Любовь не смотря ни на что
Глаза Чона продолжали пылать кроваво-красным светом, пока он нес бесчувственного любимого к стае.
Альфа натянул на Тэхёна шорты, но ткань быстро пропиталась кровью.
Встретив подростка, Чон попросил его сбегать за Джином. Юноша кивнул и тут же бросился исполнять просьбу вожака.
Чонгук кипел от ярости, но не на Тэхёна. На своего хрупкого, ранимого Тэ он не смел злиться. Тот был слабым омегой, его омегой, который всё ещё был уязвим в предтечный период, а Гук его оставил.
Альфа ненавидел этого ублюдка Феликса, который умрёт от его клыков. И ненавидел себя за то, что оставил любимого одного.
Вожак не стеснялся слёз, его волк тоже выл от боли. Он чувствовал страдания Тэхёна, его боль и стыд.
Как только Чонгук уложил без сознания Тэ на их постель, в дом, а затем в спальню, ворвался взволнованный Джин. Старший омега громко ахнул, увидев эту картину.
— Пап, как остановить это кровотечение? — сквозь слёзы спрашивает вожак у отца.
Джин понимает: сейчас Гук никого не подпустит к раненой паре. Это инстинкт волка.
— Его сильно порвали? — тихо спрашивает Джин, возвращаясь в спальню и передавая сыну миску с тёплой водой и полотенце.
Чон лишь кивает, раздевая Тэхёна и осторожно обтирая его тело от крови.
— Целебные мази помогут, но не сразу, — вслух размышляет омега. Гук морщится от боли за любимого.
— Есть один способ, — спокойно говорит Джин.
— Какой? — резко оборачивается Гук.
— Вылежи его.
— Ч...что? — щёки альфы заливаются румянцем.
— Вылежи его. Слюна оборотня исцеляет. Если сделаешь это, раны затянутся за 10–15 минут, — поясняет Джин и уходит.
Чонгука охватывает дрожь. Ему не противно касаться Тэхёна. Он любит его и знает: Тэхён этого не хотел. Его волк это понимает.
Но тревога за омегу не отпускает. Вдруг пара теперь будет бояться физической близости?
Гук медленно забирается на кровать, бросая взволнованный взгляд на бессознательного возлюбленного. Нервно облизнув губы, он ложится на живот, раздвигая стройные ножки Тэхёна.