Лемниската.

Резко распахнув глаза, я вскочила на кровати, тяжело дыша и дрожа всем телом. Комната была погружена в полумрак, ночного света едва хватало, чтобы различить предметы. Сердце колотилось так сильно, что казалось вот-вот выпрыгнет из груди. Все тело было покрыто липким потом. Я чувствовала прикосновение к своей руке и меня резко передёргивает.

— Да что с тобой, Кассандра? — послышался над ухом сонный, но явно насмешливый голос.

Я резко отдернула руку и посмотрела на гостя. Маскотт. Он стоял около моей кровати с полусонной улыбкой на лице. Его вид сейчас раздражал меня до глубины души.

— Какого черта ты здесь делаешь?! — прошипела я, стараясь держать себя в руках.

— Не понимаешь? — удивился он. — Ты орала так, будто тебя убивают. Вот и пришел проверить. Не хватало, чтобы кого-то убили в моем доме. Что же тебе приснилось?

— Не твое дело, — отрезала я.

Он пожал плечами, выпрямляясь.

— Просто интересно стало что тебе такое приснилось, что ты так разоралась. Может, я там в главной роли был? — Он подмигнул. — Что, приснилось что-то горячее?

Волна ярости захлестнула меня. Как он смеет так говорить? После всего, что я только что пережила!

— Заткнись, — процедила я сквозь зубы. — И вали отсюда.

— Ой, какая злая, — усмехнулся он. — Что, не оправдал твоих ожиданий во сне? Может, я должен был быть более... настойчивым?

Я вскочила с кровати, сжимая кулаки. Не намерена терпеть его выходки.

— Еще одно слово, и я тебе врежу, — прорычала я.

Он поднял руки в примирительном жесте.

— Ладно-ладно, сдаюсь. — парень тихо рассмеялся и направился к двери, опуская руки.

— Убирайся живее! — крикнула я, теряя контроль, совсем забыв что мы не одни в доме.

Алекс ухмыльнулся и медленно вышел из комнаты, перед этим добавляя:

— Спокойной ночи, кошка, — сказал он напоследок. — И постарайся больше не орать. А то мои родители посчитают, что я тебя тут насилую.

Он ушел, захлопнув дверь. Я свалилась обратно на кровать, тяжело дыша. Как же я его ненавижу! Ненавижу его наглую ухмылку, его самодовольство и грязные намеки.
Но больше всего я ненавижу себя за то, что позволила ему увидеть меня такой слабой и беззащитной. Он никогда не должен узнать, что мне снилось. Он никогда не должен узнать, чего я боюсь.

— Ты сильная, — прошептала я себе. —Ты справишься. Ты не позволишь ему сломить тебя.

Я пошла в душ, чтобы смыть с себя кошмар и все негативные эмоции. Под струями холодной воды я почувствовала, как ко мне возвращается самообладание.

Я пробыла там как минимум минут двадцать, а когда закончила — вытерлась полотенцем, возвращаясь в комнату и укладываясь обратно в постель. На этот раз я заснула быстрее и крепче. Но даже во сне я продолжала бороться с тьмой, преследующей меня в моих кошмарах. И я знала, что эта борьба только начинается.

На удивление, утром проснулась я выспавшейся. Обычно после таких ночей я чувствую себя разбитой и уставшей, но сегодня я была полна энергии и решимости. Может быть, душ помог мне избавиться от негативных эмоций. А может просто пришло время взглянуть своим страхам в лицо и перестать прятаться от прошлого. Хотелось бы мне в это верить.

Натянув на себя первое что попалось под руку, я вышла из комнаты. Желудок требовал еды, а разум — хотя бы чашку кофе. Спускаясь по лестнице, я старалась не думать о вчерашнем ночном визите. В конце концов, он не остался, а просто ушел. Но одно я знала наверняка: сегодня он не получит ни малейшего шанса на сближение.

Зайдя в привычную гостиную, я сразу почувствовала аромат свежесваренного кофе и жареного бекона. За столом уже сидела вся семья Алекса: его родители и... сам Алекс, который, заметив меня, тут же ухмыльнулся.

«Прекрасно», — подумала я саркастично.

— Доброе утро, Кассандра, — радушно произнесла Адора, приглашая меня жестом к столу. - Присоединяйся к нам!

— Доброе утро, — ответила я, стараясь выглядеть как можно более дружелюбно. — Спасибо за приглашение.

Я села за стол, стараясь не смотреть на Алекса. Он, казалось, наслаждался моей неловкостью.

— Как спалось? — спросила его мать с улыбкой.

— Отлично, — ответила я, не вдаваясь в подробности.

— Алекс сказал, что ты кричала ночью, — продолжала она, и я почувствовала, как внутри все закипает.

Ах ты, гад! Специально все рассказывает, чтобы меня позлить.

Я бросила испепеляющий взгляд на Алекса, но он только пожал плечами, делая вид, что не понимает, о чем речь.

— Да, был небольшой кошмар, — ответила я Адоре, стараясь сохранять спокойствие. — Но все хорошо.

— Надеюсь, это не помешает тебе сегодня хорошо поработать, — вставил отец Алекса с серьезным выражением лица. Видимо, мужчина серьезно относится к любой работе.

— Конечно нет, — ответила я.

— Отлично, — сказал он. — Мы рассчитываем на тебя.

Я кивнула и взяла чашку кофе, пытаясь успокоиться. Этот завтрак превращался в пытку.

— Итак, — начала мать Алекса, — мы планируем начать фотосессию в саду около двенадцати. Ты не возражаешь?

— Нет, конечно, — ответила я. — Двенадцать часов — отличное время.

— Тогда мы увидимся в саду, — сказала она, улыбаясь. — А пока наслаждайся завтраком!

Я кивнула и принялась за еду, стараясь игнорировать все взгляды и разговоры вокруг. Нужно было поскорее закончить с этим завтраком и начать работать.

Я знала, что сегодняшний день будет непростым. Но я была готова ко всему. Я докажу им всем, что я — профессионал, несмотря ни на что. И никакой Алекс не помешает мне.

Завтрак, к счастью, прошел без дальнейших эксцессов. Я старалась есть молча, отвечая односложно на вопросы, и как только допила кофе — поспешила удалиться под предлогом подготовки к съемке.

Вышла на улицу и ощутила, как прохладный ветерок обдувает все тело. В саду царила идиллия. Ухоженные лужайки, цветущие клумбы, беседки, увитые розами — все дышало спокойствием и благополучием. Идеальное место для семейных фотографий.

Я принялась осматривать локации, мысленно выстраивая кадры. Нужно было придумать что-то оригинальное и интересное, чтобы фотографии получились не просто красивыми, но и передавали дух этой семьи.

Через некоторое время ко мне присоединилась мать Алекса, полная энтузиазма и идей. Она рассказывала о каждом уголке сада, о любимых цветах, о памятных местах. Было видно, что она очень любит этот дом и свою семью.

Постепенно я начала проникаться к ней симпатией. Она оказалась очень приятной и общительной женщиной, несмотря на свой высокий статус.

— Я надеюсь, что вам здесь нравится, Кассандра, — сказала она, улыбаясь.

— Очень, — ответила я. — У вас прекрасный дом и замечательная семья.

— Не всегда все так идеально, как кажется на первый взгляд, — сказала она тихо, улыбаясь.

Я посмотрела на нее с удивлением.

— В каждой семье есть свои проблемы и трудности, — продолжала она. — Важно уметь их преодолевать вместе.

Я кивнула, понимая ее намек. Наверное, у них с Алексом тоже не все так гладко, как кажется со стороны.

— Я надеюсь, вы сможете найти общий язык с Алексом, — сказала она. — Он хороший парень, просто иногда бывает немного... сложным.

Я усмехнулась. «Немного сложным» — это мягко сказано. Но свои мысли я естественно оставила при себе.

— Я постараюсь, — ответила я.

— Я знаю, ты справишься, — сказала она, улыбаясь. — Ты очень талантливая и умная девушка.

Я покраснела от комплимента. Слова матери Алекса, такие простые и искренние, прозвучали для меня словно музыка. Внутри разлилось тепло, которого я давно не чувствовала. Странно, ведь это всего лишь слова. Но какие же важные.

Всю жизнь я привыкла к критике и требованиям. Родители, стремясь к моему успеху, скорее указывали на недостатки, чем хвалили за достижения. «Могла бы и лучше», «Нужно еще поработать», «Не зазнавайся» — эти фразы я слышала гораздо чаще, чем слова похвалы. И со временем, наверное, привыкла к ним, считая заслуженными.

Поэтому слова матери Алекса так сильно тронули меня. Они прозвучали как искренняя оценка моих способностей, как признание моего таланта. И это было так приятно.

Я почувствовала, как в груди расцветает робкая надежда. Может быть, я действительно чего-то стою? Может быть, я действительно талантлива? Может быть, я могу гордиться собой?

В голове всплыли воспоминания о тех редких моментах, когда меня хвалили. В детстве, когда дедушка, еще не превратившийся в монстра, говорил, что у меня красивые глаза. В школе, когда учительница рисования отметила мой талант.

Эти воспоминания казались такими далекими и тусклыми, словно их заслоняли годы критики и разочарований. Но сейчас они вспыхнули с новой силой, согревая мою душу и наполняя ее верой в себя.

Я улыбнулась Адоре в ответ, стараясь скрыть волнение. Мне было неловко от ее похвалы, но в то же время я чувствовала огромную благодарность. За то, что она увидела во мне то, что я сама давно перестала замечать. За то, что напомнила мне о моих талантах и достоинствах. За то, что просто сказала добрые слова.

Эти слова стали для меня словно глотком свежего воздуха, как стимул двигаться дальше и не опускать руки. Они вселили в меня уверенность в своих силах и желание доказать, что я действительно достойна похвалы.

— Спасибо, — прошептала я. — Это очень приятно слышать.

И она улыбнулась, а я поняла, что этот комплимент останется со мной надолго.

Дальше мы распрощались. Я вернулась к себе в комнату, и стала думать как можно скоротать время до съемки.

В тишине комнаты мысли снова начали кружить в голове. Маскотт, родители, кошмары... Все это давило на меня, словно тяжелый груз. Прекрати, Кассандра. Нужно взять себя в руки и сосредоточиться на работе.

Дверь распахнулась без стука, и в комнату, словно вихрь, ворвался Маскотт.

— Касс, — с ходу заявил он, скрестив руки на груди и облокотившись о косяк. — Что же тебе все-таки снилось?

Я опешила. Вот уж кого не ожидала увидеть!

— Какое тебе вообще дело? — процедила я, стараясь не выдать всей своей злобы.

— Ну как же, — ухмыльнулся он, — вдруг сны заразительны?

— Не неси чушь, — огрызнулась я. — И вообще, что ты здесь делаешь? Тебя никто не звал.

— Да ладно тебе, Касс, — продолжал он, игнорируя мои слова. — Расколись, что тебе там приснилось? Может, я там был все таки? Главный виновник твоих снов.

— Ты? — я фыркнула. — Скорее в роли чудовища из-под кровати.

— О, это уже интересно, — поддел он. — Значит, все-таки я был в твоих снах?

Сука. Надо же мне было вспомнить о прошлом с его участием. Об его руках, языке...

Я покраснела от злости. Черт, хватит уже, Кассандра!

— Убирайся отсюда! — закричала я, теряя терпение.

Маскотт ничуть не смутился, лишь ухмыльнулся.

— Ну чего ты так злишься? — спросил он, подходя ближе. — Я же просто пошутил. Сдалась ты мне. Не хотелось бы оказаться у тебя во сне.

— Твои шутки здесь неуместны, — процедила я.

— А что тогда уместно? — прошептал он, наклоняясь ко мне. Его дыхание опалило мое лицо. — Может быть, это?

Я испугалась. Он слишком близко ко мне. В голове стали прокручиваться разные мысли того, что может произойти дальше, но я сумела прийти в себя и сделать шаг назад.

— Не смей ко мне прикасаться. — прошипела я, злобно смотря в фиолетовые глаза напротив.

— Ну чего ты такая колючая, — сказал он, отступая назад. — Я же просто хотел немного развлечься.

— Иди развлекай Бетти, — огрызнулась я.

Лицо Алекса помрачнело. Что, задела за живое?

— Не упоминай Бетти.

— А что, правда глаза колет? Раз ее тут нет, поэтому решил надо мной надругаться? — съязвила я. — Не нравится, когда вспоминают о твоей девушке?

— Заткнись, Кассандра, — прорычал он.

— А то что? - спросила я, с вызовом глядя ему в глаза. — Ударишь меня?

Маскотт сжал кулаки, но сдержался. Я видела как на его лице играют желваки.

— Не провоцируй меня, — процедил он сквозь зубы.

— А то что? — повторила я. — Что ты мне сделаешь?

Он сделал шаг ко мне, и я почувствовала, как меня охватывает страх. Но я не отступила. Я стояла на месте, глядя ему в глаза. Он же ничего мне не сделает.

— Ты не знаешь, на что я способен, — прошептал он.

— Может быть и не знаю, —ответила я. — Но я знаю, что ты не посмеешь меня тронуть. Как минимум, потому что я девушка.

Он смотрел на меня несколько секунд, потом развернулся и вышел из комнаты, громко хлопнув дверью.

Я выдохнула с облегчением, прислонившись к стене. Что это было? Почему он так себя повел?

Я не понимала. Но одно я знала точно: Алекс был гораздо более сложным человеком, чем говорила его мать. И я не собиралась влюбляться в него или сближаться, не смотря на ту неприязнь и злость, что я испытывала. Пожалуйста, бог, услышишь меня.

Но что-то мне подсказывало, что этот день будет еще полон сюрпризов.

Скоро я услышала звонок телефона. Думала, это опять родители, а оказалось, что звонит Эстель. Как же я рада. Мне сейчас просто необходимо было услышать ее голос, поделиться переживаниями, выговориться, в конце концов.

Смахнув с экрана вызов, я поднесла телефон к уху.

— Эстель! Как я рада тебя слышать! — выпалила я, стараясь скрыть дрожь в голосе.

— Касс, привет! — ответила она, ее голос звучал как всегда спокойно и уверенно. — Как дела? Как новая работа?

— Ох, — вздохнула я, — даже не знаю, с чего начать.

— Что-то случилось? — забеспокоилась Эстель.

— Да, все как-то... сложно.

— Как тебе дом? Большой, красивый, как ты говорила?

— Да, — подтвердила я. — Огромный, как будто особняк. И очень... странный.

— В смысле? — спросила Эстель.

— Ну, — замялась я, — там свои заморочки, свои тайны... Семья, в которой я работаю, тоже немного странная.

— Рассказывай, — поторопила она. — Я вся внимание.

— Ну, — начала я, — например, тут есть парень, сын хозяев. Он...

Я замялась. Сука, да не знаю как сказать о том, что я работаю в семье Маскотта.

— Касс? — напоминает о себе подруга.

Я делаю глубокий вдох, и по привычке на выдохе тараторю:

— Их сына зовут Алекс. Алекс Маскотт.

В трубке тишина. Подруга замолкает после моих слов, и я начинаю переживать ещё больше, чем когда столкнулась с ним у лестницы.

— Изначально-то я не знала, — продолжаю я. — Мы вчера столкнулись перед ужином. Помнишь, я говорила, что их семья — тоже альбиносы?

— Конечно.

— Так вот, я не подумала об этом даже. Сразу заметила это, конечно, но об Алексе не подумала. — я делаю глубокий вдох и томно выдыхаю, подходя к кровати. — Черт, как-будто в Барселоне каждый четвертый альбинос. Кто же знал, что они окажутся его родителями?

— Не переживай. — спокойно отвечает подруга, видимо, вспоминает наш последний разговор об Алексе. — Все будет нормально.

— Ещё он ведёт себя странно. — продолжаю я. — Ночью снова кошмар был. Он пришел ко мне в комнату, а я кричала....

— Стоп. Он пришел к тебе в комнату? — громко переспрашивает Эстель, видимо напридумав себе всякого.

— Эстель, это не то о чем ты подумала. — меня уже начинает раздражать все вокруг, поэтому я говорю сквозь зубы. Но затем успокаиваюсь и, не дожидаясь ответа, продолжаю. — Он мне не нравится, но его родители такие хорошие люди.

— Ну, от любви до ненависти не так далеко. — отвечает рыжая тихо, видимо надеется, что я не услышу.

Предпочту проигнорировать. Мне же лучше.

— Кстати, о родителях. Мои звонили вчера. Ничего нового. Отдыхают, путешествуют. Были очень недовольны мной. Впрочем, как и всегда.

— Крепись, подруга. Неделю продержаться надо. Потом Маскотт и все что с ним связано, уйдет из твоей жизни. — Заявляет Эстель весёлым голосом.

— Надеюсь.

Разговор с Эстель действительно помог мне немного развеяться и поднять настроение. Она умела как никто другой вытащить меня из любой хандры, подбодрить и заставить посмотреть на ситуацию с другой стороны. Мы еще долго болтали обо всем на свете - о погоде, о моде, о последних новостях в городе. Я рассказывала о своих планах на будущее, о мечтах, которые, казалось, с каждым днем становятся все более призрачными.

Потом Эстель перевела разговор на свою работу.

— Знаешь, ко мне тут недавно заявился один клиент, - сказала она, - анонимно. просто не знаю, что и думать.

— Что такое? - поинтересовалась я. - Что-то серьезное?

— Ну, — замялась Эстель, — у него очень странная проблема. Он утверждает, что ему снятся сны, в которых он... в общем, он издевается над какой-то девушкой.

Я похолодела. Воспоминания о кошмаре нахлынули на меня с новой силой.

— И что? — спросила я, стараясь сохранить спокойствие.

— И он говорит, что ему это нравится, — ответила подруга. — Что он получает удовольствие от того, что причиняет ей боль.

Я не знала, что сказать. Это было ужасно.

— Он что, маньяк?

— Не знаю. Я пытаюсь разобраться. Но он очень закрытый и не хочет рассказывать подробности.

— А кто эта девушка? — спросила я. — Он ее знает?

— Говорит, что нет, — тихо выдохнула подруга, продолжая. — Говорит, что это просто какая-то вымышленная персона.

— Странно, — пробормотала я.

— Очень странно, — согласилась Эстель. — Я никогда не сталкивалась ни с чем подобным.

— А что ты собираешься делать?

— Буду пытаться докопаться до правды. Постараюсь помочь ему разобраться в себе. Но я боюсь, что он может быть опасен.

— Будь осторожна.

- Я знаю, - ответила Эстель. - Спасибо за беспокойство.

Мы помолчали немного. Мне было страшно за Эстель. Я не хотела, чтобы она пострадала из-за этого странного клиента.

— Ладно, мне пора, — сказала я. — Нужно готовиться к съемке.

— Удачи. — последнее, что сказала Эстель перед тем, как я повесила трубку.

Мыслей в голове было много и они смешивались воедино, поэтому думать не особо получалось. Алекс, кошмары, странный клиент Эстель, недовольство родителей... Все это вертелось в голове, словно в калейдоскопе, не давая сосредоточиться.

Мне следует думать о работе.
Повторяла я себе как мантру, пытаясь успокоиться. Сегодня мне нужно быть профессионалом и сделать хорошие фотографии. Нельзя позволить личным проблемам повлиять на мою работу.

Для начала нужно привести себя в порядок. В зеркале на меня смотрела уродливая, измученная девушка с растрепанными волосами и темными кругами под глазами. Нужно было срочно что-то предпринять.

Я направилась в ванную и открыла кран с холодной водой. Умылась, стараясь смыть с лица все следы усталости и переживаний. Потом долго стояла под душем, позволяя воде смыть с меня весь негатив.

Вытеревшись полотенцем, я посмотрела на себя в зеркало. Лицо выглядело немного лучше, но все еще было далеко от идеала.

Я сбегала в комнату, взяла косметичку и вернулась обратно, начав наносить макияж, стараясь скрыть все недостатки. Тональный крем, пудра, румяна, тени, тушь... Я накладывала слой за слоем, словно создавая новую личность.

Наконец, посмотрев в зеркало, я осталась довольна результатом. Передо мной стояла уверенная в себе профессиональная девушка, готовая к любым испытаниям. Под конец добавила губам яркости и сочности не сильно ярким красным цветом. Вот. Теперь точно идеально.

Теперь нужно было выбрать одежду. Хотелось чего-то удобного, но в то же время стильного и элегантного. В конце концов, я остановилась на черных брюках и белой блузке, которые красовались на моей полке шкафа. Дополнила образ кроссовками для удобности, ведь съёмка будет в саду с минималистичными украшениями.

Одевшись, я снова посмотрела в зеркало. Да, теперь я выглядела как настоящий профессионал.

Последний штрих — сумка с фотоаппаратом. Я взяла ее и вышла из комнаты.

Все, я готова. Больше нет места для страхов и переживаний. Сегодня я - семейный фотограф. И я сделаю свою работу как можно лучше.