Глава 8
Оторвавшись от губ Томми, Адам с учащенным дыханием смотрел в его глаза, которые пылали от переполняющих эмоций. Легонько погладив скулу костяшками, Адам еще раз прикоснулся к губам, которые так притягивали своим блеском, своей формой, мягкостью и легкой дерзостью, показывая скрытый характер их хозяина.
Том поморгал пару раз, будто пытаясь прийти в себя, и, приоткрыв рот, попытался сказать, но кроме хрипов изо рта не вылетело, ни звука.
Адам тихонько улыбнулся и вновь провел губами по рту блондина.
Хриплый стон и Том сильнее прижал к себе Адама, впиваясь пальцами в теплую ткань его футболки.
В миллионный раз за вечер Том попробовал отстраниться от Адама и, прижавшись лбом к его плечу, приглушенно прохрипел:
— Что,… черт возьми,… это… такое… – услышав хриплый смешок, вскинул голову, встречаясь со сверкающим взглядом синих глаз, – ты же тоже это испытываешь, да? Скажи, что я не один растекся от обычного поцелуя.
— Нет, малыш, не ты один… я тоже.
— Тогда почему же я один не в состоянии складывать слова в предложения?
— Я умею держать себя в руках? – предположил брюнет, поглаживая пальцами шею Тома и следя за его реакцией на свои прикосновения.
— Я тоже… умею… или умел… блять, – откинув голову, Томас томно простонал, когда руки Ламберта сместились с шеи на бока блондина. Собрав остатки своего разума, он попросил, – может, остановимся? Не уверен, что хочу, но нам нужно разумно мыслить, а не трахать друг друга в приватных комнатах клуба, не важно, что именно для этого они и предназначены.
— Согласен, – встав с коленей блондина, Адам сел обратно на диван, но отодвинулся чуть дальше, чтобы не провоцировать ни себя, ни Тома.
— Серьезно? Так быстро сдался? Я думал, ты хотя бы для приличия поломаешься, – немного недовольно пробормотал Рэтлифф.
— Ну, вообще-то, я не планировал секс на первом свидании, – поджав губы, чтобы сдержать улыбку, сказал Ламберт.
— О, так это свидание?
— А чем еще это может быть?
— Разведкой, – сказал Том, а Адам лишь закатил на это глаза.
— О, боже мой, Томас, да расслабься ты уже. Я у тебя не выведываю тайные замыслы или чертежи секретных зданий или точки путей, по которым следует товар. Я просто общаюсь. Ты знаешь, когда обычные люди проводят время вместе и пытаются узнать друг друга, это не значит, что они пытаются выведать секретные данные.
— Ты знаешь, Адам, в том то и дело. Обычные люди именно так и проводят время, но мы с тобой, – блондин показал пальцем на себя и Адама, – мы немного отличаемся от обычных людей.
— Это неправда.
— Да, ты прав, я соврал. Мы сильно отличаемся. Обычные люди не продают оружие, не содержат бордели, не толкают наркоту и не боятся, что их может подстрелить киллер, выполняя заказ.
— Окей, это бессмысленно, верно? Пытаться переубедить тебя.
— Да.
— Хорошо, тогда давай ты у меня что-нибудь спросишь, и заметь, я с радостью отвечу на твой вопрос и не стану подозревать тебя в шпионаже.
— Не язви. И я не знаю, что хочу узнать.
— Подумай, у тебя есть целый вечер для этого.
Пытаясь придумать вопрос, Том бесцельно водил пальцем по обивке дивана, но в голове было пусто настолько, что казалось, если он подумает, то в голове пронесется эхо.
Через пару минут бесплотных попыток спросить что-нибудь, он выдал первое, что сорвалось с языка:
— Сколько партнеров у тебя было? Э-эм… прости, больше ничего в голову не пришло,… можешь не отвечать, если не хочешь…
— Да нет, все нормально. Конечно, о своих бывших принято говорить не раньше третьего свидания, но мы же с тобой не обычные, так что будем считать, что все в порядке. Трое. У меня было трое парней.
— Так мало? – опять не подумав, ляпнул Рэтлифф и тут же поторопился сказать, – прости,… то есть… ты ведь…
— Успокойся, Том. Все нормально, не оправдывай свою реакцию, она забавная. Я не люблю одноразовые и непродолжительные связи. Называй меня старомодным, но мне нравится, когда секс завязан на любви, а не на похоти. Страсть конечно неотъемлемая часть в сексуальной жизни, но все же когда ты знаешь о партнере нечто большее чем имя и фамилию, это намного лучше и ты не чувствуешь потом будто сделал что-то постыдное, а порой и грязное.
— Вау… как… э-эм, даже не знаю какое правильное определение подобрать. И ты что, никогда не спал просто так, без отношений? – спросил Том, смутно вспоминая, что по этому поводу сказал Виктор.
— Ну почему же? Был опыт, неспроста же я понял, что именно мне нравится и что не идет в разрез с моими убеждениями. Не попробовав отрицательный опыт, положительный тебе не получить.
— Ага. Познавательный факт из твоей жизни. То есть сейчас, если бы мы не остановились, то ты бы подорвал свои убеждения?
— А кто сказал, что мы бы сделали это? – ухмыльнувшись, спросил брюнет, нагло выгибая бровь.
— То есть ты бы меня просто продинамил, если бы я попытался уложить тебя? – раздраженно спросил блондин, чуть вставая с дивана и нависая над брюнетом.
— Нет, что ты, Томми, так просто я бы тебя не продинамил. Я вежливый и я бы культурно отказал тебе, – уже во всю пытаясь сдержать смех, пробулькал Адам.
Впечатав свой кулак в плечо Адама, Томас встал с дивана и гордо пошел по направлению к входной двери,… но успел сделать только два шага, после которых рука Ламберта схватила его за запястье и дернула на себя, вынуждая Рэтлиффа подчиниться законам физики и упасть сверху.
Оказавшись тесно прижатым к телу Адама, Том зло посмотрел на него и дернулся:
— Пусти.
— Томас, я знаю, что ты можешь без рук обезвредить меня, но позволь мне объясниться. Пожалуйста. – Увидев утвердительный кивок, Адам осторожно выпустил Тома и сказал, – я не хотел тебя обижать. Прости, что посмеялся, но это не было злой насмешкой. И я, правда, не хочу торопиться в этом,… мы только познакомились и, может быть, для начала хватит простого общения? Ну поцелуи тоже не исключаются, ты невероятно целуешься, – увидев, как Том расслабился и прикрыв глаза смутился, Адам улыбнулся и, подтянув его за талию к себе под бок, он уткнулся носом в макушку и выдохнул, – давай подождем, может, попробуем построить элементарную дружбу и доверие… с небольшими привилегиями?
— Привилегии? – спросил Том, откидывая голову назад и заглядывая в глаза брюнета.
— Да, малыш, привилегии вроде этого, – наклонившись, он прикоснулся языком к губам Тома, – и этого, – аккуратно поцеловал, – и, может быть, этого, – проникнув языком в рот Тома, Адам осторожно потерся языком, углубляя поцелуй и срывая дыхание обоих.
Отстранившись от глубоко дышащего Тома, Адам дождался, когда тот откроет затуманенные глаза и, улыбнувшись, спросил:
— Ну как? Согласен?
— М-м-м, я точно согласен с той частью, где ты показывал привилегии, да.
— И все? Только привилегии тебя привлекают в общении со мной? – усмехнувшись, спросил Ламберт.
— По крайней мере, от них не будет вреда, а вот… – чуть задумавшись, Том повернулся к брюнету и спокойно проговорил, чувствуя, как сердечный ритм постепенно приходит в норму, – Адам, давай не будем торопить события и разбрасываться такими громкими словами, как «дружба». Я смутно представляю это определение, но все же. Просто общение? Я согласен, мне нравится общаться с тобой. Тех нескольких раз мне хватило понять, что ты не глупый. Привилегии? Это первое, на что я согласился, и ты сам понимаешь почему. Ну, а на счет всего остального? Мне не верится, что я смогу когда-нибудь доверять кому-то настолько, чтобы впустить его намного дальше и глубже слов «секс», «кровать» и «несерьезные отношения», понимаешь меня?
— Ну хорошо, тогда… общение и привилегии… понял… – улыбнувшись Адам встал, – ну что, на сегодня хватит разговоров – слишком много информации. Поехали домой?
— Да, было бы неплохо. Сегодня и правда информации в избытке, – тихо сказал Том, вспоминая о том, что сегодня информационный поток для него слишком бурный и обильный.
Адам же, увидев, как Рэтлифф отвел глаза, лишь усмехнулся про себя – он-то точно знал, о чем блондин думает в данный момент.
***
Доехав до дома, Том увидел, как Адам вышел из машины. Выходя за ним следом, он спросил:
— Собираешься проводить меня до дома?
— Нельзя? – спросил Ламберт, продолжая идти к дому.
— Можно, но зачем? – пожав плечами, Том пошел рядом с брюнетом.
— Ну у нас же свидание и пусть оно закончится, как у обычных людей.
— У нас не свидание, Адам.
— Хорошо-хорошо, утешай себя этой мыслью, я же останусь при своем мнении, – улыбнулся брюнет, останавливаясь у входных дверей.
— Зайдешь? – спросил Том, смотря в сторону домика для охраны. В обычное время, когда за ним следили – это успокаивало и давало ощущение временной безопасности. В данный момент это было самой мешающей необходимостью.
— А ты хочешь? – спросил Адам, сдерживая улыбку.
— Слушай, если бы я не хотел, я бы не спрашивал, не так ли? – слегка раздраженно ответил блондин. Увидев удивленный взгляд Ламберта, Том выдохнул и сказал, – Адам, это крыльцо не место для таких разговоров, понимаешь? Если твой отец знает кто ты, то мой убьет меня за то, кто я есть.
— М-м-м, прости, я не подумал. В следующий раз буду внимательней. – Серьезно сказал парень и, протянул руку. – Спокойной ночи, Томми, я думаю, что мы встретимся,… может быть, завтра?
— Может быть. Ты знаешь, где меня найти. Я всегда бегаю по утрам, – с лукавой улыбкой стрельнул глазами Том, крепко отвечая на рукопожатие.
— Вау, это предложение?
— М-м-м, скажем так, это согласие на совместную пробежку, ведь в прошлый раз ты сделал это без него.
Быстро потянув Адама за колонну, закрывающую обзор охранникам – на тот случай если они смотрят, Том поцеловал брюнета, чувствуя, как тот без промедлений ответил, обхватив его за талию, прижимая к себе еще ближе.
Прижав блондина спиной к колонне, он забрался теплыми ладонями под футболку, чувствуя, как легкая дрожь прошла по телу Томаса, и легкий стон смешался с их поцелуем. Решив не переступать грань, Ламберт в последний раз коснулся губ парня и, убрав руки, отступил от него на шаг.
— Ламберт, вот ты… я просто хотел поцеловать, а ты попытался меня изнасиловать ртом. – Недовольно пробормотал Томас, забираясь рукой в свои волосы, с силой взлохмачивая их, будто пытаясь прийти в себя.
— До завтра, Томми, – ухмыльнувшись, сказал Адам и, помахав рукой, спустился с крыльца.
«Вот это я попал… Нужно держать себя в руках, очень быстро все происходит… даже слишком» – подумал Том, заходя в дом и направляясь в сторону спальни.