9
Кому: caspienthe_ghost@gmail.com
От: Jalcott.mag@ox.ac.uk
Дорогой Кас,
Ты снова покинул меня.
Это уже не ранило так, как в первый раз. Или, может, я просто научился лучше справляться с твоими уходами. А может, потому что в этот раз все ощущалось иначе. В твоем взгляде, когда ты уходил, мелькнуло что-то вроде: это еще не конец. По крайней мере, мне так показалось. Нас как будто что-то связывает. Я часто думаю об этом с тех пор, как ты ушел. Что мое место на этой земле, весь смысл моего существования — быть рядом с тобой. Как судьба, карма или та самая красная нить из древних китайских легенд. Что-то всегда будет возвращать нас друг к другу. Я верю в это, Кас, правда верю. Не знаю, что привело тебя ко мне прошлой ночью, но это дало мне надежду, что ты вернешься ко мне снова.
Воспоминания о той ночи всплывают фрагментами. Звуки, которые ты издавал. Одни я игнорировал, другие просто не мог расслышать сквозь душившее меня желание, острую, почти болезненную потребность в тебе.
Мне стыдно за то, что я сделал с тобой. Но при этом я будто наконец почесал зудевшее место, до которого не мог дотянуться годами — и в том, что я творил, было что-то безусловно правильное. В том, что мы творили друг с другом. Совсем не так я представлял нас, но, может быть, так и должно было быть. Может, иначе между нами ничего бы и не получилось. Хотя, если бы мог, я сделал бы все по-другому.
Я помню, как ты просил сделать тебе больно. И, что еще хуже, я помню, что хотел этого.
Черт, Кас. Я думал, что выкорчевал тебя из себя, а теперь снова чувствую, как ты оживаешь во мне. Я знаю, тебе не все равно. Где-то глубоко внутри ты все же переживаешь за меня. Ты сказал, что не будешь блокировать мой номер, потому что можешь понадобиться мне для чего-то важного, и я все время думаю, что же ты имел в виду. Что ты считаешь важным? Алиби? Деньги? Угрозу для жизни? После твоего первого ухода я думал о самоубийстве. Счел бы ты это важным? Я не говорил об этом ни одному человеку, не думаю, что смог бы сказать это тебе — хотя Люк прочитал это между строк в моем письме — и писать об этом действительно легче. Будто избавляюсь от навязчивой мысли.
Я сказал, что ненавижу тебя. Но ты был прав — не ненавижу. Я люблю тебя.
Думаю, я всегда буду любить тебя.
P.S. Я еще не сменил постель.
С любовью,
Джуд
🌸
Я почувствовал, будто освободился от чего-то. Неуверенность, мешавшая мне перейти с Финном на следующий уровень близости, исчезла. Граница сдвинулась.
Точнее, я ее пересек.
Я уже не помнил, чего боялся вначале; оказалось, что я вполне могу трахнуть парня. Я доказал, что могу.
Оставалось доказать, что я могу трахнуть парня, кто не Кас.
«Код» был одним из трех ночных клубов в центре Оксфорда. Довольно популярным, благодаря живым выступлениям и меню с шотами по 2 фунта. В остальном заведение было омерзительным, с липкими поверхностями, требующими дезинфекции уровня морга или больницы после пандемии. Примерно через две недели после того, как Кас снова ушел, я оказался там — уже изрядно под шафе после минимум пяти шотов — и доказывал какому-то парню из Корпус-Кристи, почему Тарантино — отстой.
Адам — высокий, с темными глазами и полными, чертовски соблазнительными губами — кивал, не сводя с меня взгляда. Никита разжился кокаином у девушки с нашего этажа, а я еще год назад понял, что у меня низкая — ну ладно, почти нулевая — толерантность к тяжелым веществам, так что даже половина дорожки означала, что друзьям придется приходить каждые полчаса проверять, не откинулся ли я от инфаркта. Но той ночью, благодаря коке, я чувствовал себя лучше, чем за многие последние месяцы. Если не годы. Подумывал попросить Никиту договориться с той девчонкой достать мне побольше, чтобы хватило до конца учебного года.
Блядь, может, я и до получения степени долечу под кайфом. Может мне вообще не спускаться на землю?
— Ты пиздец какой горячий, — сказал Адам, наклонившись к моему уху.
Кажется, в тот момент я говорил об «Омерзительной восьмерке». Точнее, о том, каким дерьмом, пустой тратой времени и денег вышел этот фильм Квентина Тарантино. Я улыбнулся Адаму, не особенно парясь, что на этом разговор о кино закончился.
— Спасибо, ты тоже, — я опрокинул в себя ярко-зеленый шот, который поставил передо мной Баст — если не ошибаюсь, шестой за вечер, — и потянулся поцеловать губы, на которые пялился последний час.
Мы сидели вдвоем в затемненной кабинке, но, если честно, с тем, что творилось у меня под кожей той ночью, мне было бы плевать, даже окажись мы посреди толпы на танцполе. Адам сосал мой язык так, как, видимо, собирался сосать мой член. Когда его рука потянулась к моему паху, ладонь легла на каменный стояк. Хотя кокаиновое возбуждение захватило все мое тело — возможно, дело было вовсе не в Адаме.
— Ммм, очень хочу тебя трахнуть, — прошептал он, когда я прервал поцелуй.
Почему-то мне стало смешно.
— Эм, нет, я не по этой части, — я поднял бокал и допил свое пиво. Хотя, возможно, и не свое. Стол был заставлен полупустыми стаканами.
— А ты вообще пробовал? — спросил он.
Я покачал головой, и глаза Адама сверкнули в темноте.
— Блядь, это офигенно. Уверен, тебе понравится. — Он прижался губами к моему уху. — Для начала я хорошенько растяну тебя пальцами.
Я моргнул и посмотрел на его руки. Сильные. Он занимался академической греблей, и это читалось по рельефу мышц под футболкой. Я попытался представить себя с раздвинутыми ногами, и как он опускается между ними, а его пальцы проникают в мою задницу. Что такого, если он хочет взять меня в пассивной роли? Может, стоит попробовать? Может, действительно понравится? Может, я все это время лишал себя ч...
В этот момент какой-то парень налетел на наш стол, опрокинул стаканы и бутылки с пивом. Я вскочил, чтобы не попасть под брызги.
— Серьезно, чувак? — возмущенный голос Адама прорезал музыку.
— Сорян, брат, не хотел, — мямлил в стельку бухой парень, пока его друзья мчались на помощь.
— Джейми, твою мать! — ругался один из них, поднимая его с нашего залитого пивом стола. Я поднял взгляд на этого друга и замер, открыв рот от удивления. Он улыбнулся мне виновато.
С того дня, как Каспиен появился на его вечеринке, я не видел Финна, хотя он писал мне на следующий день.
Финли:
Прости за вчерашнее. Я был таким идиотом.
Потом, примерно через час моего молчания:
Финли:
Я должен был предупредить тебя, что он будет там.
Я тогда не нашелся, что ответить. Голову забивали воспоминания о Каспиене, и я едва помнил, что Финн вообще существует.
Мне стало стыдно, глядя на его неловкую, чуть смущенную улыбку. Финн посмотрел на Адама, извинился за друга и увел того подальше от нас.
— Сраные первокурсники, — проворчал Адам, вставая. Я не стал его поправлять.
— Схожу вытру это дерьмо, вернусь через пять минут. Принести тебе еще что-нибудь выпить?
— Ром с колой, — заказал я без раздумий. Потом смотрел ему вслед — широкие плечи, мощные руки. И вдруг вспомнил, что такие парни, вроде как, не в моем вкусе.
Я оглядел помещение клуба — Финн разговаривал с одним из своих соседей по комнате, не с Алексом. Тогда до меня дошло, что пьяный парень — его высокий друг Пит, с которым мы пару раз пересекались.
Пока я наблюдал за ними, сосед повернул голову в мою сторону с неодобрительной миной. Финн мельком взглянул на меня, похлопал друга по плечу и направился к лестнице, ведущей из клуба на улицу. Решение пришло мгновенно. Я схватил куртку из угла кабинки и поспешил за ним.
Финн уже пересек улицу и шел по противоположной стороне, одну руку засунув в карман, другой листал что-то в телефоне.
— Если ты сейчас ищешь свидание через Grindr, это будет немного неловко, — сказал я, поравнявшись с ним.
Он остановился и явно удивился, увидев меня.
— Я удалил приложение, — ответил он.
— Да что ты! Все так серьезно?
— Да, очень. Мы женимся следующим летом на юге Франции.
— Звучит романтично. Чем он занимается?
— Он пассив.
Я рассмеялся. Потом между нами повисло неловкое, выжидающее молчание.
— Слушай... — начал я.
— Дай я сначала, — перебил Финн.
Я кивнул, уступая ему.
— Прости, что вел себя как козел на той вечеринке. Наговорил всякого... — он вдруг замялся и покраснел.
— Все нормально, — ответил я искренне. — Тут, скорее, мне нужно извиняться — что пришел, хотя ты меня не звал.
Финн покачал головой.
— Да я хотел тебя позвать, Джуд. Просто, блядь, когда узнал, что он придет, решил, что тебе будет хреново. Эти неловкие сцены...
— Я думал, он тебя бесит. Почему ты его вообще пригласил?
Финн бросил на меня обреченный взгляд.
— Я не приглашал. Он сказал, что будет в Оксфорде, и сам напросился. Если бы меня кто-то спросил, я бы позвал тебя, а не его. — Он неловко переступил с ноги на ногу, поддел носком ботинка торчавшую тротуарную плитку. — Я не понимаю, какие у вас с ним отношения.
— Никаких, — ответил я. — Между нами ничего нет. Мы... никто друг для друга.
Финн поднял голову, в глазах мелькнула эмоция, которую я не понял.
— Уверен?
— Он что-то сказал? — спросил я, не понимая, чего хочу больше: чтобы сказал или нет. Я бы точно не смог признаться Финну, что у нас с Касом что-то было.
Финн нахмурился, потом пожал плечами.
— Просто спросил, как ты там оказался и откуда я тебя знаю. Я сказал, что мы друзья. — Последнее слово он произнес со странной интонацией. — Потом спросил, где ты живешь. Мне не стоило говорить, да?
— Да, — ответил я. — Но ничего страшного. Он бы и без твоей подсказки меня нашел.
— Все равно извини, что все так погано вышло... — Финн снова опустил взгляд.
Я покачал головой.
— Ты тут ни при чем, правда.
Я все еще был под кайфом; внутри тлело возбуждение, а Финн смотрел на меня тем самым взглядом, с каким обычно опускался на колени, чтобы взять у меня в рот.
Но больше меня будоражил голос Каса в голове: «Я хочу, чтобы ты перестал видеться с Финли». Да пошел он на хуй.
— Значит, я тебе небезразличен? — спросил я. Финн вскинул на меня испуганный взгляд. — На вечеринке ты сказал, что для некоторых это до смешного очевидно.
Он поморщился, щеки покраснели.
— Блин, правда? Ладно, пойду, брошусь под машину. — Он действительно собрался уйти, но я поймал его за руку и притянул к себе ближе, так, что стоило чуть наклониться, и я коснулся бы его губ.
— А мне было приятно это слышать, — сказал я.
Финн застенчиво улыбнулся и начал теребить пуговицу моей рубашки.
— А как же тот охуенный гребец, которого ты бросил там? — он кивнул в сторону клуба.
— Ему нравится Тарантино.
— Какой ужас.
— И не говори, — вздохнул я. — Ну... у тебя дома найдется что-нибудь выпить?
Глаза Финна загорелись, он закивал. А меня кольнуло сомнение, не поступаю ли я с ним слишком жестоко?
Финн нравился мне, даже больше, чем просто партнер по дружескому сексу, но я подозревал, что делаю это по совершенно неправильным причинам. Однако, под моросящим оксфордским дождем, с кокаиновой эйфорией в крови, меня волновало лишь одно — что я могу это сделать.
Я могу делать что угодно и с кем угодно, без разрешения Каспиена. Включая Финна.