14.
«Тысячи людей повторяют наше имя,
но лишь один делает это по-особенному.»
АДАМ
— Мисс, вы можете идти по своим делам, — строго сказала мать, глядя на Кэти. — Я соскучилась по своему сыну и хочу побыть с ним наедине.
— Конечно, мне уже пора. — Девушка слегка прикусила нижнюю губу и уже собралась уходить.
— Нет, мама. — Я взял аккуратную руку девушки и поместил в свою. — Кэтрин останется. Мы все вместе отправимся в ресторан.
— Адам прав, mi alma*, — басистым голосом проговорил отец, приобняв мать. — Разве ты сама не хочешь пообщаться с этой очаровательной мисс?
Изабелла посмотрела на меня с непривычной строгостью, но кивнула. Всю дорогу атмосфера была накаленной. Я не узнаю свою мать — милую, добрую женщину, готовую накормить всех голодающих и приютить нуждающихся. Чем же ей так не понравился луч света в моей темной душе? Я уверен, узнав Кэтрин ближе, мама прониклась бы к ней и полюбила всей душой. Как хорошо, что рядом отец. Без него, я вряд ли смог бы уговорить маму отправиться в ресторан.
Я отвлекся от дороги и посмотрел на Кэти, сидевшую на переднем пассажирском сидении. Вид у девушки был немного озадаченный. Вероятно, ее застало врасплох знакомство с моими родителями. Впрочем, и меня тоже. Я в первую же встречу знал, что хочу представить эту чудесную девушку своим родителям, но в моих фантазиях все было не так. Мне думалось, что стоит привезти Кэтрин в Дейю*. Провести ее по крутым улочкам, показав чудесный вид на зеленые скалы, Средиземное море и чудесные оливковые деревья. Она обязательно полюбила бы это место. Вдоволь нагулявшись, я бы привел ее в дом моих родителей. Туда, где прошло мое сказочное детство. Мама бы приготовила свои фирменные чуррос*, а отец обязательно угостил бы нас своим домашним вином. Вечер был бы невероятно семейным и теплым. Раньше я часто фантазировал, как сделаю предложение Кэтрин в глубине какого-то сада, посреди шикарных кустарников и деревьев, что распространяют свой чудесный аромат. В моих мечтах она всегда соглашалась, и мы оставались жить в этом чудесном городке.
Стоило мне уйти из жизни Кэти, как это место потеряло свою сказочность. Оно насквозь пропиталось моими мечтами и фантазиями, которым не суждено сбыться. Тысячу раз перечитывая ее письма, я готов был ответить, написав, как чертовски скучаю, и что вижу ее в каждом силуэте. Но я не смог. Мне не хотелось ставить ее в неловкое положение. Я не мог терпеть безответность, наблюдая ее любовь к своему парню. Однажды вечером, пребывая в гостях у дяди Эрика, разделив на двоих несколько бутылок вина, я рассказал ему от чего сбежал. Он уверял, что мне необходимо вернуться, говорил, что там моя судьба. Спустя пару лет мы вернулись вместе.
— Давно вы знакомы? — прервал тишину отец.
— Пять лет, мистер Дельгадо, — ответила Кэти, смотря на меня.
— Вы, наверное, и с его невестой знакомы, так? — явно делая акцент на слове «невеста» сказала моя мать.
— У меня нет невесты, мама. — Я не позволил ответить Кэти на вопрос. Она с изумлением посмотрела на меня и отвернулась к окну, уставившись в никуда.
— А как же Кассандра? Такая чудесная девушка, сынок! Что вы не поделили?
— Какая разница, Белла? Если сын так поступил, значит, на то были причины. — Отец похлопал меня по плечу. — Это его жизнь, он сам разберется.
Мы подъехали к чудесному ресторану, находящемуся почти в центре города. Кэти заметно напряглась, увидев, куда мы приехали.
— Что-то не так? — спросил я, снова взяв девушку за руку.
— Нет, нет, все хорошо. — Кэти натянула фальшивую улыбку. Пушистые ресницы девушки были опущены. Складывалось впечатление, будто она боялась посмотреть на меня.
— Не волнуйся, — тихо прошептал я. Она подняла свои чуть потеплевшие глаза. — Они полюбят тебя.
Аромат белых пионов ненавязчиво разносился по всему залу. Вот то, что я ценю в этом месте — свежие цветы на столах. Мы выбрали самый дальний столик. Официант принял заказ. Дамы ограничились легким салатом, а мы с отцом заказали огромные стейки.
Родители осыпали вопросами Кэти, но девушка много о себе не рассказывала. Она всегда была стеснительной особой. Видимо, суровый взгляд моей матери пробудил это чувство до максимума. Мы с отцом, как только могли, старались сглаживать все острые углы разговоров между женщинами, но мама ясно давала понять, что не рада Кэти. Обстановка была очень напряженной. Казалось, будто гитарную струну натянули до предела, и она вот-вот лопнет.
— Мне пора, — сочувственно глядя на меня проговорила Кэти. — Спасибо за чудесный вечер. Мистер и миссис Дельгадо, была рада с вами пообщаться.
Несмотря на поведение моей матери, девушка лучезарно улыбнулась. Я не хотел ее отпускать. Все должно было пройти хорошо.
— Я подвезу тебя, а затем вернусь к родителям. Вы не против? – я посмотрел на родителей, показывая, что выбора у них нет.
Без особого желания мама согласилась. Папа встал со стула и крепко обнял Кэтрин. Так, будто знает ее всю жизнь. Мне понравилась дружественная настроенность отца, потому что знаю, что это искренне. Мои родители из тех, кто все делает от души.
— Буду рад, если вы согласитесь завтра испить со мной кофе, милая леди. — Отец поцеловал тыльную сторону ладони Кэтрин.
— Я счастлива пообщаться с вами, мистер Дельгадо. — Улыбка Альваро стала шире. Они абсолютно точно нашли общий язык.
Они договорились встретиться у камина после обеда. Кэтрин, что удивительно, совсем не возражала моему желанию проводить ее до дома. Квартира девушки находилась совсем рядом с этим рестораном, поэтому мы пошли пешком. Весь путь я держал девушку за руку.
— У тебя чудесные родители, Адам, — уже у самого дома проговорила она. Меня удивило, что у нее сложилось именно такое мнение, ведь мама вела себя далеко не подобающе.
— Я не знаю, что нашло на маму, обычно она нежнее. — Со стороны это выглядело, как оправдание, но я действительно находился в недоумении от произошедшего.
Её пальцы дотронулись до моей кожи на щеке, выдавая легкую дрожь Кэти. Она слегка погладила мою щетину, на что все мое тело отозвалось приятным трепетом. Я взял ее руку. Кэти одарила меня самой восхитительной улыбкой и нежным взглядом, которого я не видел раньше.
— У тебя руки холодные. Снова мерзнешь? – я поднес ее руки ко рту и начал греть дыханием, от чего девушка засмущалась.
— Не стоит, Адам! – она попыталась вырвать руки. Тщетно. Я еле заметно улыбнулся, а потом начал целовать. Один палец, затем второй, третий, четвертый, пятый, перебираясь на другую руку. – Что ты делаешь?! Пожалуйста, хватит!
— Я забочусь о тебе, глупенькая, – сказал я максимально ласковым голосом. Кэтрин перестала сопротивляться, но лицо оставалось смущенным. – Твои руки всегда холодные, сколько помню тебя.
Ласково отодвинув прядь шоколадных волос с лица девушки, я еле коснулся губами ее щеки. Как и планировал, переходить дружескую черту не стал. Девушка вошла в подъезд, и я спокойно отправился обратно в ресторан, улыбаясь словно подросток.
— Ну, и что все это значит, мама? — Я сделал глоток кофе. Мне нужны объяснения.
— Ты и твой отец ослеплены красотой этой дамы, а я помню, что с тобой происходило из-за нее. — Женщина отправила в рот кусочек торта. — Ты думаешь, твоя мать не узнала ее? Я видела все её фото, которые ты хранил в книге. Кассандру ты тоже бросил из-за нее, верно? Этим ты отплатил за ее преданность? Она бросила все и полетела вслед за тобой, а ты так поступаешь с ней.
— Нет. Я не люблю эту девушку, и расстались мы только поэтому. Прекрати надумывать плохое о Кэтрин, и пообещай, что постараешься узнать её лучше. То, что происходило сегодня, было эмоциональной давкой с твоей стороны. Я прошу тебя, нет, умоляю, не заставляй меня делать выбор. Тебе может не понравиться итог.
— Сын прав, душа моя. Кэтрин создает впечатление приличной девушки. Ты видела, как она смущалась весь вечер? А как она улыбалась, когда наш сын держал ее за руку? — Отец тепло взглянул на мать. Всю свою жизнь я наблюдал за их отношениями. Мои родители никогда не ссорились, все вопросы решали мирно. Папа всегда смотрел с нежностью на маму, а та всегда прислушивалась к нему и говорила, как сильно его любит. — Они должны решить все сами. Мы не вправе мешать им. Ведь так?
КЭТРИН
Новость о прекращении отношений Адама и Кассандры привела меня в легкий шок, но я изо всех сил старалась не показывать своих эмоций. Похоже, мне это удалось. То, что происходило в моей душе не поддавалось никаким объяснениям. Несмотря на всю радость, что я испытывала узнав это, в моей голове появлялось все больше вопросов.
Прикосновения Адама вызвали во мне какие-то новые чувства. То, чего я не испытывала раньше. Навязчивое желание коснуться этого мужчины, прижаться к нему, весь день сопровождало меня, не отпуская даже на минуту. Его матери я однозначно не понравилась. Да и кого это удивляет? Она привыкла к Кассандре, и уж точно знает о моем поведении в прошлом. Будь я на ее месте, вела бы себя еще хуже. Как можно винить мать в том, что она старается уберечь своего ребенка от плохого?
Я отвергла его тогда, несколько лет назад, одарив в придачу игнором и пренебрежительным отношением, но он всё равно рядом и говорит со мной все с тем же интересом, восторгом и уважением. Осознание того, что я отвергла прекрасного человека, ради мужчины, который не ценил меня, и при первой же возможности лез в трусы к своей секретарше, приводило меня в отчаяние. Как я могла?
Раздался звонок в дверь. Я встала с уютного кресла и пошла открывать. Первое, что я увидела в глазок — бутылка с бордовой жидкостью. Конечно же, подумалось, что меня решила навестить Бетти, прихватив вино. Открыв дверь, я увидела Даниэля.
— Ну, привет, подруга. — Мужчина подмигнул. — Выпьем?
Мы прошли на кухню,
— Решил споить меня, да? — Я истерично хихикнула, представив себя заядлой алкоголичкой. За последние пару недель я выпила больше, чем за все эти два года. Но, если признаться, этого человека я рада видеть всегда.
— Эй, это всего лишь гранатовый сок, завязывай. — Солнечные волосы мужчины поблескивали от света фонаря, что просачивался сквозь окно. — Ты подозрительно радостная, рассказывай.
— Адам прекратил делать вид, что мы не знакомы. — От сказанных слов и воспоминаний о нем волна приятного тепла прошлась по всему телу. Улыбка на моем лицо, я уверена, выглядит безумной.
— Все идет на лад. — Он улыбнулся и достал из заднего кармана коробочку. — Как думаешь, она согласится?
И тут ко мне пришло озарение. Он собрался сделать предложение Бетти! Я взяла коробочку, чтобы посмотреть кольцо.
«Удивительно», — вот что пришло в мою голову, как только увидела это ювелирное изделие. Я всегда скептически относилась к кольцам, но это поразило меня до глубины души.
— Это кольцо моей бабушки. Дед очень долго ухаживал за ней, но она все никак не соглашалась выйти замуж, ссылаясь на то, что ее темная душа не достойна столь светлого человека. Уж не знаю, что натворила бабуля, что была такого мнения о себе. Его семья жила не богато. Он трудился, не покладая рук, чтобы заказать это кольцо. Когда бабуля увидела это творение из черного золота с маленьким черным бриллиантом, её поверг шок. Дед сказал ей, что это кольцо — частичка его темной души. Он хотел, чтобы бабушка приняла его, даже если не согласится выйти за него замуж. Она согласилась. Спустя время, перед своей смертью, она передала это кольцо мне, сказала подарить той, что сможет пленить мое сердце. — Мужчина рассказывал историю с невероятным теплом и нежностью в голосе. — Встретив твою подругу, я ни секунды не сомневался, что это кольцо должно принадлежать именно ей.
— Это невероятная история. — Я смахнула стекающую слезу. — Беттани любит тебя. Я больше, чем уверена, что она хочет стать твоей женой. Вы же такая милая пара! Ты не представляешь, как я за вас рада!
Даниэль добавил сока в бокалы. Я наполнила чашу фруктами.
— Ты любишь Адама, ведь так? — Вопрос прозвучал обыденно, будто касался погоды, а не чувств. Раньше мне не приходилось обсуждать свои чувства с кем-то, кроме Бетти. Несмотря на это, неловкости я не испытываю. Была бы рада что-то рассказать Даниэлю, касаемо моих чувств к Адаму, но не могу. Как можно говорить о том, чего еще до конца не осознала сама?
— Не знаю. — Я задумалась. Любовь — это слишком сильное чувство, чтобы так просто говорить о нем. Вернулся Адам, и я поняла, где находится душа. Она чуть ниже сердца, в тесном соседстве. Когда он рядом — эти двое проделывают странные штуки со мной, заставляя то краснеть, то улыбаться, словно я умалишенная. Сегодня поймала себя на мысли, что счастлива, когда он рядом. В те моменты, когда Адама нет, в горле появляется комок. Мне хочется, чтобы он появился из ниоткуда и просто был рядом, в поле зрения. — Он мне абсолютно точно симпатичен.
— Хотелось бы верить, что Бетти, думая обо мне, улыбается также, как и ты. — Он усмехнулся, закидывая в рот виноград.
Мною овладело смущение, щеки запылали.
Проводив Дэна, я зашла в ванную комнату. Включив воду погорячее, и встав под душ, зажмурила глаза, наслаждаясь водой, в попытке прогнать лишние мысли.
Тараканы в моей голове, как нарочно, шептали: «Не смей навязывать ему свои чувства, ты не сможешь дать ему главного — семьи». Еще пять лет назад, размышляя о будущем, Адам говорил, что хочет большую семью и много детей. Тогда мне это казалось забавным и милым, а сейчас, я понимаю, даже в самом лучшем случае, если мои чувства взаимны — у нас ничего не будет. Он не поступит со мной, как Джейсон, я уверена. Адам будет рядом, но сделает ли его это счастливым? Конечно, нет. Тогда какой смысл делать несчастным еще одного человека? Лучше быть хорошими друзьями, чем плохой семьей. Как ни странно, но эту истину донес до меня Джейсон.
Закрыв кран с водой, я вышла из душа. Вытираясь полотенцем, я наслаждалась его мягкостью, пока мне не стало больно. Задумавшись, совсем не заметила, как начала тереть им чересчур интенсивно. На коже остались следы, но именно этот дискомфорт смог привести меня в себя. Я натянула пижаму и легла в кровать, укрывшись теплым одеялом. Как бы жарко дома не было, я всегда чувствую острую необходимость укрыться чем-то теплым. Так создается ощущение защищенности и уюта. Также, я ощущаю себя рядом с ним. С Адамом.
___________
Mi alma* — моя душа (испанский)
Дейя* — небольшая деревня в горах Сьерра-де-Трамонтана на северном побережье испанского острова Мальорка (население около 600 человек).
Чуррос* — сладкая обжаренная выпечка из заварного теста, имеющая в сечении вид многоконечной звезды или просто круглая в сечении. Родиной чуррос считается Испания, где чуррос традиционно подают на завтрак