Глава 22
Олег
Алиса и Согаль проснулись раньше меня и успели позавтракать. Я же с трудом разлепил глаза, умылся, быстро запихал в рот уже успевший надоесть хлебоподобный плод и позвал Дикара:
– Ну что, дружище? Домчишь нас до ближайшего поселения?
Волк коротко рыкнул, и мы взгромоздились ему на спину.
День выдался пасмурный, но солнце все же время от времени проглядывало сквозь плотную пелену облаков и радовало нас своими яркими лучами. Алиса казалась чересчур задумчивой, румянец на ее щеках потух, а губы то и дело плотно сжимались, но на мой вопрос о том, что с ней творится, она лишь отмахнулась. И что ей не так? Вчера вроде было все в порядке.
В памяти всплыло воспоминание о том, как я обнимал ее перед сном и наслаждался сладковатым запахом и теплом стройного тела. Мне тут же захотелось прижать ее к себе, и я положил руку ей на живот, но она сбросила ее и тоном учительницы младших классов заметила:
– Не надо так делать, мы можем упасть.
Сжав челюсти до зубного скрипа, я убрал руку. Хочешь как лучше, а ей все не так и не эдак.
Поселение анимов показалось вдали только ближе к обеду. Нам пришлось спешиться, скрыться в высокой траве и пробираться к нему пригнувшись.
Многочисленные разноцветные шатры раскинулись вокруг толстенного столба, увенчанного головой волка. Женщины и мужчины сновали туда-сюда, перетаскивая громоздкие вещи, громко окликали друг друга и весело переговаривались. Дети носились от шатра к шатру, сверкая зелеными голыми задами, и изображали животных и птиц. Казалось, что здесь к чему-то готовятся.
Согаль указала на огромный камень посреди поля на некотором отдалении от крайнего шатра:
– Вон жертвенник. Только нам не повезло – сегодня празднуют рождение нового члена поселения. На закате шаман совершит обряд посвящения младенца создателю, и родители принесут свои дары Варту. Придется ждать, когда все соберутся за столом и начнут отмечать.
– И чем мы будем столько времени заниматься? – пробурчал я, уже порядком устав ползать по полю согнувшись в три погибели.
– Прежде всего, найдем более подходящее место, – отозвалась девчонка. – Здесь на нас могут наткнуться. Вон те заросли густой травы вполне подойдут. – Она указала налево, и я заметил темно-зеленый клочок земли, где стеной стоял высокий бурьян. – Ну и, думаю, стоит отправить Дикара на охоту. Дождемся темноты и оставим подношение на камне.
До вечера нам пришлось валяться среди толстых стеблей разросшихся сорняков. Выбранное Согаль место оказалось чьим-то заброшенным огородом, где давным-давно никто ничего не выращивал. Я успел вздремнуть, а когда проснулся, Дикар уже приволок в зубах окровавленную тушу косули.
– Ужас какой! – содрогнулась Алиса и отодвинулась подальше. – Убери от меня эту гадость.
– Это не гадость, а добыча, – многозначительно протянул я и погладил волка. – Молодец, дружище! Спасибо тебе.
Дикар снисходительно посмотрел на девушек и оскалил перемазанную в крови морду.
– Ну и вид у тебя, – скривилась Алиса и отвела взгляд. – Аж жуть берет.
– Тише вы, – шикнула на нас Согаль. – Кажется, начинается.
Мы замерли и уставились на толпу анимов, выходившую в степь. Мужчины и женщины в нарядных светлых одеждах из шкур животных следовали за молодой парой, державшей на руках младенца. Впереди всех шел пожилой аним с подернутыми сединой длинными волосами, убранными в косу, и нес здоровенное блюдо с громадными кусками разделанной туши какого-то крупного животного. Согаль кивком указала на него и сказала, что это старейшина поселения.
Анимы напевали веселую песню зычными голосами, и многочисленная ребятня носилась вокруг взрослых, разбавляя разудалый мотив своими возгласами. Из поселения потянуло ароматом хорошо прожаренного мяса, и у меня тут же заурчало в животе. Алиса с сочувствием покосилась на меня, но сразу отвернулась и принялась разглядывать шамана.
Он стоял возле камня. Его мощную фигуру скрывал пестрый балахон, шею унизывала сотня цветастых бус, на запястьях болтались позвякивающие браслеты, а черные волосы свисали чуть ли не до поясницы. Шаман встретил старейшину, забрал у него блюдо с подношением, водрузил его на жертвенник и затянул заунывный речитатив. Анимы опустились на колени и склонили головы, даже дети перестали играть друг с другом и присели возле родителей.
Шаман взял пищащего младенца, нарисовал на его лице, руках и ногах завитушки красной краской и воскликнул:
– Всемогущий Варт, прими этот дар и благослови Нада, сына Маниды и Сухана! Осени будущего охотника своей милостью и пошли ему крепкую руку, открытое сердце и мудрую душу.
Он поднял голосящего ребенка над жертвенником и запел, и все жители подхватили эту песню. Вдруг камень засветился, да так ярко, что на мгновение ослепил всех вокруг. Когда же сияние померкло, блюдо на камне опустело, а младенец на руках у шамана умолк.
– Создатель принял ваше подношение! – возвестил местный служитель культа. – Да растет Над на радость родителям и на благо поселения!
Анимы поднялись с колен и загомонили на все лады, широко улыбаясь, каждый подходил, обнимал молодых родителей и поздравлял с обрядом посвящения их сына. Старейшина пригласил всех на праздник, и жители двинулись к столбу с головой волка, вокруг которого накрыли столы с угощением.
– Теперь самое время и вам принести свою жертву, – сказала Согаль, когда окончательно стемнело, и анимы принялись под бой барабанов скакать вокруг ярко пылающего костра.
– А нас не заметят? – забеспокоилась Алиса.
– Вряд ли, – отозвалась девчонка. – Настойка дикой рналы сделала свое дело, дети степи будут теперь веселиться до рассвета.
Она встала с земли и повела нас к камню. Я прихватил с собой косулю и положил ее на жертвенник.
– Да услышит всемогущий Варт ваши молитвы! – торжественно произнесла Согаль и отошла в сторону.
Я посмотрел на застывшую Алису и шепнул:
– Ну и что нам теперь делать? Что-то Варт не торопится прибежать и съесть подношение.
– Давай встанем вот здесь и вытянем руки, – ответила она, опускаясь на колени перед камнем и укладывая на него ладонь.
Закатив глаза, я устроился рядом с ней и тоже положил руку с браслетом на теплую поверхность жертвенника.
– Всемогущий Варт, – начала Алиса подрагивающим голосом, – прими, пожалуйста, этот дар и помоги нам освободить заточенные в браслетах души твоих детей.
И только она произнесла последние слова, как нас охватило исходящее от камня свечение, и я увидел огромного призрачного волка, будто сотканного из сияющих зеленоватых нитей. Он проглотил косулю с один присест, облизнулся и склонил морду к нашим рукам. У меня сердце в пятки ушло от страха, но зверь лишь захватил подвески в форме головы волка и отцепил их с браслетов. Он грозно зарычал, разгрыз висюльки и выплюнул на землю мелкие крошки, которые тут же вспыхнули, обратились в пепел и развеялись налетевшим порывом ветра.
Призрачная фигура волка оскалилась и растаяла в ночной тьме, сияние угасло, а мы с Алисой так и стояли на коленях и держались за руки, потрясенно глядя друг другу в глаза и не веря в то, чему мгновение назад стали свидетелями.
– Варт принял ваше подношение! – подбежала к нам счастливая Согаль. – Это великая милость! Вам осталось только добраться до его Святилища в Хрустальных горах, и тогда вы освободитесь.
Мы все вместе засмеялись от переполнявшей душу внезапной радости и пошли к высокому бурьяну, где ждал нас Дикар. Переход к подножью гор решили отложить до утра.