Моя милая Дейзи [18+]

Январь

– Ого. Это самое высокое здание, которое я когда-либо видела.

Доминик искоса посмотрел на меня, скривив губы.

– Дейзи, ты уже несколько месяцев живешь в Нью-Йорке. В Эмпайр-стейт-билдинг сто два этажа, а здесь всего лишь шестьдесят, – он нахмурился. – Ну, не больше семидесяти точно.

Я оторвала взгляд от небоскреба, возвышающимся надо мной, и посмотрела на парня.

– Всего лишь шестьдесят этажей? – то, с какой простотой он произнес это, шокировало меня. – Доминик, ты владелец этого здания. Здания, в котором, черт возьми, шестьдесят этажей!

Квартира Доминика, в которой мы жили в Нью-Йорке, находилась в тридцатиэтажном здании, на двадцать первом этаже, но в его собственности была одна квартира с двумя спальнями; здесь же на огромной высотке красовалась светящая голубая вывеска с именем его отца.

«Джером»

Дедушка Доминика, Эсмонд Брайс, жил в Сан-Франциско не потому, что любил теплые зимы, а потому что именно здесь находился главный офис автомобильной компании, владельцами которой являлись он и его внук. Доминик не принимал участия в работе компании, хотя ему принадлежали пятьдесят процентов акций. Эсмонд Брайс, в свою очередь, активно занимался делами «Джерома», даже несмотря на свой преклонный возраст – Доминик говорил, что скоро ему исполнится семьдесят шесть.

Впрочем, Эсмонд Брайс явно был не единственным трудящим: лишь за последнюю минуту мимо меня прошли толпы работников, возмущенные, что я остановилась прямо у главного хода, тем самым загородив им дорогу. На каждом без исключения были надеты дорогие костюмы. Тысячи людей работали в этом здании, а сколько еще офисов было открыто по всей стране – не сосчитать. И я почти забыла про автосалоны и производства, изготовляющие легковые машины для людей среднего и высокого класса. «Джером» была мультимиллионной компанией, и моей парень... он был ее владельцем.

Который предпочитал создавать дизайны для упаковок леденцов, нежели управлять семейным бизнесом. Эта мысль заставила меня улыбнуться. Какими бы деньгами Доминик не владел, они не играли никакой роли в наших отношениях.

– Ну что, зайдешь со мной или подождешь здесь?

От слов Доминика я вздрогнула.

– Зайти с тобой? – я посмотрела вверх, пытаясь отыскать самый последний этаж. – К твоему дедушке? – осознав, что солнце слишком слепит глаза, чтобы разглядеть хоть что-то, я опустила взгляд, и тут же меня накрыла паника. – Ты хочешь, чтобы я познакомилась с ним, когда я в таком виде?

День в Сан-Франциско выдался совсем не зимним: на мне был укороченный джинсовый комбинезон, легкий свитер под ним и кроссовки на ногах, а из-за ветра пучок на голове совсем растрепался. В руке я держала стаканчик с холодным кофе, потому что мы с Домиником только пришли с рыбацкой пристани, где гуляли с самого утра, и вид у меня был крайне... несерьезный. А я очень хотела иметь серьезный вид во время первой встречи с его дедушкой.

Заметив мои круглые глаза, Доминик подошел ко мне чмокнул в щеку.

– Мне нужно зайти и подписать кое-какие бумаги. Моего дедушки сейчас нет в офисе. Давай ты зайдешь внутрь и подождешь меня в главном холле.

От услышанного я выдохнула, и мы прошли внутрь. Интерьер здания ничем не отличался от того, как выглядит каждый второй бизнес-центр: современно, серо и скучно. Я заняла место на диване у огромного панорамного окна и провела исчезнувшего в лифте Доминика взглядом. Затем достала из кармана телефон, чтобы проверить, не пришли ли новые сообщения от Джошуа или мамы, как вдруг заметила приблизившуюся ко мне фигуру.

Подняв на парня глаза, я застыла.

Я не видела его с тех пор, как он наговорил мне чушь о том, как мало я вкладывала в наши отношения; как не удовлетворяла его в сексе, ведь у меня покрытое родинками тело, от которых я не могу избавиться; и, конечно, как бессмысленно нам продолжать встречаться, ведь его ждет великое будущее в университете в Калифорнии, а я так и останусь в Луизиане без возможности получить высшее образование. Не то чтобы я сама хотела с ним отношений, еще и на расстоянии, но все же в определенный период жизни он был важным для меня человеком, поскольку он был моим первым – как парнем, так и половым партнером.

И в ту секунду он, Николас, стоял прямо передо мной, в черных брюках, блестящих кожаных туфлях и идеально выглаженной белой рубашке. Если вдруг я обозналась, и этот парень не был тем, за кого я его приняла, бейдж на груди подтвердил мои догадки.

Николас Палмер.

– Дейзи? – проговорил он неуверенно. – Это ты?

– Привет, – произнесла я с улыбкой. – Ты совершенно не изменился.

Это было не совсем так. Николас все же выглядел по-другому – взрослее и мужественней, но он все так же укладывал свои каштановые волосы набок, как делал это всю старшую школу, и не вырос ни на дюйм – раньше я и не замечала, что мы были почти одинакового роста. Доминик был намного выше меня, и рядом с ним я чувствовала себя миниатюрной; почему-то мне начало казаться, что так я себя чувствовала со всеми своими парнями, что, конечно, неправда.

Николас улыбнулся мне в ответ, приняв мои слова за комплимент, и я тут же вспомнила, как раньше от этой улыбки мое сердце начинало биться с сумасшедшей скоростью. Теперь это ощущалось так, как если бы мне улыбался незнакомец.

– А ты похорошела, – признался он.

Может, я просто стала увереннее в себе, потому что теперь встречаюсь с парнем, который умеет делать комплименты. Мне хотелось ответить именно это, но промолчала.

– Я не ожидала тебя здесь встретить, – по правде говоря, я просто не слишком часто его вспоминала. – Имею в виду, я помню, что ты поступил в университет в Калифорнии, но не знала, что в Сан-Франциско.

Николас гордо расправил плечи. Несомненно, он считал это большим достижением – что, в какой-то мере, и было таковым.

Я вновь окинула его взглядом.

– Ты здесь работаешь, верно?

Я вдруг вспомнила, как Николас днями напролет рассказывал мне, как мечтает получить работу в главном офисе «Джером». Он водил машину этой марки и был одержим автомобилями, как маленькие мальчики одержимы игрушечными машинками.

– Я помощник в отделе разработок, – ответил он, и от его позы так и веяло гордостью. – Занимаюсь проектировкой машиностроительного производства.

Мой взгляд упал на картонный подстаканник в его руках, на который вместилось целых шесть стаканчиков кофе, и я не смогла сдержать ухмылку. Не было ничего постыдного в том, что, будучи помощником, Николас разносил кофе работникам отдела, но я бы уж точно не стала называть это занятие «проектировкой машиностроительного производства».

Видимо, поняв, о чем я думаю, Николас поспешил сменить тему.

– Ты пришла сюда по делу?

Я и представить не могла, по каким делам я могла бы прийти в автомобильную компанию.

– Я жду своего парня.

Николас нахмурил брови.

– Он здесь работает?

– Эм... не совсем.

– Ему нужен автомобиль? Я могу проконсультировать его.

Предложение Николаса было до невозможности глупым, ведь если бы Доминик собирался купить машину, он бы пришел в автосалон, а не главный офис.

– Нет, спасибо. У моего парня есть автомобиль.

Николас поскреб подбородок.

– И что ты делаешь в Сан-Франциско?

– Мы приехали кое-кого навестить, – ответила я. – И насладиться солнечной погодой. В Нью-Йорке сейчас очень холодно.

Николас не стал скрывать своего удивления.

– Поверить не могу, – пробормотал он, выпучив глаза. – Ты живешь в Нью-Йорке?

– Всего пару месяцев, – призналась я.

Николас почесал затылок.

– Не знал, что ты туда хотела. Мне казалось, ты не из тех, кто мечтает покорить мегаполис и...

И не из тех, у кого есть деньги, чтобы жить в таком городе.

Не из тех, у кого есть светлое будущее и цели.

Не из тех, кто способен выбраться из дыры, которой являлась моя жизнь.

Николас не произнес этих слов, но я догадывалась, о чем он думал. Я знала, что расстался он со мной именно потому, что не видел во мне никаких перспектив. Николас всегда мечтал о девушке, такой же успешной и целеустремленной, как и он сам. Очевидно, что меня было сложно охарактеризовать этими словами, когда я разносила напитки в костюме горничной и не знала, как оплатить счета.

Конечно, ему стоило пересмотреть свои взгляды на то, как вести себя с девушками, но он не был плохим человеком. По крайней мере, явно не хуже, чем Уолтер.

Прежде, чем кто-то продолжил разговор, прозвучал звук, похожий на звон колокольчика, сигнализирующий о прибытии лифта на первый этаж. Мы оба повернули головы, и хотя в лифты набивались толпами, в этот раз оттуда вышли только два человека: Доминик и женщина средних лет, одетая в черный брючный костюм. Они подошли к нам, и только блондинка завидела стаканчики в руках Николаса, она потянулась к одному.

– Я все думала, куда ты подевался с моим кофе! – бросила она Николасу, поспешив сделать глоток.

Игнорируя замечание, Николас не мог перестать глазеть на Доминика.

– Вы... вы Доминик Брайс, – произнес он взволновано и, казалось, подстаканник в его руках затрясся. – Вы совладелец «Джером». Я видел вашу фотографию в кабинета мистера Брайса. Не то чтобы я часто там бывал – лишь раз, я приносил документы...

– Доминик посетил нас, чтобы кое-что уладить, – объяснила женщина, как будто эти слова помогут Николасу прийти в себя. Казалось, он вот-вот потеряет сознание. Вдруг женщина повернулась ко мне и улыбнулась: – Меня зовут Эшлин. Доминик не соврал, когда сказал, что ты красивая. Я так рада, что у него наконец-то появилась подружка.

Николас перевел свои круглые глаза на меня.

– Ты встречаешься с Домиником Брайсом?

Доминик нахмурился и наградил нас двоих изучающим взглядом.

– Вы что, знакомы?

Зная, что нет смысла что-либо скрывать, я сказала:

– Это Николас. Парень, с которым я встречалась в старшей школе.

Николас выглядел так, словно был готов сойти с ума от счастья, ведь с этой секунды Доминик Брайс знает его имя; наверное, он бы и вовсе получил сердечный приступ, если бы узнал, как на самом деле много Доминик знает о нем.

– Интересно, – только и сказал Доминик, поглядывая на меня.

Эшлин обратилась к Николасу:

– Разве тебе не пора?

Парень никак не отреагировал на ее слова. Он смотрел то на меня, то на Доминика, ожидая, что мы скажем, что не встречаемся, и все это лишь глупый розыгрыш. Ведь я никак не могу интересовать такого человека, как Доминик Брайс, верно?

– Николас, ты прекрасно знаешь, что Генри выльет это кофе тебе на голову, если ты принесешь его холодным, – от ледяного тона Эшлин и у меня самой побежали мурашки.

Николас, наконец, очнулся.

– Я уже бегу. Дейзи, я был рад тебя увидеть. Желаю тебе хорошо провести время в Сан-Франциско, и вам тоже, мистер Брайс, – на этих словах он двинулся к лифту, медленно переставляя ноги.

Телефон в кармане Эшлин запищал. Она снова мне улыбнулась, и, извинившись, удалилась. Казалось, ни меня, ни Доминика она не волновала: наши взгляды были устремлены туда, где Николас стоял в толпе, дожидаясь лифта.

– Знаешь, что я о нем думаю? – спросил Доминик, все так же наблюдая за моим бывшим парнем.

Затаив дыхание, я спросила:

– И что же?

Доминик вдруг посмотрел мне в глаза и сказал:

– Я думаю, что он выглядит как обладатель самого крошечного члена на свете.