Нежность
Наши дни.
...Она убрала руку и направилась к выходу, оставив Барыша одного в туалете, погруженного в глубокие раздумья. Этот разрыв был не столько о нём и Эврим, сколько о нём самом.
Барыш вдруг понял, что дело не в том, чтобы «вернуть её» для галочки и собственного удовлетворения, а в том, чтобы доказать себе, что он способен на глубокое, искреннее чувство.
Он хочет быть способным на перемены и честность, о которой так часто говорил ей.
В голове всё еще крутились обрывки ее слов, полные разочарования и усталости, пронзающие его итак разбитое сердце.
Может, дело не в том, что он говорил, а в том, кто он есть?
А он, в ее глазах, мужчина, запутавшийся в своей жизни, не способный на настоящую преданность и поступки.
***
Айше, всё ещё сидевшая за столиком в ожидании мужа, то и дело оборачивалась в сторону, куда ушёл Барыш. Вместо него, к своему удивлению, она встретилась взглядом с Эврим. Та нервно потирала руки, словно пыталась вернуть себе уверенность, которую явно потеряла, а в её глазах читалось какое-то волнение.
Они обменялись мимолетными улыбками, и Айше поспешно отвернулась. А через пару минут подошел Барыш, как всегда, с легкой, возможно, дежурной улыбкой на лице. Сказав очередную шутку, он присел, взял вилку и продолжил кушать. Вроде бы, все как обычно, но она заметила в нем перемену, и взгляд...,который был направлен куда то сквозь нее.
— Дорогой, – начала она, стараясь звучать как можно более непринужденно. — Завтра у тебя съемки с Эврим, кажется? – Айше прекрасно знала ответ, но реакция Барыша при упоминании её имени сказала даже больше, чем она ожидала.
— Да.
— Я бы хотела приехать. – сказала Айше, и в этом предложении звучал скорее вызов, чем простое желание составить ему компанию. — Давно не видела Эврим и команду.
— Хорошо, поедем вместе. – улыбнулся Барыш, — Ты совсем не ешь, тебе не понравилась кухня?
— Нет, все в порядке, просто не хотела кушать без тебя. – склонив голову, она еще раз пристально посмотрела ему в глаза.
И, не обнаружив там даже намека на
обман или волнение, она на мгновение успокоилась, вновь укорив себя за излишнюю подозрительность.
— Кстати, вон за тем столом, – она слегка кивнула головой в сторону столика позади них, — Эврим. Кажется, у неё кто-то появился. Выглядит очень счастливой, или мне кажется?
— М? – Барыш бросил мимолетный взгляд в сторону Эврим, на секунду задерживаясь на её спине, а затем скользнул по лицу её спутника, озаренному улыбкой. — Не знаю, наверное, – произнес он, пожимая плечами. В его голосе не было ни интереса, ни удивления, лишь какая-то нарочитая безразличность, которая, как назло, насторожила Айше ещё больше.
— Ну хорошо, завтра поболтаю с ней. – заключила она, наконец закрывая эту тему.
Эврим, откинувшись на спинку стула, взяла бокал с вином и, сделав небольшой глоток, с напускным вниманием посмотрела на Керема – её коллегу по спектаклю, который с самого начала их совместной работы очень настойчиво оказывал ей знаки внимания. Пару раз она позволяла ему проводить себя до дома, и вот спустя время, они на их, так называемом, "первом свидании".
Изначально она понимала, что это была, мягко говоря, не лучшая идея, но после случайной встречи с Барышем в уборной, Эврим почувствовала, что вечер окончательно и бесповоротно испорчен. Ощущать его взгляд на себе, чувствовать его присутствие так близко, но не иметь ни единой возможности подойти и заговорить – настоящая пытка, которую она едва выдерживала.
— Тебе здесь не нравится? –Керем поддался вперед, пытаясь взять ее руку.
Поспешно отодвигая ее, Эврим выпила еще немного вина, словно ища в нем утешение и храбрость, прежде чем ответить:
— Я устала, сегодня были шестичасовые съемки, наверное, поеду домой. Прости, может, увидимся в другой раз? – произнесла она с натянутой улыбкой, чувствуя себя виноватой перед Керемом, но абсолютно неспособной притворяться дальше.
— Эврим, что то случилось у тебя? Ты совсем без настроения, хотя когда мы приехали, ты была бодра и даже настроена на этот вечер положительно. Ты можешь мне доверять, мне показалось, что в последнее время мы стали хорошими друзьями.
Эврим тяжело вздохнула, глядя на Керема виноватым взглядом. Он был действительно хорошим человеком, искренне заботился о ней во время работы, и она чувствовала себя ужасно, используя его сейчас, пусть даже и не специально.
— Последние дни..– начала она, подбирая слова, — Я чувствую себя какой-то потерянной и растерянной. Ты не подумай, дело не в тебе, и не в вечере. Просто... обстоятельства сложились так, что сейчас мне очень трудно быть где-либо, кроме как дома, наедине с собой. И мне очень жаль, что так получилось. Поверь, я ценю нашу дружбу.
— Конечно, я попрошу счет, а после отвезу тебя. – подняв руку, он подозвал официанта. — И даже не спорь, одну я тебя не отпущу.
***
Подъезжая к локации, Эврим припарковала автомобиль и, заглушив двигатель, потянулась за сумочкой. Подняв голову, она заметила Барыша, что было для нее неожиданностью - он впервые на её памяти приехал раньше нее. Рядом с ним, мило улыбаясь, стояла Айше. Она что-то оживленно рассказывала, судя по всему, одновременно и Барышу, и Шебнем, увлеченно жестикулируя. Вся эта идиллия почему-то неприятно кольнула Эврим в сердце.
— Эврим! – услышала она радостный голос Айше, которая словно почувствовала её присутствие и не дала ей сразу ускользнуть в свой караван. — Дорогая, привет!
— Добрый день! – улыбаясь, Эврим крепко обняла Айше и Шебнем, стараясь не выдать ни капли своего внутреннего напряжения. Барышу она лишь сдержанно кивнула в знак приветствия и тут же поспешно перевела взгляд обратно на дам, стараясь избежать зрительного контакта.
Обменявшись дежурными фразами и улыбками, Эврим, сославшись на нехватку времени и необходимость подготовки к съемкам, поспешила уйти в свой трейлер, предвкушая мучительно долгий и полный невысказанных слов день.
Поправляя последние штрихи макияжа, Эврим, бросив взгляд на время, которое неумолимо приближало начало съемок, присела на диванчик, чтобы немного расслабиться и полистать социальные сети, отвлекаясь от навязчивых мыслей, которые атаковали ее со вчерашнего вечера.
— К Вам можно, Эврим ханым? – не дожидаясь ответа и не постучавшись, Барыш уже входил внутрь. — Не мог оставить тебя без кофе, ты так быстро убежала от нас.
— Спасибо, – стараясь скрыть удивление, Эврим отложила телефон и взяла протянутый стаканчик, сделав небольшой глоток, пока Барыш устраивался рядом с ней на диване. — Где оставил Айше? Неужели она позволила тебе убежать от ее зоркого ока?
— Болтает с режиссером, — пожал плечами Барыш.
— Я так давно ее не видела, не считая вчерашнего вечера, конечно. — В голосе Эврим прозвучала едва уловимая ирония, которую Барыш проигнорировал. Она украдкой наблюдала за ним, пытаясь понять, о чем же он постоянно думает, находясь в ее обществе.
Эврим почувствовала неловкость, накрывшую ее с головой. Вчерашний их короткий и напряженный разговор в уборной ресторана, казалось, оставил горький отпечаток не только в ее душе, но и задел Барыша. Поддавшись внезапному порыву, она мягко коснулась его руки, затем нежно сжала её, словно извиняясь за резкие слова, и, прикрывая глаза, положила голову ему на плечо. Ей просто необходимо было хоть на мгновение ощутить его близость, почувствовать его тепло и забыть обо всем на свете.
Он не стал слишком сближаться, оставив немного пространства, чтобы не смутить ее, но так, чтобы она чувствовала его поддержку и близость. Он как бы подстроился под её движение, создавая комфортную атмосферу и давая понять, что готов принять ее спонтанное проявление чувств, хотя у самого уже бушевал целый ураган, унося в прекрасные воспоминания..
***
Январь, 2025
— Ну что, Эва, неужели сегодня нашим бедняжкам предстоит примирительное кино? — лукаво вскинув брови и небрежно откинувшись на спинку дивана, Барыш, как обычно, расположился в караване Эврим, пока та внимательно изучала сценарий, потягивая свой любимый кофе. Он чувствовал себя здесь как дома, и это немного его тревожило.
— Я смотрю, это твоя любимая сцена. Говоришь о ней уже целую неделю, — закатывая глаза и слегка краснея, Эврим улыбнулась, понимая, что и ей не терпится приступить к работе над этими эпизодами.
— Там я смогу тебя поцеловать на глазах у всей съемочной группы, пусть и для кадра. Разве это не прекрасно? — поддразнил он её, игриво сверкая глазами.
— Только ты не увлекайся, пожалуйста. Помним, что поцелуй должен быть максимально убедительным, но при этом оставаться профессиональным, — со всей строгостью ответила Эврим, стараясь скрыть волнение, которое мгновенно охватило ее при одной мысли о предстоящем поцелуе.
— Разумеется, Эврим ханым, и вы, пожалуйста, держите себя в руках, — иронично ответил Барыш, приближаясь к ней сзади. Он нежно чмокнул ее в макушку, отчего по всему ее телу пробежала приятная дрожь.
Затем, наклонившись к ее уху и обдав шею теплым дыханием, он тихо прошептал:
— Я очень постараюсь вас не смущать, но ничего не обещаю. Думаю, будет трудно сдержаться, особенно когда твои губы будут так близко.
Она покраснела. Ее красноречивый взгляд, полный одновременно и смущения, и тайного желания, не мог укрыться от внимательного взгляда Барыша.
Он усмехнулся, любуясь ее реакцией. Ему нравилось видеть, как он легко может смутить ее, как ее тело реагировало на его прикосновения и слова. Это было своего рода игрой, в которой они оба участвовали, поддаваясь взаимному притяжению, которое, казалось, не ослабло со временем, а лишь усилилось.
Он отстранился, оставив ее наедине со своими мыслями и вновь склонился над сценарием, словно ничего и не произошло. Но в воздухе витало напряжение, которое невозможно было не почувствовать.
***
— Я скучал по тебе... – прошептал Барыш, и его ладонь нежно легла на ее щеку, очерчивая скулу легким поглаживанием.
— Я тоже скучала по тебе... – ответила она едва слышно, и весь ее взгляд был прикован лишь к его губам. Они были так близко, такие манящие...
Весь ее разум уже растворился в предвкушении поцелуя, который они переснимают уже в третий раз, и который, кажется, никак не получается таким, каким он должен быть. То ли из-за волнения, то ли из-за слишком сильного желания.
Приблизившись еще немного, Барыш заглянул ей прямо в глаза, словно ища в них подтверждение, спрашивая готова ли она сыграть это в последний раз. И, получив ее негласное одобрение, он, наконец, нежно накрыл ее губы своими. Его поцелуй был таким нежным, теплым и умиротворяющим, словно залечивал все раны ее героини, и говорил все те слова, которые никак не мог произнести вслух, наяву.
Но, словно повинуясь какой-то внутренней силе, поцелуй становился все глубже и страстнее. Барыш притянул ее ближе, прижимая к себе, словно боялся отпустить. Эврим обхватила его шею руками, отвечая на его поцелуй с той же жаждой и отчаянием, на которую была только способна.
— Стоп! Снято!
Барыш и Эврим отпрянули друг от друга, тяжело дыша, пытаясь скрыть смущение, окатившее их с головой.
— Прекрасно, ребята! — воскликнул режиссер. — Это было просто великолепно! Вот это я понимаю – химия! Как раз то что нужно, после длительного перерыва в вашей паре!
Эврим, всё ещё задыхаясь от переизбытка чувств, поспешно поднялась с дивана, на котором только что разворачивалась их сцена. Она, стараясь казаться непринуждённой, отошла к окну, чтобы хоть немного прийти в себя и восстановить дыхание.
Снимать сцены, где они просто болтали в кафе, обмениваясь ничего не значащими фразами, казалось забавой по сравнению с тем, что произошло сейчас. Переходить эту тонкую, едва ощутимую черту личных границ на людях, за которой скрывались страсть и взаимное влечение, оказалось невероятно сложно и опасно. Ей было страшно от того, насколько легко она потеряла контроль и как сильно ее захлестнули эмоции.
****
Прохладный вечерний ветер трепал ее волосы, пока Эврим, обнимая себя руками, в задумчивости стояла около автомобиля Барыша, терпеливо ожидая, пока тот докурит сигарету.
Он снова предложил ее подвезти, и это уже вошло в привычку, став своеобразным ритуалом или их маленьким секретом.
Даже если она заканчивала работу позже него, он всегда находил способ заехать за ней после окончания своих дел и ждал её в укромном местечке, подальше от глаз коллег, чтобы не привлекать лишнего внимания и не вызывать сплетен.
— Поехали, – сказал он, и они оба опустились в автомобиль, погружаясь в привычную тишину и уединение. — Не хочешь поужинать где-нибудь?
Эврим на мгновение задумалась. Ей действительно хотелось провести с ним еще немного времени, но мысль о людях вокруг, о случайных свидетелях, заставляла ее колебаться.
— Хочу, честно говоря, голодна как никогда. Но, я бы лучше поела дома. Можешь присоединиться, если не против.
Барыш бросил на нее быстрый взгляд, в котором пробежал нескрываемый интерес и... облегчение?
— Согласен, — улыбнулся он. — Что предпочитаешь? Пицца, суши, что-то более изысканное из ресторана?
— Что-нибудь простое, но вкусное, — ответила Эврим, чувствуя, как в груди разливается тепло. — Может быть, итальянскую пасту? Ты, кажется, как-то рассказывал, что неплохо ее готовишь.
— Ну и ну, Эврим ханым, значит, шеф-повара на дом пригрели, да еще и на бесплатной основе? — с усмешкой проговорил Барыш, сворачивая к ближайшему магазину. — Тогда забежим за продуктами, а после продемонстрирую тебе свои таланты.
Войдя в квартиру, Эврим почувствовала себя немного спокойнее, в своем уютном уголке она могла расслабиться и быть самой собой. Она переоделась в домашнюю одежду и вышла на кухню, на которой уже стоял Барыш с закатанными руками, колдуя над продуктами.
Эврим достала из шкафа бутылку вина и два бокала.
— Надеюсь, ты не против? — спросила она, протягивая один бокал Барышу. — Немного расслабиться после такого напряженного дня нам точно не помешает.
— Я же за рулём, — с виноватой улыбкой ответил Барыш, взглянув на нее.
— Ах да, совсем из головы вылетело, — проговорила она, слегка покраснев. — Ну тогда я буду пить за нас двоих, тебе же не жалко?
— Конечно, нет, — рассмеялся Барыш. — Наоборот, буду только рад, если ты немного расслабишься и повеселишься. А я пока займусь готовкой.
Это был теплый и душевный вечер двух людей, явно неравнодушных друг к другу. Они без умолку обсуждали жизнь, делясь своими мыслями и чувствами, с удивлением отмечая, как сильно совпадают их взгляды на многие вещи. Барыш с присущим ему юмором разряжал обстановку шутками, а Эврим, подхватывая его настроение, остроумно добавляла свои комментарии, создавая атмосферу непринужденности и легкости. Между ними искрило, и это чувствовалось в каждом слове, в каждом взгляде.
После ужина, Эврим, словно очнувшись, первой поднялась из-за стола. Она начала собирать пустые тарелки, и подошла к раковине, открывая кран с водой, готовая приступить к мытью посуды. Этот бытовой момент, казалось, немного приземлил их обоих, вернув в реальность.
Не успела она закончить, как почувствовала его присутствие рядом. Обернувшись к Барышу, она слегка испугалась, ощутив, как мало между ними пространства.
— Ты такая другая, когда дома, Эврим, — вдруг сказал он, не отрывая от неё взгляда.
— Какая? — Эврим вопросительно приподняла бровь, слегка наклонив голову.
— Нежная?— наконец произнес он, скорее утверждая, чем спрашивая.
— Это вопрос? — усмехнулась Эврим, стараясь скрыть волнение.
— Скорее, констатация факта, — прошептал он, сделав еще один едва заметный шаг вперед. Теперь между ними оставалось лишь несколько дюймов, и Эврим чувствовала, как учащается ее пульс.
Он поднял руку и невесомо коснулся ее щеки кончиками пальцев. Эврим затаила дыхание. От этого прикосновения по ее телу пробежала дрожь.
И прежде чем Эврим успела хоть что-то сказать или сделать, он нежно коснулся ее губ своими. Это был легкий, едва ощутимый поцелуй. Но даже это мимолетное касание зажгло внутри нее целый фейерверк эмоций и чувств.
Он обхватил ее талию, притягивая ближе, чтобы она почувствовала его всем телом – тепло, силу, желание. Ее руки скользнули к его затылку, вплетаясь в волосы, крепко удерживая его.
— Может останешься? – сказала она, отстраняясь и заглядывая ему в глаза.
——————————————————
Ну чтожжж, готова к вашим впечатлениям в комментариях🫶🏻
Спасибо всем за прочтение и терпение! А так же за ваши чудесные реакции ❤️🔥
Честно говоря, сейчас я сама немного в замешательстве от написанного, пока я буду в раздумьях над тем, куда сворачивать сюжет, жду ваших отзывов, спасибо Вам за поддержку 💋