Не щекочи спящего Драко

Время растянулось, словно патока, и сквозь пульсирующую боль в висках пронеслась отрезвляющая мысль — одна ошибка превратит их в угощение для этой твари. Гарри метнул быстрый взгляд, выискивая светлую макушку Малфоя в полумраке пещеры.

Тот метнулся влево, посылая в виверну каскад заклинаний. Искры отскакивали от её чешуи, почти не причиняя вреда, но зато успешно отвлекая внимание. Гарри, пользуясь удачным моментом, начал карабкаться по неровной стене, цепляясь за каменные выступы. Боль в висках нарастала. Он стиснул зубы. Тварь взревела. Звук ударил в уши раскаленным металлом, а сталактиты осыпались острым крошевом. Её неестественно длинная шея изогнулась, следя за Малфоем, который скользил между валунами, перекатывался и уворачивался от потоков пламени.

— Давай, Поттер! — крикнул Драко, когда огонь в очередной раз едва не задел его.

Что-что, а умирать он не собирается. Не сегодня. Не здесь. Не так. А движения всё замедлялись, теряли точность. Усталость наливала мышцы свинцом, так и подначивая где-то оступиться, совершить ошибку.

Гарри, целясь в глаза огромной твари, выкрикнул ослепляющее заклятье. Виверна взревела от боли, испуганно мотая огромной головой. Ее усеянный шипами хвост с оглушающим свистом хлестнул по воздуху. Драко, уже не успевая уклониться, в последний момент рухнул на землю, перекатываясь под самыми шипами, которые, разве что чудом его не задели. Каменная крошка впилась в спину.

— Берегись! — закричал он.

Гарри обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как виверна тупо крутит головой. Заклинание сработало, видно, только наполовину, не лишив ее зрения полностью, но заставляя мучиться в попытках найти противника.

Драко тем временем бросился в сторону, к другой части пещеры, надеясь хотя бы отвлечь внимание. Движения его были рваными, но всё ещё точными. Сердце бешено колотилось о ребра. Легкие горели. Он едва успел подняться на скользкий от влаги уступ, когда чудовище вновь подняло огромные крылья и одним движением разметало вокруг себя каменные обломки. Воздух мгновенно наполнился удушающим жаром и серой взвесью, что забивала легкие. Драко болезненно щурился, глаза его нещадно жгло от дыма.

— Diffindo! — крикнул он, резко взмахнув палочкой, но заклинание лишь оцарапало чешую.

Тварь взревела. Бросилась вперед. Её когтистые лапы с хрустом впились в камень, высекая искры. Гарри, восстановив равновесие, начал осторожно продвигаться по краю пещеры, взгляд его метался между виверной и Малфоем, выискивая момент для атаки, на которую, впрочем, не было времени.

— Туда! За тот выступ!

Виверна вскинула голову. Пасть ее распахнулась, демонстрируя ряды острых зубов, и оттуда вырвался ослепительный поток пламени, мгновенно превращая воздух в раскалённое алое марево.

Драко рванул в сторону, едва успевая уклониться. Сердце колотилось где-то в горле. Мысли путались, а леденящий страх вытеснял из сознания остатки здравомыслия. Гарри бросился следом за ним. Он почти задел острый край камня, когда очередная волна пламени прокатилась мимо. В последний момент они оба нырнули за выступ, вжимаясь в холодный камень. Жар был настолько сильным, что, казалось, плавил воздух вокруг них, пусть и само пламя не могло их достать.

Гарри, прижимаясь к камню и тяжело дыша, лихорадочно оценивал ситуацию. Его выработанные годами рефлексы выхватывали слабые места в движениях чудовища, но каждый вариант атаки казался самоубийственным.

— Я уже сражался с драконами. Разберёмся, — выдохнул он, стараясь, чтобы голос звучал уверенно, но слова прозвучали совершенно пусто.

Виверна, словно почуяв их сомнения, одним текучим движением развернулась, выгибая длинную шею. Хвост ее с пронзительным свистом рассёк воздух, и каменная крошка сразу же посыпалась во все стороны. Драко зажмурился, чувствуя, как острые осколки царапают кожу. Тварь, оттолкнувшись от стены, взмыла под потолок и всей массой обрушилась у их укрытия. Новая волна пламени прошла всего в нескольких футах.

— Отсюда не выбраться. Она загнала нас, — прошептал Драко. Страх сдавливал горло. Рука, сжимавшая палочку, дрожала. Каждое заклинание просто разбивалось о чешую этой твари. Бесполезно. Всё бесполезно.

Гарри резко развернулся к Малфою, перехватывая его пальцы.

— Слушай, сейчас не время паниковать. У нас есть план, и мы его придерживаемся.

— Какой, к чертям, план?! — Драко сорвался на шёпот. — Мы в ловушке, и ты…

— У меня есть идея, — перебил Гарри. — Её чешуя отражает прямые заклинания, но есть уязвимые места. Под передними лапами более тонкая чешуя. И горло.

— Это самоубийство, — процедил он. — Чтобы добраться до горла, нужно буквально влезть ей под морду.

— Попробуем.

И отчаяние толкнуло его вперёд. Драко рванулся вперёд, Гарри, действуя скорее на инстинктах, метнулся следом. Они выскочили из укрытия одновременно, палочки наготове. Виверна мгновенно среагировала — её хвост, усеянный шипами, описал смертоносную дугу, от которого заложило уши. Гарри почувствовал, как время замедляется, растягивается густой патокой. Они успели нырнуть под удар в последнюю секунду, уходя с траектории.

Но не полностью. Что-то острое и раскалённое вспороло Гарри бок. Тупая боль в одно мгновение сменилась на пронзительную. В глазах потемнело, и, наверное, только годы тренировок и схваток заставили его удержаться на ногах, пока кровь пятном расползалась по мантии.

— Поттер! — отчаянный крик Драко прорезал шум.

Он, скользя по мокрым камням, выпустил в тварь очередное режущее заклинание, но оно лишь растеклось бессильно по чешуе. Виверна ответила потоком пламени, заставив его откатиться в сторону, обдирая руки об острые камни. Огонь зацепил плечо Драко, и он закусил губу, чувствуя, как во рту разливается привкус солено-металлический.

— Гарри! — снова выкрикнул он, видя, как тот, пошатываясь, пытается выпрямиться. Лицо его было белым как мел.

— Нормально, — процедил Гарри сквозь зубы, хотя каждый вдох отдавался острой болью в раненом боку, а перед глазами плясали черные точки.

Драко, не отрывая взгляда от кружащей твари, вновь нервно закусил губу.

— Мы долго не продержимся, просто убегая. Нужно его остановить, и быстро, иначе… — он не договорил. Слова были излишни — оба понимали, что ждёт их в случае неудачи.

Пространство вокруг залило нестерпимо ярким светом. Заклинание на секунду дезориентировало виверну. Тварь замотала массивной головой, пронзительно ревя. Но ярость и жажда крови толкали её вперёд, и, расправив кожистые крылья, она снова бросилась вперёд.

— Слева! — предупреждающе крикнул Гарри, уворачиваясь от когтистой лапы и одновременно посылая в тварь режущее проклятие. Заклинание ударило виверну в шею, высекая сноп искр, но любое заклинание лишь слегка царапало толстую шкуру.

Они отступали, пробирались между замшелых камней, почти не давая себе отчета в том, как движения становятся всё медленнее и неувереннее. Драко то и дело оглядывался на Гарри, замечая, как тот, кажется, бледнеет с каждым шагом. Кровь медленно пропитывала мантию, стекая тёмными каплями на землю. Они втиснулись в узкую расщелину между огромными валунами, поросшими влажным мхом. Драко придержал Гарри за локоть, не давая ему съехать вниз по скользкому камню.

— Ты как? — он опустился на одно колено рядом с ним, осторожно отводя края разорванной мантии. Его собственные ссадины нещадно жгло, но сейчас было важнее другое — Поттер явно терял слишком много крови.

— Это не так плохо, — прошептал Гарри, но его побелевшие губы и прерывистое дыхание говорили громче слов. Он попытался отстраниться, но Драко крепко удержал его за плечо.

— Заткнись, — коротко бросил Драко. Он провел палочкой вдоль раны, и тонкие нити серебристого света заплелись поверх кровоточащих царапин. — Временная мера.

Он осторожно придержал Гарри за плечо, помогая удержаться в относительно устойчивом положении. А где-то вдалеке раздался протяжный рык виверны, которая явно искала их.

— Слушай, ты… — Гарри замолчал, собираясь с мыслями, которые, как назло, расползлись испуганными змеями.

— Давай просто подождём… — Драко откинулся спиной на холодный камень. Его самого жизнь совершенно не готовила ни к погоням, ни к сражениям, и предел его выносливости был перейден еще бесконечно много оборотов лабиринта назад, а сейчас всё тело просто болезненно ломило. — Я уже не могу, — прошептал он, — мы здесь слишком долго.

Внезапный шорох за спиной заставил обоих резко обернуться. Оба вскинули палочки, уже ожидая худшего, но из темноты коридора, пригнувшись, появился взлохмаченный Рон.

— Уизли? — Драко удивлённо вскинул брови, опуская палочку.

Но тот не ответил. Его потрясенный взгляд намертво прикипел к исполинских размеров виверне, что безмолвно возвышалась в дальнем конце пещеры. Веснушчатое лицо побледнело, а рука, сжимающая палочку, едва заметно подрагивала.

— Тише ты, — прошипел Гарри, решительно втягивая друга в их их укрытие, хотя каждое усилие отзывалось тянущей болью. — Что ты здесь делаешь? Как Гермиона?

— Она в порядке, — Рон кивнул, не отрывая напряжённого взгляда от твари. — Но какого дьявола здесь творится? Вы разнесли половину проходов, эхо было слышно даже там, где мы остались.

Гарри, привалившись к стене и явно борясь с нарастающей головной болью, попытался в общих чертах объяснить ситуацию. Драко, заметив, как того снова начинает лихорадить, молча наложил ещё одно обезболивающее. Их взгляды на секунду встретились, и Гарри едва заметно кивнул в знак благодарности.

— Может, её как-то обойти? — Рон нахмурился, машинально потирая палочку большим пальцем. — Должен же быть другой путь?

Драко осторожно высунулся из-за камня и тут же отпрянул назад. В тот же момент виверна повернула в их сторону массивную, усеянную острыми костяными наростами голову. Выждав несколько мучительных секунд, он вновь рискнул выглянуть и указал куда-то в глубины пещеры.

— На той стороне есть проход, — голос его звучал хрипло. — Именно туда мне нужно попасть.

Рон, пригнувшись, тоже выглянул из укрытия, но в полумраке огромной пещеры различить что-то, кроме камней и огромной твари, было сложно. Он опустился рядом с остальными, задумчиво хмурясь.

— И сколько тебе нужно времени? — наконец спросил Рон, переводя взгляд с виверны на Малфоя.

— Минут пятнадцать… — Драко прищурился, прикидывая расстояние. Его пальцы нервно постукивали по каменной стене. — Может, больше. Я не знаю, что там внутри. Возможно, ещё такая же тварь.

— Да соберись ты, — неожиданно твёрдо бросил Рон. — Нам нужен точный план.

Драко нахмурился. Сказать, что будет, он не мог, только примерно прикинуть, сколько уйдет времени, если у него всё пройдет без внезапных проблем.

— Если всё пойдёт нормально, справлюсь быстро.

Гарри, превозмогая слабость, выпрямился, опираясь о шершавую стену.

— Нужно разделиться. Мы не сможем ее победить, но если мы с Роном задержим ее на это время, то шансы есть. — Теперь уже он выглянул из-за камня, прикидывая, как лучше действовать. А виверна раскачивалась на месте, чешуя ее тускло мерцала в темноте. — Рон, на тебе защитные чары. Сможешь создать барьер вон там? — Он указал на группу сталактитов вдалеке. — Это даст Драко прикрытие.

— Поттер, ты едва держишься на ногах, — прошептал Драко, невольно придвигаясь ближе. — Это безумие.

— И всё же я отвлеку её, — он упрямо вскинул голову. — С летающими тварями я знаком не понаслышке. Главное — не дать ей взмыть под потолок. Там она получит преимущество и, возможно, разнесет здесь всё.

Все трое взглянули вверх. Потолка, впрочем, видно и не было, лишь тихим этом отдавалось капанье воды.

— Ее явно раздражает свет, — заметил Драко. — Если создать достаточно яркие вспышки в разных концах пещеры…

— Можно испытать Люмос Максима с отражающими чарами, — подхватил Рон. — Я смогу наложить зеркальные чары вот нам, а потом…

Гарри кивнул, при это болезненно морщась.

— Рон, как только выставишь барьер, создавай первую вспышку. После этого я отвлеку ее на себя. Драко… — он на мгновение замолчал. — Будь осторожен.

Повисла тревожная тишина. Где-то в глубине пещеры монотонно капала вода, отсчитывая секунды до неизбежного. Тяжелое дыхание виверны эхом отражалось от сводов. Драко, всё ещё не отрывая взгляда от твари, медленно кивнул, его пальцы, покрытые пылью и засохшей кровью, крепче обхватили палочку.

— Только дайте мне знак, когда будете готовы.

Все трое вновь замолчали. Каждый думал о своем. Рон беззвучно повторял формулы защитных чар. Гарри, привалившись к холодному камню, собирался с силами. А Драко… У него в голове было пугающе пусто. Вина захлестнула его удушающей волной. Он смотрел на профиль Поттера, высеченный тусклым светом, и всем своим существом проклинал момент, когда оказался втянут в это и втянул остальных.

— Осторожней, Поттер, — прошептал он, сжимая палочку так сильно, что побелели костяшки пальцев. — Не рискуй понапрасну.

— Просто доберись до прохода, — тихо отозвался Гарри.

Рон, пригнувшись за массивным валуном, тоже крепко сжимал палочку. Его веснушчатое лицо сейчас было непривычно серьёзным.

— На счёт три? И Малфой… — он на мгновение запнулся, — не облажайся.

Гарри отступил к расщелине.

— Раз… — голос Рона эхом отразился от сводов пещеры.

Драко припал к земле, будто хищник перед прыжком, взгляд его не отрывался о места вдалеке, где находился проход. До него было не меньше пятиста футов по острым, предательски скользким камням.

— Два…

Виверна медленно повернула массивную голову, её жёлтые глаза сузились. Из оскаленной пасти вырвались струи едкого дыма, а когти с влажным скрежетом проскребли по камню.

— Три!

Гарри мгновенно выпустил целый каскад ослепительных искр, тут же перекатываясь влево. Хвост виверны, усеянный длинными острыми шипами, со свистом рассёк воздух там, где он стоял всего секунду назад. Острые обломки камня брызнули во все стороны.

В тот же момент Драко, воспользовавшись моментом, рванулся вперёд. Ноги скользили по влажным камням. Легкие горели от нехватки воздуха. Рон, не теряя времени, воздвиг двухслойный защитный барьер. Полупрозрачная пелена магии переливалась всеми оттенками синего.

— Incendio Maxima! — выкрикнул Гарри, голос его сильно хрипел. Пламя взметнулось до самого потолка пещеры, создавая завесу между виверной и Драко. Виверна заметалась между двумя угрозами, её огромные крылья с влажным хлопающим звуком расправились, задевая своды и вызывая камнепад.

Драко преодолел треть пути, когда крупный обломок, сорвавшийся сверху, едва не размозжил ему голову.

— Protego! — выкрикнул он, отбивая второй камень. Щит получился слабым, но этого хватило.

Внезапно его левая нога соскользнула с мокрого уступа. Он рухнул на колени, успев выставить руки, и прокатился по острым обломкам. Боль прошила запястья, когда осколки камней впились в кожу. Кровь, смешиваясь с грязью, стекала по пальцам, и Драко зашипел, пытаясь подняться. Мышцы, сведенные долгими часами напряжения, отказывались подчиняться. Виверна мгновенно развернулась на звук падения, пасть её раскрылась, демонстрируя ряды острых как бритва зубов.

—Эй! — хрипло выкрикнул Гарри, одновременно с этим посылая в тварь режущее заклинание, которое, впрочем, оставило лишь небольшую царапину на её чешуйчатом боку. Виверна взревела от ярости, выпуская новый поток алого пламени.

— Lumos Maxima! Lumos Solem! — голос Рона перекрыл рёв пламени. Двойная вспышка света, ослепительная как полуденное летнее солнце, заставила виверну издать пронзительный визг. Она замотала массивной головой, зрачки её сузились до тонких щелей.

Драко, шатаясь от усталости, преодолел последний участок. Лёгкие горели, в глазах темнело от недостатка кислорода и от нестерпимо яркого света одновременно. Где-то сзади послышалась Бомбарда, с невыносимым грохотом огромные куски камня обрушились на виверну, погребая его под тоннами камня. На несколько секунд воцарилась такая же оглушительная тишина.

— Малфой, живо! — проревел Рон, возвращая его в чувства.

Драко нырнул в проход за долю секунды до того, как виверна, вырвавшись из-под обломков, выпустила такой поток пламени, что воздух задрожал от жара. Новые камни посыпались с потолка, перекрывая путь назад.

Тяжело дыша и опираясь о влажные стены, он начал пробираться дальше по узкому проходу. Свет от палочки, дрожащий в израненной руке, то и дело выхватывал из темноты знаки, высеченные в камне. Постепенно расширяясь и закручиваясь спиралью как змея, проход вывел его в круглый зал, чей куполообразный потолок терялся во мраке. В центре, вырастая из пола, возвышался постамент из чёрного мрамора. В отполированной поверхности виднелось углубление.

Перед глазами плыло от истощения, и он судорожно пытался собрать остатки всякого характера, чтобы сохранять сознание ясным. Нельзя было оступиться. Не сейчас, когда цель была так близка.

Достав из внутреннего кармана мантии потёртый бархатный мешочек, он высыпал на ладонь серебристый порошок. Толчёный лунный камень, собранный в полнолуние, смешанный с пеплом феникса и кровью единорога.

Начертив первый защитный круг, он принялся за руны, шепча древние заклинания. Серебристые линии вспыхивали одна за другой, сплетаясь в сложный узор, напоминающий карту звездного неба. Внезапно одна из линий погасла, разрывая цепь. Земля под ногами содрогнулась, а кольцо в кармане обожгло кожу даже сквозь ткань. Драко стиснул зубы. Тёмные артефакты сопротивляются подчинению. Так его учили. Так он знал сам. Попробовал на себе, так сказать.

Восстанавливая погасшую руну и добавляя укрепляющие символы, он чувствовал, как сила неизменно утекает от него с каждым новым символом, оставляя после себя выжженную пустоту внутри. Кольцо в кармане жгло всё сильнее, будто раскаляясь добела. Драко достал его — артефакт будто ожил. По серебряной поверхности змеились чёрные узоры, пытающиеся стереть защитные руны, въевшиеся в металл.

Слова отца он запомнил отлично. Когда будешь запечатывать артефакт, он попытается добраться до твоего разума. Покажет твои страхи, твои желания. Не поддавайся.

Видения вновь накатывали волнами тошноты: вот он стоит перед Тёмным Лордом, чувствуя, как метка выжигает плоть до кости, ядом расползается по венам; вот мать, постаревшая, кажется, на десятилетия, кладёт нарциссы на могилу отца, шепча что-то бессвязное пересохшими губами. А потом эти же белые нарциссы засыхали, осыпаясь пеплом на семейном склепе. Знакомые образы, преследующие его даже без помощи тёмной магии, отравляющие каждый момент его жизни, сплетались с новыми страхами: потерять то немногое хорошее, что появилось в его жизни, все редкие моменты покоя.

Поверх всего этого — удушающий, парализующий ужас, въевшийся в кости за годы служения Тёмному Лорду. Страх за родителей, чьи жизни висели на волоске. Страх сделать что-то не так, оступиться, произнести неверное слово, показать слабость. Страх перед следующим днем, следующим приказом, следующей смертью. Страх, пропитавший каждую клеточку его существа, вытравивший всё высокомерие и гордость, страх, который давно стал частью его настолько, что даже не щекотало.

Драко рывком вернулся к реальности, чувствуя солено-металлический привкус крови во рту. Видно, прокусил губу, пытаясь сохранить концентрацию. Второй круг рун требовал ещё большей точности, каждый символ должен был идеально сочетаться с предыдущим, создавая непроницаемый барьер.

Наконец, круги замкнулись в единую цепь. Драко, едва держась на ногах, поднял кольцо. Артефакт сопротивлялся, обжигая пальцы, пытаясь проникнуть в сознание, сломить волю. Тёмная магия, заключённая в нём, бушевала, стремясь вырваться.

Финальное заклинание срывалось с губ, опаляя горло. Каждое слово вытягивало остатки сил, каждый слог приближал его к грани истощения. и вот руны вспыхнули ослепительным серебром, их свет стремительно закручивался спиралями вокруг постамента. Последний слог заклинания растворился в оглушительном звоне, будто тысячи хрустальных бокалов разбились одновременно. Зелёная вспышка на мгновение затопила зал, выжигая последние остатки сил. Когда зрение вновь прояснилось, сквозь пелену боли он увидел кольцо, лежащее в углублении, окружённое тусклым защитным барьером. Тёмная аура артефакта больше не ощущалась, оставив после себя лишь выжженную пустоту в груди и привкус пепла на языке.

Драко, из последних сил подняв палочку, проверил печати. Всё держалось. Заклинания, над которыми он провёл бесконечные часы в библиотеке, зубря древние тексты до рези в глазах, вплетались в структуру защиты безупречно.

Колени подогнулись сами собой, и он бессильно опустился на холодный камень. В глазах темнело, сознание уплывало, но где-то на краю слуха он различил раскатистый рёв виверны, донёсшийся из глубины монастырских коридоров и заставивший его вскинуть голову. Тело, налившееся свинцовой тяжестью, отказывалось подчиняться, но, опираясь о холодную каменную стену, он поднялся на ноги, пошатываясь, и направился к выходу из ритуального зала.

Каждое движение отзывалось дрожью в теле, но рёв виверны и звуки борьбы, и страх гнали его вперёд. Отчасти он боялся увидеть, что происходит, и оттого шел еще быстрее. Внезапно коридор закончился, и Драко, почти теряя равновесие, вывалился в просторное помещение как раз вовремя, чтобы увидеть, как массивный фрагмент свода, расшатанный ударами бьющегося о стены чудовища, начинает обваливаться прямо над головой Уизли.

— Depulso! — крикнул Драко неожиданно громко даже для самого себя. Каменная глыба с оглушительным грохотом отлетела в сторону, осыпав их крошевом осколков.

Уизли развернулся всем телом — его лицо, покрытое копотью и кровью из рассечённой брови, исказилось не то от удивления, не то от облегчения. В его взгляде мелькнуло что-то похожее на уважение, когда он хрипло выдохнул.

— Малфой! Неужели сработало?

Драко, превозмогая усталость и пробираясь вперёд между обломками, только кивнул.

— Поттер где? — слова царапали горло, оставляя после себя горький привкус пыли и крови.

Вместо ответа Рон коротко махнул рукой в сторону дальнего прохода, и они, лавируя между острыми обломками камней, бросились туда, огибая разъярённую виверну, в ярости бьющуюся в стены древнего монастыря.

В полумраке бокового коридора они нашли Гарри, привалившегося к стене. Его мантия превратилась в лохмотья, пропитанные кровью, а правый бок покрывали вновь открывшиеся раны. Бледное лицо блестело от пота, а зеленые глаза, затуманенные от усталости, с трудом фокусировались.

— Гарри, эй, — позвал его Драко, и тот сразу же поднял взгляд.

Он рывком подхватил его под руку, чувствуя, как предательски подгибаются собственные колени. Гарри, с трудом фокусируя взгляд, вцепился в его плечо, оставляя на ткани кровавые отпечатки пальцев.

Оглушительный рёв виверны, от которого посыпались новые камни со свода, вновь напомнил, что медлить им нельзя. Рон, подхватывая Гарри с другой стороны, отрывисто бросил.

— Бежим!

Они бросились вперёд, спотыкаясь и поддерживая друг друга. Драко чувствовал, как тяжело дышит Поттер, как его трясёт от магического истощения. Собственное тело казалось неподъёмным — каждое движение отдавалось тупой болью в мышцах.

Уизли, прихрамывая на левую ногу, вдруг резко остановился:

— Там! — крикнул он, кивая на узкий проход. — Там обвал, она не пролезет!

Они протиснулись между камнями, и Гарри застонал, когда острый край задел рану. Позади грохотало — виверна, беснуясь, пыталась пробить себе путь сквозь завал.

— Не отключайся, Поттер, — процедил Драко, чувствуя, как тот оседает. — Даже не думай.

Они карабкались через руины, под треск обваливающегося потолка. Рёв постепенно затихал, превращаясь в далёкое эхо, блуждающее по лабиринтам монастырских коридоров. Гарри едва переставлял ноги, Драко, борясь с подступающей темнотой в глазах, чувствовал, как собственное сознание уплывает от магического истощения. Даже Уизли, державшийся лучше них обоих, тяжело дышал и заметно припадал на повреждённую ногу.

Внезапно впереди мелькнул свет.

— Рон! Гарри! — звонкий голос Гермионы эхом разнёсся по коридору.

Она выбежала из-за поворота, растрёпанная и перепуганная. Увидев их состояние, она на мгновение замерла, прижав ладонь ко рту.

— Что с вами… как…

— Потом, — оборвал её Драко, перехватывая почти бессознательного Поттера, который всё сильнее наваливался на его плечо. — Уходим.

Гермиона, растерявшая на мгновение свою обычную решительность, обескураженно моргнула. Затем встряхнула головой, собираясь с мыслями.

— Я нашла безопасный проход. Сюда! — она принялась рыться в своей сумке, доставая пузырьки с зельями. — Вот, держите. Восстанавливающее и обезболивающее.

Немного придя в чувства, они побрели за ней, все еще спотыкаясь и то и дело ловя друг друга. Замыкал процессию Рон, периодически оглядывавшийся и прислушивавшийся к звукам позади. Коридоры теперь, казалось, сами расступались перед ними, будто монастырь наконец смилостивился над своими незваными гостями. И обратный путь, как ни странно, казался гораздо короче, и им больше не попадались ни препятствия, ни всевозможные твари. А палочка Гермионы все выхватывала из темноты древние руны, и Драко замечал, как подрагивают её пальцы, когда она торопливо водила по ним, будто расшифровывая послания на стенах.

— Здесь налево, — она остановилась, изучая очередной символ. — В этом месте использована особая система расчёта проходов. Каждый третий поворот, если правильно считать руны…

— Грейнджер, умоляю, — выдохнул Драко, бросая все более тревожные взгляды на Гарри. — Никаких лекций.

Рон фыркнул.

— Надо же, впервые я согласен с хорьком.

Попытка Уизли разрядить обстановку шуткой про «хорька» прозвучала натянуто, но Драко почувствовал странную благодарность за это неуклюжее стремление сохранить подобие нормальности при всей их ситуации.

С каждым поворотом коридоры становились шире, а воздух свежее. Гермиона, не прекращая вести их вперёд, принялась рыться в своей сумке, что-то бормоча. На ходу она извлекла ещё несколько флаконов и протянула им.

— Выпейте. Кроветворное и укрепляющее. Должно помочь.

Малфой молча принял зелья, морщась от горького вкуса. Тепло медленно разливалось по венам, возвращая способность, по крайней мере, связно мыслить.

— Кстати, пока я вас искала, нашла кое-что интересное, — Гермиона, не замедляя шага, извлекла из своей безразмерной сумки потрепанный на вид том. — Похоже на дневник одного из первых монахов, основавших это место.

Драко бросил на находку усталый скептический взгляд.

— Знаешь, я тоже недавно вытащил отсюда одну вещицу, — он мрачно усмехнулся. — И посмотри, чем всё закончилось.

— Это совсем другое, — возразила Гермиона, бережно поглаживая потёртую обложку. Её глаза лихорадочно блестели от предвкушения новых знаний. — Я проверила — никаких тёмных чар. Только защитные заклинания для сохранности текста.

— Все так говорят, — пробормотал Малфой, но спорить дальше не стал, сосредоточившись на том, чтобы удержать сползающего Поттера.

Узкий проход внезапно вывел их в огромную крипту. Свет, проникающий сквозь узкие окна под сводами, создавал причудливый узор на древних колоннах, между которыми они буквально рухнули, не в силах сделать больше ни шага.

Гермиона, тяжело дыша, прислонилась к колонне. Мантия ее была изорвана, а волосы спутались в неряшливый ком, впрочем, выглядела она в разы лучше остальных. Рон, морщась от боли в ушибленном колене, сел рядом с ней. Драко осторожно опустил Гарри, привалив его к ближайшей колонне, и впервые за долгое время позволил себе сделать глубокий вдох, чувствуя, как пыль и копоть, покрывавшие его волосы и одежду, оседают на языке горьким привкусом совершенно неудачного приключения.

Немного отдышавшись, они начали подъём по винтовой лестнице, чьи ступени, отполированные веками до зеркального блеска, предательски скользили под ногами. Наконец они достигли главного нефа аббатства. Пространство, раскрывшееся перед ними, заставило на мгновение забыть об изнуряющей усталости: свет, льющийся сквозь высокие стрельчатые окна, дробился витражами на тысячи цветных осколков, танцующих на древних каменных плитах пола. Своды, взмывающие ввысь и переплетающиеся в головокружительный узор нервюр, будто парили в воздухе, наполненном теплой свежестью морского ветра, проникающего сквозь щели в каменной кладке.

Они вновь рухнули на пол у одной из колонн. Драко осторожно прислонил Гарри к стене, сам опустился рядом. Рон, не сохраняя даже видимости достоинства, просто вытянулся на полу во весь рост, а Гермиона, опустившись рядом, запрокинула голову, рассматривая причудливую роспись на потолке. Долгое время никто не произносил ни слова. Все слишком устали, чтобы складывать разрозненные мысли в предложения.

— Я не должен был вас в это впутывать, — наконец хрипло проговорил Драко, глядя в никуда. В его обычно надменном голосе звучала неприкрытая усталость и что-то смутно похожее на раскаяние.

Тишина, нарушаемая лишь шелестом ветра в витражах, повисла в воздухе.

— Формально, — так же устало отозвался Рон, не открывая глаз, — это Гарри нас во всё это впутал.

Они снова замолчали, и в этой тишине стало заметно отсутствие ещё одного голоса. Драко повернул голову — Поттер сидел, безвольно уронив голову ему на плечо, лицо его приобрело пугающе восковой оттенок.

— Гарри? — он осторожно тряхнул его за плечо, но не получил никакого отклика. — Поттер? Эй…

За этим ничего так и не последовало.

Гермиона, мгновенно оказавшись рядом и забыв о собственной усталости, быстро и методично принялась осматривать его голову, пальцы её были запачканы грязью, но она этого не замечала. Энервейт не действовал, как и другие заклинания, которые она пыталась применить. В ответ на все Гарри только пробормотал что-то совершенно бессвязное. А Драко вновь ощущал, как леденящий страх ползет вверх по коже, смешиваясь с паникой от понимания, что он едва ли что-то может сделать.

Рон поднял растерянный взгляд к зарешеченным окнам, выходящим наружу. Внезапно его веснушчатое лицо исказилось от удивления, но не успел он произнести ни слова, как тяжёлая дубовая дверь распахнулась, ударившись о каменную стену.

В помещение ворвались трое авроров французского Министерства магии, их тёмно-синие мантии, расшитые серебряными звёздами, развевались при каждом шаге. Драко тут же отбросило от остальных заклинанием. Он прокатился по полу, успешно прочувствовал каждый камешек, каждую трещину в плитах, а тем временем старший из авроров, высокий волшебник с аккуратно подстриженной седой бородой, выступил вперёд, сжимая в руке светящуюся палочку.

— Рональд Билиус Уизли, Гермиона Джин Грейнджер, — произнёс он с сильным акцентом, — вы обвиняетесь в незаконном проникновении на территорию охраняемого исторического памятника, нарушении антимаггловских барьеров и подделке документов.

Его коллега, молодая ведьма с собранными в тугой пучок серебристыми волосами, уже накладывала диагностические чары на Гарри, бормоча что-то по-французски. Гермиона, опустившаяся на колени рядом с Гарри, казалась готовой вступить в прения, но Рон, положив руку ей на плечо, покачал головой, предупреждая её от слов, которые могли бы не помочь, а лишь ухудшить положение. Прервал их переглядывания третий аврор, направивший палочку на Малфоя.

— Драко Люциус Малфой, — его голос звучал жёстче, — вы обвиняетесь в нарушении условий испытательного срока, незаконном пересечении границ магической Франции, использовании поддельных документов Министерства, — он сверился с пергаментом, — намеренном введении в заблуждение должностных лиц французского и британского Министерства магии, использовании запрещённых заклинаний, нарушении Статута о секретности и попытке взлома древних охранных чар.

Драко, успевший подняться на ноги, вскинул голову, но его лицо осталось непроницаемым, а вокруг запястий засияли светящиеся путы.

— Мсье Уизли и мадмуазель Грейнджер будут депортированы в Британию и помещены под домашний арест до выяснения всех обстоятельств, — он сделал паузу, взгляд его стал жёстче. — Мсье Малфой будет препровождён в Азкабан.