Глава 28
Олег
Сумерки спустились на перевал, когда мы почти пересекли узкое пространство между двумя горными вершинами, за которыми начиналась долина минеров. Я порывался продолжать путь до глубокой ночи, но Согаль настояла на том, чтобы мы остановились немного поодаль от тропы и хорошенько выспались.
– До тайного хода отсюда не так уж и далеко, – пояснила она. – Но нам нужно быть бодрыми и готовыми в любой момент сразиться за свою жизнь. Так что сейчас самое время отдохнуть и подкрепиться.
Пришлось признать ее правоту и помочь Шауну обустроить место для ночлега. Куцые кусты и груды осыпавшихся камней не особенно располагали к созданию мало-мальски приемлемого укрытия, но мы все же отыскали укромную площадку за скалами, расчистили ее от булыжников и постелили шкуры. Хотелось съесть что-нибудь горячее и питательное, но Согаль запретила разводить костер.
− Минеры нас не обнаружат, − сказала она. – Их охранные системы закрывают доступ к столице, им нет смысла контролировать перевал. Да и не пользуется им давно никто. Арки переноса безопаснее и удобнее во много раз. Зато здесь обитают те, кто запросто придут на запах еды.
В груди неприятно екнуло, но я постарался скрыть страх.
− Кто, например? – спросил я как можно безразличнее.
− Держи свою порцию хлебного плода и не забивай голову, − буркнула пигалица и всучила мне половину до тошноты надоевшего фрукта. – Сегодня можешь спать спокойно. А завтра будем молить Варта оградить нас от любых напастей.
Нисколько не успокоенный ее уклончивым ответом, я запихал в рот булко-подобный плод, чудом прожевал и обильно запил водой, лишь бы протолкнуть внутрь. У всех остальных поедание деликатеса особых проблем не вызывало, казалось, они даже удовольствие получают, до того у Шауна и Брины были довольные лица, когда Согаль выделила им по куску. Санита же сидела с отсутствующим видом и явно мыслями была далека от нас. Она машинально пережевывала, что дали, и хранила скорбное молчание.
Ночью сон никак не мог полностью завладеть мной, и я ворочался с боку на бок, не в силах дать истерзанному тревогами разуму полноценный отдых. Мне чудилось, что за нами издалека кто-то наблюдает, но подойти не осмеливается. Согаль предупредила, чтобы мы не вздумали выходить за пределы круга, созданного ею с помощью порошка, и я не мог отделаться от мысли, что за его пределами нас окружают жуткие монстры, обитающие в горах. Только когда небо слегка посерело, я смог наконец-то крепко уснуть.
Но девчонка подняла нас в такую рань, что я весь оставшийся путь до долины минеров находился между сном и явью, чуть ли не падая с волка каждый раз, когда ненароком прикрывал глаза.
Горная гряда осталась позади, перед нами открылась широкая впадина, окруженная со всех сторон заснеженными каменными хребтами и до отказа застроенная серыми зданиями с плоскими темными крышами. Мы находились на такой высоте, что сложно было разобрать архитектурные особенности этого города или полюбоваться местными диковинками, но одно строение сразу и безоговорочно завладело моим вниманием.
Огромный белокаменный дворец с округлыми башнями, увенчанными флагштоками и флюгерами, приковал к себе взгляд каждого из нас. Он будто прорастал из иного мира и иной эпохи прямо из-под земли в самом центре множества однотипных блеклых прямоугольных построек и казался только что найденной жемчужиной в залепленной грязью и водорослями раковине.
– Логово Повелителя, – процедила Согаль с таким презрением и ненавистью во взгляде потемневших бирюзовых глаз, словно Локин ей всю жизнь испортил, хотя я готов был поспорить, что она никогда не общалась с ним лично.
– Расплата близка! – проскрежетала надломленным голосом старуха. – Он ответит за страдания моей девочки!
Рейнка вздрогнула, посмотрела на нас, словно только теперь вспомнила, что мы рядом, смутилась и торопливо произнесла:
– Животных придется оставить здесь. Вон за тем выступом – вход в пещеру. Там начинается тоннель, он приведет нас к тюремной крепости. Звери не выдержат долго в темном и замкнутом месте. Лучше проститься сейчас.
Она отвернулась и свистнула Гира, который тут же спикировал к ней на локоть. Я подозвал Дикара и потрепал по холке:
– Погуляй здесь, дружище. Надеюсь, у нас все получится, и к тебе выйду уже не я, а твой настоящий хозяин.
Волк рыкнул и боднул меня огромной головой. В груди защемило, я опустился перед ним на колени и крепко обнял.
– Жаль, что у меня нет такого надежного и верного зверя, как ты, – шепнул я.
Дикар лизнул меня в лицо, перемазав пахучей слюной, я с печальной улыбкой снова погладил его и поднялся, чтобы следовать за Согаль. Она уже отпустила своего сокола и показывала Брине узкий заросший низким кустарником проход к пещере.
Чем дальше мы уходили по темному тоннелю, где несло сыростью и плесенью, тем тревожнее становилось на душе. Звуки наших шагов разлетались гулким эхом по бесконечному проходу и исчезали, теряясь в зловещем мраке. Мне мерещились шорохи то позади, то сбоку от нас. От этого сердце стучало все чаще, и не хватало воздуха, хотя здесь гулял сквозняк, и недостатка в кислороде мы уж точно не испытывали, ежась от холода.
Согаль уверенно шла первой, будто выросла в этом мрачном, унылом месте и не испытывала неудобства от долгого пребывания в земных недрах. Она несла подобранную возле входа палку, которую облила из пузырька с фиолетовой мерцающей жидкостью в самом начале пути, и озаряла дорогу этим своеобразным источником слабого, но все же света. Вот только его явно было недостаточно, чтобы вселить в нас чувство безопасности.
Брина и Шаун держались рядом со мной и поминутно прислушивались – видимо, им тоже чудились посторонние звуки. Санита плелась перед нами, сразу за девчонкой, и мы приглядывали, чтобы старая ведьма не натворила дел. Ее руки пришлось развязать, иначе анимка без конца спотыкалась и задерживала нас.
– Долго еще идти до крепости? – спросила Брина, передернув широкими плечами. – У меня такое чувство, что мы приближаемся к отхожему месту. Может, здесь недалеко выгребная яма?
Я принюхался и подавил рвотный позыв, воняло действительно скверно, и чем дальше, тем явственнее доносился до нас отвратительный запах. Согаль вдруг замерла посреди тоннеля, и мы чуть не налетели на нее сзади.
– Ты чего? – удивился Шаун.
– Тихо, – прошипела девчонка. – Кажется, мы набрели на могильник ашеров.
– Кого? – переспросил я, нутром чуя, что мы оказались по уши в тех самых нечистотах, которые так портили воздух.
– В Хрустальных горах водятся полуразумные существа, – зашептала она взволнованным голосом. – Они очень прожорливые и давно бы сожрали всех минеров до единого, если бы не охранная система. Ашеры не обладают магией и не могут разрушить защитные преграды.
– А могильник что такое? – выдавил Шаун, понизив голос.
– Место куда ашеры стаскивают добычу и хранят до определенного времени, – отозвалась Согаль, потихоньку идя дальше. – Они любят, чтобы еда была с душком.
Меня чуть не вывернуло от таких подробностей, и я счел за лучшее дышать ртом. Так хоть усиливающееся с каждым шагом зловоние не доводило до исступления.
Согаль двигалась осторожно, стараясь ступать бесшумно, мы тоже крались следом. Внезапно тоннель оборвался, и перед нами разверзлась чернота. Тусклый свет, что давала палка, не мог озарить достаточное пространство, и нам не удавалось разглядеть, куда мы попали. Но уходящая и вверх, и вниз темнота явно говорила о том, что здесь то ли пещера, то ли пропасть.
– Несет мертвечиной так, будто там склеп нескольких стай койотов, – прогнусавила Брина, зажимая нос.
– Т-с, – шикнула на нас Согаль. – Ашеры посещают могильник, только когда добыча будет готова к употреблению. Будем надеяться, что срок еще не подошел.
– Судя по вони, – буркнул я, – она вот-вот дойдет до кондиции, если уже не дошла.
Девчонка подошла к самому краю обрыва и поводила палкой по кругу, пытаясь осветить хоть что-нибудь.
– Здесь есть каменный выступ вдоль стены, – сообщила она результаты своего осмотра. – Мы можем пройти по нему и миновать могильник.
– А ты уверена, что этот выступ ведет на другую сторону провала? – с подозрением покосился на нее Шаун. – Может, лучше развернуться и найти другой путь? Нэ ровен час хозяева этой кормушки появятся, и тогда нам несдобровать.
Согаль бросила на него холодный взгляд из-под нахмуренных бровей и сказала:
– Другого пути нет. Если боишься, можешь вернуться и подождать у входа.
Шаун сжал челюсти с такой силой, что раздался скрип зубов, и процедил:
– Пошли уже. Чем дольше торчим здесь, тем больше шанс наткнуться на местных трупоедов.
Хоть я в полной мере и разделял мнение бритоголового, но высказываться не решился. Да и как тут вернешься, если другого способа отыскать Алису в этих проклятых горах нет. Брина тоже не проронила ни слова, но подрагивающие руки выдавали ее с головой. Санита же совсем ушла в свои внутренние переживания и, казалось, даже не слышала того, что мы обсуждали.
Согаль вытянула руку с палкой вперед, осветила выступ и скользнула на него, держась свободной ладонью за щели и неровности стены.
– Ступайте осторожно, один за другим, – прошептала она. – Ориентируйтесь за свои ощущения и свет.
Ловко переставляя ноги и руки, она начала продвигаться вперед. Я пошел следом, за мной – Санита, дальше – Брина, а Шаун замыкал нашу цепочку. Выступ оказался до того узким, что моя широкая стопа с трудом на нем умещалась. Благо хоть стена была сплошь исполосована продольными и поперечными углублениями, за которые я цеплялся и потихоньку полз дальше.
Непроглядная темень поглотила нас, и лишь то и дело вздрагивающая светящаяся палка служила маяком в этом безбрежном океане черноты.
Казалось, мы идем так целую вечность, хотя, скорее всего, и десяти минут не прошло, но я уже изнемогал от неудобного положения и неизвестности. Палка, которая теперь стала дороже всего на свете, все двигалась и двигалась, будто нам предстояло век болтаться над зловонной пропастью с горой трупов на дне.
– Я так нэ могу! – вдруг раздался жалобный всхлип Брины. – Они здесь! Я чувствую!
– Тише, тише, – прошептал в ответ Шаун, стараясь успокоить и ободрить ее. – Никого здесь нет. Сосредоточься на выходе отсюда. Скоро мы дойдем и окажемся в безопасности.
Но видимо, нервы у Брины сдали, и ее всхлипы перешли в истерические рыдания, при этом силясь их скрыть, девушка давилась слезами.
– Замолчите! – донеслось до меня шипение Согаль. – Слышите?
Мы разом притихли. Далеко внизу раздался неясный то ли писк, то ли свист, а потом – смачное чавканье. У меня тут же комок подкатил к горлу, и я сглотнул, борясь с тошнотой.
– Быстро за мной! – скомандовала девчонка, и я увидел, как впереди светящаяся палка начала трепыхаться все сильнее и сильнее в такт ловким движениям рейнки.
Я тоже постарался передвигаться как можно скорее, но узкий выступ ни в коей мере не способствовал этому, а потом вдруг светящийся ориентир замер, и в тишине, нарушаемой лишь звуками возни внизу, послышался полный отчаяния шепот Согаль:
– Это конец. Дальше выступ обрывается, и я не знаю, куда идти и сколько еще до противоположного края.
Внутри все сжалось от ощущения нависшей над нами катастрофы, а Брина вновь зарыдала, теперь даже не пытаясь этого скрыть. На дне пропасти больше не раздавалось чавканье, и в темноте я вдруг явственно увидел две пары фиолетовых огней, которые двинулись в нашу сторону.
– Согаль! – рявкнул я, борясь с подступающей паникой. – Как их отпугнуть?! Что вообще известно об этих тварях?!
Девчонка сквозь слезы принялась сыпать сумбурными фактами:
– Прожорливые, с острыми когтями и зубами, чешуйчатая плотная кожа, не обладают внутренней силой, откладывают яйца, быстро размножаются... Да они сущий бич для минеров! Спасают только охранки да энергосетки! Ну еще магические кристаллы, но у меня больше нет ни одного.
Она заревела и выставила перед собой палку, словно собиралась защититься с помощью нее от кровожадных монстров, и в неясном свечении я увидел двух ящероподобных существ. У них было тощее тело, сплошь покрытое темными чешуйками, длинный хвост, короткие когтистые лапы и вытянутые морды с приплюснутыми носами и фиолетовыми раскосыми глазами.
Они карабкались по стене, цепляясь когтями за камни, но, завидев источник света, шарахнулись в сторону и истошно завизжали, обнажив полные острых зубов пасти.
– Койот меня задери! – потрясенно выдохнул Шаун. – Вот уроды! Жаль здесь места мало, а то бы они нэ ушли от моей кувалды в пылу схватки!
– Точно! – осенила меня светлая мысль. – Анимы же обладают даром приручать животных! Подпусти их поближе и повлияй!
Здоровяк с обидой огрызнулся:
– Сам подпускай! Я нэ притронусь к этим тварям. Ты хоть представляешь, каково это – наладить контакт с падальщиком? Тебя словно в дерьмо с головой окунут, а ты еще и контроль должен удерживать. Лучше сдохну, но буду отбиваться кувалдой до последнего.
– Да ты... – начал было я, но истошные рыдания Брины заглушили мои слова, и пришлось умолкнуть.
Но тут я сообразил, что она-то как раз и есть рычаг влияния на упертого бритоголового, и выпалил:
– И что?! Ты готов увидеть, как они сбросят Брину на дно этой ямы и загрызут?! Я бы сам попробовал повлиять, но не думаю, что смогу быстро и правильно все сделать. Олифана тут нет, а у меня знаний не так и много.
Шаун выругался сквозь зубы и буркнул:
– Ладно, но обещай, что спасешь Брину при любых раскладах.
– Все сделаю! – горячо заверил я, истово надеясь, что он справится.
– Согаль, убери свет, – велел он.
Рейнка спрятала палку, и теперь в полной темноте мы видели лишь четыре горящих глаза, которые медленно, с опаской надвигались на нас.
Сердце колотилось где-то в горле и, казалось, вот-вот выскочит наружу. Ашеры подбирались все ближе, а Шаун, как назло, медлил. И вот когда они были у самых наших ног, я услышал сдавленный хрип и скрежет когтей о каменную стену. Видимо, Шаун изловчился и схватил монстров за тощие шеи.
– Нэ может быть! – воскликнул бритоголовый. – Да ведь это еще совсем молодые особи! Их впервые отпустили из гнезда к кормушке одних. Нам несказанно повезло! Им стало любопытно, и они поползли взглянуть, кто это тут шумит. Они вывезут нас отсюда!
– Ух! – задохнулся я от облегчения, но больше ничего внятного выразить не смог.
Зато Согаль быстро вернула себе самообладание.
– Ты уверен? – спросила она. – Минеры всегда уничтожали ашеров, приручать даже не пытались. Слишком уж опасны.
– Ну и зря, – с обидой в голосе отозвался Шаун. – Им здесь просто еды нэ хватает. Раньше они питались особыми кристаллами, но потом их стало слишком мало, и пришлось искать замену. Гнилое мясо хоть как-то подходит для вскармливания малышей, а взрослые вообще голодают.
– Поразительно! – проговорила Согаль с воодушевлением. – Это обязательно нужно будет учесть.
– Все потом, – сказал довольным голосом здоровяк. – Идите ближе ко мне. Я вас усажу на ашеров, и они доставят нас, куда нужно.