Глава 28
Мы вошли в наш видеосалон — в знакомое, уже почти родное место, где пахло краской, старым деревом и чем-то уютным. За столом сидел Марат, и рядом с ним — девушка. Я сделала пару шагов, пригляделась — и у меня вырвалось:
— Айгуль?!
Она подняла голову от большого листа ватмана, на котором рисовала что-то яркое. Увидела меня — и сразу же поставила кисточку. Мы одновременно бросились навстречу друг другу.
— Божеее, я скучала!
— Я тоже, как ты?! — Айгуль сжала меня в объятиях так крепко, будто боялась, что я исчезну.
Зима и Марат наблюдали молча, будто мы были на сцене, а они — зрители. Контейнер с перемячиками всё ещё болтался в руках Зимы.
Мы с Айгуль наконец отстранились, смеясь и переговариваясь вполголоса, а она снова села за рисунок. Зима поставил еду на стул.
В этот момент дверь распахнулась, и в салон вошли Вова и Турбо.
— О! — сказал Вова, осматриваясь.
Я тут же повернулась — и, не думая, бросилась к Турбо.
— Валер! — выдохнула я, и прыгнула к нему в обнимку. Он поймал меня уверенно, крепко, прижал к себе, обхватив за талию. Я уткнулась носом ему в шею, вдыхая родной запах. Он чуть наклонился и глубоко вдохнул запах моих волос.
Мы молча стояли, просто чувствуя друг друга, пока не отстранились.
— Я скучал, — сказал он негромко.
— Я тоже. — я улыбнулась.
Вова обвёл всех взглядом и с ухмылкой сказал:
— Я смотрю, работа кипит.
Он подошёл к Марату и Айгуль, а мы с Турбо пошли за ним.
— Вова, это Айгуль. Мы вместе плакат рисуем, — объяснил Марат.
Вова кивнул, протянул руку:
— Ну здорОво. Здрасьте. Вова Адидас, очень приятно.
Айгуль пожала его руку, слегка смутившись. Потом и Турбо сделал шаг вперёд и коротко:
— Турбо.
— Айгуль.
Они обменялись рукопожатием.
Вова уже направился к телевизору, начал копаться в дисках.
— Мне там "Коммандо" обещали, в обмен на "Чистую" и "Выход дракона".
Он достал одну кассету, глянул на ребят у плаката:
— Можете начинать это рисовать. И давайте-давайте-давайте, показ через пятнадцать минут!
Он исчез так же быстро, как и появился.
Зима обернулся ко мне с озорной улыбкой:
— Ди, можно ещё один перемячик?
— Да кушай уже всё, не стесняйся. — фыркнула я.
Турбо взглянул на меня:
— Перемячики? Ты приготовила?
Я пожала плечами:
— Можешь попробовать.
Он достал один, как и Зима, и мы сели рядом.
— Кайф, — протянул Зима с полным ртом.
— М-м, зачёт. — кивнул Турбо, жуя. Потом он взглянул на часы. — Я пошёл, мелкая.
Он наклонился и погладил меня по голове — тепло, нежно.
— Удачи, — сказала я тихо.
Он вышел.
Зима подошёл к Марату и Айгуль, склонился над плакатом, щурясь. Я пошла за ним.
— Ты дорисовывай. Я пошёл тогда, — сказал Марат, вытирая руки от краски.
Они с Турбо ушли вместе.
Зима, уставившись в буквы:
— "Робокап"? Там "о", а не "а".
— Знаю я— буркнула Айгуль, не поднимая головы.
Я схватила Зиму за рукав:
— Не отвлекай, пошли.
И мы вышли.
Я вышла на улицу — вечер был тёплый, воздух пах пылью и жареным солнцем, уже прячущимся за пятиэтажками. Возле входа в видеосалон стоял Марат, опёршись плечом о стену, с сигаретой в руке. Я подошла к нему.
— Леди, прошу прощения! — вдруг воскликнул он, театрально махнув рукой в сторону прохожей старушки. — В данном помещении открылся комфортабельный видеосалон!
Бабушка, как ни странно, даже остановилась на секунду, смерила его взглядом, и пошла дальше, пробурчав что-то себе под нос. Марат ухмыльнулся, перевёл взгляд на меня и протянул сигарету:
— Будешь?
Я кивнула, взяла сигарету, он чиркнул зажигалкой, прикрыл пламя ладонью. Мы закурили. Я молчала, вглядываясь в дорогу, по которой шли редкие прохожие.
Мимо нас проходила другая бабушка — на этот раз с маленьким внуком. Марат не удержался:
— Мадам! Подарите внуку хорошее настроение — "Коммандо" сегодня в главной роли!
— Иди уроки делай, спекулянт! — отрезала она, даже не оборачиваясь.
Я не удержалась и прыснула со смеху, глядя на выражение лица Марата.
— Хамло! — сказал он, будто в обиду, но с ухмылкой.
В этот момент открылась дверь, и изнутри вышел Зима, с сигаретой в зубах. Мы с Маратом в один момент убрали свои — почти синхронно.
— Ну что, Маратик, как оно? — спросил Зима, втягивая дым.
— Пессимизм... но я стараюсь.
— Плохо стараешься. Результат нужен, брат.
Он закурил посерьёзнее, задумался. Тут мимо проходил мальчишка с сумкой из "Берёзки". Зима щёлкнул пальцами:
— Эй, стоять.
Мальчик замер, будто его окликнул учитель.
— Рубль есть? — Зима прищурился.
— У меня?..
— Ну а у кого? У меня нет. Вот интересуюсь — может, у добрых людей есть.
Он пошёл к пацану, я — за ним, на всякий случай.
— Сумка у тебя чего, пустая? Или в магазин собрался? Без денег, да? Нехорошо врать.
— Мне мама только на хлеб и масло дала, — растерянно ответил мальчик, сжимая пакет.
— Ой, да не начинай. Ты этого хлеба в жизни ещё вагон съешь. А вот мультик про мышей и кота — может, только один раз посмотришь.
— Да я уже видел, — буркнул мальчик.
— Это ты Леопольда сраного видел. А у нас тут американский — с эффектами! Давай, чеши внутрь.
Он легонько подтолкнул мальчишку к двери, и тот, помявшись, вошёл.
— Скажешь, Зима послал. Билет купи, — крикнул он вслед и захлопнул за ним дверь. Потом повернулся к нам с видом учителя, передающего древнюю мудрость:
— Учись, пока я жив.
— Нельзя же так, — возмутилась я, хлопнув себя ладонью по лбу. — Если хотят — сами приходят. Без манипуляций.
— Боже, у меня скоро инфаркт с вами.
— Ну, мультик ведь правда можно только раз в жизни увидеть. А хлеб — он и завтра будет. — философски вставил Марат.
— Пошёл ты, — выдохнула я, закатывая глаза.
Зима лишь усмехнулся. И вдруг — ещё один мальчишка идёт по тротуару. Марат свистнул и с напускной серьёзностью:
— Стоять. Рубль есть?..
И началась новая история.