Доброе ли дело?
POV Геллерт
Поймав потерявшую сознание Венеру, я испытал чувство дежавю. Снова я несу ее на руках, снова рядом испуганная Ирма и встревоженные братья Копош, которые выбежали мне навстречу. Правда, сейчас еще здесь оказались мои родители и Елена, которая стала опекуном Венеры.
— Что случилось? Мерлин, что с ней? — испуганно причитала мать, семеня следом, не успевая подстраиваться под мой широкий шаг.
Принеся девушку в свою комнату, я аккуратно положил ее на кровать, только сейчас осознавая, что ее спальня находится этажом ниже. Неважно.
Я отошел в сторону, чтобы не мешать Елене, которая тут же принялась хлопотать над Венерой. Похоже, женщина неплохо разбирается в целительстве. Отлично, значит девчонка в надежных руках. Тяжело опустившись на софу, я откинул голову на спинку, стараясь выкинуть из головы сегодняшний вечер, но образы упорно лезли в голову.
Венера, в ужасе смотрящая, как вампир ударил меня, а потом гипнотизировал струйку крови, что текла из разбитой губы...
Венера, кожа на запястьях у которой сильно обгорела из-за подожжённых веревок...
Венера, с гневно сверкающими глазами, сжигает вампиров в огне, даже, похоже, не замечая этого...
Венера, которая спокойным взглядом посмотрела на вампира с разодранным горлом и лишь усмехалась...
Венера, применившая Круциатус к вампирше и наблюдающая за этим с каким-то извращенным удовольствием...
И наконец-то то смиренное выражение лица, когда она сказала, что является дочерью своего отца. То, с какой уверенностью и принятием она это произнесла, меня напрягало. Словно она что-то для себя решила и окончательно с этим смирилась.
Но, стоит заметить, что она прекрасна в гневе... Особенно, когда применяет огненную магию. От раздумий меня отвлек тихий голос Адриана:
— Гелл, ты весь в крови. Дружище, что случилось?
— Потом. Все потом, — произнес я, не открывая глаз, желая просто немного отдохнуть. Но мне это не удалось, меньше, чем через минуту, меня снова потревожили.
— Что у вас там произошло? — требовательно произнес отец, а я с удивлением понял, что отключился на какое-то время.
Размяв затекшую шею, я заметил, что в комнате остались только Адриан, Корнел и отец. Ну, и Венера, мирно спящая в моей кровати. Признаюсь, картина была весьма желанная, но не при таких обстоятельствах, да и я надеялся, что это произойдет гораздо позже, как минимум, на несколько лет уж точно.
Усмехнувшись от собственных мыслей, я перевел взгляд на отца и друзей, что ожидали от меня объяснений, Уверен, Ирма была бы не в состоянии что-либо рассказать, да и не все она знала. Мерлин, как я благодарен Венере, что она перенесла сестру в поместье, избавляя хоть ее от всего этого ужаса, что произошел дальше.
Но я снова отвлекся. Поудобнее устроившись, я стал рассказывать про события вечера. И рассказал почти все, упуская только те моменты, где Венера применяла непростительное и где я использовал анимагию. Оказывается, мы вернулись в особняк около четырех утра. Устало откинувшись на спинку кресла, я снова прикрыл глаза.
— Откуда у тебя кровь? — спросил отец, а я понял, что так и не смыл кровь вампира и сейчас, должно быть, она у меня на лице и шее.
— Это не моя, — устало ответил я.
— А чья?
Вздохнув, я решил плюнуть на этот секрет, в конце концов это мой отец и мои друзья, а тут нет ничего ужасного.
— Я — анимаг, уже как несколько лет. Обучался втайне. Моя форма пантера, пришлось принять ее и загрызть одного вампира, пока выдалась такая возможность. Это была самозащита.
Наступила тишина, но продолжалась она недолго.
— А я знал. Мерлин, Адриан, а ты мне не верил! — раздался довольный голос Корнела, а я на него удивленно посмотрел. Впрочем, это можно и потом обсудить.
— Ладно, пожалуй, нам всем пора отдохнуть. Сегодняшний день был тяжелым для всех, — произнес отец, направляясь к выходу из комнаты. — Отдохни, сынок.
Парни тоже вышли из комнаты, споря между собой. А я кое-как собрался с мыслями, чтобы дойти до душа.
Видок в зеркале был тот еще, все лицо, шея и грудь были в засохшей крови. Было приятно встать под горячую воду, смывая всю эту мерзость с себя, к тому же, я понял, что чертовски сильно замерз.
Выключив воду и переодевшись в чистую одежду, я вернулся в комнату и, недолго думая, лег на софу, с удовольствием растянувшись на ней, мгновенно погружаясь в сон. Через какое-то время он был нарушен внезапным бесцеремонным вторжением одного черноволосого чертенка. Крепко прижавшись ко мне и положив голову мне на грудь, Венера быстро уснула, и я тоже снова погрузился в сон.
В следующий раз я проснулся уже ближе к обеду, понимая, что выспался, но вставать не спешил, чтобы не потревожить Венеру, что крепко спала рядом. Софа была не самым удобным местом для сна. Прошел еще час, который я провел в полудреме, а потом я решил, что пора бы уже вставать, и желудок был со мной согласен. Взяв черный локон, я провел им по щеке девочки. Она на это забавно нахмурилась, а потом просто уткнулась лицом в мое плечо. Зрелище было весьма забавным и заставило меня рассмеяться. Слегка дернув за прядь волос, я тихо произнес:
— Эй, соня, вставай давай.
Ответом было недовольное мычание, которое мне показалось отказом.
— Нужно поесть, тебе особенно нужны силы. Потом, если захочешь, вернешься и будешь спать.
— А ты?
— А я выспался, — довольно произнес я, пытаясь изо всех сил сдержать улыбку, что так и хотела растянуться на губах.
Девушка недовольно приняла сидячее положение, нахмурившись, а потом потянулась и сладко зевнула, прикрыв рот ладошкой. На ее щеке остался след от моей футболки.
— А почему я здесь? — спросила она, неопределенно махнув рукой.
— Ну, — неуверенно начал я, запустив пятерню в волосы, взлохматив их, — я особо не думал, куда идти, когда ты потеряла сознание.
— Понятно. Значит, это ты меня поймал? — спросила Венера, как будто это мог быть кто-то еще, но, тем не менее, я кивнул.
— Спасибо, — тихо произнесла девочка, опустив взгляд на свои руки.
— Геллерт, я...
— Не нужно, ты все сделала правильно, — прервал ее я, понимая, что именно она хочет мне сказать.
— Нет, не правильно! Я убила людей! Живых людей! — громко воскликнула она, а я начал молиться, чтобы это не были признаки наступающей истерики.
— Начнем с того, что и людьми они не были...
— Ну, вампирами, какая разница! Они были разумными существами, а я их сожгла.
Девочка тихо всхлипнула и отвернулась от меня, украдкой вытирая слезы, надеясь, что я не увижу их.
— Двоих, не велика потеря, — пожав плечами, ответил я, а Венера только горько усмехнулась.
— Знаешь, я успокаиваю себя, — начала говорить она, спустя несколько минут тишины. — Я видела у нее в голове, что они делают с чужаками. Там две варианта, или стать «едой» или «семьей». А то, что они иногда делают с детьми... Я не могла их оставить в живых, чтобы позволить им продолжать творить эти зверства. Но когда я их сжигала, то я не думала про это. Я думала только о своем гневе, который мешал мне трезво рассуждать...
— Венера, успокойся, — произнес, опускаясь перед девочкой на корточки, чтобы поймать ее взгляд. — Я бы сделал то же самое. Мы защищались, слышишь меня?
— Геллерт, я монстр, которому понравилось причинять боль...
Я был в растерянности, смотрел в эти огромные зеленые глазища, в которых стояли слезы, и не знал, что сказать. Тяжело вздохнув, я сел обратно на софу и привлек этого испуганного человечка к себе. Венера, уткнувшись мне в плечо, разрыдалась, а я только и мог, что поглаживать ее по спине.
Пугало ли ее признание меня? Нет, но мне не хотелось, чтобы на ее руках была чья-то кровь.
Хотя сам я не испытывал какие-либо муки совести. Но одно дело, когда ты защищаешься, а другое, когда нападаешь первым. Я видел, как она применила Круциатус, но ведь могла просто обезоружить ее или вывести из строя. Это жажда мести и гнев, меня, несомненно, настораживали. Но не до такой степени, чтобы начать шарахаться от Венеры. К тому же, она увидела какие-то зверства по отношению к детям, а это я точно уж мог понять. Не известно, как бы сам я поступил в такой ситуации. Как все сложно-то...
— Знаешь, — начал я, прочистив горло. — Единственное о чем я жалею, что тебе пришлось это сделать самой. Поверь, я не тот человек, кто способен рассуждать о морали и тому подобное, но на твоем месте я бы сделал то же самое. И это не значит, что ты монстр... Или я.
Какое-то время мы сидели в тишине, а потом Венера отстранилась и вытерев слезы. Взгляд был полон решимости, только между бровей появилась едва заметная морщинка, свидетельствующая о том, что он о чем-то задумалась.
— Пожалуй, ты прав. Они сами вынудили меня, а я просто ослеплена всеми возможностями, которые имею. Теперь я буду более внимательна. Спасибо, — с каким-то облегчением проговорила Венера, а я только облегченно выдохнул. Все-таки, роль психолога мне не шла от слова «совсем», но и оставить ее в таком состоянии я не мог.
— Ты применила легилименцию к ней? — осторожно спросил я, хотя уже догадывался, что она ответит.
— Да, я... Просто захотела ей вложить мысль, что мне нужны палочки. Пришлось залезть в голову к ней. Вышло почти так же, как в тот раз с Нацевой...
— Не думала, что нужно больше практики? — осторожно спросил я, не зная, как Венера будет на это реагировать.
— Ну, Бабет меня ничему новому больше не может научить, а сама читаю только записи отца. С практикой труднее, нужен опытный легилимент. Отец запретил мне пробовать тренироваться на ком-то, можно повредить разум.
— И что, он прям так и сказал? — спросил я, поежившись, представив, как Венера общается с портретом давно умершего волшебника. Должно быть, это очень трудно, видеть в таком свете своего родителя...
— Ну, почти. Посоветовал тренироваться на тех, кого не жалко...
— Хорош совет, ничего не скажешь, — пробурчал я, а Венера кинула на меня недовольный взгляд. За это лето она стала яростно защищать отца, когда кто-то не одобрял его поступки.
— Не начинай, мы это уже обсуждали, — начала Венера, а я только поднял руки, признавая, что и не думал что-то обсуждать.
— Давай лучше приведём себя в порядок и пойдем перекусим чего-нибудь, — произнес я, направляясь к ванной, но на полпути меня остановил голос Венеры.
— А что будет говорить остальным?
— Почти правду, упуская применение Круциатуса. А про тот факт, что ты сожгла двух вампиров, я сказал, что это ты испугалась и устроила стихийный выброс.
— Спасибо, — тяжело выдохнув, произнесла Венера, натянуто улыбнувшись, но не успел я задуматься над такой реакцией, как девочка быстро встала и направилась к выходу из комнаты, обронив на прощание, что она пошла к себе.
Пожав плечами, я решил, что подумаю об этом позже. Умывшись и переодевшись, я направился к Венере, чтобы уже вместе спуститься вниз. Зайдя в комнату, предварительно постучав, я увидел, что девочка уже переоделась и теперь пыталась привести в порядок волосы, что, похоже, у нее плохо получалось.
— О, быстро ты, — удивилась девочка, и недовольно вздохнула, когда черные пряди рассыпались из ее пальцев. Видимо, решив не тратить на это занятие время, она решила расставить волосы распущенными, еще раз пробежавшись по ним расческой.
— Идем? — спросил я, а девочка только кивнула. Спустившись вниз, я нашел своих родителей в гостиной, в компании Адриана и Корнела.
Как только мы зашла в комнату, все разговоры сразу смолкли, а мать быстро встала со своего места, подходя к нам и внимательно разглядывая Венеру.
— Доброе утро, — натянуто улыбнувшись, произнесла мама. — Как вы себя чувствуете?
Я просто пожал плечами, а Венера обронила скромное «нормально», а потом задала вопрос, желая сменить тему:
— А где Елена?
— Ей пришлось отправиться в замок за какими-то зельями, но обещала скоро вернуться, — ответила мама. — Вы, должно быть, голодны, идемте, я прикажу домовикам накрыть в столовой.
— Не то слово, — довольно произнес я, не особо желая рассказывать про свое самочувствие.
Войдя в столовую, я уселся на стул и принялся ждать, когда домовики принесут еду. Вокруг нас хлопотала мама, а потом в комнату вошли братья Копош, а за ними и мой отец. Все делали вид, будто ничего страшного не случилось.
За столом завязалась непринужденная беседа, а я чувствовал, что всем не терпится обсудить вчерашние события. Когда мы закончили, отец переглянулся с мамой.
— Ну, может, уже перестанем играть в гляделки, — не выдержал я, желая поскорее закончить со всем этим.
— Согласна, — добавила Венера, слегка улыбнувшись, а я довольно заметил, что она весьма внимательна.
Отец тяжело вздохнул и начал говорить спокойным голосом:
— Я сегодня был в Министерстве с утра, узнал много новостей. Все обсуждали ночные события в Шварцвальде. Министерства Магии давно хотят устроить облаву на живущих там вампиров, слишком много они нервов всем попортили, но желающих за это дело браться оказалось не так много... А ночью мракоборцы, патрулирующие границы леса, увидели, как он горит. Собрав небольшую группу, они на метлах отправились туда, а когда прибыли, то им предстала увлекательная картина...
Сделав паузу, отец внимательно посмотрела на нас с Венерой, а я не совсем понимал о каком пожаре идет речь вообще. Но на границе сознания мелькнула мысль, что я, похоже, был прав. Мы действительно оказались в Чёрном лесу.
— И что же они увидели? — равнодушно спросила Венера, встретив тяжелый взгляд Ричарда.
— Все деревня вампиров была охвачена адским огнем, который методично уничтожал только дома, не затрагивая окружающий лес. Опасная ситуация, мог возникнуть страшный пожар. Этот огонь не поддается контролю, но, не успев даже ничего предпринять, мракоборцы увидели, как огонь сам прекратился, оставив один только пепел.
Ричард замолчал, неуверенно переводя взгляд с меня на Венеру и обратно.
— И кто из вас двоих это сделал? — осторожно спросил отец, а у меня вырвался смешок, я начал понимать, что имела в виду Венера, когда говорила, что сожгла их всех, а я-то думал, что она говорит только про тех двоих, что пытались напоить ее зельем.
Венера глубоко вздохнула, а потом, пожав плечами, просто ответила, совершенно спокойным голосом:
— Я.
Все удивленно посмотрели на нее, а Ричард на секунду закрыл глаза, словно надеялся, что мы не имеем к этому никакого отношения.
— Венера, ты хоть понимаешь, как это все серьезно? Если бы огонь вышел из-под контроля? Ты хоть понимаешь, чем все могло кончиться?
— О, я прекрасно понимаю и отдаю себе отчет, — твердо произнесла Венера, поднявшись на ноги и уперев ладони в стол. — А еще я не капельки не жалею о том, что я сделала. Извините, но ублюдки, которые любят насиловать детей, держать их рядом, как какой-то скот, чтобы пить их кровь, потому что она самая вкусная, не заслуживают другой участи! Эти существа специально создают порталы, привлекая детей. Всюду разбросано великое множество игрушек и сладостей, которые привлекают детей, а когда они их берут их в руки, то переносятся в Шварцвальд! Ваше Министерство не один год бездействовало, можно сказать, что я оказала им услугу!
После эмоциональной речи Венера тяжело дышала, но продолжала сверлить недовольным взглядом отца. Посмотрев на остальных присутствующих, я заметил смесь ужаса и страха на лице матери, и отвращение на лицах Братьев Копош.
— Раз так, то поделом им, — фыркнул Корнел, а я с облегчением понял, что отвращение направлено не на Венеру.
— Корнел, это темная магия, которую причисляют к проклятиям. Откуда это известно ребенку, я боюсь представить. А ты не подумала, что теперь Министерство тобой, Венера, заинтересуется после всей этой ситуацией.
— Нет, меня больше интересовал тот факт, как бы министерство не заинтересовалось тремя пропавшими детьми. Или их трупами. Трансгрессия тоже под запретом для несовершеннолетних, между прочим, но вы из-за нее на меня не набросились. Наверное, потому, что благодаря ей, ваши дети вернулись домой!
— Венера, это разные вещи!
— Нет! Это просто магия! Какая разница, как я ее использовала, если она пошла на благо всем? Я спасла нас троих, а в придачу избавилась от такой проблемы!
— Как ты узнала, что они делают с детьми? — спросил отец, резко переводя тему, прищурив глаза, а я подавил вздох разочарования. Ведь не промолчит же!
— Легилименция, — фыркнула девочка, сложив руки на груди, а мужчина устало прикрыл глаза. Посмотрев на мать, я увидел, как она испуганно приложила руки ко рту. Зато Копош довольно хмыкнули.
— Мерлин... Венера, ты хоть понимаешь, что тебя ждут большие проблемы? — устало произнес отец, откинувшись на спинку стула.
— Уверена, что есть исключения из правил, — пожала плечами девочка.
— Мистер Розье, просто скажите спасибо Венере, она спасла ваших детей, — заметил Адриан, пожав плечами. — Вместо того чтобы набрасываться на нее с обвинениями, можно просто помочь ей замять всю эту историю...
— А кто-то вообще в курсе, что мы там были? — подал голос я, а все удивленно ко мне обернулись.
— Нет, но думаю, что это скоро будет известно.
— Каким образом? Нас ведь больше никто там не видел, а те, кто видел, уже мертвы, — пожал плечами я, заметив, что мать от моих слов вздрогнула. — Мы просто не будем говорить, что были там, чтобы не было лишних проблем. А у меня они тоже, между прочим, будут, как у незарегистрированного анимага.
— Ладно, возможно, вы все правы. Надеюсь, вы будете помалкивать про всю эту ситуацию, — отец прикрыл глаза, а Венера немного расслабилась.
— Естественно, я что, враг самой себе? — произнесла Венера, задавая риторический вопрос.
— И, Венера, — произнес отец, убрав руку от лица. — Спасибо.
— Не за что, Ричард, — слегка улыбнувшись, ответила девочка.
— Милая, но как же так, — рассеянно проговорила мать, впервые за всего этого «разбора полетов». — Зачем ты так рискуешь, изучая такую магию?
— Это все наследственное, — пожав плечами. Ответила девочка. — И я считаю, что глупо не развивать способности, данные тебе от рождения. Пусть лучше я буду знать, как их использовать, даже если это никогда не пригодится.
Настала тишина, каждый был погружен в свои мысли, только Адриан и Корнел с восторгом поглядывали на Венеру, ох, зная их, не к добру все это.
— Благодарю за гостеприимство, но я бы хотела вернуться домой. Извините, что испортила вам праздник, — произнесла Венера, выходя из-за стола и направляясь в свою комнату.
— Что ты, дорогая, это нам жаль, что вы попали в такую ситуацию. Надеюсь, что ты когда-нибудь еще посетишь наш скромный дом.
Поднявшись из-за стола, я направился вслед за девочкой, которая ускорилась, да так, что я поймал ее уже почти у дверей комнаты.
— Эй, ты как? — спросил я, заходя в комнату вместе с Венерой.
— Твоему отцу бы в дознавателях работать, — хмыкнула девочка.
— Да, есть у него такие замашки. Все в порядке?
— Честно? — спросила Венера, бросив на меня потерянный взгляд. — Не очень. Но мне стало гораздо легче, когда твой отец сказал, что Министерство давно хотело устроить облаву на них. Я действительно теперь чувствую, словно я сделала что-то хорошее, и меня совесть мучает немного меньше.
— Почему ты не сказала, что сожгла там все? И когда успела?
— Не смогла, боясь, что ты поменяешь свое мнение обо мне, — неуверенно произнесла девочка, опустив взгляд в пол. — Я сделала это в последний момент перед трансгрессией.
— Да, это, пожалуй, самый запоминающийся мой день рождения, — произнес я, рассмеявшись. Напряжение от ночных событий начало отпускать.
— Прости, — скривив виноватую мордашку, ответила девочка. — Я не хотела, правда. Ведь, если бы не моя идея о прогулке, то было бы все в порядке.
— Нет, не было. Эту игрушки взял бы кто-нибудь другой и этот «кто-нибудь» пострадал бы. Тут твоей вины нет.
— Ну, если с такой стороны посмотреть, то я почти святая, — произнесла Венера, закатив глаза и улыбнувшись.
— Так ты возвращаешься в замок?
— Да, но сначала я думаю, что стоит дождаться Елену и посетить волшебный квартал в Софии, раз уж он здесь рядом. Через месяц начало учебы, а я еще не купила новые учебники.
— Мы, кстати, тоже. Но Драко звал нас посетить вместе Косой переулок. Мы обычно там покупаем все для учебы. Если хочешь, то присоединяйся.
— А когда вы планируете сие мероприятие?
— Вроде бы первого августа, через три дня.
— Тогда, увидимся там?
— Идет, — ответила я, смотря вслед Венере, которая прихватив свою сумку, спустилась вниз, улыбнувшись мне напоследок.
Постояв еще какое-то время в пустой комнате, я отправился в свою, где растянулся на кровати. Мысли в голове проносились со скоростью света. Похоже, отец задел Венеру. Но вот что сейчас творится у нее в голове, я боялся представить. Хотелось верить, что она оправится от всех этих событий, но чутье подсказывало, что в ней что-то изменилось после сегодняшнее ночи. Тяжело вздохнув, я уловил знакомый запах, которым пропиталась моя кровать. Улыбнувшись, я решил, что буду приглядывать за Венерой и, по возможности, отвлекать он дурных мыслей. Тем более что скоро каникулы кончатся, и мы вернемся в Институт.