Глава 20
Глава не бечена
— Адам!
Смотря в одну точку, Адам удивленно перевел взгляд на Тома. Вынырнув из своих воспоминаний, он охрипшим от волнения голосом, спросил:
— Что?
— Ох, слава Богу, ты очнулся. Что случилось? Ты побледнел и застыл.
Том смотрел на брюнета в ожидании, а тот не мог придумать правдивую отговорку.
Собравшись, он выдавил из себя улыбку и сказал:
— Все нормально, Томми, просто твой рассказ… страшный, да.
— Ага. Страшный. Именно поэтому ты побледнел и превратился в статую с остекленевшими глазами, – недоверчиво нахмурился блондин.
— Ну да. А разве это хорошая история? – все еще сдерживаясь чтобы не сбежать из комнаты с желанием остаться одному, протянул Адам, сам понимая, какую чушь спрашивает.
— Адам… ты нигде головой не бился?
— Не понял?
— А, я понял. Ты переутомился, да?
— Точно. Ага. Переутомился, – Ламберт жутко обрадовался такой легкой причине своей временной летаргии, – Томми, давай ты отдохнешь, я отдохну. Столько всего свалилось. Нам нужно отдохнуть. Да. Я поеду, да? А завтра опять к тебе заеду, ну или если хочешь, могу и не приезжать, ну или я не знаю…
— Ламберт! Помолчи! – перебил брюнета Рэтлифф, не понимая, что произошло и, от этого злясь еще больше. – Что с тобой? Ты какую-то ахинею несешь. Ты сам себя-то слышишь?
Увидев, как у Ламберта тяжело опустилась голова; как он с усилием зажмурил глаза и прикрыл лицо ладонями, Том почувствовал, как его сердце сжимается. Он не понимал, что произошло за столь короткое время, пока он рассказывал брюнету о том пожаре. Ну не мог же рассказ так повлиять на Адама. Он не ребенок, чтобы испугаться подобной «страшилки».
С трудом приподнявшись с кровати, он переместился ближе к парню. Стараясь не морщиться и не ругаться от болезненных ощущений, Томас аккуратно положил свою руку на затылок брюнета и, легко поглаживая, тихо позвал:
— Адам… посмотри на меня.
Через пару минут Ламберт поднял голову и посмотрел непонятным для Тома взглядом. Решив не давить на брюнета, Рэтлифф тихо сказал:
— Адам, тебе нужно отдохнуть. Ты толком не спал, и я вижу, как ты устал. Не нужно никуда ехать. Комната рядом с моей свободна. Ты можешь остаться там. Ладно? Останься со мной, не уезжай.
Ламберт лишь заторможено кивнул, будто не понимая слов. Томас уже хотел повторить свою просьбу, но брюнет встал и, бросив еще один неясный взгляд, вышел из комнаты, оставив Томаса в полном недоумении.
Добравшись до соседней комнаты, Ламберт быстро скинул с себя рубашку и в одних брюках лег на кровать, тут же укрывая себя одеялом.
Вроде он и не забыл ничего, он до сих пор помнил все свое прошлое, но почему-то именно рассказ Тома – воспоминание со стороны, больше всего поразило Адама. Не понимая собственных ощущений и переживаний, он забылся тревожным сном, время от времени хмурясь и крутясь в постели.
***
Томас же, какое-то время, посверлив закрывшуюся за Ламбертом дверь, лег на подушки и попытался найти причину такого состояния брюнета. Но так и не нашел. Может он испугался рассказа о пожаре? Или шокирован тем, какой Рон на самом деле? Или…
В раздражении от незнания, Томас постарался отбросить свои домыслы, оставив их на потом. Том постепенно заснул – таблетка обезболивающего наконец-то подействовала.
Проснувшись, Рэтлифф глянул в окно и увидел, что уже поздний вечер, если не ночь. Чувствуя, как затекло тело и теперь кроме боли от синяков, добавилось легкое онемение, парень постарался потянуться так, чтобы не потревожить фиолетовые «пятна».
Вспомнив про Адама, он решил сходить к нему в комнату. Выбравшись из кровати, Том взял брюки и попытался надеть их, но как только чуть согнулся, ребра сразу ответили острой болью. Совсем не по-мужски взвизгнув, и ругнувшись совсем не по-женски, Рэтлифф перевел дыхание и подождал, когда боль утихнет, а потом, стиснув зубы, справился со штанами.
Решив не тратить время и силы на рубашку, он подошел к дверям и открыл их…
Только чудом он не заорал когда увидел в темноте возвышающуюся фигуру. – Мистер Рэтлифф, не пугайтесь, это я.
— Во бля, гениальный ответ. Кто «я»?
— Брюс.
— О! И какого хера ты тут делаешь посреди ночи?
— Нам приказано охранять Томаса Рэтлиффа двадцать четыре часа в сутки. – На автомате продекламировал наемник.
Уткнувшись лицом в свои ладони, Том глухо простонал, пытаясь не сорваться и не убить этого робота.
— И это нужно делать прямо у дверей моей спальни?
— Да, сэр.
— А твой напарник где?
— В доме можно разделяться.
— Ага. Брюс, а вопрос можно?
— Да, сэр.
— У тебя мозг от рождения отсутствует или это хирургическое вмешательство? – Видя, как этот гигант завис, Томас понял, что задал слишком умный для этого существа вопрос. – Так. Стоп вопрос. Отмена, Брюс. – Увидев, как после слова «отмена» охранник развис, Томас облегченно вздохнул. – Так, слушай меня, Кинг-Конг. Охрана ночью мне не нужна. Понял?
— Это не по уставу.
— А тут не армия, парень.
— Нам приказано охранять Томаса Рэтлиффа двадцать четыре часа в сутки.
Истерично икнув, Томас посмотрел на совершенно серьезного мужчину.
— Ладно. Охраняй, но под ногами мне не мешайся. Понятно?
— Да, сэр.
Томас кивнул и стал обходить свою «проблему».
Но «проблема» пройти не дала.
Загородив проход, Брюс спросил:
— Назовите ваше направление и конечную цель.
Вытаращив глаза, Том поморгал.
Помолчал и вновь поморгал.
В голове было пусто от того шока, что он испытал из-за этого «недоразумения».
— Ага…. Цель. Направление. Да?
— Так точно.
— Я могу сообщить только твои цель и направление, – прорычал уже порядком злой Том.
— До окончания моей смены я не могу уйти с поста.
— Боже-боже, дай мне сил, – прошептал Том, жмурясь и сжимая пальцами виски. Решив, что проще сообщить «Цель и направление», блондин сказал, стараясь, чтобы голос не сорвался, – я направляюсь по коридору, в комнату находящуюся рядом с моей спальней. Все?
— Да, сэр. Приятной прогулки, сэр.
Решив уходить как можно скорее, пока есть шанс на то, что он не вцепится в горло мужчине, Томас быстро залетел в темную комнату, где сейчас спал Ламберт.
Бесшумно пройдя по ковру к кровати, Том осторожно лег на нее, задерживая дыхание, чтобы не застонать и подполз под бок к брюнету.
Лежа на спине, он посмотрел на спящего парня. Чуть повернувшись, блондин дотронулся до щеки и улыбнулся. Адам, почувствовав прикосновение, резко открыл глаза, встречаясь с улыбающимися карими глазами.
— Томми? Что ты здесь делаешь?
— К тебе пришел.
Оглядевшись, Адам сонно потер лицо ладонью и спросил:
— Ночью? Тебе не спится?
— Да.
— Как себя чувствуешь? – немного на автомате спросил Ламберт, все еще утыкаясь в ладони.
— Нормально. Почти… – нахмурившись, Том посмотрел на брюнета.
— Что? Почему почти? У тебя что-то болит? – обеспокоенно посмотрел Адам.
— Тише, Адам. Не тарахти. Ляг со мной.
Ламберт тут же лег, все еще смотря на Томаса в ожидании.
— Я лег, а теперь ты скажи. Тебя что-то беспокоит?
— Да. Очень, – чуть привстав на локте, Рэтлифф придвинулся к Ламберту, продолжая смотреть в его глаза.
— Томми, ну же, скажи мне, что с тобой?
— Ты волнуешься обо мне, да? – ткнувшись носом в щеку брюнета, Томас чуть улыбнулся.
— Конечно, глупый. Как я могу о тебе не волноваться?
— А почему ты так волнуешься, м? – касаясь губами в невесомом поцелуе, Томас слышал, как дыхание Адама немного участилось.
— Да потому что я влюблен в тебя, я же говорил, – буркнул брюнет, а у Тома от этого признания резко перекрыло дыхание.
— Н-нет, н-не говорил, – испуганно ответил Томас, сразу же встречаясь, с удивленным синим взглядом.
— Как нет? Я… думал… что «да», – прошептал Ламберт, вспоминая, что действительно не говорил. Признался только себе.
— Это правда? – вглядываясь в глаза, осматривая лицо, Том видел, что Адам не лжет.
Ответом был мягкие губы, накрывшие его рот и даря что-то нежное и чувственное. Что-то, что приятным теплом расползалось от губ и вниз к груди.
— Адам… – тяжело дыша и утыкаясь лбом в скулу брюнета, Том прошептал, – я пришел поговорить совсем о другом, но ты знаешь… – отстранившись и посмотрев на парня, он улыбнулся и, мысленно откладывая разговор на завтра, сказал, – твой метод общения мне нравится в разы больше.
— Я рад, что мои методы подошли тебе, но ты не ответил на мой вопрос: что тебя беспокоит, малыш?
Поняв, что разговор все-таки состоится, блондин немного нервно ответил:
— Ты, Адам. Ты меня беспокоишь. Твоя реакция на мой рассказ. Скажи мне, почему?
Понимая, что еще не готов отвечать на эти вопросы, что пока не время, Ламберт сказал первое, что пришло в голову:
— Твой отец сукин сын, каких поискать. Я хочу помочь тебе, хоть и не знаю в чем. Толком я не услышал ни твой план, ни твою конечную цель. Но я буду с тобой, Томми. Все, чтобы ты не придумал, я поддержу тебя.
— Почему?
— Почему?
— Да, Адам. Почему ты так быстро согласился? Ты хотел с ним союза, а теперь…
— Из-за тебя, Томми. – Ламберт был уверен в своих словах. Он не лгал. Он действительно хотел отомстить Рону за его отношение к сыну. Но эта причина была не единственной, от чего легкое колыхание совести заставляло брюнета разорвать зрительный контакт и посмотреть в другую сторону.
Томми же видел, что Адам скрывает что-то. Но решил не настаивать. Погладив брюнета по спине, он сказал:
— Давай позже я попытаюсь объяснить, что хочу. Честно говоря, у меня плана как такового нет.
— Я помогу. Верь мне. – Ламберт повернулся к блондину, уверенно смотря в глаза.
Рэтлифф же понимал, что пусть он и доверился Адаму немного больше чем остальным людям, но все же старые привычки ломать трудно. Поверить окончательно мешало его прошлое, их неизвестное будущее, да и настоящее было слишком шатким. Но Том уверенно посмотрел на Ламберта и сказал:
— Я верю.
Адам улыбнулся и, как показалось Томасу, облегченно выдохнул.
Подавшись вперед, Том поцеловал Адама и быстро отстранился, тяжело поднимаясь с кровати.
— Ты куда? – Ламберт приподнял брови, явно не понимая столь быстрого ухода.
— К себе в комнату.
— Я думал ты пришел, чтобы остаться.
— Ты знаешь, у меня были такие намерения, когда я выходил из своей комнаты, – усмехнулся блондин, видя непонимание на лице Ламберта.
— И что же изменило твои планы?
Том подошел к двери и, ухмыльнувшись еще шире, сказал: «Смотри» и открыл дверь.
Челюсть Ламберта впервые познакомилась с ковровым покрытием в доме Рэтлиффа, когда он увидел стоящего около дверей охранника, который казалось, даже не дышал.
Томас выглянул из-за двери и сжал губы, чтобы не засмеяться.
Адам отошел от шока и, подойдя к Томасу поближе и не спуская глаз с Брюса, тихо шепнул:
— А он точно живой? Давай потыкаем его.
— Спокойной ночи, Адам, – смеясь, сказал Том, выходя в коридор.
— До завтра, Томас.
Как только Адам закрыл дверь, Томас пошел в свою комнату и услышал тихие шаги за спиной.
— Ты топаешь как слон.
Шаги тут же прекратились.
Зайдя в свою комнату, Рэтлифф лег в кровать и зевнул, тут же улыбаясь, вспомнив слова Адама:
«Да потому что я влюблен в тебя…».
Эти слова приятным эхом разливались в душе блондина, мягко обволакивая и заставляя улыбаться и не чувствовать боли от синяков и разбитой губы.