6
В машине было уютно. Они ехали по улицам, наблюдая за огнями ночного города. Музыка не играла по радио, да и не нужна была вовсе. Почти засыпая, Чимин положил голову на спинку сиденья и закрыл глаза, вслушиваясь в сладкий запах макадамии, смешанный с ароматом ванили.
***
- Слушай внимательно, Чимин. Сейчас или позже ты возьмешь свои вещи, найдешь Юнги-хёна и скажешь, что готов ехать. Когда приедете, позвони мне и скажи об этом. И не смей сейчас отказываться, я потратил на уговоры очень много сил.
- Куда ехать? Зачем ехать? С Юнги ехать? - не понимая, как на это реагировать, Чимин стоял в ступоре.
- Ты сам сказал, что хочешь отдохнуть, я все устроил. Хватит вопросов, сам все поймёшь потом. Удачки, - Тэхён потрепал Чимина по плечу и побежал обратно в свадебный зал.
Пак смотрел в спину уходящему другу. Он решил пустить все на самотёк и отдохнуть наконец от всей суеты своей жизни, непокидавшей его на протяжении лет. Подойти к Юнги, когда захочет уехать? Без проблем.
Он решил подождать еще полчаса. «Повеселиться» напоследок. На свадьбе были хорошие знакомые его родителей - родители Тэхена. И если папа Чимина узнает, что его сын плохо себя чувствует, начнется очередная беседа на тему «Роди и все пройдет». Сейчас он явно к ней не готов, поэтому, натянув на себя милую улыбочку, пошел к гостям.
Через пятнадцать минут его заставили прочитать речь, как друга жениха и почти члена семьи Ким. Хоть он и готовился дома, слова заплетались от количества благодарностей и подбадривающих речей. Еще через десять минут ему давали уже пятый стакан вина и через полчаса он был практически пьян, измучен и растрёпан.
С трудом найдя Юнги, он чуть ли не упал на него из-за того, что ноги снова заболели и отказались нормально стоять. Все же травмы давали о себе знать, особенно когда тело расслаблялось под таким количеством алкоголя.
- Куда бы мы не собирались, поехали, меня все задолбало. - Чимин уткнулся лицом в шею Шуге.
Второму ничего не оставалось делать, кроме как отнести почти спящего пьяного Пака в машину и, забрав чемодан у Тэхена, сесть за руль и выехать с парковки.
***
Чимин не знает, сколько и куда они ехали. Он проснулся к обеду в мягкой кровати в темной комнате с черными шторами, через которые не проходил ни один лучик солнца.
Оглядевшись, он увидел, что вся комната засыпана мягкими пледами, игрушками, подушками и одеялами. Никакого запаха и намека на владельца комнаты не было обнаружено. Схватившись за голову, Чимин понял, что у него сильное похмелье и в горле пересохло. Это было не удивительно, он плохо переносит алкоголь.
Он выполз из комнаты в коридор и увидел, что его комната - одна из двух на этаже. Заглянув во вторую он попал в ванную, совмещённую с туалетом.
Коридор был не длинным и вел к лестнице с красивыми, черными, резными перилами.
Омега выглянул в дверной проем и заметил, что лестница вела на другой этаж, который был намного больше. Она переходила в гостиную с диваном и телевизором, висящем над камином.
Медленно спустившись и все еще морщась от боли в голове, Чимин посмотрел налево. Только сейчас он заметил, что здесь приятно пахло жареной картошкой и помидорами. На столе стояла сковородка с тарелкой салата. Подойдя ближе, Чимин увидел записку, быстро написанную витиеватым почерком.
«В шкафу с зелёной ручкой лежат таблетки. Можешь взять любые. Тарелки в посудомойке. Чувствуй себя свободно. Если что, я на этаже ниже.»
Чимин открыл шкаф с лекарствами. В нем стояло огромное количество обезболивающих разной степени, подавителей, бинтов, лекарств от кашля, антидепрессантов и других препаратов. Он взял самые слабые таблетки от головной боли и запил их водой, стоявшей на столе вместе с едой.
Картошка была очень вкусной и, вместе салатом, сытной. Через двадцать минут боль отступила. Чимин прекрасно себя чувствовал. С утра не было раздражающей трели будильника, энергичной зарядки брата и новостей по телевизору. Чимин вспомнил, что не выключал будильник... А потом понял, что одет в свадебные штаны и рубашку. Пиджак он нигде не видел.
- Может я его в комнате оставил? - Он вернулся в комнату, но вещи там не обнаружил. Вернувшись на второй этаж, он решил его осмотреть. Оказалось, что кроме трёх комнат и кухни, там была прихожая и на вешалке у входной двери весел его пиджак и куртка с шапкой и шарфом в рукаве. Телефон лежал на тумбе для обуви. Возможно, Юнги разбудил звук будильника и он выключил сам.
Остальные комнаты были похожи на ту, в которой Пак проснулся. В основном, везде присутствовали темные цвета, разбавленные белыми вставками. Во второй спальне мягких вещей оказалось значительно меньшие, но на столе было много блокнотов и музыкального оборудования.
Чимин решил спуститься на этаж, о котором писалось в записке. Лестницу туда найти оказалось довольно проблематично. Она была за дверью в одной из комнат второго этажа, она была дальше всех от кухни и лестницы. Чем ниже он спускался, тем темнее все становилось. Однако в самом конце Чимин снова наткнулся на дверь, за которой был слабый свет. За ней он увидел каток, залитый на черной поверхности, что передавало цвет самому льду, на котором виднелись красивые снежные узоры оставленные лезвиями коньков. Из колонок играла слабая музыка, а жёлтые лампы мягко освещали помещение. Бортиков у катка не было, он был больше похоже на ледяной пол, нежели на отдельное место для катания.
Помещение было настолько большое, что Чимин не сразу заметил Шугу, который остановился у ближайшей стены.
- Как спалось? - Он говорил шепотом, скорее всего, не желая тревожить установившуюся атмосферу. Одет он был легко: черная футболка и спортивные адидасовские штаны.
- Наконец-то спокойно, - так же шепотом ответил Чимин, - где мы, если не секрет?
- У меня дома. - Волосы Юнги собраны в тугой хвост, а лицо слегка намокло от пота. Он явно катался долго. - Чем то помочь? Или ты просто осматриваешься?
- Осматриваюсь.
Юнги кивнул и уже развернулся, чтобы продолжить кататься.
- Зачем? - Слова омеги заставили Мина остановиться.- Зачем Вы привезли меня в свой дом?
Вопрос застал Мина врасплох. Он снова подъехал к Чимину и сел рядом с ним на ступеньку.
- Потому что Тэхён попросил. - Альфа начал развязывать шнурки на коньках, намереваясь их снять.
- И все? Вот так просто попросил и Вы пустили практически незнакомого человека к себе в...
- Если бы все было так просто, как ты говоришь... И хватит «выкать», давай на ты, раз уж такая ситуация.
Он рассматривал коньки в своих руках. Старые, но удобные коньки, в которых он катался почти пять лет. После того случая, удобство для него вышло на первый план.
- Давай. Так и... Почему? - Тэхён, хоть и обладал невероятной харизмой и умел уговаривать людей, вряд ли мог просто так попросить друга приютить на время незнакомца просто, чтобы тот побыл подальше от социума.
- Во-первых, мы с тобой знакомы уже практически месяц. Во-вторых, если ты думаешь, что я не заметил твой ступор в первый день, когда я пришел тренировать вас, ты очень сильно ошибаешься. В-третьих, я помню как ты ходил на каждый мой концерт все те годы, что я выступал, и все наши совместные и несовместные тренировки, на которых ты был. Я слышал, как ты обсуждал с другими мои умения и знаю, что в какой-то степени ты мной восхищаешься. В конце концов, Тэхён постоянно говорил о тебе. Я практически полностью тебя знаю и мне совершенно не сложно предоставить тебе свой дом, в котором нет ничего, что я могу скрывать. Ты и так все знаешь.
Он повесил коньки на крючок за шнурки и вышел. Чимин думал о том, насколько плохо он скрывал свои мотивы и чувства, когда был маленьким и насколько очевидным они были для Юнги. Ему было нереально стыдно за все это, но он был очень благодарен Мину за то, что тот никак не акцентировал на нем свое внимание во время тренировок и никогда доселе не говорил об этом.
Он молча сидел и смотрел на черные коньки, висящие на стене. На боковой части были блестящие узоры, лезвия были заточены, но выглядели старыми. Скоро придется менять.
Спустя какое-то время, переварив свой стыд, он вернулся в свою комнату, чтобы переодеться в более домашнюю одежду.
Время уже приближалось к трем часам дня. Чимин решил выйти на улицу и понять, где именно он находится. На его удивление, это был огороженный частный дом в лесу с гаражом у входа, в котором стоял чёрный автомобиль и мотоцикл. Во дворе росла высокая ель с лежащим на ней снегом. Снега было много. Даже рядом с расчищенные дорожки были покрыты новым слоем снега. По деревьям пробегали белки, стряхивая с веток лишние осадки и ища свои летние запасы. Иногда мимо пролетали снегири. Лес давал знать о том, что природа не спит.
На улице уже начинало темнеть. Чимин засмотрелся на заходящее солнце и не заметил как начал замерзать в своей короткой синей куртке.
Перед тем, как зайти в дом, он стряхнул с себя снег. После переодевания, Чимин положил промокшие варежки на батарею и пошел на кухню выпить чай.
На кухне сидел Юнги и смотрел что-то в телефоне. Заметив Чимина, он кивнул и головой указал на плиту, где уже было приготовлено ароматное мясо.
- Можно тебя кое о чем попросить? - омега подошёл к столу, опустив голову и перебирая пальцы на руках. Вероятно, это должно было быть что-то смущающее.
- Конечно, проси о чем хочешь. - Шуга встал со стула и подошёл ближе.
- Можно тебя обнять? - Чимин поднял глаза, показывая красное от холода и неловкости лицо. - Т-ты не подумай ничего такого, просто...
- Можно, - альфа сам приглашающе развел руки.
Все ещё смущаясь, Чимин обхватил талию Юнги. Пак чувствовал тепло тела Шуги сквозь футболку. После морозной прогулки это было лучше самого горячего чая. Шуга обнимал неуверенно, а омега уже сжимал его тонкую талию руками. Нежный запах макадамии обволакивал и дарил чувство защищённости. Юнги словно каменная стена огорлживал от внешнего мира. Чем дольше они стояли, тем сильнее начинал сжимать его Шуга, его действия стали более уверенные и он положил голову на макушку Чимина. Пак не заметил, как расслабился в его руках и как его начало клонить в сон из-за феромонов. Он позволил себе уткнуться в запаховую железу Юнги и вдыхать его запах, до головокружения приятный запах. Он полностью понимал, что нарушает личное пространство альфы и, возможно, будет чувствовать за это вину, но не останавливался. Ему нужны объятья. Теплые, нежные, альфьи объятья. Такие, которые даже брат не может подарить.
Отстранились они практически одновременно. Чимин снова покраснел, а Юнги улыбался краешками губ.
- Ешь, пока не остыло, - Юнги взял телефон и ушел в свою комнату, оставив дверь открытой, а Чимин вспоминал фразу, несколько недель назад сказанную Тэхёном.
«Ты же сам сказал, что он красавчик, значит он тебе понравился». И правда, может все же понравился?