55 глава.
Просыпаюсь утром от первых лучей солнца, нежно касающихся моего лица. Открываю глаза и вижу знакомую картину: роскошные простыни, запутавшиеся вокруг моего тела, остатки аромата его парфюма, витающего в воздухе, следы горячей ночи, запечатлённые на коже.
Кровать кажется такой большой и пустой без его сильного тела рядом. Вспоминаются моменты прошедшей ночи: его губы, ласкающие мою кожу, руки, исследующие каждый сантиметр моего тела, глубокое соединение душ и тел, полное любви и страсти.
Встаю с кровати, мои ноги касаются холодного пола, но внутри тепло и уютно. Слышу звуки из кухни — запах свежего кофе и аппетитный аромат бекона. Он готовит завтрак, зная, как я люблю начинать день вкусно и сытно.
Одеваюсь обратно в свой розовый свитер и кремовые брюки, чувствуя себя уютно.
Спускаясь по лестнице, встречаю его стоящего у плиты, одетого в костюм тройку. Его фигура выглядит привлекательной и сильной. Чувствую себя счастливой и любимой, понимаю, что эта ночь принесла не только удовольствие, но и укрепила нашу связь.
Присаживаюсь на табурет у кухонного острова, улыбаюсь ему, вспоминая подробности прошедшей ночи. Он поворачивается, смотрит на меня с любовью и обожанием, в его глазах отражается та самая страсть, которая вспыхнула прошлой ночью.
— Доброе утро, мышонок, — говорит он, наклоняется и нежно целует меня в лоб. — Хорошо спала?
— Прекрасно, — отвечаю я и подперла ладонью свою щеку, смущённо улыбаясь.
Он смеётся, садится рядом со мной, берёт мою руку в свою большую ладонь.
— Тебе понравилось? — лукаво спрашивает он, подразнивая меня.
— Очень, — краснею и прячу лицо в чашке кофе.
Мы проводим утро вместе, наслаждаясь обществом друг друга, воспоминаниями о прошедшей ночи и ожиданиями нового дня впереди. Эта ночь оставила неизгладимый отпечаток в наших сердцах, укрепив нашу любовь и сделав наше будущее ещё ярче и прекраснее.
— А где, кстати, Аврора? — поинтересовалась я, внимательно наблюдая за движениями Ориона, сидящего напротив.
Его глаза скользнули вверх, остановившись на моих, а потом лениво перекинулись на соседнюю дверь спальни.
— Укладывает свои волосы, — произнёс он спокойно, продолжая пить кофе маленькими осторожными глоточками, будто наслаждался каждым мгновением этого утра. Глаза мельком метнулись к наручным часам. — Через десять минут вам в университет, а мне на работу.
Подскочив мгновенно, я вскрикнула, вплетая нотки беспокойства в голос:
— Ох, бегу-бегу!
Уже мчась к двери, торопливо добавила:
— Подожди меня всего минуту, хорошо?
Постучалась осторожно в дверь Авроры, стараясь не напугать её шумом, вошла внутрь и замерла, поражённая открывшимся видом. Она стояла перед зеркалом, медленно расчёсывая волосы и задумчиво разглядывая своё отражение. Чёрный кардиган плотно облегал стройную фигуру, подчёркивая плавные линии тела. Белая юбка-"солнышко" изящно колыхалась, отражая свет ламп, даря нежный оттенок кожи. Белоснежные высокие сапожки завершали образ, придавая особую элегантность всему облику. Кудрявые локоны свободно рассыпались по плечам, создавая впечатление живой картины.
Подойдя ближе, я невольно ахнула от восторга:
— Аврора! Ты просто загляденье!
Аккуратно прикоснувшись к мягким завиткам волос, любовно провела пальцами по бархатистым складочкам кардиганчика. Её лицо в зеркале осветилось лёгкой улыбкой, но вскоре выражение переменилось на тревожное.
— Спасибо… Мне кажется или папа мне скажет, что слишком открыто? — тихонько промямлила она, оглаживая края юбочки.
Удивление охватило меня на мгновение. Откуда вдруг такой страх одобрения отца? Взглянув пристально на неё, я ответила решительно и твёрдо:
— Хоть твой отец иногда и ведёт себя придурковато, но он никогда не станет осуждать тебя за наряд, который тебе нравится.
Эти слова сразу успокоили Аврору, её лицо вновь расслабилось и посветлело.
— Ты права, — проговорила она, повернувшись ко мне лицом. Мягкая улыбка исказила черты её прекрасного лица.
Взгляд задержался на её лице дольше обычного, заставляя задуматься. Когда-то совсем недавно эта девушка казалась хрупким созданием, нуждающимся в защите. Сейчас же передо мной стояла взрослая, сильная женщина, полная решимости и внутреннего света.
— Я счастлива, что ты у меня есть. И я счастлива, когда папа счастлив, — тихо произнесла она, глядя прямо в мои глаза.
Меня поразили её слова. Их искренность и глубина растрогали душу. Как часто в жизни хочется услышать подобные вещи именно тогда, когда сердце ждёт поддержки и понимания. Ответив той же мягкой улыбкой, я подтвердила уверенность:
— Мы все будем счастливы.
Но тут я внезапно поняла, что есть нечто важное, что я должна ей поведать. Мои губы дрогнули, выражая нерешительность. Повернувшись спиной к кровати, я жестом пригласила её сесть рядом.
— Я хотела тебе кое-что рассказать, думаю, у меня никогда не будет от тебя секретов, — начала я чуть дрожащим голосом, опасаясь реакции Авроры.
Она послушно опустилась на постель, тревожно всматриваясь в моё лицо.
— Мне признался в любви Чарльз, — выпалила я одним духом, заранее представляя возможные эмоции подруги.
Реакция оказалась незамедлительной и мощной. Аврора буквально подпрыгнула на месте, широко раскрыв глаза от изумления.
— Что?! — воскликнула она громким шёпотом, прижимая руки к сердцу.
Прижав палец к губам, я попросила молчать, боясь привлечь внимание Ориона. Сердце учащённо билось, нервозность росла.
— Повтори ещё раз, — потребовала Аврора, приглушив голос почти до неслышного шёпота, полный неподдельного волнения.
Опустив голову, я печально вздохнула:
— Да, вот так. Потом уехал. Совсем перестал писать и звонить. Я переживаю…
Аврора внимательно посмотрела на меня, глубоко вздохнув. Нежная рука легла поверх моей ладони, согревая холодную кожу теплом и уверенностью.
— Почему грустишь? Он сам сделал выбор признаться в чувствах, зная наверняка, что у тебя есть отношения. Твоя вина тут ни при чём. Ты вправе любить того, кто дорог твоему сердцу. Если Чарльз Мэнсон достаточно зрелый человек, он поймёт всю глубину твоей привязанности и найдёт способ связаться с тобой. Просто подожди, уверена, он обязательно появится снова.
От слов Авроры на душе разом потеплело. Всё тело наполнено облегчением и благодарностью. Так точно формулируют мысли лишь самые близкие люди, понимающие каждое слово и движение души. Обнимая её крепко за плечи, я мысленно поблагодарила судьбу за встречу с такими прекрасными людьми, как она.
Мы обе покинули уют её комнаты и направились вниз по лестнице, сжимая пальцы друг друга. Мой взгляд упал на папу и маму, мирно беседующих за столом. А Орион сидел напротив них, но спиной ко мне.
— Мам... пап? — вырвалось у меня неожиданно, сердце застряло в горле, глаза расширились от недоумения.
Мама ласково улыбнулась, крутила пустой бокал на краю стола, покачивая его легко и грациозно. Отец поднял глаза и добродушно продолжил разговор:
— Привет, доченька. Мы уже познакомились с твоим молодым человеком.
Моя голова закружилась, сознание отказывалось воспринимать реальность происходящего. Я замерла, растерянно перебирая варианты поведения, не находя подходящего слова.
Отец заговорил первым, очевидно, стремясь разрядить напряжение ситуации:
— Очень приятный молодой человек, — деловито заметил он, бросив оценивающий взгляд на Ориона. — Достойный, успешный и ответственный мужчина.
Что-то внутри откликнулось приятным теплом. Видеть родителей довольными выбором дочери — редкое удовольствие. Собрав волю в кулак, я подошла ближе, став позади Ориона и осторожно положив руку на его широкое плечо.
— Да, пап, — произнесла я, обращаясь сначала к нему, затем переведя взгляд на мать. — Да, мам, я встречаюсь с Орионом Найнтингейлом. Мы любим друг друга, и ничто не сможет помешать нашим отношениям, даже ваше влияние.
Родители переглянулись, отчего моя уверенность поколебалась. Мама продолжала молча смотреть на меня, ожидая продолжения разговора. Отец почесал затылок, будто затрудняясь подобрать подходящие слова.
— Милая, мы вовсе не возражаем против ваших отношений с Орионом, — проговорил отец, вызывая во мне глубокое удивление. — Только… — добавил он, беспомощно махнув рукой, словно ища объяснения.
И тут произошло невероятное. Мать резко встала из-за стола, вооружившись кухонным полотенцем, которым принялась хлопать меня по рукам и ногам, двигаясь быстро и решительно.
— Эх ты бестолочь! Чья кровь течёт в твоих жилах? — возмущённо выкрикивала она, преследуя меня кругами по кухне.
Я смеялась и отпрыгивала, уворачиваясь от очередного удара полотенца. Окончательно запутавшись, я обратилась к матери:
— Мам, ну успокойся! Давай поговорим нормально!
Однако мать продолжала атаковать меня, повышая голос с каждой секундой:
— Успокоиться?! Как я смогу сохранять спокойствие, когда ты вообще не звонишь и не пишешь родителям?!
Каждый раз, когда полотенце касалось спины или ягодиц, раздавался короткий визг. Наконец, отец вмешался, схватив мать за руку, останавливая бессмысленную расправу.
Облегчённо выдохнув, я поспешила спрятаться за широкой спиной Ориона, цепляясь руками за его плечи.
— Знаете, мама, в сети вышло интересное разоблачительное видео, — напомнила я родителям, надеясь отвлечь их внимание. — Там две девушки опубликовали фотографии с моим участием и подписали откровенно провокационным заголовком.
Мать перевела дыхание, выслушав мой рассказ, но не преминула напомнить:
— Да-да, слышали. Но разве это повод не поддерживать связь с родителями?
— Простите меня, пожалуйста, — умоляюще протянула я, подойдя к родителям и крепко прижавшись к ним, испытывая глубокую благодарность за понимание и прощение. — Я обещаю исправиться и буду регулярно сообщать вам о своей жизни.
Радостные объятья родных принесли долгожданное облегчение и чувство единства, которое согревало изнутри.
* * *
Несколько минут пролетели незаметно, наполненные радостью общения с моими родителями. Перед уходом они обратили особое внимание на состояние моей лучшей подруги, спросив, как она справляется с внутренними переживаниями и обидами. Услышав её спокойный и уверенный ответ, что готова оставить прошлое позади и идти дальше, родители одарили нас тёплыми улыбками и оставили простор для дальнейших размышлений и уехали обратно за границу.
Мы втроём заняли свои места в автомобиле Ориона. Прощальные объятия растаяли в воздухе, уступив место обыденному ритму повседневности. Авто плавно тронулось, устремляясь к воротам родного города, дорога была прямой и гладкой, словно символично повторяя гладкую поверхность моего сердца, освободившегося от прежних сомнений и переживаний.
Скользнув взглядом по лицу Ориона, я увидела в нём спокойствие и мудрость, знание, что он способен справиться с любыми жизненными трудностями. За окном проходили знакомые улицы, знакомая жизнь разворачивалась перед глазами, позволяя насладиться каждой мелочью повседневной реальности.
По пути Аврора доверительно прошептала мне на ухо и лукаво взглянула на меня, приподняв уголки рта в загадочной улыбке:
— Мой папа никогда не подвозил меня в университет.
Я замечаю некоторые перемены в моем отце... Возможно, твоё присутствие оказывает на него положительное воздействие, — предположила она игриво, привлекая моё внимание к лицу Ориона, украшенному идеально ровными чертами. Его светлые волосы блестели на солнце, выдавая в нём истинного красавца.
Задумавшись над словами подруги, я непроизвольно задрала голову, рассматривая великолепный профиль мужчины, чьи карие глаза сияли мягкостью и добротой.
Посмотрев на Аврору долгим молчаливым взглядом, я попыталась выразить словами свои ощущения, возникшие после ее слов. Затем удобно устроилась на своём кресле, закрыв глаза и прислушиваясь к звукам мотора, звучавшего ровно и гармонично.
Аврора, заметив мою реакцию, засмеялась негромко, радуясь своему влиянию на окружающий мир и нас самих.
* * *
Сегодняшний университетский день открыл перед нами солнечные горизонты надежды и покоя — впервые за долгое время мы почувствовали себя свободными от гнета прошлого. Орион, мой возлюбленный и заботливый папа Авроры, остановился возле величественного входа университета. Машина мягко затормозила, подарив нам последний миг спокойствия перед погружением в бурлящий водоворот студенческой жизни.
Аврора первая распахнула дверь автомобиля, весело помахав отцу рукой и прошептав:
— Удачного дня!
Её улыбка озаряла пространство вокруг, словно маленький солнечный лучик пробивался сквозь густые облака тревоги и неуверенности.
Я же, слегка наклонившись вперёд, нежно чмокнула Ориона в щеку, прошептав тихо и искренне:
— Любимый, пусть этот день принесёт тебе спокойствие...
Выпрямившись, я ощутила тепло поцелуя на своей коже и твёрдо ступила вслед за подругой на территорию учебного заведения. Наши шаги были легкими, уверенными, словно тяжёлые цепи унижения, сомнения и страха наконец-то спали с наших плечей.
Двери аудитории гостеприимно раскрылись навстречу нам, обещая новый опыт и знания. Но самое главное, мы ощущали внутреннюю свободу, которой давно жаждали. Наконец-то никто больше не нападал на нас, не критиковал, не пытался разрушить нашу дружбу и счастье.
Рассказывая друг другу свежие анекдоты и обмениваясь последними новостями, мы услышали тихий шепот среди однокурсников:
— Говорят, Аза сбежала...
Мы переглянулись, будто пытаясь уловить скрытый смысл этих слов. Оказалось, наша мучительница действительно покинула город, оставив позади разбитое сердце и своё собственное чувство стыда. Уехать далеко отсюда стало её единственным способом избежать позора и осуждения окружающих.
Теперь же, бродя по коридорам, мы ловили лишь робкие взгляды тех, кто раньше был рядом с Азой, особенно Лилии и Перилы. Они старательно избегали нашего взгляда, краснея каждый раз, когда наши глаза случайно встречались. Эти двое понимали свою вину и сожалели о содеянном, но теперь было поздно пытаться исправить прошлое.
Но только одно испортило прекрасный день.