, Дэниел вновь коснулся ее. Нежно провел пальцами по ее щеке, губам... Его взгляд был полон нежности, но также появилась и страсть, которая только усиливалась с каждым мгновением.

— Тогда позволь мне остаться, — тихо попросил он, не сводя с нее глаз. — Позволь мне быть рядом с тобой всю ночь. Всю жизнь...

В ответ девушка кивнула и, вдруг взяв его за руку, потянула, поднимаясь со своего места. Они медленно двигались по комнате, не отрывая глаз друг от друга. Каждое его прикосновение, каждый взгляд словно заполняли ее сердце легкой, но такой долгожданной эйфорией. Она остановилась лишь около двери в спальню и повернулась к нему. Ее пальцы также нежно коснулись его лица, проводя по щеке, шее. А затем она чуть подтолкнула его, заставляя войти в комнату.

******

https://youtu.be/iXINBRNTReg

https://youtu.be/BcBWHpQUjeA

Спальня была такой же простой и уютной. Почти половину комнаты занимали два шкафа и несколько полок, наполненных книгами, дисками любимых групп, трофеями с концертов и различными мелочами. Рядом виднелась черная акустическая гитара. У другой стены была просторная кровать и небольшая тумбочка. Напротив всего — письменный стол и кожаное кресло. Сквозь открытое окно в комнату врывался свежий воздух и слабые звуки города.

Они остановились у кровати. Дэниел осторожно положил руки ей на талию. Ребекка наклонила голову, прижимаясь щекой к его груди и прикрывая глаза. Она чувствовала его теплое дыхание на своей макушке, его крепкие руки, скользящие по спине, и от каждого такого прикосновения ее сердце вздрагивало. Внезапно мужчина наклонил голову, нежно целуя ее в висок. После провел языком по ее шее, срывая с алых губ несдержанный стон. Она чуть отстранилась и, посмотрев ему в глаза, тихо сказала:

— Ты словно кареглазый жеребец, похититель всех сердец...

— Я похитил лишь твое сердце... — прошептал он в ответ, опуская руки ей на бедра и притягивая к себе. Девушка снова подалась ближе и рукою нежно провела по его шелковистым волосам.

— Дэн... Не торопись. Я хочу запомнить тебя таким.

— Каким? — мужчина скользнул ладонями под ее блузку, снова оглаживая и заставляя ее тело дрожать.

— Таким, каким ты никому себя не показывал.

Закусив губу, он задумался, но после, резко убрав руки из-под ее блузки и схватив девушку за волосы, с силой заставил откинуть голову назад. Ребекка тут же заметила, как его взгляд поменялся.

— Ты уверена, что все еще хочешь этого? Продолжай в том же духе, детка... И я буду трахать тебя всю ночь, — зашипел он у ее уха.

— Ты не такой... — огрызнувшись, она запустила руки под его футболку. В ее глазах пылала та же страсть.

Ему тут же перехватило дыхание, стоило девушке пройтись острыми ноготками по его торсу. Отпустив, он подтолкнул ее к кровати. Спешно сорвав с себя футболку и бросив куда-то прочь, навис над ней, положив руки по обе стороны от ее головы.

— Не такой? Ты меня совсем не знаешь... — хрипло произнес Дэниел. В ответ она потянулась к нему. Обвила руками за шею и притянула к себе. Он ответил коротким смешком и губами легонько прошелся по ее щеке.

— Ты ласковый котик, а не хищный тигр... — заявила она, вонзая ногти в его спину.

Одарив девушку улыбкой, мужчина издал странный звук, почти что мурлыканье. Затем, схватив за край блузки, начал медленно тянуть вверх. Обнажив желанное тело, начал осыпать жаркими поцелуями. С ее уст срывались слабые стоны, а руки инстинктивно хватались за его плечи. Все ее действия лишь сильнее заводили мужчину.

Вскоре его руки легонько коснулись пуговицы на ее джинсах. Он также медленно расстегнул их и помог ей выбраться. Теперь она лежала перед ним в черно-красном кружевном белье. Его взгляд оценивающе пробежался по ней. Ребекка заметила, как он задышал чаще, а облегающие джинсы подчеркнули, насколько он возбужден. Животные инстинкты за считанные секунды взяли верх, и мужчина, ловко справившись с бюстгальтером, начал ласкать ее грудь.

— Знаешь... У меня есть кое-что, что тебя удивит.

Дэниел чуть приподнял голову и посмотрел на нее внимательно, почти с детским любопытством.

— Да? И что же это? — на его губах мелькнула игривая улыбка. Ребекка легонько подтолкнула его, переворачивая на спину. После того чуть наклонилась, нежно целуя и кусая кареглазого за шею. Восхищаясь, он схватил ее за талию и прижал к себе. Через некоторое время она высвободилась из его жарких объятий, и тут Дэниел увидел, как девушка потянулась к прикроватной тумбочке и вытащила оттуда небольшую черную коробочку. Он пристально следил, как та открывает ее. Несколько мгновений он просто лежал, разглядывая парочку наручников в ее руке, а затем посмотрел на нее, вопросительно вскидывая бровь. В ответ она улыбнулась и свободной рукой легонько провела по его подбородку.

— Как думаешь, тебе понравится быть связанным? Не бойся... Я буду нежной.

С трудом веря во все происходящее, он кивнул. Дэниел лежал под ней, чувствуя, как та приковывает его к резному изголовью кровати. Она двигалась медленно, а ее длинные волосы касались его лица, губ... После она вновь наклонилась, и ее губы чуть коснулись его уха. Он почувствовал ее дыхание и тихий голос, полный желания:

— С того самого момента, как мы впервые встретились в клубе... У меня появилось дикое желание тебя приковать, немного подразнить, возможно, поиграть и целовать. А затем довести до такого состояния, что ты будешь скулить моим именем и тогда... Только тогда, доведя до безумия, я оседлаю тебя, — он закрыл глаза, чувствуя, как ее слова проникают в сознание. Он ощущал ее вес, прикосновение кожи к коже, запах ее духов, от которых начало кружить голову... Все это было так дико и приятно одновременно. Он старался держать себя в руках, но понимал, что контроль точно скоро будет утерян. Его руки инстинктивно дернулись, пытаясь освободиться от наручников, но так он лишь сильнее затянул их. В следующее мгновение Дэниел вздрогнул, чувствуя, как девушка касается губами его ключицы, легонько проводя пальцами по его груди.

Оглядев мужчину, который теперь лежал словно распят, она принялась медленно спускаться все ниже и ниже... Каждое ее прикосновение вызывало у него бурю эмоций. Он хотел ее не меньше, чем она его. Мужчина прикусил губу, стараясь не издавать ни звука, когда та, достигнув паха, занялась пряжкой ремня и резко сдернула джинсы вместе с бельем.

— Ты такой красивый, — томно выдохнула. Он и вправду выглядел привлекательным и манящим, словно прекрасный дьявол, изгнанный из ада. Он не имел понятия, насколько сильно на нее влияют длинноволосые и кареглазые мужчины.

— А ты дерзкая. Я ненавижу дерзких женщин, — хрипло пробормотал он, с трудом отводя взгляд прочь.

— Неужели? Мне казалось, тебе это нравится, — прильнув к его губам и проведя языком, легонько укусила она. После начала осыпать его тело жаркими поцелуями.
Он запрокинул голову, чувствуя ее дыхание, ставшее также более частым.

— Мне так хочется прикоснуться к твоему телу... У меня секса не было уже несколько месяцев, а чего-то подобного — тем более.

— Знаю... У меня не было гораздо дольше, но ты такой нетерпеливый, что портишь все веселье. Я еще не закончила с тобой... — произнося это, девушка начала ублажать мужчину. Его рваное дыхание быстро сменилось на тихие стоны. Наслаждаясь ее прикосновениями, он поймал себя на мысли, что долго так не продержится. Губы скривились в оскале, а в темных глазах полыхнул огонь, когда девушка резко прекратила начатое и снова потянулась к тумбочке. Когда вновь выпрямилась, в ее руке он заметил черный чокер с небольшим металлическим колечком спереди и с шипами по бокам. Ошейник. Он не сопротивлялся, когда та осторожно застегивала чокер на его шее.

— Ошейник? — произнес он, почти задыхаясь и не отрывая взгляда от нее.

— Ты ожидал чего-то другого? — спросила девушка, чуть улыбнувшись.

— Нет, просто не ожидал от тебя такой жесткости, — ответил Дэниел, в очередной раз дернув привязанные руки.

— Это не жесткость. Это игра. А если ты о наручниках... Это только для того, чтобы тебя держать под контролем, пока я буду делать с тобой то, что захочу.

Тяжело вздыхая, мужчина снова запрокинул голову.

— Тесно?

— Нет, — ответил чуть хрипло и сглотнул слюну он, ощутив легкое давление на горло.

Протянув руку, Ребекка легонько дернула за металлическое кольцо на чокере. Он посмотрел на нее снизу вверх, чуть приоткрыв губы, чувствуя, как вновь увеличивается накал желания. Он хотел касаться ее, взять нежно и страстно, но был прикован наручниками к этой проклятой кровати. Да еще и со стояком!

— Нравится? — спросила та, легонько опять натягивая чокер. Он чуть запрокинул голову, прерывая зрительный контакт, и ответил хрипло «да», больше похожее на сдавленное рычание.

Немного отстранившись, девушка запустила пальцы в свои волосы и прогнулась, даря его взору восхитительное зрелище. Его потемневший взгляд следил за каждым ее движением. Мужчина прекрасно понимал игру, которую она вела над ним. Устроившись рядом и откинув голову на его грудь, она провела рукой вдоль своей шеи и груди. Вскоре, избавившись от трусиков, начала ласкать себя. Услышав ее сдержанные стоны, его сердце замерло. Благодаря ее играм он мог лишь медленно сходить с ума...

— Оказывается, у тебя есть темная сторона, которую не сразу заметишь.

— Она у всех есть. Просто у кого-то хорошо замаскирована... Надеюсь, презервативы у тебя есть? — внезапно спросила она, прекращая дразнить мужчину.

— В кармане джинсов, — прошептал он, в очередной раз запрокидывая голову. Девушка тут же потянулась за его брошенными на пол джинсами, достала из кармана небольшую коробочку и вернулась на кровать. Он молча следил за ней, облизывая губы.

— Мы оба не хотим последствий, верно? — сказала она, разрывая упаковку зубами и быстро справляясь.

Мужчина замер в предвкушении, когда девушка наконец-то совершила обещанное, оседлав кареглазого длинноволосого жеребца. Комнату мгновенно заполнили ее громкие стоны. Влюбленные сердца бились в унисон, а от каждого ее вздоха его тело пронизывал электрический разряд.

— Черт, ты так прекрасна. Отпусти меня, Бекки, — произнес он сдавленно, когда девушка в очередной раз опустилась до самого конца, полностью насаживаясь на него, и чуть наклонилась, почти касаясь губами его губ, но в последний момент отстранилась, не позволяя поцеловать себя, и усмехнулась. Следя за ее каждым движением, за тем, как плавно она раскачивается на нем и сияет от счастья, он наслаждался каждой секундой. Через некоторое время с его уст опять сорвалось ее имя. Взгляд девушки тут же изменился. Протянув руку и схватив с тумбочки ключики, она молча потянулась к его рукам и освободила их от наручников. Дэниел чуть подергал ими, возвращая кровообращение, и почти сразу набросился на девушку. Женский смех разнесся по всей квартире, когда он наклонился, провел носом по ее щеке, чуть щекоча, и прошептал:

— Ты всегда будешь моей... Даже в гребаных снах и кошмарах.

В следующую минуту их тела вновь слились в страстном танце. Каждое движение, каждое прикосновение было наполнено искренними чувствами, любовью и необъяснимым притяжением, которое делало их единым целым в эту ночь.