Глава 34
Тишина в комнате давила на уши. Но все боялись нарушить это вязкое молчание. Томас сидел и просто не мог говорить. Не только говорить, дышать было тяжело. Мысли сливались с воспоминаниями, заставляя легкие болезненно сжиматься. Всю свою жизнь он думал о том, почему отец так относится к нему. Он думал, но не находил ответа. Вот и сейчас все вопросы снова напомнили о себе болезненной дымкой, которая просто ослепила парня, не давая возможности что-то сказать. Он медленно поднял голову и, встретившись с обеспокоенным взглядом своей, как оказалось живой бабушки, он открыл рот в попытке что-то сказать, но не смог. Казалось, его голос просто пропал и неизвестно вернется ли. Почувствовав теплую ладонь на спине, Томми вздрогнул и, повернув голову, встретился взглядом с Адамом.
— Тише, Томми. Все хорошо, просто дыши, хорошо? – Адам успокаивающе гладил блондина по спине, чувствуя, как в его объятиях мелко дрожит крепкое тело. Повернувшись к женщине, он негромко спросил, – миссис Рэтлифф, у вас есть что-то алкогольное, боюсь, ромашковый чай не поможет вашему внуку.
Женщина встала и без слов подошла к бару у стены. Достав оттуда бутылку бурбона и четыре бокала, она поставила их на стол возле дивана и сказала:
— Я думаю нам всем нужно это.
Адам кивнул и потянулся к бутылке, но дрожащая рука Томаса не дала отстраниться. Заглянув в карие глаза и увидев зарождающуюся истерику, Адам вновь привлек парня к себе и посмотрел на Виктора:
— Вик, поможешь?
Виктор быстро дошел до стола и налив полный бокал протянул его Ламберту. Взяв стакан, брюнет осторожно поднес его к пересохшим губам Тома и прошептал:
— Давай, малыш, выпей это. Хорошо?
Все что мог сделать Том это открыть рот и прижаться губами к прохладному хрусталю. Чувствуя, как горло обжигает, но, совершенно не ощущая вкуса, Том выпил бокал полностью и судорожно потянул носом воздух. Ламберт прижал дрожащего Тома и вновь обратился к Лидии.
— Миссис Рэтлифф, можно нам выйти на воздух?
— О, конечно, Адам. Пойдем, я покажу вам выход на задний двор.
Подняв несопротивляющегося Тома, Адам буквально тащил его на себе, идя следом за женщиной. Открыв дверь и пропустив парней на улицу, Лидия тут же закрыла за ними дверь, возвращаясь в комнату.
Вернувшись в гостиную, Лидия устало опустилась на стул, прикрывая глаза и просто пытаясь не затеряться в своих воспоминаниях. Приложив ладонь к сердцу, она старалась успокоиться, чувствуя, как что-то неприятно сдавливает сердце, с трудом давая возможность дышать.
— Миссис Рэтлифф, вам не хорошо? – беспокойно спросил Виктор, садясь на диван напротив женщины.
— Нет. Все в порядке, Виктор. Просто эти воспоминания слишком болезненны для моего возраста. – Сев ровнее на стуле, женщина взял бокал с бурбоном и, сделав пару глотков, тихо вздохнула. – Виктор, пока Томас с Адамом на улице, я бы хотел поговорить с тобой. За то время что я слежу за Томом, я узнала, какую роль ты играешь в его жизни. – Увидев удивленный взгляд мужчины, он спокойно улыбнулась, – да, я знаю, что мой внук гей и поверь, меня это не беспокоит. Дело даже не в его ориентации, я знаю, что ты намного больше, чем просто его заместитель и любовник. Ты, наверное, единственный кого Томас может считать другом. И если бы не его подозрительное отношение к жизни, так бы и было. Так вот. Все дело в том, что я хотела бы узнать, насколько далеко зашли отношения Томаса с Адамом?
***
Адам осмотревшись и увидев скамью с мягкой обивкой, дотащил блондина до нее и сев сам, усадил его к себе на колени, укачивая того как ребенка и продолжая гладить по спине. А Томас никак не мог подавить безмолвную истерику, проживая ее внутри себя, без сил выпустить наружу. Сухие глаза казалось, быстрее остекленеют и потрескаются, прежде чем хоть одна слезинка выкатится из глаз. Постепенно дыхание выровнялось, и Томас смог дышать нормально. Чуть повернув голову, он уткнулся в щеку брюнета и легонько поцеловав, прохрипел:
— Спасибо.
— За что? – спросил Адам, совсем не понимая благодарности Тома.
— За то, что рядом. За то, что помогаешь. – Положив ладонь на грудь брюнета, Томас чувствовал, как под рукой бьется сердце. Гулко, сильно.
— Я всегда буду рядом, пока ты этого хочешь.
— Всегда буду хотеть.
Ламберт горько усмехнулся и судорожно сглатывая, прикрыл глаза. Том и сам не знает, что скоро он не захочет видеть его. Адам понимал. Чувствовал, что время стремительно исчезает и скоро вся правда выйдет наружу.
— Томми, хочешь, мы можем уехать. Сейчас. Тебе не обязательно что-то выяснять. – Адам боялся, что это слишком сильное потрясение для Рэтлиффа.
— Нет. Я должен. Я не хочу больше жить с постоянной ложью. Вся моя жизнь одна сплошная ложь. – Зло прошептал Том, а Адам вздрогнул.
Боль за Томаса. Своя собственная боль за предательство того, кого брюнет любит, все это как огромный снежный ком налипало и накрывало с головой. Но сейчас ему нельзя было теряться в своих чувствах, и он мог лишь быть рядом. Столько, сколько им дадут быть вместе.
— Тогда пойдем? Чем быстрее ты все выяснишь, тем быстрее мы сможем уехать.
— Да, пойдем. – Томас встал и, дождавшись, когда Ламберт поднимется, взял его за руку и пошел к дому.
Зайдя в гостиную, они прошли к дивану и сели, не замечая странного взгляда Виктора, который нахмуренно разглядывал Адама, задумчиво кусая губы.
— Миссис Рэтлифф, я бы хотел… – начал Том, но женщина перебила.
— Томас, прошу, может, обойдемся без официальных обращений? Я понимаю, что тебе трудно назвать меня бабушкой, и я не настаиваю на этом, но давай хотя бы начнем с имени. Зови меня Лидия.
— Хорошо, Лидия, – кивнул Томас. – Для начала я бы хотел узнать, зачем отец ездит к тебе каждые полгода?
— Я потребовала от него, чтобы он каждые полгода переводил на определенный счет средства. Деньги, которые я просила на свое содержание. Но это он так думает, на самом же деле это твои деньги. Мне нужно было быть уверенной, что если что-то случиться со мной, то ты должен быть обеспечен, если вдруг тебе придется бежать. Мой поверенный после моей смерти должен будет передать тебе номер счета, ну или я сама это сделаю в свое время. Я просто старалась продумать все варианты. Да и к тому же у моего сына это была, скажем так проверка и попытка вытянуть из меня информацию о том, где я храню документы.
— Я мог бы сам открыть счет, без ведома отца.
— Если его посадят, то на все счета под фамилией Рэтлифф наложат арест, мои же средства хранятся на счете с моей фамилией, которая была до замужества.
— Логично. Другой вопрос, что ты хочешь от меня сейчас? То есть, ты столько лет молчала, не пытаясь передать документы властям, и сейчас ты хочешь, чтобы этим занялся я?
— Нет, смысла не будет. Его люди найдут тебя в любом случае, он даст приказ, и убьют всех, кто к этому причастен.
— Тогда что ты предлагаешь?
— Разрушить самое дорогое, что у него есть.
— А у него есть что-то ценное? И я имею в виду не материальные ценности, – с сарказмом спросил Том.
— Конечно, Томас. Сам подумай, к чему он стремился всю свою жизнь? – Терпеливо спросила Лидия, не реагируя на язвительность в голосе внука.
— Власть, – ответил Том, сразу понимая, что прав. – Он всю жизнь стремился только к ней.
— Да. И мы должны найти способ лишить его этого, а уже когда он растеряет ее и у него останется последователей, тогда можно и пустить документы в ход.
— И как же мы должны это сделать? Я не понимаю. За столько лет ни один человек не смог свергнуть его, а я смогу?
— Томас, как бы печально это не звучало, но ты знаешь своего отца очень хорошо, по той причине, что он частично привил тебе свой характер. – Увидев, что Том собрался спорить, миссис Рэтлифф подняла ладонь и сказала, – я не договорила. Так вот, у тебя его характер, но лишь частично, вторая и при этом доминирующая сторона досталась тебе от матери. Элизабет всегда была умной девушкой, когда это не касалось Рональда, и она обладала очень развитой интуицией и непробиваемой логикой, до тех пор, пока мой сын окончательно не сломал ее. Но вот именно в этом ваши с ней различия. Он всю жизнь пытается прогнуть тебя, подчинить себе, но не получается. Это и есть твое сходство с отцом. Ты взял самые лучшие стороны характера от обоих родителей и в этом твоя сила. Я уверена, ты справишься с ним. Он сам не понимает, что своим отношением к тебе вырастил главного врага. В этом его самая большая ошибка в жизни. Вместо того чтобы взращивать союзника, он воспитал того, кто столкнет его с трона.
— Ну ты прям какого-то мстителя из меня сделала. Прям супергерой, а не обычный человек, – хмыкнул Том.
— Может мои слова, и прозвучали немного патетично, но это не уменьшает всей правды.
— Хорошо. Предположим, ты права, и я действительно весь из себя непобедимый. Что я должен сделать, чтобы свергнуть его? У меня даже отдаленно нужных мыслей нет.
— Ты сам должен подумать об этом. Я не жила всю жизнь в том мире. Он мне чужд, пусть я и касалась его когда того требовали обстоятельства.
— Значит мне нужно время.
— У тебя его нет. – Нахмурившись, Лидия спросила, – как ты нашел меня, Томас?
— Вскрыл сейф отца и украл папку с документами.
— Значит, твой отец узнает. Ты понимаешь, что скоро он поймет, что это ты? А те люди, что периодически следят за моим домом, доложат ему, что ко мне приезжали трое мужчин и предоставят ему подробное описание, а это лишь подтвердит догадки Рональда.
— За твоим домом следят? – напряженно спросил Рэтлифф.
— Конечно. Не постоянно, но раз в сутки точно. И время всегда разное – бессистемное расписание.
— Сегодня уже кто-то был здесь? – Спросил Виктор, который молчал до этого момента.
— Себастьян мне не сообщал об этом. – Увидев три удивленных взгляда, Лидия улыбнулась и сказала, – ну да, Себастьян помогает мне. Его родители служат в федеральном бюро и у них, порой не хватает времени на мальчика. В общем, я помогаю им, а они по возможности мне.
— У вас есть два федеральных агента, и вы до сих пор ничего не сообщили им о своем сыне? – Спросил Ламберт, совершенно не понимая действий женщины.
— Адам, порой мы не можем найти правильного решения, чтобы при этом не пострадали наши близкие. – Проницательный взгляд Лидии заставил Адама напрячься в попытке уловить двойной смысл. – Томас – моя семья. Пусть он и не знал обо мне, но это так. И я не могла, не навредив ему, да и себе тоже, сообщить Конорсам – родителям Себастьяна о Рональде.
— Лидия, нам нужно знать, приезжали ли люди отца сегодня или у нас есть шанс уйти?
— Виктор, – неожиданно обратилась Лидия к МакНилу, – не могли бы вы зайти к Себастьяну, он наверняка сидит около окна у себя дома. Его дом находится напротив моего. – Увидев во взгляде мужчины откровенный вопрос: «Почему сразу я?», миссис Рэтлифф пояснила, указывая на Ламберта с Томом, – просто мой внук сейчас не в том состоянии и как я поняла, Адама он не захочет отпускать.
Хмуро кивнув, Виктор вышел из комнаты, направляясь к входной двери. Видеть мальчишку ему совершенно не хотелось. Он непонятным образом взбесил Вика всего лишь за одну встречу. Дойдя до дома напротив, он уже хотел постучаться и даже поднял руку, но не успел. Дверь открылась, и он увидел довольное лицо Себастьяна с искренней улыбкой.
— А вот и ты. Привет. – Вновь окидывая взглядом Виктора, протянул парень.
— Виделись уже, – буркнул Вик.
— Это было слишком давно, я скучал, – томно прошептал парень, прикладывая тонкую ладошку к покрасневшим щекам.
— Э-э… – от такого тона и такого откровения у Виктора некультурно открылся рот, а в голову кроме нецензурной лексики не лезло ничего приличного. – Парень, завязывай с этим, – сумел выговорить Виктор, отворачиваясь от грустно опущенных ресниц. – Лидия спрашивала, приезжал ли кто из людей Рона Рэтлиффа сегодня?
— Дай мне свой номер телефона, и я скажу, – хлопая глазками, невинно ответил Себастьян.
— Зачем тебе мой номер? – этот парень не переставал вводить Виктора в ступор.
— Ты мало того что хмурый, так еще и глупый? – хитро прищурился паренек.
— Что-о?! – Виктор взревел и шагнул к парню, схватив его за рубашку. – Парень, ты единственный кто сумел парой слов вывести меня из се… что… ты… делаешь? – сбился МакНил смотря на то, как паренек обвил руками его за шею, поглаживая пальцами волосы на затылке, а носом ведет по колючей от щетины щеке.
— Успокаиваю тебя. Ты очень-очень громко кричишь. Уши закладывает, – тихо прошептал Себастьян.
Когда слова и действия Конорса дошли до остолбеневшего Виктора он разжал кулак, выпуская смятую ткань футболки из пальцев и, буквально отскакивая от парня.
— Так. Быстро отвечай мне на вопрос, и я пошел, – рыкнул Вик, сверля взглядом шатена на лице у которого не было и капли раскаяния или сожаления.
— Бука. – Увидев, как МакНил сложил руки на груди и смотрит на него исподлобья, Себ скопировал его жесты и спокойно ответил, – нет, не приезжали. Доволен? – Виктор, даже не ответив, развернулся и стал спускаться по лестнице. – Стой!
Обернувшись на окрик, МакНил рыкнул:
— Что тебе еще надо?
— Давай договоримся, если ты позвонишь мне, то ты должен мне свидание? – лукаво прищурился Себастьян.
— С чего бы это мне тебе звонить? И, кроме того, я не знаю твой номер телефона.
— Ну значит тебе совершенно не о чем переживать, не так ли?
— Договорились. Но предупреждаю сразу: ждать устанешь. – Виктор почти бегом бросился от этого наглого парня подальше, боясь, что его выдержка лопнет, и он придушит это создание похожее на лису.
Вернувшись в дом Лидии, он сообщил, что никто не приезжал.
— Значит, нам надо уезжать сейчас. Чем меньше улик в нашу сторону, тем больше времени у нас имеется. – Сказал Том, вставая с дивана.
— Томас, подожди. Я хотела спросить. Ты помнишь ее? – Тихо спросила Лидия с болью в голосе.
— Да. Именно воспоминания о ней не давали мне заплакать перед отцом, когда он закрывался со мной в подвале и учил жизни, когда я был ребенком. – Безразлично ответил Рэтлифф, хотя все видели, с какой силой он сжимает кулаки.
— Ты справишься, Томас. Я знаю это.
— Я в этом не уверен. Как бы ты меня не превозносила в своих словах, на деле все обстоит намного хуже. Может я и научился, как убивать быстро и без следов, но перед отцом я бессилен. За всю жизнь я не ответил ни на один его удар. Так что не питай напрасной надежды.
— Томас, – печально протянула женщина.
— О, не нужно меня жалеть, Лидия. И не переживай, я буду стараться изо всех сил. Не смотря ни на что. Твой рассказ… мне нужно время чтобы собраться с мыслями. И у меня слишком много вопросов, которые я в данный момент не в состоянии озвучить. Да и времени нет. Но я вернусь.
— Я буду ждать.
— У меня еще один вопрос: где мой дед? – Смотря на дверь все тем же безразличным взглядом, спросил Том.
— Он умер, через год после смерти Элизабет. – Опустив плечи и склонив голову, ответила женщина. – Инсульт. После того как Рональд приехал к нам впервые после нашего предупреждения, он пытался угрозами добиться того, чтобы мы избавились от документов. Джозеф его тогда ударил, и Рональд ушел, а моему мужу стало плохо и врачи ничего не успели сделать.
— Он убивает всех, кто находится около него. Даже не прикладывая к этому усилий. – Хрипло сказал Том и вышел, не попрощавшись с Лидией.
Не глядя по сторонам, дошел до машины. Хотел открыть дверь с водительской стороны и уже достал ключи, как рука Адама аккуратно обхватила его ладонь, а губы осторожно коснувшись, уха прошептали:
— Малыш, давай ты отдохнешь на заднем сиденье. Во-первых, ты пил, а во-вторых, ты слишком рассредоточен и еще одной аварии с твоим участием я не переживу.
Том смог лишь кивнуть и выпустить связку ключей из заледеневших пальцев. Сев на заднее сидение и просто утопая в своих мыслях, он, отстранено уткнувшись лбом в холодное стекло, боковым зрением видел как в машину сели Адам и Виктор и машина тихо заурчав, выехала на дорогу.
Прошло всего каких-то пару часов, а по ощущениям Томас только что прожил жизнь. Чужую жизнь. Ту, о которой он даже не подозревал. Встреча с Лидией и ее рассказ, все это сломало что-то внутри Рэтлиффа. Надломилось то, что уже давно было сломано. Каждый раз отец разрушает его, даже не подозревая об этом и от этого Томас чувствовал полное опустошение и безразличие которые холодными жгутами стягивали грудь, вновь мешая дышать.