Сделка.
Декабрь 2024
Ее сердце бешено колотилось, а в его глазах, вопреки ее ожиданиям, не было ни упрека, ни осуждения. Только восхищение, жажда и, самое страшное - надежда. Надежда, которую она не могла позволить себе. Или могла?
Ей хотелось вырваться из его объятий, бежать без оглядки, исчезнуть, чтобы больше никогда не видеть его лица, но ноги, словно прикованные, не слушались. Она чувствовала себя пойманной в ловушку, которую сама же себе и создала.
— Эврим..– выдохнул он, вглядываясь в ее лицо, будто ища повод остановиться.
Но учащенное дыхание и легкий румянец выдавали ее желания с головой, чем вызвали у Барыша легкую ухмылку.
Облокотившись о стену отеля, она взялась за голову, не веря себе. Не веря, что все это происходит. Снова спустя почти полгода.
В груди у Эврим нарастало волнение, смешанное со страхом и безумным желанием. Она прекрасно понимала, что обязана сейчас сказать «нет», но вопреки всем здравым мыслям, слова так и не смогли вырваться.
Барыш прикоснулся к ее щеке, большим пальцем нежно очерчивая скулу. И когда в его глазах она увидела отражение собственных желаний, страсть, которую он так долго сдерживал, Эврим сдалась.
Все доводы разума, все предостережения рассыпались в прах под напором безумных чувств. Губы Барыша коснулись ее губ, сначала робко и неуверенно, словно спрашивая разрешения, а затем – с нарастающей страстью, с жаждой, которая крутилась в нем уже давно.
Ее руки непроизвольно поднялись, обхватывая его шею, притягивая Барыша еще ближе. И он ответил на этот безмолвный призыв, углубляя поцелуй, и их тела, до этого момента скованные нерешительностью, наконец соприкоснулись. Каждый нерв в ее теле нежно трепетал, отзываясь на его прикосновения. И это было неправильно, безрассудно, но в этот момент Эврим не могла думать ни о чем другом, кроме как об этом поцелуе, об этом мужчине, о той безумной страсти, которая их захлестнула.
— Пойдем ко мне в номер, – прошептал он, отрываясь от нее и снова заглядывая в глаза, всё еще ища в них сомнения. В голосе звучало не только желание, но и какая-то мольба, словно он нуждался в ее согласии, чтобы окончательно решиться на этот шаг.
В его взгляде Эврим уловила тень страха перед последствиями разрушить то, чего у них итак не было, но образовывалось вновь.
Слова застряли в горле, уступая место безумному желанию быть с ним, здесь и сейчас.
Молчание стало ее ответом, недвусмысленным приглашением, которое Барыш так отчаянно хотел услышать. И в этот момент, увидев в ее глазах готовность, Барыш взял ее за руку и повел за собой, в неизвестность, в комнату, где им предстояло переписать правила их игры.
Номер встретил их полумраком и тишиной, нарушаемой лишь их учащенным дыханием. Барыш закрыл дверь, не отпуская ее руки, и снова притянул Эврим к себе. Поцелуй возобновился, еще более страстный и требовательный, чем прежде. В нем было все: и признание, и отчаяние, и надежда на что-то большее.
Он отстранился, и, глядя в ее глаза, нежно провел рукой по ее щеке.
— Ты уверена? – прошептал он. Этот вопрос был последней возможностью для Эврим отступить и последней попыткой Барыша убедиться, что они оба готовы к тому, что сейчас произойдет.
— А ты? – сверкнув глазами, она слегка оттолкнула его, ожидая ответ. В ее голосе звучал вызов, смешанный с нескрываемым волнением. Она не хотела брать на себя всю ответственность за этот шаг, ей нужно было понимать и его мотивы.
Барыш замер на мгновение, словно обдумывая ее вопрос. В его глазах, в отличие от ее, не было ни тени сомнения, лишь решимость и страсть. Он снова приблизился к ней, нежно провел рукой по ее щеке и прошептал:
— Больше, чем ты можешь себе представить.
С этими словами он снова прильнул к ее губам, не давая ей времени на раздумья. Она ответила на его поцелуй с такой же страстью, с такой же жаждой, растворяясь в нем без остатка. Ее руки скользнули по его плечам, притягивая ближе, и мир вокруг перестал существовать.
Барыш, отстранился от ее губ, чтобы она смогла отдышаться, пока его руки крепко держали ее за талию, словно боясь отпустить.
Его губы скользили по ее коже, оставляя за собой огненный след нежности и желания. Эврим ощущала, как внутри нее разгорается пламя, как каждое прикосновение Барыша пробуждает в ней что-то новое, что-то давно забытое. Она закрыла глаза, позволяя себе погрузиться в этот момент, забыв о времени и обо всем, что было до этого и будет после.
— Ты прекрасна, — произнес он тихо, отрываясь от ее шеи. В его взгляде читалось не только инстинктивное притяжение к этой женщине, но и искреннее восхищение ею. — Я никогда не думал, что смогу снова так чувствовать.
Эврим улыбнулась, чувствуя, как ее сердце наполняется теплом. Она знала, что этот момент уникален и что между ними опять возникла особая связь, которую не так легко будет разрушить или забыть.
— И я тоже, — ответила она, прижимаясь к нему. — Все, что происходит сейчас, кажется таким нереальным.
— Давай не будем спешить, — произнес он, отстраняясь и внимательно глядя на нее. — Давай просто наслаждаться этим моментом.
Она кивнула, и в их взглядах промелькнуло тихое понимание.
Поцелуй между ними стал более нежным и ласковым, словно они боялись спугнуть то хрупкое чувство, что зародилось между ними. Барыш осторожно расстегивал пуговицы на блузке Эврим, кончиками пальцев касаясь ее кожи, от чего по телу пробегала легкая дрожь. Она отвечала ему тем же, нежно освобождая его от рубашки. Ткань скользнула на пол, оставляя их обнаженными друг перед другом.
Подхватив Эврим на руки, Барыш бережно уложил ее на кровать. Он жадно изучал каждый миллиметр ее кожи, каждым прикосновением словно запечатлевая ее в своей памяти. Эврим отвечала ему тем же, тянулась к нему, касаясь губами его шеи и плеч, чувствуя, как его тело напрягается от ее ласк. В этот момент оставались только они двое и всепоглощающая страсть, которая безудержно влекла их друг к другу.
Барыш, опираясь на руку, внимательно рассматривал Эврим, не скрывая своего восторженного взгляда. Он касался ее кожи с таким трепетом, словно боялся ее сломать. Эврим, в свою очередь, отвечала ему томным взглядом, полным желания и нежности. Она тянулась к нему, ища его прикосновений, жаждая его чувств.
В тишине комнаты слышалось только их учащенное дыхание и тихое биение сердец, бьющихся в унисон.
Их тела сплелись в едином порыве страсти, теряясь во времени и пространстве. В этот момент не существовало ничего, кроме них двоих, кроме их желания, кроме их всепоглощающей близости.
Они двигались в унисон, их дыхание сливалось воедино, их сердца бились в одном ритме. Они были вместе, здесь и сейчас, в этом мгновении безумства, и ничего больше не имело значения.
Кульминация наступила внезапно, захлестнув их обоих волной неистового удовольствия. Они замерли в объятиях друг друга, тяжело дыша, чувствуя, как их тела дрожат от напряжения.
Лишь спустя какое-то время, когда дыхание выровнялось, Барыш медленно отстранился и посмотрел на Эврим. В его глазах читалась нежность, смешанная с виной. Он знал, что перешел черту, что эта ночь навсегда изменит их отношения. Но, глядя на нее сейчас, такую красивую и умиротворенную, он ни о чем не жалел.
****
Сделав глубокий вдох, Эврим открыла глаза и встретила наступающий день с твердым взглядом, стойко принимая последствия своего вчерашнего выбора. Больше не было места сомнениям или сожалениям. Что сделано, то сделано.
Аккуратно высвободившись из-под его руки, она тихо встала с кровати, стараясь не разбудить Барыша. На полу небрежно лежала ее одежда, которую она подобрала, сложила их на кресле, а после направилась в ванную.
Ей нужен был душ, привести мысли в порядок и понять, как им вернуться к прежней жизни на этот раз.
***
— Ты еще тут? – открыв глаза, Барыш лениво потянулся и взглянул на Эврим, которая только вышла из ванны.
— Ожидал что я уйду не попрощавшись? – завязывая халат потуже, она вскинула брови и еле заметно улыбнулась. В ее голосе звучала легкая ирония, призванная разрядить напряженную атмосферу, но Барыш чувствовал, что за этой маской скрывается что-то гораздо большее. — Это было бы не вежливо.
Барыш приподнялся на локте, внимательно наблюдая за ней.
— Эва, – начал он осторожно, – нам нужно об этом сейчас поговорить.
— Я знаю, – вздохнула она. – Все это... как-то неправильно, но этот раз мы были хотя бы трезвые. – заключила Эврим, убирая с лица улыбку.
— Выстраивается некая система: усталость, отель, лифт.. и вот мы здесь.
— Не смешно, Барыш.
— Хорошо, не смешно, — Барыш поднял руки в примирительном жесте. — Но ты права. Это не было случайностью, как мы пытались убедить себя раньше.
— Вот именно! — воскликнула Эврим, отворачиваясь к окну.
— Но, Эврим, — Барыш встал с кровати и подошел ближе, — мы же оба этого хотели. Не отрицай. Иначе бы ничего не произошло.
Эврим резко обернулась, а в ее глазах читалась решимость.
— Давай не будем вести себя как дети. И хотя бы раз признаем наш флирт чем то большим, чем просто развлечения.
— Согласен. – бросил он, ловя ее взгляд. — Отдадимся моменту и плывем по течению.
— Интересно, Барыш. А по какому течению будет плыть твой брак?
Барыш отшатнулся, а на его лице отразилась неловкость, смешанная с... виной?
— Я связан, Эва. Связан долгом, ответственностью. Я не могу бросить сейчас свою семью, ты ведь знаешь. Ирония в том, что это влечение к тебе... оно как наваждение. Я чувствую что-то, что ломает меня изнутри. Но брак... это не мимолетная страсть, это мой фундамент. Я не могу предать людей, которые верят в меня. Прости, Эврим. Нам придется жить в рамках, которые я сам же и установил. Я обязан быть с тобой честным, даже если это причиняет нам обоим боль.
Эврим не торопилась отвечать. Она переваривала его слова, а в голове медленно зрела мысль. Безумная, рискованная, но... чертовски привлекательная.
— Границы, говоришь? Честность? — она приподняла бровь. — Звучит как начало очень интересной игры, Барыш.
Он нахмурился.
— Игры? Эврим, я серьезно.
Она сделала шаг вперед, сокращая расстояние между ними. Ее голос стал тихим и соблазнительным.
— Давай сыграем по-честному, Барыш. Никакой лжи, никакой недосказанности. Только правду. И риск. – удивляясь самой себе, Эврим провела рукой по его щеке, ухмыляясь. — Ты говоришь, что не можешь оставить свою семью. Хорошо. Я принимаю это. Но это не значит, что мы должны отрицать то, что между нами происходит.
Она остановилась, ожидая ответа, но его не последовало. Барыш лишь смотрел на нее с подозрением и удивлением..Эта женщина прямо сейчас сводила его с ума.
— Давай так, Барыш. Мы будем честны друг с другом, ровно до того момента, пока это не начнет причинять кому-то боль. Мы будем играть, пока кто-то не скажет "стоп".
Она отстранилась, наблюдая, как в его глазах разгорается искра.
Барыш выдохнул. Он знал, что это безумие и скорее всего закончится катастрофой, но отказать он не мог, особенно, когда она так на него смотрела.
— А каковы правила, Эв? — спросил он с показательной беспечностью, хотя внутри всё горело. — Кто и когда решает закончить эту «игру»?
Эврим улыбнулась, и этот взгляд словно пронзил его насквозь своей решимостью идти до конца. Терять ей уже было нечего.
— Правила просты, Барыш бей. Мы должны быть честны друг с другом во всем. И, самое главное, если кто-то из нас почувствует, что эта игра начинает разрушать наши жизни, тогда она и заканчивается. Без обид и упреков.
И знаешь что, Барыш? – поспешно добавила она, — Свое "стоп" нужно будет произнести вслух, глядя мне в глаза. Я запрещаю просто исчезнуть.
— А если кто-то из нас передумает после того, как игра закончится? — не унимался Барыш.
Эврим подошла к нему вплотную, и снова от нее повеяло соблазнительным ароматом.
— Тогда это уже будет другая игра, Барыш, — прошептала она, обжигая его кожу своим дыханием. — Игра без правил.
Она отстранилась, оставив его в полном смятении и раздумьях, давая немного времени. Но ее взгляд и открытая поза намекали, чтобы думал он не долго. Иначе передумать может уже она.
Барыш знал, что эта игра — с огнем может сжечь дотла их и так не простые отношения, его брак, его репутацию и жизнь. Но отказаться он не мог. Слишком сильно его тянуло к этой женщине и слишком манил его запретный плод, который вечно находился где то поблизости.
— Я согласен, — наконец произнес он, глядя Эврим прямо в глаза.
Эврим улыбнулась, и в этой улыбке не было ни капли невинности.
— Отлично, Барыш. Тогда всё начинается прямо сейчас.
Она резко развернулась и направилась к двери, оставляя Барыша одного в номере, охваченного волнением и предчувствием. Он знал, что ввязался в опасную авантюру, но уже не мог остановиться. Игра началась. И правила в этот раз устанавливала Эврим.
—————————————————————————————————
Спасибо всем за прочтение 🫶🏻
Приятных всем выходных!!