Who is she?

— Что за спектакль ты устроила? — возмущался Северус.
— Я просто отвечала на вопросы. — непринужденно сказала слизеринка.
Северус раздражённо прошёлся по своему кабинету, его мантия шумно взметнулась, словно подчёркивая его негодование. Он остановился перед Софией, впившись в неё ледяным взглядом.
— «Просто отвечала на вопросы»? — повторил он, выделяя каждое слово сарказмом. — Ты прекрасно понимаешь, о чём речь. Это не просто ответы, София. Ты выставила себя... — он сделал паузу, подбирая слово, — слишком знающей.
София, стоявшая посреди кабинета, казалась воплощением спокойствия. Скрестив руки на груди, с лёгкой полуулыбкой на лице, она выглядела так, словно её совершенно не трогал ни его тон, ни его возмущение.
— Я не сделала ничего более криминального, чем Грюм, — сказала она с едва заметным вызовом в голосе.
Северус прищурился, его лицо оставалось бесстрастным, но в голосе прозвучала опасная нотка:

— Грюм — мракоборец. Он имеет полное право говорить о таких вещах. А ты, София, всего лишь ученица, которая, на мой взгляд, слишком свободно рассуждает о запретных заклинаниях.
— Хочешь сказать, что я слишком много знаю? — парировала она, приподняв бровь. — Но разве в этом нет смысла? Если мы не будем знать, на что способны эти заклинания, как мы сможем защититься?
— Это не знание, а демонстрация, — прервал её Северус, наклонившись чуть ближе, так что его голос стал почти шёпотом, но от этого ещё более угрожающим. — Ты наслаждалась вниманием. Ты хотела, чтобы все смотрели на тебя. Ты хотела, чтобы он знал об этом. Вот только я не понимаю зачем.
София, не отводя взгляда, мягко пожала плечами.

— Ты сам сказал что, тот кто умеет управлять страхом, не станет его жертвой. Я не боюсь ни своих слов, ни последствий, ни его.
Его взгляд потемнел, и он отошёл к своему столу, словно пытаясь подобрать слова. София понимала, что он зол — не только на неё, но и на то, что она, возможно, была права.
— Это было рискованно, — наконец сказал он, поворачиваясь к ней. — Ты заставила Грюма задуматься о тебе. А Грюм — не тот человек, чьё внимание нужно привлечь.
— Разве это не укрепит моё положение? — спросила София, её голос был тихим, но уверенным.
Северус резко взмахнул рукой, словно отсекая её слова.

— Ты играешь с огнём, София. И однажды можешь обжечься.
— Может быть, — спокойно ответила она, слегка наклонив голову. — Но ты сам меня научил, что без риска ничего стоящего не добиться.
Северус долго смотрел на неё, словно пытаясь понять, где заканчиваются её слова и начинается истинная мотивация. Наконец он вздохнул, потер переносицу и отвернулся.
— Уходи. И больше не устраивай подобных «представлений».
София слегка улыбнулась и вышла из кабинета, её шаги глухо звучали по каменному полу. Но, уходя, она знала, что их разговор оставил след. Северус мог ворчать сколько угодно, но он уважал её за умение стоять на своём — даже если это его раздражало.

Весь четвёртый курс заметил, что в этом году им стали задавать на дом куда больше. От уроков по трансфигурациям взвыл весь класс.
– Вы вступаете в важнейшую фазу обучения магическим искусствам, – наставляла профессор МакГонагалл, угрожающе поблёскивая прямоугольными стёклами очков. – Не за горами экзамен по сверхотменному волшебству...
– Так СОВ будет только на пятом курсе! – взмолился Дин Томас.
– Согласна, Томас. Но готовиться к нему следует заранее. Из всего класса только мисс Грэйнджер и мисс Принц превратили ежей в более-менее приличные подушки для иголок. А ваша подушка, Томас, до сих пор в ужасе сворачивается, стоит поднести к ней булавку.
Не отстал от других и профессор Биннс по истории магии, задал через неделю сдать сочинение о восстании гоблинов в XVIII веке. Профессор Снейп обрушил лавину противоядий, обещая перед Рождеством кого-нибудь отравить – надо же проверить, как усвоены противоядия. А профессор Флитвик велел прочесть про манящие чары три толстенные книги из списка дополнительной литературы.
Даже Хагрид – и тот их не пощадил. Его обожаемые соплохвосты росли с ужасающей быстротой, хотя никто не знал, чем же они питаются. И он предложил с видом Деда Мороза, принёсшего подарки, провести исследование: через вечер приходить к нему, наблюдать соплохвостов и делать записи об их бесподобном поведении.
— Я не буду ходить! — с надменным тоном заявил Драко, скрестив руки на груди. Его голос, чуть выше обычного, выдавал нервозность. — Спасибо, я уже с лихвой насмотрелся на ваших... тварей во время уроков.
Его презрение сквозило в каждом слове. Он шагнул назад, подальше от Хагрида, будто тот представлял собой особую угрозу.
Улыбка медленно сползла с лица лесничего. Хагрид, казавшийся всегда добродушным, вдруг стал напоминать гору, готовую обрушиться.
— Ты будешь делать, что я велю, Малфой! — пригрозил он, его массивная фигура возвышалась над всеми. — Или я, гляди, последую примеру профессора Грюма...
Он пристально посмотрел на Драко, наклонившись вперёд.
— Слыхал я, какой из тебя получился прекрасный суслик!
Эта фраза вызвала взрыв смеха у гриффиндорцев, стоявших поодаль. Рон согнулся пополам, Гарри и Гермиона старались сдержать смешки, но глаза их предательски сверкали весельем. Малфой моментально вспыхнул, как порох. Щёки залились краской, а пальцы нервно дёрнулись, будто он хотел схватиться за палочку, но тут же передумал.
София, стоявшая рядом, уловила его взгляд. Он был умоляющим и сердитым одновременно — мол, сделай что-нибудь!
Она медленно скрестила руки на груди и окинула Хагрида пронзительным взглядом.
— Взаимно, — бросила она тихо, но достаточно громко, чтобы её услышали.
Гриффиндорцы притихли, улавливая нотку напряжённости. Хагрид нахмурился, его густые брови сошлись на переносице. Он явно боролся с раздражением, но нашёл способ вернуть себе контроль над ситуацией.
— Что это Вы имеете в виду, мисс Принц — спросил он, глядя на Софию сверху вниз.
Девушка шагнула вперёд, ничуть не смущённая его внушительными размерами. Её голос был ледяным, но совершенно спокойным:
— Просто напоминаю, что у меня тоже есть палочка. И, если потребуется, я с лёгкостью могу повторить то, что сделал Грюм, — добавила она с саркастичной улыбкой. — Хотите попробовать?
На миг воцарилась тишина. Хагрид прищурился, его огромные руки сжались в кулаки, но затем он разжал их, выпрямившись и медленно выдохнув.
— Ах вот как? — протянул он, прищурившись. — Значит, палочкой размахивать будешь, да? Ну, знаешь, Принц, я тут думаю, что профессор Снейп захочет узнать о твоих... выходках.
Его слова вызвали у слизеринцев тихий ропот. София не дрогнула. Её лицо оставалось спокойным, только глаза сузились, как у кошки перед прыжком.
— Пожалуйста, профессор, — произнесла она с ледяной вежливостью. — Уверена, что мой кузен будет рад выслушать Вашу версию событий. Особенно если Вы расскажете, как пытались запугать его ученика.
Это заявление заставило Хагрида отступить на шаг. Даже гриффиндорцы, которые до этого сдерживали смех, стали смотреть на происходящее с явным интересом. Гарри почувствовал, как у него по спине пробежал холодок. София говорила спокойно, но её слова были точны, словно нацеленные удары.
Хагрид задумчиво посмотрел на неё, но затем махнул рукой, как бы отбрасывая этот разговор.
— Ладно! Дело твоё, — буркнул он, повернувшись к остальным. — Но запомни, София, если твоё высокомерие выйдет за границы дозволенного, у тебя будут серьёзные проблемы. И декан тут тебе не поможет.
Он развернулся и зашагал прочь, сопровождаемый тяжелыми вздохами.
Малфой, широко улыбаясь, сложил руки на груди и повернулся к своим товарищам по факультету.
— Видели, как он испугался? — заявил он громко, так, чтобы все слышали.
Слизеринцы рассмеялись, с удовольствием подхватив тему. Кто-то даже изобразил смешной жест, будто бы Хагрид улепётывает прочь. Но веселье длилось недолго.
— Кто бы говорил, Малфой, — прозвучал резкий голос Поттера.
Все замолчали, обернувшись на гриффиндорца. Гарри стоял чуть впереди своей группы, его зелёные глаза сверкали из-под растрёпанной чёлки.
— Сам же хвост поджал и спрятался под юбку к мамочке, — добавил он с презрением, сверля взглядом Малфоя.
Эта фраза вызвала очередной взрыв смеха, но уже со стороны гриффиндорцев. Гермиона, лишь неодобрительно покачала головой, но даже она не могла скрыть лёгкой улыбки.
Улыбка Малфоя мгновенно исчезла. Его лицо побагровело, и он уже открыл рот, чтобы ответить, но его перебил Нотт.
— Не завидуй, Поттер, — парировал Тео с невозмутимым видом, слегка откинувшись назад. — У него она хотя бы есть.
Гарри прищурился, но не успел ответить, потому что Малфой продолжил слова друга:
— И даже не одна, — Драко ехидно ухмыльнулся, бросив взгляд на Принц.
Слизеринцы снова засмеялись, но София, стоявшая чуть позади, резко повернулась к нему. Её взгляд был как острие кинжала, холодный и пронзительный.
— Малфой, — медленно произнесла она. — прекрати нести чушь. И в следующий раз не высовывайся, если не можешь справиться сам.

Малфой открыл было рот, чтобы возразить, но, поймав её взгляд, только раздражённо цокнул языком и отвернулся.
Гарри, наблюдая за этой сценой, усмехнулся и наклонился к Рону:
— Ну, кажется, кто-то наконец смог заткнуть Малфоя.
Рон, всё ещё красный от смеха, только кивнул, едва сдерживаясь, чтобы не засмеяться снова. Гермиона тихо пробормотала:
— Лучше бы вы все прекратили эти детские перепалки.
Но её голос утонул в новых переглядываниях и перешёптываниях между группами, оставляя напряжённую атмосферу в воздухе.

София неслась по коридорам замка, едва сдерживая злость. Всё, что произошло за последние дни, только усугубляло её и без того непростое положение. Выходки её друга раз за разом приводили её в неловкие ситуации. Она сжимала кулаки, пока её мысли лихорадочно метались между обвинениями, оправданиями и планами на будущее.
В этом году она уже заранее знала, что не раз нарушит строгие наказы отца и Северуса. Ради знаний, ради тайн, ради разгадки того, что творится вокруг, — ради правды. Тёмная магия и слухи о возвращении Волан-де-Морта захватили её ум целиком. Она была готова рискнуть, но понимала, что каждое её столкновение с преподавателями или бесполезные ссоры могли разрушить отношения между ней и Снейпом. А если он потеряет к ней терпение, снисходительность закончится мгновенно.
Она скрипнула зубами, вспоминая прошлый урок Защиты от тёмных искусств. Именно туда ей предстояло отправиться сейчас, но желание видеть преподавателя, с которым у неё произошла ссора, было равно нулю. Впрочем, её планы изменились, когда староста передал сообщение от декана: "Снейп ждёт тебя в своём кабинете для какого-то важного разговора."
София нахмурилась. Что могло быть настолько важным? Её шаги эхом отдавались в пустом коридоре, пока она размышляла. Разве Хагрид уже успел рассказать о произошедшем на уроке? Или это что-то другое?
Она не стучалась, просто влетела в кабинет, её лицо всё ещё хранило выражение злости и настороженности.
— Северус? — позвала она, но ответа не последовало.
Комната была пуста, и только полумрак, разлитый по углам, придавал обстановке ещё больше мрачности. София огляделась и заметила приоткрытую дверь в лабораторию.
Она осторожно вошла. Северус стоял спиной к ней. Его фигура была напряжённой: руки скрещены на груди, голова опущена, а бедра опирались на массивный деревянный стол. Его поза говорила о подавленной ярости или боли.
София остановилась на мгновение, чувствуя, как её сердце учащённо забилось. Она сделала несколько шагов вперёд, встала сбоку от него и, слегка наклонив голову, заглянула в его лицо. Северус смотрел в никуда. Его чёрные глаза, обычно проницательные и холодные, теперь были полны боли, которую она никогда прежде не видела.
— О чём ты хотел со мной поговорить? — неуверенно спросила София.
Северус медленно повернул голову, встретившись с её взглядом. Его лицо было бледным, уставшим, а в глазах плескалась такая тяжесть, что у неё всё внутри сжалось.
Он тяжело вздохнул, будто каждое слово причиняло ему мучение, и коротко сказал:
— Мама умерла.
Мир вокруг словно рухнул. София почувствовала, как её ноги словно приросли к полу. Её лицо мгновенно побледнело, и она замерла, охваченная волной ледяного ужаса. Сердце болезненно сжалось, а в горле встал ком.
— Что? — прошептала она, но её голос был таким тихим, что казалось, будто слова сорвались на полпути.
Её глаза расширились, не зная, куда смотреть. В голове крутились тысячи мыслей, но ни одна из них не могла сформироваться в осмысленную фразу. Она открывала и закрывала рот, пытаясь сказать хоть что-то, но слова не шли.
Эйлин... тётя Эйлин. Она была для Софии чем-то большим, чем просто мама Северуса. Эйлин, добрая, хоть и строгая, научившая её многому из того, что нельзя было найти ни в одном учебнике. Именно она, втайне от сына и брата, показала Софии запретные заклинания, дарившая ей редкие часы откровенных разговоров на кухне, где из кастрюль доносились магические ароматы.
София вспомнила, как сидела рядом с ней, рассказывая о своих успехах и сомнениях, и как Эйлин всегда находила для неё время. Тобиас, отец Северуса, не так давно ушёл из жизни, но никто не оплакивал его — кроме Эйлин. Она любила его, несмотря на всю боль, которую он ей причинил. Теперь же её тоже не стало.
София медленно подошла к Северусу и, не раздумывая, обняла его.
Он не сопротивлялся. Его лоб упал на её плечо, а дыхание было тяжёлым и прерывистым. Она осторожно погладила его по волосам, чувствуя, как в её глазах сами собой выступают слёзы.

Последующие три дня прошли для Софии, словно в тумане. Всё смешалось в один длинный, бесцветный поток времени, наполненный тягостными мыслями и гнетущей тишиной. В пятницу состоялись похороны.
Церемония была тихой и почти незаметной. На кладбище собрались только трое: Северус, Эдгар и София. Больше никто не пришёл. Родственники Эйлин давно отвернулись от неё, считая предательницей рода за её выбор в молодости. София смотрела на скромную могилу, на свежевырытую землю и простую табличку с именем, чувствуя, как её сердце сжимается от боли.
Эдгар стоял рядом, молча обхватив руками плечи дочери. Он видел, как ей тяжело, как её взгляд всё время скользит к брату. Северус не сказал ни слова за всю церемонию. Он стоял неподвижно, сложив руки за спиной, а его лицо оставалось каменным, будто он выстроил непробиваемую стену вокруг своих чувств.
Выходные София провела дома, бесцельно бродя из комнаты в комнату. Её постоянно тянуло к отцу с одним и тем же вопросом: "Не было ли письма от Северуса?" Каждый раз он лишь отрицательно качал головой.
— София, — сказал он однажды, когда она снова попыталась заговорить о племяннике, — ему нужно побыть одному. Всё в порядке. Северус справится.
Но даже он не звучал уверенно. Эдгар сам переживал за него. Несмотря на свою внешнюю сдержанность, он понимал, как тяжело Северусу, и это угнетало его.
В Хогвартс София вернулась лишь в воскресенье вечером, после ужина. Она бросила сумку в своей комнате и сразу направилась в кабинет кузена, но там его не оказалось. Её лицо омрачила новая тревога. Где он? Не найдя Северуса, она отправилась в гостиную Слизерина.
Время уже было поздним, и большинство студентов разошлись по спальням. Только один человек ещё сидел у камина. Его фигура освещалась тёплым мерцанием огня. Это был Теодор Нотт.
София молча прошла мимо, стараясь его не замечать, но он поднял голову и весело произнёс:
— Привет! Куда ты пропала?
Она остановилась и бросила на него холодный взгляд.
— Не твоё дело, Нотт, — отрезала она.
Его улыбка мгновенно исчезла. Но он не стал спорить — потер шею и сменил тему.
— Ты столько всего пропустила! — начал он, стараясь снова поднять настроение.
София приподняла бровь, но не остановилась.
— Грюм на уроке использовал на нас Империо, — произнёс Тео с ноткой восторга.
Она замерла, развернувшись к нему.
— Что? — недоумённо переспросила она, её лицо выразило смесь удивления и возмущения.
— Да, прикинь! — подтвердил он, кивая с энтузиазмом. — Поттер со всей дури прыгнул в стол. А Браун... о, ты бы видела, как она носилась по классу! Как белка, честное слово!
София покачала головой, но в уголках её губ промелькнула тень улыбки.
— А ты? — спросила она, с интересом посмотрев на него.
Тео сглотнул и, немного сконфуженно, отвёл взгляд.
— Я... ну... почти устоял, — пробормотал он, ковыряя пальцем край кресла.
— Почти? — София прищурилась, уловив его смущение.
— Он заставил меня бегать по классу и распевать гимн школы, — наконец признался Тео, его лицо раскраснелось, будто он до сих пор чувствовал неловкость от случившегося.
София не смогла удержаться и закатила глаза, улыбнувшись уголками губ.
— А Малфой? — спросила она, явно представляя, как тот, возможно, тоже оказался в унизительной ситуации.
— Нет, — с усмешкой ответил Тео. — Он не поддался.
София усмехнулась, но ничего не сказала. Она повернулась, чтобы уйти, чувствуя, как лёгкое веселье ненадолго разрядило её настроение. Однако в глубине души её всё ещё грызла тревога. Где сейчас Северус? И почему он до сих пор не вернулся?
Ночь выдалась беспокойной. София лежала в своей постели, сжимая в руках подушку, словно она могла помочь справиться с тревогой. Сон ускользал от неё, оставляя только хаос в мыслях. Она ворочалась, то натягивая на себя одеяло, то скидывая его. Тени от лунного света плясали на потолке, будто насмехаясь над её попытками найти покой.
Она не помнила, когда именно сдалась. Возможно, под утро, но это был не сон, а какое-то смутное забвение, которое оставило после себя только ощущение разбитости.
Утром, едва слыша гул в общей гостиной, София решила пропустить завтрак. Её не интересовали ни еда, ни разговоры с другими студентами. Она чувствовала себя отстранённой, словно между ней и остальным миром стояла невидимая стена. Вместо этого она сразу направилась к первым занятиям, стараясь сосредоточиться на учёбе, хотя её мысли были далеко от учебных тем.
Зельеварение стояло в расписании последним. София всегда относилась к этому уроку серьёзно, ведь он проходил под руководством Северуса. Сегодня этот урок был сокращён из-за прибытия учеников из Шармбатона и Дурмстранга.
Едва ли София могла назвать себя фанаткой таких мероприятий. Помпезность, торжественные речи, взволнованные студенты — всё это казалось ей пустой тратой времени. Но в этот раз всё было иначе. София чувствовала, что не может пропустить это событие. Она надеялась найти среди гостей хоть намёк на что-то подозрительное, что могло бы указывать на связь с Тёмным Лордом.
Её мысли то и дело возвращались к одному имени — Игорь Каркаров. Болгарский директор Дурмстранга, человек с тёмным прошлым, которое он пытался скрыть за вежливой улыбкой и манерными жестами. София знала, что Каркаров был Пожирателем Смерти, хотя официально он отошёл от этого.
"Люди, однажды ступившие в тень, редко возвращаются к свету", — подумала она, вспоминая слова отца.
Пока под её подозрение попадал только он, но София понимала, что Тёмный Лорд может быть хитрее, чем кажется.
"Сегодня вечером я узнаю больше," — твёрдо решила София, выходя из класса, её пальцы чуть сжались на ручке двери.
Когда вечер опустился на Хогвартс, замок словно ожил. Студенты спешили к огромному дворику перед замком, где должно было состояться торжественное прибытие гостей. Воздух был наполнен предвкушением и лёгким шёпотом разговаривающих. София, сохраняя внешнее спокойствие, шла среди слизеринцев, слегка замедлив шаг, чтобы остаться немного позади.
Её сердце билось быстрее обычного, но она старалась выглядеть так, будто это мероприятие не имеет для неё значения. На самом деле, она ловила каждую деталь: выражения лиц окружающих, интонации в голосах, даже направление взглядов. София знала, что если кто-то и связан с Волан-де-Мортом, он постарается остаться незаметным.
Как только все выстроились перед замком, ворота Хогвартса широко распахнулись, и из глубины лесной дороги показалась карета Шармбатона. Её сияющие белые кони, гигантские и прекрасные, несли экипаж с изяществом, которому позавидовали бы даже гиппогрифы. Толпа ахнула, когда из кареты вышла величественная мадам Максим, высотой почти сравнимая с Хагридом. Её строгий взгляд быстро окинул собравшихся, и София заметила, как её глаза чуть задержались на профессоре Дамблдоре.
София внимательно наблюдала за делегацией Шармбатона, но ничего подозрительного в них не заметила. Всё выглядело идеально, даже слишком идеально.
А затем внимание всех переключилось на лодку, плывущую по озеру. Тёмный, почти зловещий силуэт вырисовывался в густом тумане, который начал подниматься от воды. Это был корабль Дурмстранга. Он выскользнул из мрака с внушительным видом, его мачты возвышались над озером, словно предупреждение.
Когда корабль причалил, по трапу спустились студенты, одетые в мантии кроваво-красного цвета, поверх которых — шубы из клочковатого меха. Их движения были синхронными, словно они тренировались неделями ради этого момента. За ними, наконец, появился Каркаров. Его осанка была безупречной, а взгляд — цепким и оценивающим. Он оглядел собравшихся, словно выбирая, кого одарить вниманием, и задержался на лице Дамблдора.
София напряглась. Взгляд Каркарова казался ей холодным, хоть его губы растянулись в приветливой улыбке. Казалось, его доброжелательность была лишь тонкой маской.
— Уверен, ты найдёшь его странным, — раздался голос рядом. София обернулась и увидела Тео, который насмешливо прищурился, а рядом с ним Драко, который даже не взглянул на девушку.
— Не думаю, — коротко ответила она, не желая раскрывать своих мыслей. На самом деле Малфой показался ей более странным, но она списала это на свое отсутствие в выходные.
София незаметно сжала ладонь в кулак. Всё внутри неё подсказывало, что Каркаров не так прост, как хочет казаться. Возможно, он действительно был здесь с определённой целью.
Когда студенты направились к Большому залу для ужина, Принц задержалась на пару шагов позади, стараясь держать Каркарова в поле зрения. Она знала, что это только начало.
Пока шум и оживлённые разговоры заполняли Большой зал, София едва слушала напутственные речи. Она почти не дотронулась до еды, её взгляд был прикован к Каркарову и его ученикам.
"Он был бы идеальным пособником Тёмного Лорда.", — подумала она, чувствуя, как внутри неё нарастает решимость.
Гул голосов, звон бокалов и шорох движений в Большом зале внезапно стали казаться Софии далеким фоном, когда её мысли углубились в размышления. Она сосредоточенно наблюдала за каждым движением Каркарова, не замечая, как её рука машинально вертит ложку на краю тарелки. Его улыбка, его жестикуляция, даже то, как он обращался к Дамблдору, выглядело излишне подчеркнуто, словно игра на публику.
Но её сосредоточенность прервал низкий, холодный голос, раздавшийся у неё за спиной:
— За мной.
София вздрогнула и обернулась. Перед ней стоял Северус, чёрная мантия делала его ещё более зловещим в свете колеблющихся свечей. Его лицо, как обычно, было непроницаемым, но взгляд был пристальным, почти изучающим. Он не ждал её ответа. Бросив взгляд через плечо, чтобы убедиться, что она следует за ним, он двинулся к выходу из зала.
София поднялась из-за стола, пытаясь не привлекать внимания. Её друзья, сидевшие неподалёку, взглянули на неё с недоумением, но не решились спросить. Вряд ли кто-то из них хотел быть втянутым в разговор со Снейпом.
Она быстро нагнала его, и они пошли по тёмным коридорам Хогвартса. Стены, покрытые портретами, казалось, шептались за их спинами. Северус шёл быстро, его мантия бесшумно колыхалась за ним. София, хотя и знала замок как свои пять пальцев, чувствовала, что сейчас движется за ним вслепую.
— Что-то случилось? — наконец решилась она, её голос прозвучал немного тише, чем она ожидала.
Северус остановился так резко, что она едва не врезалась в его спину. Он повернулся к ней, его взгляд был ещё холоднее, чем обычно.
— У меня для тебя есть информация, — произнёс он тихо, почти шёпотом, чтобы их не могли подслушать. Его чёрные глаза блестели в тусклом свете факелов. — И это важно.
София сглотнула, чувствуя, как её тревога растёт. Она не могла понять, о чём пойдёт речь, но по выражению лица кузена поняла, что дело серьёзное.
— Тогда говори, — проговорила она сдержанно, но внутри неё всё сжалось.
Северус качнул головой, бросив короткий взгляд в сторону длинного коридора.
— Не здесь.
Он снова повернулся и зашагал вперёд, на этот раз направляясь в сторону подземелий. София не стала задавать лишних вопросов, послушно следуя за ним.
Через несколько минут они вошли в его кабинет. Северус запер дверь за собой, щёлкнув замком с таким решительным видом, что София почувствовала, как воздух вокруг словно уплотнился.
— Садись, — велел он, указывая на стул у его стола.
Она послушалась, садясь ровно, но напряжённо, ожидая, что он скажет. Северус обошёл стол, остановившись напротив неё, и скрестил руки на груди.
— Каркаров. — Его голос был ледяным, а слово прозвучало как обвинение.
София напряглась, но молчала, понимая, что он ещё не закончил.
— Ты была права. Он здесь не просто так. Его присутствие в Хогвартсе — это не совпадение. — Северус наклонился ближе, его чёрные глаза пристально смотрели ей в лицо. — У меня есть основания полагать, что он боится чего-то. Или кого-то.
София нахмурилась, её сердце забилось ещё быстрее.
— Боится? Чего? — тихо спросила она, но в её голосе прозвучала тень недоверия.
Северус медленно выпрямился, его лицо оставалось напряжённым.
— Он боится возвращения Тёмного Лорда. Каркаров знает, что это неизбежно. И боится расплаты за свои действия.
Эти слова ударили по ней, словно обухом. Она чувствовала, как кровь стынет в жилах, а дыхание становится трудным.
— Расплаты? Но... — начала было она, но Северус перебил её.
— Как ты помнишь Каркаров был Пожирателем Смерти, и он предал нас. Он выдал многих, чтобы спасти свою шкуру. Если Волан-де-Морт действительно вернулся, Каркаров окажется первой мишенью.
София молчала, осознавая, что все её подозрения начинали складываться в одну чёткую картину.
— А папа?... — неуверенно спросила девушка. Она знала, что отец тоже отвернулся от Темного Лорда, когда потерял ее мать.
— Да. — коротко ответил он и продолжил. — Поэтому ты должна держаться подальше от Каркарова. Не пытайся совать нос туда, куда тебе не следует.
Но София знала, что уже сделала выбор. Она не могла отступить. Тёмный Лорд был её главной целью, и, если Каркаров мог ей в этом помочь, она не собиралась упускать этот шанс.
— Северус. — вдруг что-то осознав начала девушка. — А если он наоборот хочет как-то выслужиться перед Темным Лордом, чтобы он...ну, простил его?
Северус напрягся, услышав её вопрос. Его взгляд потемнел, а на лице появилась тень раздражения, как будто он и сам уже задумывался об этом, но не хотел это обсуждать.
— Возможно, — медленно произнёс он, делая шаг к столу и опираясь на его край. — Каркаров был тем ещё трусом. Но в его трусости есть одна примечательная черта: он сделает всё, чтобы спасти свою жалкую жизнь.
София чуть подалась вперёд, её голос стал настойчивее:
— А что, если это его шанс? Если он здесь для того, чтобы доказать свою лояльность Тёмному Лорду? Может быть, он ищет что-то... или кого-то?
Северус взглянул на неё с лёгким прищуром, оценивая её слова. Её догадки не казались ему невозможными, но он, как всегда, тщательно взвешивал каждое предположение, прежде чем принять его за истину.
— Ты думаешь, он мог бы попытаться подобраться к Поттеру? — тихо спросил он, бросив быстрый взгляд на дверь, чтобы убедиться, что никто не подслушивает.
— Или к кому-то ещё, — добавила София. — Если Каркаров боится Тёмного Лорда, то он, возможно, ищет способ искупить свою вину. Если это так, он может быть опаснее, чем кажется.
Северус медленно выпрямился, его мантия бесшумно шевельнулась, когда он сложил руки на груди.
— Может быть ты права, — признал он после короткой паузы. — Но это не меняет того что я сказал. Держись от него подальше.
София сжала губы, её взгляд был упрямым и настойчивым.
— Ты говоришь, чтобы я держалась подальше, но сам не следишь за ним? Северус, если он действительно что-то замышляет, то упустить его — огромная ошибка.
Его глаза вспыхнули раздражением, и он наклонился ближе к ней, его голос стал холодным, как лёд:
— Ты не понимаешь, с кем имеешь дело. Если ты вмешаешься, София, последствия могут быть катастрофическими. И не только для тебя.
Она вздрогнула, но не отступила. Она прекрасно всё понимала. Внутри неё боролись два чувства: страх перед его предупреждением и жгучее желание узнать правду.
— Значит, мы будем просто сидеть сложа руки? — прошептала она. — Если он действительно работает на Тёмного Лорда, это шанс узнать, что происходит.
Северус закрыл глаза и глубоко вздохнул, как будто пытаясь сдержать своё раздражение. Затем он вновь посмотрел на нее, его взгляд был жёстким и решительным.
— Я не сказал, что бездействую, — отрезал Северус, его голос был холодным, но спокойным. — Каркаров под наблюдением. И я позабочусь о том, чтобы он не сделал ни единого шага, который мог бы остаться незамеченным.
София открыла рот, готовясь возразить, но её слова застряли в горле, когда Северус поднял руку, требуя молчания.
— Слушай внимательно, — произнёс он с нажимом, его тёмные глаза впились в её лицо. — Если ты хоть раз попытаешься вмешаться в это дело без моего ведома, я сделаю всё, чтобы ты не могла даже близко подойти к нему. Ты поняла меня?
Слова прозвучали как угроза, но София не дрогнула. Её сердце забилось быстрее, но не от страха, а от гнева. Она сжала губы, борясь с порывом ответить резкостью. В конце концов, она медленно кивнула, хотя её взгляд оставался твёрдым и упрямым.
— Хорошо, — произнесла она тихо, почти равнодушно, хотя внутри всё кипело. Её жгучее желание узнать правду боролось с предупреждением кузена.
Северус пристально смотрел на неё, его взгляд был пронизывающим, словно он пытался выудить из её души все скрытые намерения. Наконец он вздохнул, отвернулся и резко махнул рукой в сторону двери.
— Можешь идти. И запомни мои слова.
Её пальцы чуть сжались в кулаки, но она подчинилась. Медленно поднявшись со стула, она двинулась к выходу. Каждый шаг давался с трудом, как будто ноги налились свинцом. Но у самой двери она остановилась, на мгновение задумалась и обернулась через плечо.
— Знаешь, Северус, — начала она, её голос звучал тихо, но в нём слышались нотки вызова, — если Каркаров сделает что-то, а ты это пропустишь, это будет твоя ошибка.
Его взгляд вспыхнул раздражением, но он ничего не ответил, лишь молча смотрел, как она уходит. София закрыла за собой дверь, чувствуя тяжёлый, давящий взгляд кузена за спиной.
Едва она оказалась одна в коридоре, её мысли закружились с новой силой. "Если он хочет, чтобы я держалась подальше, значит, там действительно что-то есть," подумала она. София знала, что Северус никогда не действовал необдуманно. С одной стороны ей было на руку то, что его внимание было направлено на Каркарова, но оставлять происходящее без внимания она тоже не могла.
И хотя она дала обещание, в её голове уже начала складываться идея, как можно найти способ наблюдать за Каркаровым... тайно, без ведома Северуса.
София направилась в гостиную Слизерина, размышляя над своим планом. Ей был нужен кто-то, кто умел оставаться незаметным, кто находился в гуще событий и знал, как использовать свои связи. В голову пришло только одно имя.
Когда она вошла в гостиную, её взгляд тут же упал на знакомую фигуру у камина. Драко Малфой лениво развалился в кресле, на губах играла самодовольная улыбка, пока он рассказывал что-то своим спутникам. Его голос звучал громко, его жесты были уверенными. София остановилась на пороге, обдумывая, как лучше начать разговор, чтобы не отпугнуть его высокомерным нравом.
— Малфой, — громко позвала она, перебивая его.
Драко замолчал и повернул голову, его светлые брови взметнулись вверх. Он окинул её взглядом, его глаза прищурились.
— Принцесса?, — произнёс он с притворной учтивостью. — Опять пришла устраивать мне разнос при всех?
София остановилась перед ним, сохраняя спокойное выражение лица.
— Мне нужно поговорить с тобой, Драко, — сказала она твёрдо.
Малфой усмехнулся, не поднимаясь с дивана.
— О, теперь ты просишь? Как неожиданно. Обычно ты просто читаешь нотации, как будто я твой младший брат.
София вздохнула, понимая, что её резкость накануне задела его сильнее, чем она думала.
— Слушай, я была не права, — сказала она после паузы, скрестив руки на груди. Ей некогда было выяснять отношения.
— Правда? Ты извиняешься? — Драко приподнял брови, словно не веря своим ушам. — И это всё? Никаких объяснений, почему ты решила, что можешь разговаривать со мной как Снейп?
Она закатила глаза, но сдержала раздражение.
— Ты слишком увлёкся своими насмешками, Драко. Я не могла позволить тебе так подставлять нас всех. И сейчас мне не до глупых споров, мне нужна твоя помощь.
— Помощь? — удивленно спросил он, резко выпрямившись. Его лицо теперь выражало смесь обиды и гнева. — Может, тебе стоит напомнить, что ты мне сказала? Не высовывайся, если не можешь справиться сама.
София хотела возразить, но поняла, что это только усугубит ситуацию. Она глубоко вдохнула, прежде чем продолжить:
— Ты прав. Прости меня. Доволен?
— Твоя извинительная речь меня совершенно не тронула, — огрызнулся он, отворачиваясь.
— Ты хотя бы выслушаешь? — с нажимом спросила она.
Он одним жестом приказал остальным разойтись и скрестил руки на груди, бросив на неё долгий, оценивающий взгляд.
— Ладно, говори.
Она подошла ближе и тихо произнесла:
— Каркаров. Он ведёт себя подозрительно. Мне нужно, чтобы за ним кто-то проследил.
— Каркаров? — Драко прищурился. — Почему ты решила, что я должен этим заниматься?
София кивнула.
— Потому что... — она недовольно вздохнула. — мне просто некого больше попросить.
Малфой рассмеялся, но в его смехе сквозила язвительность.
— Больше некого? А как же Нотт? Мне казалось, он готов для тебя на всё. Или я что-то путаю?
София нахмурилась, не понимая, к чему он клонит.
— О чём ты?
— О, давай не будем делать вид, будто ты не замечаешь его преданности. — Малфой наклонился вперёд, его голос стал тише, но от этого ещё более колким. — Стоит тебе только намекнуть, и он побежит исполнять любой твой каприз. Хотя, кто знает, может, он уже получил своё вознаграждение?
Драко сделал вид, что задумался, но потом насмешливо сказал:
— Ладно, — протянул он. — Что я получу взамен?
София закатила глаза, но быстро взяла себя в руки.
— Что хочешь, — бросила она, понимая, что спорить с ним бесполезно. Проще согласиться, чем продолжать этот бесконечный словесный поединок.
Драко резко выпрямился, его глаза блеснули лукавством.
— Что хочу? Интересно... — он сделал вид, что раздумывает над её предложением, его пальцы неторопливо постукивали по подлокотнику кресла.
— Перестань тянуть время, — резко сказала она, не выдерживая.
Малфой усмехнулся, словно её раздражение только веселило его, и наконец поднялся с кресла.
— Хорошо, я помогу, — объявил он, явно наслаждаясь своей значимостью. — Но запомни, София, в следующий раз, прежде чем отчитывать меня, подумай, что я могу быть полезен.
Её губы дрогнули в слабой улыбке, и она кивнула.
— Запомню.
София почувствовала лёгкое облегчение. Он мог быть заносчивым, но в глубине души она знала, что Драко — не тот, кто подведёт. Особенно если за дело возьмётся его гордость.
— А теперь — к делу. Если Каркаров сделает хоть что-то подозрительное, сразу сообщи мне, — добавила она, переходя на более серьёзный тон.
Драко кивнул, его взгляд стал чуть более сосредоточенным, но обида ещё теплилась в уголках его рта.
— Ладно. Но не думай, что я буду бегать за ним, как твой личный шпион, — сказал он с напускной небрежностью.
— Разумеется, — сухо ответила София. — Просто сделай то, что можешь.
Он кивнул, и между ними повисло молчание, но на этот раз оно было более спокойным. София развернулась и направилась к выходу, чувствуя за спиной его взгляд.
— София, — тихо окликнул он перед тем, как она исчезла за дверью.
Она обернулась, удивлённо посмотрев на него.
— Ты хотя бы понимаешь, во что ввязываешься?
Её глаза на мгновение потемнели, но затем она решительно кивнула.
— Понимаю. И поэтому мне нужна твоя помощь.
Драко ничего не ответил, лишь чуть кивнул, и она ушла, оставляя его у камина в одиночестве.