ПОТЕРЯННЫЕ ДУШИ

Лес гудел и таил в себе непостижимые тайны ночи. Джунгли днем колоссально отличались от джунглей ночью. Днем не чувствовалось никакой мистичности или туманности. Все представлялось ясным и видимым. Каждый кустик, каждое дерево четко вырисовывались в очертаниях леса. Любой проходящий ни на миг не затормозит и не начнет вглядываться в чащу. В отличии от ночи! Ночью всё будто покрывалось какой-то пеленой неизвестности и тайны. Ничего нельзя различить с первого взгляда мельком. Любой путь через джунгли, казалось, таил уйму опасностей и непредвиденных встреч с необъяснимым... По крайней мере, так лес виделся Джиму. О его страхе темноты, а особенно где-нибудь в чаще, знали все, ведь это становилось очевидным с первых же минут с Джимом в темноте. Один он бы никогда не зашел в темный лес просто так, ради интереса; он не испытывал желания иметь страх, когда этого совсем не требовалось.

Сейчас же, с Нелли и Стивом, страх и не появлялся, поэтому Джим весело, даже с какой-то резвостью двигался по чаще. Каждый миллиметр вокруг окутал туман. Днем очень парило, а к вечеру температура изрядно спала. Туман встретился ребятам всего второй раз за все месяцы, проведённые здесь.

Болтать о чем-либо не приходилось, друзья просто шли и молчали. Со всех сторон их окружало что-то волшебное, и все просто не желали разговаривать. Казалось, что остров погрузился в спячку на много веков — настолько тихо вдруг стало. По иронии судьбы долго так продолжаться все же не могло. Где-то впереди, на расстоянии примерно в два шага, из-за дерева выбрел зверь. Он — мохнатый и грязный, темно-рыжая шерсть замаралась и выглядела неопрятно. Огромные зеленые глаза со злобой глядели на трех друзей. Тигр...

К счастью, все оказалось не так страшно, как могло показаться с первой секунды. Зверь — всего лишь маленький детеныш тигра. Маленький по сравнению с обычным взрослым тигром! Тигренок все еще оставался достаточно большим для того, чтобы нехило навредить всем троим. Поэтому пришлось действовать быстро и оперативно. Джим скрылся за деревом и обежал его вокруг, а Нелли последовала примеру брата, но с другой стороны. Стив резко кинулся к тигру, заслоняя ему проход. Тигренок отпрянул. В результате совместной сноровки тигренка окружили и с помощью острого лезвия ножа, который хранился у Джима еще с корабля, повергли на землю... Он оказался слишком малолетним, чтобы противостоять аж троим. Видимо, родители не успели обучить своего детеныша. Он оказался слишком глупым, его легко обманули. Но одного человека он бы смог победить, ведь силы тигренку хватало сполна. Поэтому ребята победили его благодаря хитрости, а не силе.

И опять чувства Джима хлынули к сердцу. Что же он творит?! Очередное убийство животного? Но почему выходит именно так: он постоянно убивает всё новое и новое животное... Однако выживает сильнейший. Особенно на острове, особенно в битве, когда силы равны. То, что тигр являлся детенышем, ничего не значило. С раннего детства хищники учатся сражаться для того, чтобы находить еду или чтобы пасть в битве с равным, но преодолевшим свои силы противником. Если бы ребята не справились с ним, возможно, он мог бы совершить намного больше убийств. Сколько потенциальных жертв этого тигра живут в округе? Джим успокоил себя, и гуманизм превозмогло чувство выживания. Сейчас это необходимо.

Вечер обещал быть очень занятным. Нелли, Стив и Джим, вложив в дело все свои силы, дружно перетащили тушу тигренка к костру. Джим начал приготовления. Сходив в лес, парень принес несколько гнущихся, но толстых и прочных веток. Затолкав их как можно глубже в сырую (после проливного дождя) землю, Джим приступил к приготовлению тигренка. Кому-то из читателей употреблять в пищу тигра может показаться очень противным и гнусным со стороны людей занятием. Но в условиях, в которых находились ребята, другого выхода просто не могло быть. Как говорится, на войне любые средства хороши. В случае друзей — на острове. Еды всегда хватало впритык, из-за чего приходилось даже кушать насекомых или гусениц, что уж точно не доставляло огромного удовольствия. Привалившее счастье и сытная трапеза не могли не завлечь голодавших друзей. Иногда нужно жертвовать чем-то для сохранения своей жизни. Не зря же человек — высшее существо на земле. Он находится на высшей ступени эволюции, и это объясняет многое. Но, разумеется, переступать рамки не есть нормально и правильно. Человек должен делать всё в меру дозволенности и морали.

Расположившись у дымящегося костра, ребята занялись увлекательным разговором, одновременно уплетая только что приготовленное мясо. Тигренок оказался достаточно питательным, чтобы ребята смогли съесть его на голодный желудок и не хотеть больше кушать еще долгое время. Поразмыслив, все дружно пришли к выводу, что на материке, в человеческих условиях, они не стали бы пичкать себя такими «деликатесами».

Нелли громко смеялась и подзадоривала мальчишек. Те, в свою очередь, отвечали ей заливным хохотом. А что, разве нельзя порадоваться без повода? Уж тем более что повод оказался отличным: вкусного и жирного тигренка послали с небес на землю для того, чтобы насытить и прокормить трех бедных, попавших на остров пострадавших. Да уж, сегодня точно выдался пир на весь мир. Никто до сего дня пребывания на необитаемом острове не ел ничего сытнее и приятнее, чем этого тигренка. Конечно же, только на острове. На материке еды очень много, и не наесться там невозможно. Сейчас друзья, хотя и скушали каждый по маленькому кусочку, изрядно наелись. Казалось, что они без остановки ели подряд несколько дней, ведь именно так полноценная пища ощущается на истощенный и голодный желудок.

Если говорить о недоедании, то и Джим, и Стив, и Нелли изрядно похудели: щеки каждого впали, плечи сузились, а руки стали худощавыми и тонкими, как палки. Глядя друг на друга, каждый ужасался, сам не осознавая, что выглядит ничуть не лучше и практически точно так же. Стив много раз видел свое отражение в океане и всегда пугался своего внешнего вида. Несмотря на усердную работу в Лома-Портал, парень никогда не выглядел таким худым. Стресс и постоянная беготня истощали, и Стив считал себя достаточно худым, но на острове он стал в разы худее, тоще и страшнее. Ему стало жутко и как-то не по себе, ведь так и до дистрофии не далеко! Что же касается других, они тоже не стали исключением. Нелли потеряла свои прекрасные формы, которыми так гордилась ее бабушка.

— Погляди-ка, какая «фигурница»! — Так называла свою внучку бабуля Нелли и Джима. — Все парни упадут перед тобой на колени и мигом попросят руки и сердца! Но ты ни в коем случае не соглашайся сразу! Сначала выбери одного и хорошенько подумай!

Вся ее «гордость» буквально испарилась, и девушка стала больше похожа на древнюю старушонку, у которой ничего, кроме косточек и кожи не осталось, чего уж говорить о формах и красоте. Нелли каждый день лишь грустно расчесывала свои копны волос, уныло глядя на тонкие ниточки. Вот единственная гордость и радость, которая осталась у нее. И те оказались под угрозой, ведь с таким питанием и голодом волосы начнут выпадать только так! Ее прекрасные локоны уже стали жидкими и тонкими, как колоски. Нелли никогда раньше не ухаживала за волосами, и бабушка часто твердила ей о необходимости смазывать и расчесывать их. Она рассказывала истории девочек, у которых выпали волосы, и они очень грустили. Но Нелли не верила этим, по ее мнению, бредням, а лишь смеялась. Однако сейчас, обнаруживая крупные, скатанные копны волос на том месте, где Нелли спала ночью, девушка стала сомневаться в глупости тех рассказов. Она уже верила им, так как сама столкнулась с такой проблемой.

У мальчиков таких проблем, конечно, не обнаружилось. Волосы у них тоже выпадали, но не в таких количествах. Да и зачем красивые и ухоженные волосы парням? Для мужчин важна другая красота — волосы мелочь.

Джим мало изменился, потому что подолгу работал и трудился, его мышцы постоянно находились в напряжении, и парень оставался в прежней атлетической форме. По крайней мере, внешне и на взгляд он смотрелся здорово и бодро, будто бы каждый день обедал в дорогих ресторанах и питался вкусно. Возможно, он потерял немало килограмм (скорее всего, точно), однако он единственный из троих выглядел более или менее здоровым и дееспособным. На мысли и на умственную деятельность недоедание тоже повлияло нехило. Бывало, утром, да и в любое другое время суток, Нелли не могла сообразить, где она находится, и сидела, потупив взгляд. Девушка смотрела перед собой и не могла осознать, где и что она делает, зачем живет здесь и чем занимается. К сожалению, никто этого даже не замечал, так как другие столкнулись с ничуть не лучшей ситуацией.

Джим мог подолгу сидеть на одном месте и глядеть в одну точку так, что проходило несколько часов, прежде чем парень осознавал «что он делает и где находится?». Со Стивом ситуация немного отличалась. Он не страдал пробелами в памяти или затуманиванием мыслей, но нередко с ним тоже случались неудобные ситуации. Он мог сполоснуть белье, отнести его на ветку высокого баобаба и тут же снять, снова отправляясь стирать ту же самую вещичку. Это всё выглядело несколько странно со стороны, но мысли переплетались, а мозг сам спутывал действия и управлял разумом таким вот образом. В общем-то, вся троица бродила порой без дела, наматывая круги; не разговаривала друг с другом по нескольку дней или же полностью забывала о существовании друг друга. Любой из них мог пройти мимо кого-то и не заметить. Конечно, психологическое состояние оставляло желать лучшего, и на этом оставалось лишь ждать и забывать о ненужных вещах. Скорее всего, такое поведение стало следствием голодовки и нехватки питьевой воды. Но вы скажите: «Стоп, у ребят же оставалось столько воды, что хватило бы на год». К сожалению, всё не так просто. Да, вода, которая рассчитывалась на ближайший год, закончилась по причине ужасной засухи и жары. У ребят не получалось не пить воду каждый час как минимум. А на троих человек, да в течение месяца, вся вода мигом закончилась, никто и моргнуть не успел.

После предыдущей, достаточно глубокой и сильной ссоры Джима и Нелли прошло совсем немного времени. Но прекрасным и солнечным днем над братом и сестрой нежданно сгустилась огромная грозовая туча. Солнце, по мнению Стива, светило и грело так мягко и тепло, что сложилась самая неподходящая по времени ситуация. Однако кто и когда слушает других? К сожалению, в случае сильной ссоры никто никого не будет слушать. В этот раз конфликт разгорелся настолько не на шутку, что Нелли, глубоко пораженная и душевно раненная, сбежала по песочному склону рядом с костром и помчалась в чащу. Джим не стал ее догонять. Он лишь холодно взглянул на Стива и пробормотал что-то злобное и невнятное. На самом деле, Стив не знал, что на этот раз стало причиной ссоры. Брат с сестрой вроде бы мирно сидели и общались, как вдруг спокойные и плавные голоса стали возвышаться, тональность обоих в разы увеличилась, и Джим с Нелли громко заорали друг на друга. Стив как всегда лишь неуместно съежился чуть в сторонке, не имеющий отношения к делу, но все равно чувствующий вину за что-то. Как же это знакомо всем без исключения: ощущать свою виновность в том, к чему не имеешь никакого отношения. Порой два человека поругаются, и один, невиноватый и очень дорожащий дружбой, начнет переживать и даже извиняться, только вот непонятно за что! Это нормально только в условиях дружбы, ведь не очень знакомые и неблизкие люди, скорее всего, не станут усердно извиняться перед тем, кого не обижали или к кому не имели ни малейшего отношения.

Стив осторожно наблюдал за медленно протекающим конфликтом между Джимом и Нелли. Брат тихо сидел у костра и, по-видимому, о чем-то серьезно думал. Казалось, что он полностью забыл о существовании и присутствии Стива. Для него, на самом деле, он не имел никакого значения. Мыслей хватало на одного его, и делиться с кем-то своей злобой Джиму не хотелось. Нелли по-настоящему куда-то сбежала, и вернуть ее сейчас не представлялось возможным. Кто бы знал, что она тихо притаилась, сидела буквально в двух шагах от костра и ждала, что брат встанет и побежит извиняться перед ней. Однако кто должен извиняться и перед кем? Такой вопрос пришел в голову Нелли так же быстро, как и покинул ее. Извиняться точно обязан Джим! Это он начал ссору и наорал на нее, и уж тем более он мужчина, а не Нелли. Девушка горела от желания все высказать в лицо брату, но она понимала, что это никак не повлияло бы на поведение Джима. А вот если он сам придет к ней... Но брат не думал об этом. Шло время, но никто не приходил к Нелли, и это вывело ее из себя. Она пошла на отчаянный шаг...

Стив все еще сидел на одном и том же месте, даже не шелохнувшись. В этом он не видел необходимости, потому что Джим глядел в одну точку, будучи в апатическом и остолбеневшем состоянии. Именно в эту минуту Стив понял, что для всех них сейчас просто необходим психолог. Нахождение на необитаемом, незаселенном и одиноком острове выводило из себя. Психика оставалась на грани срыва, и каждый еле сводил концы с концами, чтобы не убить, не дай Бог.

— Послушай, Стив, — начал Джим. Его голос охрип и сел, из-за чего ему пришлось громко и отрывисто прокашляться. — Разве я что-то не так делаю?

Этот его прямой, но не совсем понятный вопрос озадачил Стива, и он не мог сообразить сразу. Вопрос казался слишком всеобъемлющим, конкретность которого не представлялась ясной не только для Стива, но и для Джима, по-видимому. Оба глядели на огонь, не выказывая внимания друг другу. Они будто бы совсем не общались, даже никогда не знакомились. Первым молчание прервал Джим:

— Я вроде молчал и не грубил, не злился. Я не хотел причинять боль Нелли и ранить ее сердце. Мне показалось, что она забыла все, что помнил я. Но она еще глубже знала все то, что так надоедало мне огромное количество времени. Я не могу тебе объяснить это ясно и понятно, ты наверняка не поймешь. Слишком запутанно и сложно это будет казаться со стороны третьего, непричастного лица. Но тебе необходимо понимать: я здесь не виновник. Я не месил этого теста из горести, затаенных надежд и обид. Нет, это Нелли напоминает мне о маме, о папе! Мне не хочется вспоминать об этих людях, не хочется даже мысли иметь! Ведь надежды об их возвращении, о полноценной и любящей семье сразу же закрадываются где-то в глубине души! Но этого не может быть, этого просто никогда не случится, потому что наши с ней родители покинули нас. Они покинули меня, Нелли, однако я хотел, чтобы они покинули и наши сердца! Но и этому тоже не бывать. Почему нельзя забыть? Я хочу жить обычной, настоящей жизнью, не жить надеждами и грезами, мечтая о счастье в завтрашнем дне. Не люблю я глядеть в завтрашний день. Я люблю сегодняшний, люблю наслаждаться моментами и текущей жизнью! Зачем думать о возможном? Жизнь не терпит сослагательного наклонения... Не зря так говорят, я тоже так думаю.

Стив с трепетом, робко слушал этот глубоко трогательный монолог Джима и не мог вымолвить ни одного слова. Слишком хватало за душу это честное, исходящее прямо из сердца чувство, так горячо высказанное молодым и амбициозным пареньком. Джим замолк и посмотрел прямо на Стива. Их взгляды встретились и мгновенно разошлись. Джим как будто стыдился таких речей, от которых самому ему стало не по себе. Он говорил это не Стиву, а, вообще, говорил от сердца сам себе. Слушатель смутил рассказчика, он даже толком не запомнил, что только что говорил. Стив тоже засмущался, он не понимал некоторых выражений и заявлений Джима. Да, возможно, Стив не поймет те чувства, живущие в душе брата с сестрой. Возможно, он не настолько понимающий, чтобы это осознать...

Но ведь его ситуация страшнее и серьезнее! Его слез за прошедшее время хватило бы, чтобы заполнить всю котловину Тихого океана и переполнить все моря на планете. Однако Стив не мог понять тех ощущений и переживаний, когда не ты теряешь родителей, а родители в каком-то смысле «теряют» тебя. Родители погибли — всё. Никаких надежд нет и не может быть. Все кончилось так, ничего уже не исправить и не изменить. А когда мама и папа уходят, закрывают за собой дверь и покидают детей навсегда, в душе малюток закрадывается крошечная и слабая надежда на то, что родители обязательно вернутся, что они обязательно придут обратно и останутся с детками навсегда. Именно с такой надеждой боролся Джим, всячески отгоняя мысли подобного рода и выпуская на свободу ненужные надежды, хранящиеся в душе. Нелли, в свою очередь, не хотела отпускать это чувство. По ее мнению, эти надежды согревали ей душу и тело, она могла чувствовать себя не иначе как счастливой и спокойной.

Ссоры участились, потому что Джим только в последнее время захотел выйти из зоны комфорта, оставить детские мечты и надежды. Он хотел жить жизнью собственною, без чрезмерных украшений и грёз. Его сестра мыслила по-другому. До этого брат с сестрой жили в спокойствии и гармонии, но потом они начали ужасно ссориться и конфликтовать. Джим пытался найти ту грань, за которую им не следует заходить, чтобы снова не разругаться, но так и не находил ее. Казалось, что после последней ссоры их отношения наладились, и ничего не предвещало нового конфликта...

— Нам следует пойти за ней! Я так не могу! Да, мы виноваты оба, — с вызовом запричитал Джим, стараясь унять дрожь от подступающих чувств, — и я виноват, что не сдержался и закричал. Но и Нелли виновата в том, что все еще держит эту глупую надежду у себя в душе! Ничему из того, что она лелеет и трепетно хранит, не сбыться! Слишком уж бессмысленно думать о том, что мама с папой могут вернуться к нам! Если они нас бросили, значит захотели!

Джим перевел дух и, махнув Стиву, понесся куда-то в лес...

Прошло по меньшей мере два часа. Тьма рассеялась, и в чаще стало возможным различить какие-то очертания деревьев, кустов, густых папоротников и пробегающих зверьков. Стив, ведомый уверенным Джимом, шел куда-то в лесную глушь. Дорога не казалась знакомой, ведь ребята никогда здесь не бродили, так как в этой части острова они всегда опасались большого количества крупных хищников и опасных гремучих змей. «Пришло же в голову этой несносной девчонке пойти в этот лес!» — упрекал сестру Джим. Он не стал говорить этого вслух, не желая возбудить в Стиве вопросы о Нелли. Джим знал, что Стив переживает, а сам он даже не догадывался о местонахождении Нелли.

Поиски продолжались, в то время как наступил новый, чистый и девственный рассвет. Земное светило поднималось из-за горизонта, а лучи пробивались сквозь густые и заросшие кроны деревьев. Джим, ослепленный утренним светом, зажмурился и ругнулся. Да уж, настроение не могло быть солнечным совсем! Стив тоже не отличался расположением духа: его темные глаза не отражали ничего, кроме досады и недовольства поведением Нелли. Вот же неугомонная и вредная девчонка! Стоило же так убегать, обидеться и заставить брата с другом полночи безрезультатно искать ее по всему острову!

Побегав еще несколько часов, друзья совершенно растерялись и не знали, что делать. Полностью обойдя половину (даже больше) острова, они не обнаружили Нелли, как и следов ее пребывания. Совсем недавно прошел продолжительный и очень крупный дождь, отчего земля размягчилась, и следы ног хорошо бы виднелись. Но их, по крайней мере, друзья здесь не обнаружили! Джим отчаялся и хотел просто повернуть назад: пойти к костру и ждать появления Нелли. Все равно рано или поздно она должна вернуться. Такой исход не вызывал сомнений, потому что сестра Джима редко могла обходиться без брата и без его присутствия. Даже когда ссоры между ними имели серьезный и непримиримый характер, она скоро возвращалась и усаживалась рядом с Джимом, просунув свою руку ему под мышку. Казалось, всё так снова повториться, но время шло, а Нелли не появлялась. Джим выдвинул предположение, что сестра, возможно, уже вернулась к костру, но из-за того, что Джим и Стив сейчас находились в другой части острова, они не могли знать об этом.

— Джим, — начал говорить Стив, глядя на спешащего друга, — не думаешь же ты, что Нелли так долго от нас пряталась и вдруг вышла! Она наверняка и сейчас где-то здесь, не рядом с нашим костром. Возможно, с ней вообще что-то случилось...