Глава 17
Дон Вальтерио Каэстра
Утро после клуба выдалось затяжным.
Я встал позже обычного - отголоски ночи до сих пор отдавались в висках, а остаточный запах женских духов будто въелся в кожу. Сон был неглубоким, тревожным, и, как назло, наполненным фрагментами. Ее пальцы, ее губы... Я не должен был этого делать. Не с ней. Не сейчас.
Накинув на себя только шорты, я вышел на кухню. Воздух был плотным - как будто знал, что вот-вот разразится буря. И конечно же - она уже здесь.
Розалина сидела на столе, скрестив ноги и с таким видом, будто ждала меня со вчерашнего вечера. Как всегда: слишком уверенная, слишком много знает. Она вскинула бровь и наградила меня ухмылкой, которая вывела бы из себя любого, кроме меня.
- Рассказывай, - произнесла она с лукавым блеском в глазах.
Я помолчал. Протер лицо ладонями. Молчание повисло между нами, но сестра не из тех, кто сдается.
- Что именно? - спросил я, стараясь выглядеть как можно более равнодушным.
- Ну, например, как вы обжимались с Соней в клубе, - её голос был наполнен язвой и триумфом.
Я сжал челюсть. Черт. Я надеялся, что она не заметит.
Я надеялся, что никто не заметит.
Соня - не мой тип. Я никогда не рассматривал её всерьёз. Всё, что я делал, было ради Кифера. И она это знала.
Наверное.
Кроме поцелуя.
Потому что после него у меня встал.
Чёрт.
Она слишком юна для меня. Семнадцать- слишком чистая цифра для этого мира. И при этом... она чертовски гордая. Хитрая. В её взгляде нет обычной девичьей наивности, только холодный расчет, почти искусственный. Почти - потому что временами я ловил её глаза на себе слишком долго. Это не игра. Она что-то задумала. Она пришла сюда добровольно. В мафию. В ложь. В ад.
Таких не бывает.
- Во-первых, - начал я, медленно подходя ближе. - Мы не «обжимались», а просто разговаривали.
- М-м-м... - протянула она, закатив глаза. - Просто разговаривали? А это именно поэтому ты поцеловал ей руку? Ткань на её ладони тоже просто так появилась, да?
Я издал усталый смешок.
- Розалина, может, тебя отдать сталкерам?
- Уж лучше сталкерам, чем быть дурой влюблённой, как ты, - отрезала она, всё ещё улыбаясь. - Ты можешь врать себе, но не мне. Ты забыл, кто тебя нянчил, когда ты впервые схлопотал пулю в бок?
Я приблизился к ней вплотную.
- Я поцеловал её руку, чтобы она не потерялась. Чтобы вошла в игру. Это была сделка. И, кстати, мы оба на этом поднялись.
Она сцепила руки на груди.
- Не думаю, что Санириус обрадуется, если узнает, что ты «поднимаешься» на моей подруге.
- Подруге? - переспросил я, прищурившись. - Так быстро? Я думал, ты её терпеть не можешь.
- Она интересная. Живая. И по-своему умная. А ещё... Она доводит тебя до бешенства. А мне это нравится.
Санириус. Он уже полтора месяца гоняется за Соней. Пытается выследить, где правда, а где ловушка. Если он узнает, что она была со мной - ему будет не до улыбок. Но и мне - плевать. Я выше него. Всегда был.
Я развернулся и налил себе виски.
Виски с утра - мой способ сказать этому дню: «Пошёл к чёрту».
- Я жду документы от Луки уже две недели, - проговорил я сквозь зубы. - Через три часа у меня самолёт в Испанию. Пока я там - Лука должен исчезнуть из поля зрения Кифера.
- Ты всё ещё летишь на четыре месяца? - её голос стал мягче.
- Нет, полтора. Максимум два. - Я говорил глухо, глядя в стакан.
- Боже. И как же теперь Соня проживёт без тебя? Ты даже её номер не взял, - сказала она с наигранным драматизмом, будто актриса из дешёвой новеллы.
- Если бы я хотел знать её номер, я бы уже знал. - Я поставил стакан на стол с глухим стуком. - Она мне не интересна.
- Ну и кто же она тогда для тебя? - прошептала она с усмешкой.
Я задержал дыхание. Закрыл глаза. Вспомнил её взгляд. Её силу. Её юность.
- Точно не возлюбленная. Reina Oscura. Красивая. Сексуальная. Хитрая. Слишком юна. И в какой-то степени... глупа.
Во мне - только интерес. Остальное - иллюзия. Желание. Игра.
- Reina Oscura? Hermano, seguro que te vuelve loco. No pensé que fuera tan fácil derretir a Dona... - засмеялась она, переходя на испанский.
Я фыркнул.
- Решила попрактиковать испанский? У тебя выходит. Но поработай над акцентом. - Я пошёл в сторону комнаты.
Она побежала за мной.
- То есть ты даже не напишешь ей? Ни цветочка не пришлёшь? Она же девчонка...
Я резко развернулся.
- Я могу подарить ей не только цветы. Я могу выкупить её из всей этой чёртовой игры. Но не с твоей подачи.
Если ты ещё раз заговоришь о ней - я перекрою все твои банковские счета. - Мой голос был холоден, как лезвие.
Розалина отшатнулась. Но не от страха. От уважения.
Она знала, на что я способен. И знала- если Соня оказалась в моей паутине, то это надолго.
Вопрос только в том, кто из нас первый потеряет контроль.
София Верди
Утро выдалось... невыносимым.
Я чувствовала себя так, будто тело моё приковали к кровати тяжёлыми цепями. Даже не цепями - кандалами. Веки отказывались открываться, мысли путались, а воздух казался слишком тяжёлым для дыхания. Мне не хотелось ни есть, ни пить, ни произнести хоть слово. Я просто лежала, вглядываясь в белый потолок, как в пустоту.
В голове пульсировало имя. Кифер. За ним шло второе - Вальтерио.
Оба по-своему опасны. Оба играют - только разными правилами.
Один - хищник, другой - палач.
Я медленно повернула голову. На прикроватной тумбочке лежал новый телефон - чистенький, в чёрном чехле, уже полностью настроенный. Все мои данные были перенесены, будто кто-то решил, что моя жизнь должна начаться с нуля, но при этом забыл стереть старое.
На экране мигало уведомление.
От Ники.
Я внутренне скривилась, даже не прикасаясь к устройству.
"Грязная шлюха."
Даже мысли о ней вызывали у меня тошноту.
Сообщение открылось автоматически, будто бы оно само знало, что будет прочитано:
Ника:
Привет, я знаю, ты ещё обижаешься на меня, но не стоит. Кто бы устоял перед Кифером?
Я села резко, как будто меня ударили током.
Моё сердце заколотилось - не от ревности, а от ярости. Настоящей, пульсирующей злости.
Руки дрожали. Я смотрела на экран и сдерживала желание метнуть телефон в стену - второй раз за неделю.
Какого чёрта ты мне пишешь?
Ты предала. Ты отдалась ему. И теперь посмела оправдаться этим жалким: "Кто бы устоял?"
В этот момент в дверь постучали. Я еле успела спрятать эмоции за маской холодной отстранённости.
- Входи, - выдохнула я.
В комнату вошла Розалина. Лёгкая, уверенная походка, волосы аккуратно собраны, на лице - лёгкая косметика и ненавязчивая улыбка. Она была из тех девушек, которых ненавидишь за то, что у них всегда всё идеально, но с ней я не чувствовала зависти. Странно. Она была... настоящей. Умной. И, может быть, единственной из окружения, кого я не хотела растерзать.
- Привет. Ты как? - спросила она мягко, но с вниманием в голосе. Она присела на край кровати.
Я посмотрела на неё, взвесив: стоит ли быть откровенной?
- Всё нормально, - ответила я, чуть наклонив голову. - Как Вальтерио?
Я знала, что она видела нас в клубе. Может, даже больше, чем просто видела. А потому позволила себе спрашивать открыто.
Её брат... Он был другим.
Мужчиной, с которым нельзя заигрывать, но хочется рискнуть.
Он - дон. Босс. Крестный отец. Зови как хочешь.
И я - целовалась с ним.
Нет... он целовал меня.
Я чувствовала его руку на талии, вкус на губах... напряжение в его теле.
И стоит мне только вспомнить - как будто волна жара накрывает с головы до ног.
Чёрт.
- Он в самолёте. В Испанию, - ответила Розалина спокойно, но внимательно изучая мою реакцию.
Я приподнялась на подушке.
- Что? Он уехал?.. И на сколько?
Это не было болью. Это было... пустотой. Резкой, холодной. Как будто кто-то неожиданно выключил свет в комнате, оставив меня в темноте.
Почему он не сказал?
Почему просто исчез?
- Всё хорошо? Ты аж побледнела, - тихо спросила она.
Я рассмеялась, но смех вышел сухим, почти нервным.
- Вальтерио мой должник. Передай ему, что с него шоколадка.
Розалина хмыкнула, но ничего не сказала. Я видела, как уголки её губ дёрнулись вверх.
Он не был мне должен. Ни капли.
Но мне захотелось... укусить.
Пусть знает, что я не просто очередная игрушка. Пусть хоть раз в жизни почувствует, что не он управляет ситуацией.
И пусть даже мне никто не верит - я почувствовала в нём слабину. Не эмоции, нет. А внутреннее сомнение.
Он всё ещё решает, стоит ли мне доверять. А значит - я на правильном пути.
Он уехал.
Но он вернётся.
А я успею стать той, с кем он уже не сможет играть.
С этой мыслью я уснула.
Поздно ночью. Одна. Без слёз, без слов, с затвердевшим внутри сердцем, с пересохшими губами и лёгкой дрожью в руках.
Нет, не от страха. От неизвестности.
Тишина комнаты будто впитала в себя всю мою внутреннюю ярость, и, наконец, мозг дал команду отключиться. Мне снились какие-то алые пятна и кожа, пахнущая дорогим одеколоном. Наверное, это был он.
Вальтерио.
Я не была уверена.
⸻
Прошёл день.
Пустой, липкий, ленивый.
Я старалась чем-то занять себя - перерывала старые бумаги, перечитывала сообщения, смотрела в потолок, считала молча шаги от окна до двери. Ни Кифер, ни Лука, ни даже Ника не всплывали в голове. Всё оттеснил он.
Он уехал. Значит - всё? Или это начало?
К вечеру я сделала вид, что забыла о нём. К полуночи - действительно почти забыла.
А утром - всё пошло к чёрту.
⸻
Я проснулась от слабого стука. Не дверного. Мягкий звук, будто бы что-то скользнуло по стеклу. Я распахнула глаза, прислушалась. Никого.
Свет ещё не был ярким - солнце только поднималось, окрашивая комнату в оранжево-розовые оттенки. Я скинула плед, встала босиком, и, на автомате, направилась к окну.
И остановилась.
На подоконнике, внутри - не снаружи, внутри! - лежало то, чего я никак не ожидала.
Нет. Не просто букет.
Монумент. Настоящий алтарь из роз.
Двести одна ало-красная роза, каждая - идеально свежая, тяжёлая, как сердце, в момент предательства. Они стояли в чёрной лаковой коробке, перевязанной золотой лентой.
Рядом - длинная коробка с шоколадом ручной работы. Французским. Я знала такие - их делали только под заказ. Горький, дорогой, как чужая тайна.
А поверх всего - белая карточка, тонкая, как шелест бумаги в храме.
На ней аккуратный почерк, в одну строчку:
"Раз ты назвала меня своим должником - теперь ты моя пленница."
Я выдохнула.
Медленно. Глубоко.
Записка была подписана. Не по имени. По роли:
"- Don V."
Я стояла над этим всем, и внутри меня начали сражаться десятки чувств.
Это был не романтический жест. Нет.
Это был вызов.
Ответ. Ход.
Он понял, что я играю. И сделал свой первый настоящий шаг.
Я провела пальцами по краю коробки, чувствуя, как кожа покрывается мурашками. Даже запах был непростой - в розах чувствовался шиповник, кожа и немного ладана. Как в древних соборах. Как в чужой спальне. Как в логове зверя.
Пленница?
Интересно, кого он хочет убедить - меня или себя?
Я взяла карточку и вернулась к кровати. Села, не выпуская её из рук.
Пленница.
Он назвал меня так - зная, что это слово обидит. Зная, что я ненавижу быть в подчинении. И всё же... он был прав. Отчасти.
Я думала о нём чаще, чем хотела. Слишком часто. Слишком глубоко.
Но я не его.
И если он считает, что красивыми цветами можно меня запереть в клетке - он не знает, с кем имеет дело.
Я встала, решительно.
Принесла бумагу.
И написала в ответ:
"Пленница - это та, кто хочет сбежать. Я пока не пытаюсь."
Без подписи. Без украшений. Только с лёгким отпечатком пальца в чернилах. Намёк на поцелуй, которого не было.
Розалина нашла меня через час. Я уже переоделась, села за стол, сделала себе кофе и смотрела в окно. Она увидела розы первой.
И замерла.
- Соня... что это? - её голос был чуть тише обычного.
- Он прислал, - ответила я спокойно, не отрывая взгляда от улицы.
- Он... что? Розы? Все эти? - она подошла ближе. - И шоколад?
Я молча показала ей карточку. Она прочла и присвистнула.
- Он... обычно не делает такого. Даже намёков.
- Знаю, - сказала я, отпивая кофе. - Но это ведь не намёк. Это - угроза, замаскированная под подарок.
- Думаешь, он опасен для тебя? - спросила она с едва заметной тревогой.
Я улыбнулась.
- Он опасен для всех. Но это не значит, что я собираюсь прятаться.
Розалина медленно покачала головой:
- Ну... тогда держись. Потому что он не забывает тех, кого назвал своими.
Своими?
Слишком рано.
Но я уже знала:
Он начал считать меня своей.
А я начинала чувствовать, что нахожусь внутри чужой партии. И, кажется, на фигуре ферзя.
Дон Вальтерио Каэстра
Пальцы скользили по клавишам ноутбука - отточенно, автоматически.
Информация шла непрерывно: два звонка из Севильи, обновлённые фотографии Лукаса, движение товара в Неаполе, один "мертвец", который до сих пор дышал. Я контролировал всё.
Кроме неё.
София Верди.
Имя, которое я должен был забыть ещё в ту же ночь. Девочка из системы Кифера, слишком юная, чтобы быть угрозой, и слишком гордая, чтобы подчиняться.
Но она вышла за границы.
Заставила меня сделать ход первым.
Я отправил ей цветы - не как жест, не как подарок. А как печать. Отметку.
Я назвал её пленницей.
И теперь держал в руках её ответ.
"Пленница - это та, кто хочет сбежать. Я пока не пытаюсь."
Я прочитал это трижды.
И медленно опустился в кожаное кресло.
Не восхищение. Не кокетство.
Не растерянность.
А - ход.
Она принимает правила, не прогибаясь. Она не торопится. Не умоляет, не благодарит. Она не подыгрывает, и это - раздражает.
Я убрал письмо в ящик, закрыл ключом. Не потому, что боялся, что его кто-то найдёт.
Потому что он мог.
Санириус.
Если бы он только узнал, что я контактировал с Софией - его реакция была бы мгновенной.
Он охотился за ней не первый день.
Считал её уязвимой, одинокой, идеальной добычей. Видел в ней не женщину, а актив. Девушку, которую можно использовать, подчинить, сломать.
Он говорил о ней сквозь зубы. А я молчал.
Молча слушал и хранил равнодушие, будто она мне - никто.
Если он узнает, что я отправил ей 201 розу...
...он сочтёт это слабостью.
А я не даю повода считать меня слабым. Никогда.
В кабинете было тихо.
Я встал, подошёл к окну. Сигара оставалась в пепельнице, тлеющая.
Испанское солнце било по стеклу, и вдруг я ясно понял:
Она не просто девушка из схемы.
Она - переменная, которая может разрушить всю формулу.
И всё же я продолжал.
Пленница?
Нет.
Это я проверяю - насколько далеко она готова зайти, если не держать её в клетке.
Завтра... завтра будет следующий ход.
Я уже знал, каким он будет.
Не цветы. Не шоколад.
Контроль.
Я обернулся к столу, достал другую, чистую карточку.
Мой почерк - холодный, ровный, выверенный.
"Пленница, которая не сбегает - либо слишком умна, либо уже придумала, как выбраться изнутри. Покажи мне, кто ты, Reina Oscura."
Подписи не было. Она и так знала, кто я.
Я вложил карточку в чёрный конверт, отдал водителю.
Инструкция была простой: доставить лично. Без свидетелей.
Пока Санириус ищет её снаружи,
я уже вхожу внутрь.