Глава 149. Давай уедем
Вечер был тихим, но в этом спокойствии чувствовалась какая-то усталость. Оба сидели на полу у кровати — Даня, обняв колени, и Лёша, чуть откинувшись назад, глядя на него с лёгкой улыбкой. За окном медленно оседал снег, засыпая всё одинаково белым, будто стирая границы между домами и улицами.
Даня смотрел в сторону, а потом вдруг, словно боялся передумать, выпалил:
— Давай уедем.
Лёша моргнул, чуть удивлённо приподняв брови, но промолчал.
— Давай уедем, — повторил Даня, его голос стал мягче, но в нём появилась какая-то мольба. — Давай уедем, пожалуйста.
Он сделал паузу, вдохнул и выдохнул, словно каждая фраза давалась ему с усилием. — Давай... давай уедем. Я буду... я буду истинным поэтом, буду беден, но это не страшно. Ты будешь моим... моим богом, моей опорой. Мы сможем вместе обходить все беды.
Внутренний голос тут же попытался заглушить эти слова: «Зачем ты это говоришь? Он же засмеёт тебя. Или рассердится. Или скажет, что ты несёшь чушь». Но Даня уже не мог остановиться.
— Собирай вещи... — он говорил тихо, но отчётливо, — до поезда останется мало времени. Мы с тобой одной ногой зайдём на перрон и скинем всё... всё это социальное бремя. Ты спросишь: «Куда мы едем?» — а я... — он замялся, опустив взгляд, — я скажу, что не помню, не знаю... С тобой — главное.
Лёша смотрел на него, не перебивая, и на губах его всё шире расплывалась та редкая, тёплая улыбка.
— Ты... — продолжал Даня, не смея на него смотреть, — ты потреплешь мои волосы, а я... я буду идти рядом и думать, что всё это — правда. Мы даже будем купаться в другой ванной. Я... я верю, что всё может быть по-другому. Ну, поверь мне... в последний разочек. Давай уедем, и мы сорвём эти многоточия. Возьми меня за руку. Мы проскочим в эту маленькую лазейку в заборе... и вырвем всю черноту с корнем.
Его голос то дрожал, то становился твёрдым.
— Давай уедем туда, где нас не достанет эта метель. Где мы сможем дышать. Где чужие лица перестанут казаться опасными. Далеко, надолго... но с тобой. Пожалуйста.
Когда он замолчал, в комнате стало так тихо, что было слышно, как за стеной капает кран. Даня, наконец, осмелился поднять взгляд — и встретился с Лёшиными глазами.
Лёша медленно придвинулся ближе, положил ладонь ему на затылок и мягко провёл пальцами по волосам.
— Это... — он говорил тихо, но в голосе было столько тепла, что у Дани защемило в груди, — это самое прекрасное, что я когда-то слышал.
Он не стал смеяться, не стал шутить, не стал обрывать. Только ещё раз гладил его по голове, глядя в лицо с такой нежностью, что Даня почувствовал — в этот момент он действительно мог бы поехать куда угодно. Хоть на край света. Лишь бы Лёша был рядом.