Глава 20
Он вернулся, как всегда, без предупреждения.
Дазай появился в дверях, будто не было месяцев боли, кровавых побегов, уничтоженных баз.
— Привет, — сказал он.
Чуя медленно выдохнул.
— Ты опоздал на семь недель.
— Я знаю.
Молчание. Между ними — стены, годы, команды, ложь.
И кое-что большее.
—
Они были осторожны. Вечно.
Дазай шептал за углом. Чуя злился в ответ.
Их ссоры казались обычными — только внимательные замечали, как его голос менялся, когда речь шла о Дазае.
Юки подозревала. Эмма точно знала. Но никто не говорил.
Потому что это был их хрупкий угол. Их комната, запертая от всего мира.
—
— Ты снова исчез, — сказал Чуя, медленно зажигая сигарету.
— Это было нужно.
— Это ты так оправдываешь каждый свой побег?
— Это я так выживаю.
Чуя смотрел сквозь дым. В его взгляде — злость, боль, невыносимая тоска.
— Я устал от твоего выживания. Я хотел, чтобы ты остался.
— Я тоже хотел. Но не смог.
— Тогда зачем вернулся?
Пауза. Потом:
— Потому что ты всё ещё держишь меня здесь, — и Дазай коснулся своей груди, — и это не отпускает.
—
Они сидели на балконе. Внизу светились окна. Вверху — только звёзды.
— Я не знаю, что с нами, — прошептал Чуя.
— Это больше, чем слова. Но меньше, чем покой, — отозвался Дазай.
— И всё равно я возвращаюсь к тебе.
— Потому что любишь?
— Потому что не могу не любить.
Тогда Чуя наклонился, взял его за ворот, потянул ближе.
— Тогда не исчезай. Ни сейчас, ни потом.
И в этот момент, под тенью ночи, они были честны — впервые за долгое время.
—
— Ты всегда играл в свои игры, — сказал Чуя. — Даже со мной.
— Я больше не играю.
— Тогда докажи. Не словами.
И Дазай остался. Впервые — не как шпион, не как стратег. Просто как человек.
Он мыл чашки на кухне. Зашивал куртку Чуи.
Он сидел рядом, когда тому снились кошмары. Молча.
—
Чуя проснулся, солнце било в окно.
Дазай лежал рядом, с открытыми глазами. Не двигался. Просто смотрел.
— Что?
— Думаю, как это возможно — быть рядом с тобой и всё ещё бояться.
— Бояться меня?
— Потерять тебя.
Тогда Чуя взял его за руку.
Просто. Молча.
— Не делай это снова, Дазай. Не уходи.
— Я не могу обещать. Но я попытаюсь. Ради тебя.
—
Они не стали другими. Они не стали лучше.
Но они остались.
И это значило больше, чем любые слова.
Теперь, когда тишина между ними — это не страх, а покой,
и когда взгляд — не проверка, а доверие,
они, наконец, позволили себе не прятаться.
Пусть даже только друг от друга.
---