...
Университет встречал утренним холодом стеклянных стен и сдержанным гулом голосов.
Коридоры были заполнены — кто-то спешил, кто-то стоял в кругу, кто-то уже курил в укромных углах за колоннами.
Ариелла шла уверенно, не сбавляя темп. На ходу листала заметки на планшете.
В аудитории — полукруглые ряды столов, высокие окна, и профессор в очках с толстой оправой.
На доске — тема лекции:
«Манипулятивные техники в преступном поведении: от социопата к юристу»
Профессор говорил негромко, но каждое слово было выверено:
— Важно понимать: манипуляция — не всегда преступление. Но преступление почти всегда — манипуляция. Особенно если речь о беловоротничковом сегменте. Возьмём, к примеру, Харви Миллера. Кто может вспомнить, в чём была его основная тактика влияния на жертву?
Ариелла подняла руку.
— Он вызывал доверие, пользуясь тем, что выглядел безобидно. Мягкая речь, семейный образ, — чётко произнесла она. — Это снижало уровень сопротивления. Даже у взрослых мужчин.
— Точно, — кивнул профессор. — Образ как оружие. Форма как содержание. Хорошо, мисс Блэквуд.
Она опустила руку, продолжая делать пометки.
Пара студентов украдкой бросили взгляды в её сторону — не потому, что она была самой заметной, а потому, что всегда знала, что сказать.
После лекции, в университетском кафе, она села к Лане и Джесс — те уже сидели за столиком у окна с кофе.
— Пять минут — и мы думали, ты передумала, — усмехнулась Лана.
— И потеряла возможность видеть, как Джесс флиртует с ассистентом профессора? — уточнила Ариелла, снимая жакет и садясь.
— Я не флиртовала! — фыркнула Джесс. — Я просто спросила, где взять материалы по теме. То, что я немного наклонилась вперёд — совпадение.
— И то, что у тебя была расстёгнута верхняя пуговица — тоже? — подколола Лана.
— Лекции с вами — как трип. Но с кофе, — произнесла Ариелла, делая глоток.
— Кстати, — Лана подалась вперёд. — Завтра вечеринка у Оливии. Будешь?
— Смотря, кто там будет, — спокойно ответила Ариелла.
— Все. Даже Феликс.
Ариелла не изменилась в лице.
— Тогда точно нужно быть. Кто-то же должен напоминать ему, что он не главный.
Девушки рассмеялись.
Кафе заполнилось звуками — звон ложек, шаги, обсуждения контрольных.
Но у их стола всегда был другой воздух.
Тот, в котором все знали, кто здесь центр.