Не щекочи спящего Драко

Холодный рассвет застал их уже в пути, когда густой туман еще цеплялся за землю, а море, отступая, обнажало бесконечные пески залива. Вырастающая из предрассветной дымки крепость не внушала ни единого облегчающего чувства, но, признаться, одновременно с этим захватывала дух ни с чем не сравнимой красотой архитектуры старой Европы.

Драко, кутаясь в тёплое пальто, которое не спасало от пронизывающего ветра, то и дело издавал протяжные вздохи, сопровождая их шмыганьем носа и бесконечным потоком изысканных проклятий. Всё это ему совершенно не нравилось, пусть он и был причиной, по которой все оказались в столь неприятном месте. Гарри, шагающий рядом, только закатывал глаза на эти страдания, хотя его собственные очки то и дело затуманивались от влажного воздуха. В свою очередь Гермиона, с трудом удерживая путеводитель, который ветер настойчиво пытался вырвать из её замёрзших пальцев, продолжала бодро зачитывать всем интересные факты, хотя голос ее терялся где-то в завываниях ветра. Такого энтузиазма больше не разделял никто.

- Всё-таки странное место, - сонно пробормотал Рон, пытаясь одновременно слушать Гермиону и удержать равновесие на скользких камнях. - Вы чувствуете? Здесь магия какая-то... другая.

В конце концов, дождавшись нужного момента, они двинулись в путь по показавшемуся из воды длинному каменному мосту. Холодный мартовский ветер пронизывал до костей, заставляя цепляться за края пальто и страдальчески жмуриться от колючих брызг. Влажный асфальт безысходно скользил под ботинками, и каждый шаг сопровождался хлюпаньем местами растаявшего снега.

- Мерлин, я точно заболею и умру прямо здесь, - простонал Драко, в очередной раз чуть не поскользнувшись и вцепившись Гарри в рукав в последний момент. Его волосы безнадежно растрепались из-за ветра, а щёки раскраснелись от холодного порывистого ветра.

- Только ты, Малфой, мог додуматься пойти в такое место в итальянском пальто, - не удержался Гарри. - Тебе стоило одеться нормально, а не как на приём к министру магии.

Драко только проворчал в ответ что-то про чувство стиля, хотя и понял уже, что ошибся с выбором, и с наигранно угрюмым видом зашагал вперед. А Гермиона, наконец спрятав наконец свой многострадальный путеводитель, теперь пыталась убрать волосы так, чтобы их не трепал ветер. Рон же, потеряв всякую сонливость, также угрюмо брёл рядом и всё бормотал, что можно было построить и нормальный мост.

Тем не менее громада аббатства вырастала из утреннего тумана всё отчётливее и тревожнее. Возможно, весь эффект крылся в этом гнетущем сочетании свинцового неба и почерневших от времени стен, а может, всех четверых просто одолевало беспокойство, но вид казался совсем не обнадеживающим. Вдобавок ко всему, утренний туман, окутывающий изъеденное временем подножие скалы, придавал всей картине еще больше трагического величия.

- Мрак какой, - пробормотал Рон, поскальзываясь на влажных водорослях и цепляясь за Гермиону. - Как думаете, они специально построили его таким... пугающим?

- В общем-то, - отозвалась Гермиона, машинально поправляя выбившуюся прядь волос, - аббатство воздвигнуто на пересечении древних силовых линий. Это историческое наследие, впечатляющий образец средневековой архитектуры и один из главных туристических объектов Франции!

Драко, вглядывающийся в очертания древнего сооружения, только подумал, что в этих тёмных башнях, устремлённых в затянутое тучами небо, неизменно проглядывалась тоскливая, пронзительная красота. Вероятно, из всех присутствующих только он находил это место действительно красивым. Какая, право, изысканная, величественная в своей обречённости меланхолия. В другой ситуации он не забыл бы отметить, что они ничего не понимают и это им не убогая покосившаяся халупа или паршивый магловский дом, а настоящее произведение искусства, но сейчас слова совсем не шли.

- Нужно поторопиться, - вдруг произнёс Гарри, указывая на далёкий горизонт, где море постепенно начинало двигаться обратно к берегу. - Или скоро будем учиться плавать в ледяной воде.

И они продолжили двигаться вперёд, то и дело обходя непонятые ямы в асфальте, заполненные водой.

Узкие улочки средневекового города встретили их тоскливой пустотой - в это время года здесь было безысходно тихо, только ветер гулял между заброшенных лавок и потрепанными вывесками и таких же домов. Ставни на окнах были наглухо закрыты, на крышах виднелся слой наледи. Соленый ветер, пропитанный запахом водорослей и йода, безжалостно бил в лицо, заставляя всех морщиться.

- Всё-таки странно, - пробормотал Рон, переводя дыхание на очередной площадке, - даже охраны никакой...

- В общем-то, - отозвалась Гермиона, разглядывая старинную кладку, - в это время года аббатство, как правило, закрыто для посещений. Наверное, поэтому здесь так... пусто. Но знаете, это удивительное место. Строительство началось еще в восьмом веке. Первоначально здесь была только небольшая церковь, но постепенно монастырь рос и укреплялся.

Они продолжили подъем по крутым ступеням, местами выщербленным настолько, что нога так и норовила случайно соскользнуть. Улочки становились все уже, и наконец, преодолев последний крутой подъем, они оказались на верхней площадке. И там, сразу за массивной аркой главных ворот, возвышалась громада, устремленная на десятки ярдов ввысь. Зрелище, от которого даже у Драко, привыкшего к роскоши родового поместья, перехватило дыхание. Про остальных и говорить не приходилось

- Монастырь построен в форме амфитеатра, - продолжала Гермиона, с энтузиазмом указывая на различные части здания. У Драко, впрочем, уже едва ли не зубы сводило от холода, и он едва сдержался, чтобы не оборвать её занудную лекцию. - Внизу находятся складские помещения и крипта, выше - большой зал для гостей, называемый Залом Рыцарей, еще выше - монастырские помещения и церковь.

Не в силах выносить рассказ о складских помещениях, Драко нагнулся, зачерпывая ладонями влажный, липкий снег и начиная лепить идеально круглый шар. А в голове уже мелькнула злобная мысль, и он азартно прищурился, уже представляя картину, как в тот же момент затылок обожгло леденящим холодом. Снег осыпался за воротник и мгновенно потаял ледяной жижей по спине. Драко взвился, издав немного детский, звонкий вскрик, от которого даже Гермиона на мгновение замолчала.

- Поттер! - Драко подпрыгнул, судорожно стряхивая снег. - Ты совсем обнаглел?!

Гарри, широко ухмыляясь, потирал руки с видом человека, совершившего идеальную пакость. Рон, заметив его торжество, тоже начал хохотать, явно предвкушая продолжение.

- Не смог сдержаться!

А Драко, весь подобравшийся, смотрел на него с такой концентрированной ненавистью, на какую только был способен.

- Ты за это ответишь! - он моментально наклонился, лихорадочно комкая снег, который тут же и запустил.

Всё ещё содрогаясь от смеха, Гарри попытался увернуться, но Малфой уже метнул снежный шар с такой силой, что Гарри невольно подумал, что в квиддиче ему стоило играть за охотника. Снаряд со свистом разлетелся в мельчайшие брызги, попав в плечо. Очки Поттера моментально запотели, а волосы и одежда покрылись мелкими снежинками.

- Ты! - рассмеялся Гарри, стирая снег.

Рон заходился диким хохотом, подбадривая то одного, то другого. Он уже набирал снег с земли, явно намереваясь поучаствовать в баталии. Гермиона же, закатив глаза, отошла в сторону, надеясь не попасть под шальной снаряд. Но на лице ее читалась улыбка.

В общем-то, внутреннее убранство поражало своей суровой красотой. Стрельчатые своды уходили ввысь, за ними вздымались массивные колонны, а узкие окна-бойницы пропускали тусклый свет, расчерчивая пространство призрачными полосами. Своды нефа поддерживались мощными аркбутанами, снаружи образовывавшими систему опор. Заброшенные часовни сменялись пустынными залами, где эхо их шагов множилось и искажалось, создавая иллюзию чужого присутствия. Они миновали трапезную с её двойным рядом стрельчатых окон, прошли через просторный Зал Рыцарей, чем-то напомнивший всем Большой зал в Хогвартсе. Воздух здесь был спёртым, пропитанным запахом морской соли и вековой пыли, осевшей на древних фресках.

Рон, спотыкаясь на неровных плитах пола и чертыхаясь себе под нос, постоянно оглядывался. Гермиона тоже оглядывалась, но только чтобы с присущим ей любопытством изучать все вокруг.

- А вот здесь видны следы более ранней постройки. Эта кладка относится к каролингскому периоду.

Гарри с Роном в очередной раз не то ошеломленно, не то недоуменно взглянули на неё, отдавая дань глубине её познаний, а Драко, прочистив горло, произнес:

- В общем, нам нужно найти крипту Больших колонн.

Они миновали еще несколько заброшенных часовен, где высеченные из камня статуи святых, казалось, следили за ними пустыми, выеденными временем глазами.

- Здесь должна быть потайная дверь... Вот. - размышлял Драко, касаясь кончиками пальцев холодных стен.

Его пальцы нащупали едва заметный выступ в камне, украшенный полустёртым символом, похожим чем-то на искаженное человеческое лицо.

И вот они оказались перед узким проходом, уходящим куда-то в непроглядную тьму. Все переглянулись, а Драко сжал покрепче палочку и шагнул первым. Факелы на стенах вспыхивали один за другим, освещая путь, и их неверный свет превращал простые тени в дрожащие силуэты. Потолок над их головами постепенно снижался, давя всё сильнее, и стены, покрытые странными символами и полустёртыми фресками, словно смыкались за спиной.

Чем глубже они спускались, тем более странным становилось пространство вокруг. Казалось, будто с каждым их шагом лабиринт менял свое направление. Или не казалось. В любом случае никаких развилок пока не было, они просто шагали по извивающимся коридорам. Возможно, именно эта странная, неестественная подвижность камня заставляла Гермиону всё чаще хмуриться, а может, на неё давила общая гнетущая атмосфера подземелья, но с каждым поворотом она становилась все мрачнее и мрачнее.

- Всё-таки здесь что-то не так, - прошептала она, когда очередная стена за их спинами бесшумно растворилась в темноте.

Тем не менее они продолжали идти дальше, а воздух густел то ли от отсутствия источника кислорода, то ли от странной магии, пропитавшей эти стены. Время от времени глухой гул прокатывался по коридорам. Очередной проход где-то позади захлопнулся.

- Хотя, в общем-то, это довольно... интересно, - продолжила она, так и не получив ответа на предыдущее замечание.

- И довольно стремно, - буркнул Рон.

- Lumos Maxima! - тем временем в очередной раз произнес Гарри, когда факел на стене внезапно погас. Холодный свет заклинания выхватил из тьмы причудливый барельеф, изображавший извивающихся змей, кусающих друг друга.

Внезапно Драко, шедший впереди, споткнулся о выступающий камень и, потеряв равновесие, едва не упал.

- Чёрт возьми, Поттер, хоть бы предупредил! - процедил он сквозь зубы, хотя все прекрасно понимали, что Гарри тут ни при чём.

Но не успел Гарри закатить глаза или придумать достойный ответ на это, как Рон дёрнулся к Гермионе, и в этот момент замогильная тишина подземелья взорвалась жутким хриплым воем. С обоих концов коридора показалось нечто, что тяжело было сравнить с каким-либо животным. Чёрные извивающиеся тела с копытами сатиров, уродливые гримасы на искажённых мордах, маленькие глаза, красные, как карбункулы. Их когти, похожие на кошачьи, но втрое длиннее, оставляли глубокие борозды в холодном камне, когда твари карабкались по стенам, напевая хриплыми голосами какую-то непонятную песню о днях недели.

- Protego! - выкрикнул Гарри, едва успевая выставить щит. Тварь, метнувшаяся в их сторону с растопыренными когтями, отлетела, но её место тут же заняли другие.

Холодный воздух подземелья наполнился вспышками заклятий и хриплыми криками. Гермиона методично отбрасывала тварей точными ударами оглушающего заклятия, взрывная волна Бомбарды откинула назад разом нескольких тварей, но они тут же поднялись на лапы, выворачивая суставы под немыслимыми углами и двигаясь с удвоенной яростью. Их хриплое пение о днях недели превратилось в настолько мерзкий пронзительный вой, что, казалось, лопнут барабанные перепонки. Одна тварь полоснула Рона по плечу, оставив царапины, и Гермиона схватила его за здоровую руку, резко дёргая назад и одновременно выставляя щит против новой атаки.

В тот же момент Рон выкрикнул что-то неразборчивое и направил палочку вверх. Заклинание ударило в свод, и камни, державшиеся столетиями, начали осыпаться, погребая под собой визжащих тварей. Удушливая пыль заполнила воздух, забиваясь в лёгкие, но этот момент хаоса дал им драгоценные секунды передышки.

- Нужно двигаться дальше! - прокричал Гарри сквозь грохот падающих глыб. - Следующий проход там!

- Может быть, стоит обрушить весь туннель? - прокричал Рон, но его голос потонул в шуме.

Одна за другой они уже начали выбираться из-под камней, в воздух взметнулся огненный вихрь, созданный Гермионой, но пламя, вместо того чтобы отпугнуть существ, будто только разожгло их неистовство. Они начали бросаться сквозь огонь.

Рон, прижимая раненую руку к груди, попытался создать новый обвал, но на этот раз прежнего эффекта не случилось. Гермиона, прижатая к стене, творила заклинание за заклинанием. Очередной Ступефай отбросил тварь, целившуюся в спину Гарри, но на её место тут же выскочили ещё две. За их спинами раздался невыносимый грохот камней - часть свода обвалилась окончательно, отрезая путь к отступлению.

- К лестнице! - крикнул Рон, расчищая путь парой взрывных заклятий. Камни летели во все стороны, но твари, вопреки всякой логике, казалось, только множились.

Драко, всё это время державшийся поодаль от остальных, прижимал кровоточащую руку к груди. Он уже двинулся в ту сторону, попутно отбрасывая несколько тварей назад. Внезапно одна из них, больше остальных, побежала прямо на него. Её тело, казалось, на мгновение растворилось в воздухе, чтобы материализоваться уже вблизи. Гермиона успела выкрикнуть предупреждение, Гарри резко обернулся. Никто, кажется, не услышал, что сказал Драко, но все почувствовали. Молчаливая секунда, и тварь, издав такой вопль, что остатки мелких камней посыпались со свода, рухнула на пол, извиваясь в адской агонии. За ней, как костяшки домино, падали остальные, их хриплый рёв превратился в предсмертные стоны. Они корчились на полу, выгибались под неестественными углами, а из глаз и пастей сочился чёрный дым. Воздух наполнился запахом серы и горелой плоти.

Драко застыл в оцепенении. лицо его не отражало ни единой эмоции. Наверное, их крики должны были пробудить в нём хоть каплю сострадания, но не было ничего, кроме пустоты, эхом отзывающейся на каждый новый вопль. Шли секунды, может, минуты. Остальные замерли в потрясенном молчании - даже Гарри, привыкший к проявлениям тёмной магии, не мог оторвать взгляд.

- Хватит! - Голос Грейнджер, пытавшейся достучаться до него, утонул в какофонии криков, срывающихся на захлебывающийся хрип. Он лишь сильнее выпрямил руку с палочкой.

В этот момент Гарри, очнувшись от оцепенения, наконец шагнул вперед, и ладонь легла на запястье Драко, чьи пальцы, сжимавшие палочку, были холодными, как лёд.

- Достаточно, - тихо произнёс Гарри, мягким движением опуская чужую руку. Голос его звучал не то как приказ, не то как просьба.

Что-то дрогнуло в остекленевшем взгляде, и заклинание оборвалось. Драко пошатнулся, на мгновение растерявшись, и Гарри едва успел подхватить его под локоть. Кровь из раны на его плече уже пропитала ткань пальто насквозь.

Тем не менее твари медленно поднимались на дрожащие лапы и, спотыкаясь, отступали к дальней стене, боязливо прижимаясь к холодному камню, будто пытаясь слиться с ним. Где-то позади них Грейнджер, машинально заправляя за ухо выбившуюся прядь волос, уже извлекала целебные зелья из своей безразмерной сумки, пока Рон осматривал пространство вокруг.

- Может быть, теперь мы сможем пройти, - тихо произнесла она, всё ещё бледная от увиденного.

И так они продолжили бродить по коридорам подземелья, которое, казалось, уходило всё глубже в недра горы. Воздух становился всё тяжелее. Проходы извивались змеями и становились всё уже, а повороты - всё круче. Гермиона, державшаяся чуть позади остальных, методично освещала путь Люмосом, внимательно изучая каждый новый поворот и постоянно что-то бормоча себе под нос, словно пытаясь запомнить дорогу.

Драко шёл молча, лишь время от времени спотыкаясь о предательски выступающие камни. Настроение разговаривать у него теперь и вовсе отпало, а от того, что проходы позади перестали то и дело исчезать, будто оставляя им путь к отступлению, сильно легче не становилось. То потолок неожиданно опускался, заставляя их пригибаться, то стены, покрытые чем-то склизким, сдвигались настолько близко, что приходилось протискиваться боком, задерживая дыхание от спёртого воздуха. В какой-то момент им пришлось преодолевать завал из острых камней, где Гарри успешно едва не оступился, разодрав мантию об выступающий осколок породы. Драко же, совершенно не привыкший к подобным физическим нагрузкам, тяжело дышал, карабкаясь следом и бормоча проклятия, которые верно заставили бы побледнеть даже его покойного отца. Сейчас он как никогда прежде скучал по блаженной тишине мэнора, мягким креслам и домашним эльфам, заботящимся о его благополучии даже больше, чем он сам.

То и дело он поглядывал на компас, который должен был указывать им направление, но стрелка, покрытая тончайшей вязью заклинаний, дрожала и подергивалась, указывая то на восток, то на север, будто что-то неизменно искажало магическое поле вокруг них. Впрочем, это в любом случае было гораздо лучше, чем ничего. Если бы об этом артефакте ему любезно не рассказал висящий в гостиной портрет, но им верно пришлось бы полагаться на интуицию и невероятную удачу, коими Драко никогда не славился.

- Здесь налево, - пробормотал он, заметив, как стрелка на долю секунды замерла, указывая на темный проход.

Тишину подземелья разорвал оглушительный шум. В один момент из темноты на них обрушился рой корнуэльских пикси, визжащих и хватающих всё, что попадалось им под руки. Гермиона, не растерявшись, использовала парализующие чары, но заклинание отразилось от влажных стен, замораживая лишь часть назойливых существ. Те бросились в разные стороны, хватая их за волосы, дергая вещи, и Драко, пригнувшись и прикрывая затылок, заметил, как Гарри выставил над их головами мерцающий купол щита. Видно, защитные чары все еще оставались его коронным ходом.

Едва справившись с пикси, они наткнулись на глубокую расщелину, пересекавшую коридор. Слишком широкую, чтобы просто перепрыгнуть, но других вариантов у них особо не было. Драко прищурился, сосредоточенно хмурясь. Его палочка скользнула вдоль стены, и выступающий камень начал медленно трансформироваться, вытягиваясь в узкий, шатающийся мост. Конструкция надёжной не выглядела, и всё же им пришлось переползать по ней практически на четвереньках, стараясь при этом не смотреть вниз.

В одном из переходов спал исполинских размеров чёрный пёс. Услышав их, он медленно, словно нехотя, поднял тяжелую голову. А стекающая с его клыков слюна оставляла на каменном полу дымящиеся следы. Чудовище поднялось на лапы, припало к земле и, выпустив когти, прочертило глубокие борозды в камне, готовясь к прыжку.

Гарри, повинуясь не то безрассудству, не то решительности, выступил вперёд, одновременно отталкивая Драко себе за спину. Тот попытался было возразить, но голос застрял комом в горле. Пес, принюхиваясь и не отрывая от них пристального взгляда, издал оглушительный рык и в то же мгновение взвился в прыжке. Но Рон без промедления превратил воду на полу в лёд, массивная туша с оглушительным грохотом повалилась на бок, когти бессильно царапали ледяную поверхность. И этой заминки хватило, чтобы все четверо, не сговариваясь, рванулись к узкому проходу, протискиваясь сквозь него под аккомпанемент яростного рычания.

На этом препятствия, похожие больше на издевательства, не закончились, и Драко был готов проклинать всё на свете, когда через пару поворотов они наткнулись на полузатопленный участок, где бурлила и пенилась совершенно черная вода. Преодолевая отвращение и страх, они начали пробираться вдоль осклизлой стены, цепляясь за редкие выступающие камни, но надолго этого способа не хватило. Гермиона, применив заклинание головного пузыря, первой шагнула в воду, крепко держа Рона за руку. Гарри последовал за ними, демонстративно игнорируя сомнительный вид жидкости. Драко, буквально заставив себя подавить приступ паники и отвращения, шагнул в ледяную воду последним.

- Мерлин, да мы, кажется, уже в преисподней, - выдохнул Рон, когда очередная лестница, осыпаясь древней крошкой под их ногами, развернулась, уводя их ещё ниже.

- В общем-то, мы уже должны быть под уровнем моря, - произнесла Гермиона, кивая на капли воды, стекающие по стенам.

Сама она была бледная, как выцветший пергамент, пальцы ее непрестанно теребили край мантии, а былая оживленность пропала без следа.

Преодолевая очередной полузатопленный участок, они старались держаться ближе к стенам, где вода была мельче и доходила до бедер. Драко, морщась от отвращения при каждом шаге, пытался удержать компас над водой, одновременно балансируя на скользких камнях. Внезапно что-то будто скользнуло мимо его ног, заставив его подпрыгнуть с непроизвольным вскриком. Поттер, обернувшийся на звук, едва сдержал усмешку, но тут же сам поскользнулся, с громким плеском приземлившись в воду, забрызгав заодно и стоящего рядом Малфоя.

Гермиона, державшая наготове палочку, быстро высушила их обоих заклинанием, но Драко все равно продолжал ворчать о безнадежно испорченном пальто. Правда, больше по привычке, чем из реального недовольства. С тем, что вещь будет безысходно испорчена, он смирился еще в самом начале пути. Сейчас же его куда больше беспокоил компас, чья стрелка начала вести себя странно: дрожать, подергиваться и указывать одновременно в невозможные направления.

Что-то было не так. Что-то было совершенно не так.

Наконец они остановились перед старинной аркой, на которой проступали полустёртые символы, складывающиеся в загадку. Прохода дальше не было. Драко нахмурился, долго смотрел на нее, а после прочитал.

- На свету я рождаюсь, но тьму порождаю. В холоде живу, но тепло сохраняю. Безмолвная песня в глубинах звучит, мёртвая жизнь подо мной всё хранит. Три лика имею, но все они лгут. В зеркале правды я лишь обман, в истине ложной - священный изъян. Что я такое? - перевел он.

Гермиона ответила не сразу, брови ее нахмурились, а взгляд был направлен в пол, словно она пыталась сконцентрироваться, но в голове было слишком много мыслей.

- Тень... конечно же, это тень... но это слишком очевидно.

Драко, безусловно ожидавший подобной проницательности от гриффиндорской всезнайки, всё же медлил, вглядываясь в полустёртые символы, словно пытаясь разглядеть в них какой-то скрытый смысл. Ничего не изменилось. Что-то было здесь не так... Ответ не подходил. Определённо нет. Гермиона снова начала расхаживать перед аркой, бормоча под нос. Все наперебой начали бросаться догадками.

- Возможно, это время? - неуверенно предположил Рон, тоже наклоняясь к надписи. - Оно тоже хранит всё и меняет облик...

- Или феникс? - предположил Гарри. - Он возрождается из пепла и несёт свет...

- Вот это точно не подходит, - Драко только покачал головой, наблюдая за тем, как стрелка компаса беспокойно металась из стороны в сторону. - Отец говорил, что подобные загадки никогда не имеют единственно верного ответа.

- А что, если, - пробормотала Гермиона, рассеянно проводя длинными пальцами по шероховатой поверхности камня, испещрённого древними символами, - это память? Живёт в холоде забвения, но хранит тепло воспоминаний. Три лика - прошлое, настоящее и будущее, и все они искажены нашим восприятием.

И тут символы на арке начали медленно перестраиваться, открывая новый проход в непроглядную темноту. По коридору пронёсся холодный ветер, заставивший их вздрогнуть. Чего-чего, а ветра здесь и в помине не должно было быть. Свет палочек опасно замерцал. Компас в руках Драко издал тихий звон, его стрелка закрутилась с бешеной скоростью.

- Что-то приближается, - прошептал Гарри, искоса бросая взгляд на Малфоя. - Нам нужно торопиться.

Драко же медленно шагнул вперёд. Невольно он подумал, что у Тёмного лорда отвратительное чувство юмора. Это он должен был пройти самостоятельно? Очень смешно. Он бы, вероятно, не прошёл бы больше пары поворотов и был бы разодран на куски какой-нибудь гаргульей. Впрочем, как известно, успеха от него никто и не ждал. Внезапно он застыл как вкопанный. По спине пробежал озноб, когда из ниоткуда раздалась едва уловимая нота. Показалось. Он шагнул вперёд, но тут же отпрянул, задыхаясь от омерзения. Серебристое нечто скользило по потолку, оставляя за собой влажный склизкий след. Тихое пение начало нарастать со всех сторон, будто оно сочилось из самих камней. Драко судорожно вцепился в рукоять палочки. Вдоль стен, извиваясь причудливыми узорами, потекли призрачные силуэты. К горлу подступила желчь. Их голоса, похожие на хрип утопленников, переплетались в жуткую какофонию, от которой стыла кровь.

Драко попятился назад. Он зажмурился, он пытаясь не поддаваться чарам, но мелодия ядовитой ртутью просачивалась в сознание, отравляя рассудок.

Гарри, держа палочку наготове, медленно приблизился, когда вдруг одна из фигур обернулась к нему - на её полупрозрачном лице проступали черты его матери, напоминавшие теперь скорее посмертную маску утопленницы. Существо протянуло к нему руки, и в этом жесте читалась такая мольба, что Гарри невольно сделал шаг навстречу, поддаваясь.

- Гарри, нет! Это не она! - Рон, успев среагировать, резко дёрнул его назад.

В воздухе повис горький запах морской соли и йода, а песня становилась всё громче, превращаясь в противный вой, от которого раздирало ушные перепонки. Туман вокруг них начал сгущаться, заполняя каждый угол, проникая в лёгкие. В глазах темнело, а каждый вдох причинял такую боль, будто в один момент грудь наполнялась осколками битого стекла. Драко, пытаясь сохранить голову холодной, выкрикнул заклинание щита, но серебристые фигуры просто просочились сквозь него, оставляя на магическом барьере следы разъедающей слизи.

- Бежим! - наконец крикнул Рон, хватая смертельно бледную Гермиону за руку.

Не оглядываясь, все четверо бросились назад по коридору.

Но Гермиона безнадежно отставала. Дыхание ее становилось всё более прерывистым и болезненным. Воздух, тяжелый и влажный, сдавливал грудную клетку, лишая возможности сделать полный вдох, ноги заплетались, в глазах мутнело. Рон, не отпуская руку, упрямо тянул за собой Грейнджер. Гарри же, то и дело оглядываясь через плечо, метал заклинания наугад, но они просто растворялись в тумане, не причиняя ни капли вреда.

- Стойте! - хрипло выкрикнул Драко, резко останавливаясь и вскидывая палочку. - Мы движемся по кругу, разве вы не видите?

Гермиона, окончательно обессилев, сползла по влажной стене, судорожно хватая ртом затхлый воздух.

- Гермиона! - вскрикнул Рон, опускаясь рядом с ней на колени.

Драко замер. В голове клубком перепуганных змей метались мысли, и, быстро сложив одно к другому, он вскинул палочку, описывая сложную траекторию. Заклинание водоотталкивающего барьера, вспыхнув серебристым светом, окутало Гермиону. Гарри совершенно непонимающе обернулся к нему.

- Ты что делаешь?! Это же... - начал Рон, но его гнев оборвался на полуслове.

Та вдруг глубоко вздохнула, взгляд ее начал проясняться.

- Гермиона, ты как? - Гарри повернулся уже к ней.

- Всё... всё в порядке, - выдохнула она, цепляясь за стену и поднимаясь на ноги.

Рон, всё ещё в недоумении, повернулся к Драко, но не успел ничего сказать - по стенам снова поползли извивающиеся тени, а воздух наполнился тихим, нарастающим воем.

Драко сорвался с места первым, увлекая за собой остальных. Не ему, конечно, судить, что в голове у безрассудных гриффиндорцев, но его натренированный годами инстинкт самосохранения казался куда более жизнеутверждающим, и сейчас он кричал, что им всем пора убираться отсюда. Они неслись по коридору, задевая носками выступающие каменные плиты. Драко то и дело оборачивался, пытаясь понять удалось ли им оторваться, но из-за темноты ничего толком не было понятно.

Свернув в очередной коридор, они наткнулись на массивную дверь, покрытую странными символами.

Гарри, направив палочку на замок, прошептал заклинание. Дверь поддалась с протяжным мучительным скрипом. Они ввалились в небольшую круглую комнату, захлопывая за собой тяжёлую створку. Гермиона привалилась к стене, Рон рядом с ней. Драко, прислонившись к массивному дверному косяку, не выпускал палочку, а Гарри медленно поднял свою, зажигая Люмос. .

Свет выхватил из темноты зеркала - десятки зеркал, покрывающих каждый дюйм стен. Они отражали свет странным образом, искажая пространство. В каждом отражении их лица деформировались, черты плыли и менялись, растягиваясь в гротескные маски. Драко моментально напрягся.

- Что это? - тихо спросил Рон, не в силах оторвать взгляда.

Гарри шагнул к центру комнаты. Малфой двинулся за ним, вставая рядом и как бы невзначай касаясь плечом. Гарри ощутил его прерывистое дыхание на своей шее, уловил едва различимый запах дорогого одеколона, ставшего уже знакомым.

- Гарри, - начал Драко так тихо, что слова едва ли можно было разобрать. - Думаю...

В следующий миг он рухнул, безвольно распластавшись на каменном полу.

- Драко! - Гарри развернулся, падая на колени рядом с ним. Его пальцы скользнули по щеке Малфоя. Кожа была холодной, почти ледяной. Лицо его было неподвижным, глаза закрыты, а дыхание почти неслышное.

В сознании Гарри ещё не успела оформиться та острая тревога, которая уже разливалась по телу свинцовой тяжестью, и он не успел сообразить, что произошло, как Рон, стоявший в стороне, повернулся, и с ним - Гермиона. Раздался глухой звук падения, оба рухнули на пол как подкошенные.

Не в силах даже понять, что случилось, Гарри оглянулся, но перед ним стояло только зеркало, в котором его собственное отражение начало расплываться. Он пытался отойти, но ноги словно не слушались. Взгляд резко мутнел, и мысли расплывались, растекались чернильным маревом. Ещё одно усилие - и он, потеряв равновесие, также упал рядом с остальными.

Наконец в комнате воцарилась замогильная тишина. Зеркала, подёрнутые серой дымкой, не отражали даже искаженных теней, а тяжёлый туман стелился по полу. Было тихо. Слишком тихо. Слишком спокойно.

Проснулся Гарри от какого-то сдавленного вскрика, который отозвался болезненным эхом где-то в подсознании. Перед глазами всё расплывалось, конечности ломило, а воздух был вязким, густым как патока, такой, что не вдохнуть. Мучительная, тоскливая несправедливость охватывала его. Ему было больно, обидно. Он сидел совсем один где-то в углу школьного двора, низко опустив голову над книгами. Где-то на фоне слышался детский смех, но никто не подходил к нему. А потом также один где-то в библиотеке, украдкой вытирая слёзы рукавом мантии. Собрав все силы, Гарри заставил себя открыть глаза. Рон сидел у стены, явно пытаясь прийти в себя, а лицо, усыпанное веснушками, приобрело пепельный оттенок. Они смотрели друг на друга несколько секунд, и каждый осмысливал происходящее.

- Ну и жесть, - хрипло выдавил Рон. - Я спать больше не смогу. Никогда, чёрт побери!

Гарри, пытаясь справиться с собой, попытался сесть. Он зажмурился, стараясь прояснить расползающиеся мысли, а в висках, как назло, стучала кровь.

- Я как будто видел воспоминания... - Гарри замолчал, затем добавил, когда осознал, что на самом деле происходило, - точнее, нет, я был в них... В воспоминаниях Гермионы.

Рон резко мотнул головой, будто пытаясь стряхнуть с себя увиденное.

- Малфой, - пробормотал он, словно это имя было проклятием.

Они оба обернулись, и их взгляды наткнулись на фигуры, лежащие на полу. Драко и Гермиона лежали неподвижно. Каменные плиты пола покрывал густой туман. Гарри встал, его ноги не слушались, но он заставил себя двигаться вперёд. Рон, ругаясь сквозь зубы, двигался следом такой же неустойчивой походкой.

- Если они видят то же, что и мы... - начал Рон, и видно, в тот момент его начала охватывать паника. - Гарри, там же... Фред, Джинни в Тайной комнате... - он замялся, не решаясь озвучивать дальше. - А твои... твои воспоминания...

И в этот момент Гарри отчего-то стало еще более дурно. Мысли начали мелькать размытыми тенями, но одна из них. Его собственные воспоминания. Дурсли, чулан под лестницей, все те мысли, что сжирали его на протяжении жизни. Нет. Только не это.

- Это плохо. Очень плохо, - выдохнул он, сжимаясь от осознания, что из всех возможных воспоминаний, которые могли бы попасть в чужие головы, его собственные были, вероятно, худшими.

Гарри с Роном переглянулись. На лицах обоих читалась паника.

- Нужно их разбудить, - решительно произнёс Рон, опускаясь на колени рядом с Гермионой и осторожно тряся её за плечо. - Гермиона! Гермиона, очнись!

Гарри перевёл взгляд на Малфоя, чувствуя, как внутри всё сжимается от страха. В голове промелькнула мысль: какие именно воспоминания он сейчас видит? Если вдруг его, то что именно? Смерть Седрика? Сириуса? Тот кошмарный момент в туалете Плаксы Миртл, когда заклинание Сектумсемпра располосовало его грудь самого Малфоя, и Гарри, застыв в ужасе, смотрел, как кровь растекается по полу? Какое из мерзких переживаний Гарри? Когда он шёл в Запретный лес, чтобы умереть? Или, может быть...

- Чёрт, - пробормотал Гарри, попускаясь рядом с Драко. Мысль о том, что тот мог копаться в самых темных, самых болезненных закоулках его памяти, была невыносима. - Малфой, очнись, чёрт тебя подери!

Ответом ему была тишина.

Рон, осторожно приподняв голову Гермионы, устроил её у себя на коленях. Гарри же, так и застывший над телом Малфоя, чувствовал, как внутри борются противоречивые эмоции. Оставить Драко лежать на холодном полу казалось почти жестоким, но сама мысль о том, чтобы прикоснуться к нему сейчас, вызывала странное смущение. Впрочем, его метания прервал вопрос Рона, прозвучавший в гнетущей тишине подобно грому.

- Слушай, Гарри, - протянул он с той особенной интонацией, которая появлялась у него, когда он собирался сказать что-то одновременно поддразнивающее и серьёзное. - И давно это у вас?

Гарри, сидевший возле Малфоя на корточках, дёрнулся так резко, словно его ударило заклинанием.

- Что?! - воскликнул он, машинально одергивая руки. - Мы... нет! Это всё работа, просто работа!

Рон расплылся в понимающей усмешке.

- Да ладно тебе, - фыркнул он, поправляя складки мантии на плечах Гермионы. - Была бы просто работа, ты бы его в Министерство отволок, и дело с концом. А ты вон как убиваешься, пытаясь решить его проблемы. Да и стал бы я в это влезать, если бы это было только его делом... - Он махнул свободной рукой в сторону Малфоя. - И вы, кстати, отвратительно скрываетесь.

- Тише ты! - прошипел Гарри, бросая панический взгляд на бессознательного Драко. Его щёки, и без того розовые от напряжения, вспыхнули ещё ярче, а пальцы нервно теребили край мантии. - Это просто... сложно всё.

Рон выразительно фыркнул, но промолчал, очевидно позволяя ему и дальше хранить свои секреты.

- Эй, - позвал он спустя некоторую паузу. - Что ты видел?

- Ничего такого, - вновь махнул рукой Рон. - Всякий бред с шестого курса.

Оба погрузились в тяжёлую тишину, нарушаемую только их дыханием и едва слышным шорохом мантий. Каждый был погружён в свои мысли. Рон то и дело бросал встревоженные взгляды на Гермиону, а Гарри, все же последовавший чужому примеру и положивший голову Малфоя себе на колени, теперь не отрывал глаз от бледного, как фарфор, лица. Он всё сидел и гадал, кто же из них прямо сейчас видит его воспоминания. И ни один вариант ему не нравился, как и не нравилось то, что Гермиона сейчас была сама не своя, а Малфою после всего в принципе противопоказано видеть что-то в своей голове. Может, все не так плохо? Сам же Гарри не увидел в чужих воспоминаниях чего-то слишком личного или постыдного. Помимо всего, он видел и хорошие воспоминания, например как Гермиона ходила куда-то с родителями и как сидела с ним и Роном в гостиной. Впрочем, он все равно решил, что если им придется заговорить о случившемся, то он соврет. Скажет, что видел, как ей на шестом курсе было обидно, что он превзошел ее в зельеварении при помощи учебника Принца-полукровки. Да. Так он и сделает, это будет правильно.

Спустя долгое время, в тишине, которая начала казаться ещё более непереносимой, внезапное движение нарушило оцепенение. Малфой, до этого едва ли подававший признаки жизни, слабо шевельнулся. Его пальцы судорожно царапнули каменный пол, а с губ сорвался тихий стон. А затем, с явным усилием, приоткрыл глаза, часто моргая от тусклого света зажженного люмоса и болезненно морщась. Он неловко провёл рукой по лбу, растирая кожу. А Гарри почувствовал, как его страшные догадки подтверждаются. Не было нужды уточнять, кому достались его кошмары.

- М-м?

В следующее мгновение Драко попытался приподняться, но его повело, и он повалился обратно, чувствуя, как невыносимо ломит всё тело. Глаза, будто подёрнутые дымкой, рассеянно прошлись по склонившемуся над ним Поттеру. Где-то на периферии зрения маячила рыжая макушка Уизли.

- Драко... - Чужой голос звучал пугающе мягко. - Драко?

Он недовольно поморщился, откидывая со лба спутанные пряди волос. Мысли путались, но он точно помнил, что собирался сказать что-то важное, но теперь слова отказывались формироваться в предложения.

- Да, я, - отозвался он. - Я имя свое не забыл.

Наконец, собравшись с силами, он рывком сел. Комната предательски поплыла, и всё же теперь его зрение выцепило всех присутствующих. Что ж, он знал, что так будет. Знал с самого начала.

- Грейнджер нельзя идти дальше, - с усилием сказал Драко. - Как я и говорил, пройти до конца могут только чистокровные маги. Поэтому ей так...

Он не договорил. Не было нужды, все и так поняли, что именно из-за защитных чар Гермионе все это время было тяжелее других.

- Но она говорила, что если среди нас двое чистокровных... - начал Гарри, но его прервали.

- Не сработало, как видишь. Она ошиблась, - сказал он, поднимаясь на ноги и переводя взгляд на Рона. - Как придёт в себя - выбирайтесь. Наложи на неё пару бессмысленных заклятий, ей станет легче. Это немного облегчит воздействие защитных чар.

- Это идиотский план. Половина проходов закрылась, им возвращаться всё равно некуда. - Гарри оглянулся на Рона, ища поддержки. - Будет лучше, если мы пойдём вперёд, а Рон дождётся, пока Гермиона придёт в себя...

- Ты не понял, Поттер. - он заставил себя выпрямиться, вложив в голос всю твёрдость, на какую был способен. - Я сказал: выбирайтесь. Все втроём.

- Малфой.

- Дальше я сам.

- Что сам? - Гарри шагнул ближе. - Сам ты тут только сдохнешь.

Драко тихо выдохнул, почувствовав, как внутри поднимается не то раздражение, не то отчаяние. Поттер, как всегда, не понимал. Или, может, не хотел понимать, что сейчас бессмысленный героизм никому из них не поможет.

- Ты все равно не сможешь дойти. Тебе станет также плохо.

- Вот и посмотрим, когда именно. - Он упрямо вздернул подбородок, и в этом жесте было столько знакомого безрассудства, что Драко едва не застонал от бессилия.

После этого наступило молчание. Ни один не желал уступать, и если бы не тихое покашливание Уизли, то неизвестно, как долго они бы продолжали стоять, сверля друг друга взглядами.

- Ты упрямый болван, - наконец выдохнул он, понимая, что проигрывает эту битву. - Ты не понимаешь, что делаешь.

- Но один ты отсюда всё равно не выберешься. - Гарри говорил спокойно, с той непоколебимой уверенностью, которая всегда выводила Драко из себя. - Когда я соглашался на всё это, то, знаешь ли, учел риски.

- Гарри прав, Малфой, - подал голос Рон, вновь осторожно поправляя мантию Гермионы, будто это могло ей чем-то помочь. - Если вы оба пойдёте вперёд, будет больше шансов. Я позабочусь о Гермионе, и как только она придёт в себя, мы найдём другой путь. Или будем ждать вас здесь, если другого выхода нет.

Драко шумно выдохнул, проклиная момент, когда вообще втянул во всё это еще кого-то.

- Хорошо. Но когда тебе станет хуже - а тебе станет - не говори, что я не предупреждал.

- Справлюсь, - отрезал Гарри. И, переглянувшись с Роном и получив от друга подбадривающий кивок, он решительно направился к выходу из этой странной комнаты.

По мере пути атмосфера между ними постепенно стала и теплее, и легче, особенно учитывая, что предыдущую часть пути они едва ли перекинулись парой слов. Никто не говорил о том, что и кто из них увидел, пока был без сознания. Вместо этого они обменивались мнением насчет вещей совершенно бессмысленных. Какой же сырой здесь воздух. Сколько же времени снаружи. Гарри преисполнился рассказом о лабиринте в «Турнире трех волшебников», пока их лабиринт всё петлял, но ходы окончательно перестали захлопываться за их спинами, и Драко не был уверен, хорошо это или нет. В целом он понял, почему отец в свое время рассказал ему обо всем, кроме как где же изначально было запечатано кольцо. Пока они шли, Драко и сам с полсотни раз пришел к мысли, что возвращаться сюда было идеей крайне скверной. Но сомневаться ему было уже поздно.

Они наткнулись на частично обрушенный свод, оставивший лишь узкую расщелину для прохода. Поморщившись от перспективы вновь пачкать и без того безнадёжно испорченную одежду, Драко первым протиснулся в щель, чувствуя, как острые грани камней впиваются в плечи и крошащийся известняк сыплется за воротник. Гарри последовал за ним, и в тусклом свете Люмоса Малфой заметил, как тот стиснул зубы, явно сдерживая очередной приступ головной боли. Идиот.

Через пару поворотов они упёрлись в отвесную стену, по которой тонкими струйками стекала вода, делая камни предательски скользкими. Драко прищурился на несколько секунд, прикидывая, что можно сделать, а затем взмахнул палочкой, создавая сеть ледяных выступов, похожих на ступени, по которым они смогли подняться, хотя Гарри, очевидно, становилось всё хуже и Драко, как и в случае с Гермионой, бросил в него мелким заклинанием.

- Любая магия оставляет след, - пробормотал он в ответ на невысказанный вопрос, старательно избегая встречаться с ним взглядом. - Это путает защитные чары.

Но в этот момент каменные плиты под их ногами начали подниматься и резко проваливаться вниз.

- Осторожно! - крикнул Гарри, инстинктивно прижимаясь к стене.

Предупреждение запоздало. Плита под Драко взметнулась вверх, подбросив его, как тряпичную куклу, а затем так же стремительно опустилась. И он, потеряв равновесие, начал падать в образовавшуюся щель.

- Levicorpus! - выкрикнул Гарри.

На несколько мгновений всё закружилось, мир перевернулся, и Драко обнаружил себя висящим вниз головой. Волосы свесились вниз, кровь предательски прилила к лицу, а в горле застрял крик возмущения.

- Поттер, если ты немедленно не... - но тут он умолк.

Из темноты под качающимися плитами выползло нечто настолько противоестественное, что его сознание отказывалось воспринимать увиденное целиком. Живой клубок толстых обугленных корней, усеянный десятками крошечных алых глаз, извивался внизу, выбрасывая щупальца, которые оставляли на камнях дымящиеся следы разъедающей кислоты. Драко закричал. А Гарри резко взмахнул палочкой, и через мгновение они оба рухнули на относительно устойчивый участок пола.

- Надо перепрыгивать, - выдохнул Гарри, поднимаясь на ноги и протягивая руку Драко. - По одной плите за раз, выбирая момент, когда она внизу.

Выжидая момент и перепрыгивая с плиты на плиту, они начали двигаться вперед. Клубок обугленных корней продолжал маячить где-то внизу, и Драко совершенно не хотелось проверять, что будет, если с ним встретиться. На середине пути Гарри поскользнулся на влажном камне, теряя равновесие. Едва успев, Драко метнулся вперёд, хватая его за край мантии. Его пальцы впились в ткань с такой силой, что костяшки побелели, а в голове пронеслась абсурдная мысль о том, что если Поттер сейчас погибнет, ему придётся объясняться с Грейнджер и Уизли, и не факт, что они поверят в досадную случайность.

- Я же сказал «держись», а не «хватайся за меня»! - воскликнул Драко, когда они оба опасно накренились.

Добравшись до безопасного места, они бессильно рухнули у стены. По телу разливалась предательская слабость, сковывающая каждое движение свинцовой тяжестью. И, уперевшись затылком в холодный камень, Драко скосил глаза на Поттера - тот выглядел не лучше, снова массируя виски.

- Знаешь, - неожиданно произнёс Драко, рассеянно разглядывая трещины на потолке, - я бы сейчас душу продал за чашку ужасного кофе, который варит твой домовик.

- А я думал, ты скажешь «за бокал лучшего вина из фамильных погребов», - усмехнулся Гарри, но тут же поморщился от головной боли.

Драко, лениво взмахнул палочкой, произнося очередное заклинание, и мысленно отметив, что эффект длится всё меньше.

- Нее... - протянул он. - Моя душа столько не стоит. Максимум горелый кофе.

- Тоже мне, оценщик нашелся, - фыркнул Гарри, поднимаясь на ноги и протягивая руку Малфою. - Идём. Чувствую, мы уже близко... И перестань прибедняться. На чашку приличного эспрессо потянешь.

Они осторожно продвигались дальше по извилистому коридору, то и дело задевая друг друга плечами в узком пространстве. Стены здесь были испещрены загадочными письменами, источающими тусклое зеленоватое сияние, которое отбрасывало причудливые тени на их лица.

- Похоже на защитные чары, - прошептал Драко, проводя пальцами по одному из символов.

Гарри инстинктивно отпрянул назад, вскидывая палочку.

- Бомбарда?

- Да подожди ты всё ломать, - Драко покачал головой, - я знаю контрзаклинание... - он запнулся, - ну, наверное... Если память не подводит, а она в последнее время, знаешь ли, подводит.

Он вскинул палочку, стараясь выудить из глубин воспоминаний нужные слова. И вот выученные когда-то под строгим взглядом отца формулы срывались с его губ, отдаваясь гулким эхом в узком коридоре. Барьер задрожал, словно от порыва ветра, но остался на месте. Драко шумно вздохнул. Идея с «Бомбардой» резко перестала ему казаться такой уж полезной, но он все равно вновь упрямо вскинул палочку, не желая отступать чисто из принципа. И в этот раз магия поддалась, пропуская их.

За мерцающей преградой коридор резко расширялся, переходя в громадную пещеру. Высокий купол терялся во мраке, откуда свисали массивные сталактиты, больше похожие на клыки исполинских размеров чудовища. В центре пещеры, свернувшись кольцами на возвышении из черного камня, лежала огромная виверна. Чешуя её переливалась всеми оттенками изумруда, а жёлтые глаза с вертикальными зрачками были полуприкрыты, будто в дремоте.

- С этим ты планировал справиться самостоятельно? - прошептал Гарри, наклонившись ближе.

Драко побледнел еще сильнее, хотя казалось, что это физически невозможно.

- Я... - еле слышно начал он. - Она должна спать... - Он оборвал себя и сжал палочку. - В любом случае у них слабое место между глаз, но подобраться так близко...

И тут виверна внезапно вскинула массивную голову, ноздри ее расширились, жадно втягивая воздух. Раздвоенный язык скользнул между внушительных размеров клыков, пробуя воздух на вкус. Она явно учуяла их присутствие, и по тому, как напряглись мышцы под сверкающей чешуёй, стало ясно - притворяться спящей она больше не собирается.

- Есть план? - выдохнул Драко, медленно отступая. Голос его дрожал, выдавая плохо скрываемый страх.

- Разделиться, - быстро ответил Гарри, лихорадочно оценивая ситуацию. Его взгляд метнулся к выступу на стене пещеры, прикидывая траекторию. - Ты создашь отвлекающий манёвр - у тебя это всегда прекрасно получалось, особенно на квиддиче, - а я попытаюсь атаковать сверху. Мы справимся.

- С каких пор ты такой оптимист, Поттер?

- Всегда им был, - Гарри попытался улыбнуться, но вышло не сильно убедительно. - Действуем на счёт три! И постарайся не умереть. Я не хочу объяснять твоей матери, почему её единственный сын решил стать драконьим кормом.

Виверна поднялась на мощные задние лапы, когти ее оставили глубокие борозды в камне. Кожистые крылья с шелестом расправились, обламывая ряд свисающих сталактитов, а глотка начала светиться алым изнутри, предвещая атаку.

- Три! - крикнул Гарри, и они бросились в разные стороны.