Маскот 2 [Mascot 2]

За восемнадцать минут до начала прямого эфира я вернулся в свою гримёрку. Внутри Сумасшедший разговаривал с кем-то по телефону и, увидев меня, сразу положил трубку.

— Куда все делись?

— Отправились искать тебя, — ответил он и странно посмотрел на меня. — Что-то случилось?

— Чон Ыйчхоль случился. Жалкий ублюдок, даже не заслуживающий того, чтобы ему мстить.

Глупые выходки Чэ Досанга можно было спустить ему с рук – он всего лишь незрелый ребёнок, но этот сукин сын просто нелеп. Он настолько низок, что на него даже злиться стыдно. Как вообще человек может быть таким?

Я опустился в кресло и пересказал Сумасшедшему разговор с продюсером Шином.

— Думаю, я проиграю. Нет никакого способа победить в этой викторине, разве что умудриться придумать десять новых вопросов за восемнадцать минут.

Но, даже если я это сделаю, продюсер Шин их не примет. Думая о том, что терплю поражение ещё до старта, я почувствовал себя отвратительно. Однако всё изменилось, стоило мне взглянуть на Сумасшедшего. Уголки его губ были приподняты в лёгкой улыбке.

— Почему ты улыбаешься?

— Просто удивлён, что ты думаешь над новой тактикой. Так сильно не хочешь проиграть?

Я действительно не хотел этого. Мне не нравилась мысль о том, что все приложенные усилия оказались напрасными, а мой соперник может одержать победу таким гнусным способом ещё до того, как у нас состоится нормальный матч. Я был так зол, что мне хотелось немедленно пойти в гримёрку Чэ Досанга, перевернуть её вверх дном и выбить из них все дерьмо. Столь сильное и с трудом поддающееся контролю чувство оказалось для меня новым. Мне непривычно быть увлечённым чем-то настолько сильно и давать волю своим эмоциям. Это не имело ничего общего с моим прошлым или чувством вины.

— Как бы там ни было, продюсер не позволит мне изменить вопросы.

Когда я сменил тему, Сумасшедший снова спросил:

— Ты хочешь победить?

— Да.

— Тогда я сделаю так, что ты победишь.

— Каким образом?

— Таким, каким мы планировали с самого начала. Ты выиграешь со счётом 1:0.

Но разве у них нет моих ответов? В голове вдруг промелькнула тень сомнения.

— Думаешь, продюсер Шин не передал им ответы?

— Нет, передал. До того, как ты вошёл, он сообщил мне об этом по телефону.

Должно быть, пытался поторговаться с Сумасшедшим, прежде чем пойти к Чэ Досангу.

— Не всё потеряно. Ты написал только те вопросы, которые знал.

— Всё равно их восемь штук. Я никак не смогу победить со счётом 1:0.

— Сможешь.

— Как?

— Ты не знаешь ответы на первый и третий вопросы, потому что их придумал я. А на втором тебе нужно использовать свою смекалку. Искази вопрос так, чтобы он не понял его, или эмоционально стимулируй нести чушь.

Исказить? Второй вопрос – это чэнъюй "кьехачжиёк". Это означает жадность, которая не иссякает, словно вода, текущая в горном ручье... Подождите, но что может заставить его не открывать рот, даже если он знает ответ? В тот же момент в моей голове возникла одна идея. Я не знал, сработает она или нет, но попробовать стоило.

— Окей. Допустим, со вторым вопросом я разберусь, но что делать с четвёртым?

— Измени порядок.

— Что?

— Зачитай вопрос перед тем, как ведущий объявит номер. Не четвёртый, а любой другой. Чэ Досанг этого не заметит и будет давать ответы в том порядке, в котором запомнил. Вот и всё.

— А я могу менять порядок по своему усмотрению?

— Почему нет? Это прямой эфир, они не смогут тебя остановить.

— Но Чэ Досанг не идиот. Он заметит, что вопрос не соответствует ответу.

— Не заметит. Хочешь, поспорим?

Если он готов на спор, то, должно быть, чертовски уверен в своей правоте. Да, точно так же, как я не верил, что Чон Ыйчхоль окажется жалким трусом, Чэ Досанг может превзойти мои ожидания и оказаться последним кретином.

— Кстати, насчёт Чон Ыйчхоля. Ничего не могу сказать о Чэ Досанге, но я думал, что Ыйчхоль отклонит предложение продюсера Шина. До сих пор он использовал детские выходки, чтобы задеть меня. Однако в этот раз у него появилась возможность выбрать ту же стратегию, что и я, и сразиться должным образом.

Тем не менее он заплатил, чтобы получить ответы. Но почему?

— Потому что он трус. У него нет других мыслей, кроме страха проиграть.

Не может быть. Это викторина, и если смотреть объективно, у Чэ Досанга намного больше шансов победить меня. Неужели Чон Ыйчхоль всё равно боится?

— В этом разница между мной и им. Он не знает, что важнее всего для победы. Поэтому до конца жизни не сможет даже на миллиметр приблизиться к моему уровню.

И снова этот высокомерный придурок занимается самовосхвалением.

— Да уж, куда ему до тебя. Должно быть, ты знал это с самого рождения.

— Нет, я узнал об этом, когда учился в университете.

Я не ожидал, что он назовёт конкретное время.

— Ты учился этому в университете?

Он рассмеялся, будто нашёл мой вопрос забавным.

— Вне университета. Это заняло три месяца. И благодаря этому мне больше не пришлось ходить на учёбу.

Три месяца? Он научился какому-то навыку? Мне хотелось поподробнее расспросить его, но Сумасшедший толкнул меня в спину, говоря, что уже пора выходить. Как раз в этот момент дверь открылась, и появился сотрудник, который пришёл, чтобы забрать меня.

***

За семь минут до начала эфира я стоял за сценой и внимательно читал записанные на карточках вопросы. Сумасшедший всучил их мне перед тем, как я подошёл к кулисам, так что у меня даже не было времени, чтобы ознакомиться с содержанием. Приходилось готовиться в ускоренном режиме, однако внезапно возникла неожиданная помеха.

— Думал, Ким Джун придумает что-то оригинальнее, но это всё та же тактика 1:0. Банально. Я очень разочарован.

Похоже, чрезмерная надменность теперь стала повсеместным явлением.

— А украсть ответы – это оригинально?

— Нет, зато реалистично. Во всяком случае, именно так работает бизнес. Это не личная борьба. Лучшее, что можно сделать, – добиться своей цели и получить выгоду любыми возможными способами. Но Ким Джун так не умеет. Он всю жизнь жил без забот и никогда ни под кого не прогибался.

Мне было действительно любопытно, чем закончится их борьба. И Джун, и Ыйчхоль утверждали, что не были знакомы в прошлом.

— Знаешь, что сказал Ким Джун?

Чон Ыйчхоль с любопытством улыбнулся.

— Он сказал, что ты не сможешь его победить. Потому что не знаешь того, что знает он.

— Учитывая, как Ким Джун любит преувеличивать, вероятно, это какая-то ерунда.

— Я тоже так думаю. Однако то, чему он научился вне университета за три месяца, явно чего-то стоит. Учитывая, что это избавило его от необходимости посещать учёбу.

В мои намерения не входило защищать Сумасшедшего. Напротив, мой тон был очень ироничным, но выражение лица Ыйчхоля странно изменилось.

— Вне университета... три месяца?

— Что? Или эти три месяца без него пролетели для тебя как три года?

На этот раз я действительно был саркастичен, однако он выглядел максимально серьёзно и снова спросил:

— Он сказал, чем занимался на протяжении того времени? И почему вдруг бросил учёбу?

— Для человека, который утверждает, что Ким Джун имеет склонность преувеличивать, у тебя слишком большой интерес.

Ыйчхоль натянуто улыбнулся и отступил. Однако за секунду до того, как отвернуться и уйти, он нахмурился. Неужели Сумасшедший вернулся спустя три месяца шулером или типа того?

— Кьехачжиёк. Clear. Тано...

Прозвучали знакомые слова. Это были ответы на мои вопросы. За минуту до начала прямого эфира стоящий недалеко от меня Чэ Досанг прочитал все ответы и вздохнул.

— Как можно было придумать такие убогие вопросы? Мне даже неловко произносить ответы на них. Ну серьёзно...

Он обращался не ко мне – просто говорил сам с собой. Однако это было достаточно громко, чтобы я мог его услышать. Что ж, меня мало заботит, о чём говорит этот ребёнок. Мне просто хотелось проверить одну вещь.

— Ты знаешь, что это значит?

— Что?

— Кьехачжиёк.

— Вода постоянно течёт, — Чэ Досанг сделал паузу, а затем быстро добавил значение, о котором ему, вероятно, рассказал Чон Ыйчхоль.

Я кивнул и ответил:

— Да, это о жадности, которая, как и текущая по ручью вода, бесконечна. Запомни хорошенько, потому что это относится к вам, не способным контролировать свою жадность и полагающимся на воровство.

Как только я сказал это, на сцене зазвучала музыка и послышались аплодисменты. Наш ведущий, комик, быстро объяснил правила викторины, и после нескольких шуток вновь раздались хлопки зрителей и громкая музыка.

Мы с Досангом поднялись на сцену.

***

Яркие огни освещали сцену и стены. Повсюду были разноцветные огни. Это выглядело очень безвкусно. Каждый раз, когда ведущий что-то говорил, вспыхивал свет, пугая зрителей. Какого чёрта они сделали сцену такой? Однако позже я услышал, что они поспешно арендовали сцену из трот-шоу*. Но даже если так, это вызывало у меня лишь больше вопросов. Или они специально пытались ослепить всех трот-певцов этими софитами?

*Трот – музыкальный жанр, считается самой старой формой корейской поп-музыки. Сформировался в начале 1900-х годов в ходе колонизации Кореи Японией.

— Согласно порядку, определенному заранее брошенной монетой, Чэ Досанг будет выступать первым. Итак, первый вопрос. Тема – ассоциативная викторина с тремя подсказками. Начинайте.

Досанг держал в руке такую же карточку, как у меня.

— Третье место. Погребение в море. 1880 год.

На его лице расплылась улыбка. Он будто говорил: "Я прикинул твой уровень и выбрал самую лёгкую задачу. Хотя бы это сможешь понять?".

— Пак Чанми, пожалуйста, дайте ответ. Я начну считать до пяти.

Подняв руку, я обратился к ведущему:

— Я хочу воспользоваться шансом.

— Ах, сразу на первом вопросе? — спросил явно сбитый с толку ведущий и улыбнулся. — Есть ли какая-то особая причина, по которой вы хотите использовать его?

— Я не знаю ответа.

— ...

Забыв о прямом эфире, мужчина замолк на некоторое время, но вскоре пришёл в себя и поспешно продолжил:

— У вас есть возможность поискать в Интернете, либо позвонить кому-нибудь по телефону. Что бы вы хотели использовать?

— Телефонный звонок.

— К кому бы вы хотели обратиться за помощью?

— К своему роуд-менеджеру.

На лице ведущего снова появилось выражение замешательства. В любом случае, мне вручили телефон с прикреплённой к нему петличкой, и я набрал номер Сумасшедшего. Пока раздавались длинные гудки, я находился в предвкушении. Если Ким Джун не сможет ответить правильно, он опозорится в прямом эфире.

[Да.]

В момент, когда послышался его голос, начался шестидесятисекундный обратный отсчёт.

— Сейчас я прочитаю тебе вопрос. Третье место. Погребение в море. 188...

[Гокстад.]

Я никак не отреагировал. Во-первых, это слово было мне незнакомо, поэтому подумал, что он просто выдумал его. Однако, увидев лицо Чэ Досанга понял, что ошибался.

— Это Гокстад, — ответил я, повесив трубку.

Вспыхнули ослепляющие огни и на экране позади нас появилась огромная надпись «Гокстад».

После этого Досанг объяснил, что Гокстад – это место, где был найден корабль викингов, и его раскопки начались в 1880 году. Корабль использовался для погребения и так далее. Затем настала моя очередь.

— Жребий брошен. Сай Твомбли, 1962 год. Смерть в возрасте 55 лет.

Я немного переживал. Это был вопрос, на который Чэ Досанг не знал ответа. Мне было любопытно, как он теперь поступит. Если решит воспользоваться шансом, то, вероятнее всего, позвонит Чон Ыйчхолю. Но сможет ли тот сразу ответить, как это сделал Сумасшедший за каких-то пару секунд?

— Чэ Досанг, ваше время на исходе. ... Три, два, один. И-и-и вы не ответили.

В итоге он не стал использовать шанс. Решил, что в этом нет необходимости, поскольку у него есть ещё восемь ответов?

— Пак Чанми, пожалуйста, назовите ответ.

— Я не знаю.

— А?

— Разве он не выйдет на экране?

Ведущий снова натянуто улыбнулся и повернул голову к экрану.

— Давайте посмотрим.

К счастью, ответ появился. Должно быть, Сумасшедший передал его прямо перед трансляцией.

«Юлий Цезарь.»

Что-то знакомое. Кажется, название клуба по интересам? Нет, сейчас не время думать об этом. Важно то, что пока у нас 1:0. Главное поддержать этот показатель до самого конца. Теперь настрой Сумасшедшего передался мне, и я твёрдо поверил в его план.

— Второй вопрос – чэнъюй. Чэ Досанг, прошу.

— Это означает шило в твоём кармане. Метафора того, как талант выдающегося человека может быть скрытым, однако он обязательно оказывается замечен другими. Даже неловко об этом рассказывать, но подобную метафору однажды использовали по отношению ко мне, — он смущённо улыбнулся.

Я уставился на него и спросил:

— Значит, она относится и к вам, Чэ Досанг?

— Да.

Ведущий начал считать. Когда оставалась всего одна секунда, был дан ответ:

— Бешенство?

Наступила тишина. Кажется, это неправильно. Ну, не беда. Потому что с лица Чэ Досанга наконец-то сползла улыбка.

— Эм... Пак Чанми, это прямая трансляция, поэтому я попрошу вас подбирать слова. Не могли бы вы повторить свой ответ ещё раз?

Без проблем.

—Умопомешательство?

Зрители разразились неудержимым смехом. Ведущий быстро вмешался, и на экране появился ответ.

«Талант в землю не зароешь.»

— Пак Чанми, ваш черед задавать вопрос.

Я посмотрел вниз на карточку и поднял глаза. Если объясню всё так, как здесь написано, он сразу всё поймёт, поэтому нужно издеваться над ним, как над идиотом. Я последовал совету Сумасшедшего и заговорил:

— Чэнъюй, обозначающий непрерывный поток воды. Он также относится к Чэ Досангу. Что это за слово? Да, кстати, это не бешенство.

В зале снова послышались смешки, но вскоре они смолкли. Ведущий бросил быстрый взгляд на продюсера и снова предупредил меня, что мне следует объяснять нормально. Досанг улыбался, но его горящие ненавистью глаза прожигали меня. Прекрасно. Мне будет только проще, когда он так зол.

— Чэ Досанг прекрасно знает, что из себя представляет, поэтому я не думаю, что он нуждается в каких-либо дальнейших объяснениях.

Ведущий поочерёдно посмотрел на нас и обратился к Досангу:

— Вы хотите ответить?

Тот продолжал пялиться на меня и улыбаться. Да, продолжай в том же духе и не стесняйся ошибаться, ведь впереди ещё много вопросов, на которые ты можешь ответить, сукин сын.

— Даже не знаю, "журавль среди стаи кур"?

Я тоже взглянул на него и улыбнулся. Мы насмехались друг над другом, но атмосфера в студии накалялась. Счёт по-прежнему был 1:0.

— Давайте перейдём к следующей теме. Терминология, относящаяся к симптомам и медицинским явлениям.

Чэ Досанг задал вопрос первым, и я дал ответ "не знаю".

— Пак Чанми, начинайте.

Я посмотрел на карточку, которую получил от Сумасшедшего прямо перед началом трансляции, и нарочито медленно зачитал вопрос, боясь ошибиться из-за того, что не успел прочитать его заранее.

— "Одно из народных средств, которое существует уже тысячи лет и представляет из себя питье жидкости из собственного тела".

... Что?

— "Считалось, что употребление этого напитка эффективно при различных видах рака, болях и кожных заболеваниях. Многие люди используют его по сей день, но стоит быть осторожнее, особенно, если вы пьёте чужое. Есть много случаев, когда это является проблемой, поскольку ингредиенты лекарств, которые принял человек, могут остаться в нём и повлиять на пьющего", — я почувствовал что-то странное, читая последнее предложение, и поспешно перешёл к следующему. — "Например, если вы употребляете напиток человека, принимающего таблетки от повышенного артериального давления, их компоненты могут повлиять на вас и также вызвать проблемы с артериальным давлением... Вы можете впасть в гипотонию, сопровождающуюся головокружением... так что следует быть осторожнее", — мой голос становился все медленнее и медленнее.

Продюсер и помощник режиссёра подавали мне сигналы остановиться, но я не мог оторвать глаз от карточки. А когда наконец-то посмотрел вперёд, встретился взглядом с Чэ Досангом. Белый, словно статуя, он смотрел на меня ошарашенным взглядом. Ах, выходит, ты всё знал.

Я прочитал последнюю часть:

— Это также называют золотом.

|"Я хочу пить золото, которое ты даришь мне каждый день. Поэтому, если ты любишь меня и не хочешь причинить боль, перестань принимать лекарства."|

Секрет, который Хан Риён так старательно пыталась скрыть, появился на экране в качестве ответа.

«Моча.»

Огни мерцали. Ведущий что-то говорил. Зрители хлопали в ладоши. Но единственное, что я мог видеть, – это Чэ Досанг. Он больше не улыбался. Его веки, рука, державшая карточку, и даже голос, читавший следующий вопрос, дрожали. Когда я не ответил на вопрос, он не смог обрадоваться. Затем настала моя очередь. Опустив взгляд на стопку из карточек, я вытянул ту, что была снизу.

— Как называется цифра пять на африканском языке суахили?

Ведущий нахмурился и посмотрел в свой планшет. Темой четвёртого вопроса были спортивные термины. И пока он проверял, не возникла ли какая-то ошибка, я обратился к своему сопернику:

— Чэ Досанг, пожалуйста, ответьте на вопрос.

Тот дёрнулся, лишь услышав мой голос, и поспешно выкрикнул:

— Clear. Это clear.

Когда вдруг прозвучало английское слово, люди в зале начали переглядываться. Он заметил это и, сбитый с толку, обернулся. А когда на экране появился ответ, неподвижно застыл на месте.

«Тано.»

Пророчество Сумасшедшего сбылось в тот момент, когда я задал пятый вопрос.

— Один из атакующих приёмов в бадминтоне, при котором волан летит на высоте, почти доходящей до вытянутой ракетки соперника, и падает глубоко вплотную к линии.

На экране появился ответ «Clear», и люди громко зашептались. Сегодняшняя викторина закончилась именно так, как планировал Сумасшедший. Чэ Досанг не мог произнести ни слова. 1:0. Это была моя победа.