Глава 4: Пески иллюзий
«Иногда опасней всего не звери и монстры, а то, что скрывается в собственной голове.»
__________________________________________
Эдмунд проснулся от лёгкого прикосновения. Буги ткнулся ему в щёку своим холодным, мокрым носом. Сначала он не понял, где находится — небо над головой было тёмно-синим, а не прозрачным, как прежде. Воздух был наполнен чем-то... другим: не солью, не влагой, а будто тихим волшебством.
Они больше не были в лабиринте. Просторная поляна раскинулась в подводной пещере, а над головой мерцали светящиеся водоросли, словно звёзды. Вокруг было тихо. Очень тихо.
Перед ними стоял тритон. Он держал в руках резной сундучок из жемчужного дерева.
— Ты прошёл испытание, Эдмунд, — сказал он глубоким, спокойным голосом. — Ты сохранил рассудок, не поддался иллюзиям, спас друга и дошёл до конца. Это не просто смелость. Это — сердце.
Он открыл сундучок. Внутри лежал камень — сияющий, с гранями, как у алмаза, но пульсирующий мягким светом. Он не был холодным, наоборот, излучал тёплое спокойствие.
— Это первый из пяти. Камень Чистого Разума. Его сила защитит тебя от чар и обмана.
Тритон вложил камень в маленький кожаный мешочек, а затем протянул его Эдмунду.
— Остальные тебя ждут. Один в горах, один в пустыне, один в месте, где ветер поёт, а последний — в сердце самого себя.
Эдмунд кивнул, сжимая мешочек. Он не до конца понимал, зачем ему нужны эти камни. Но чувствовал: они откроют путь домой.
Буги тихонько тявкнул, как будто сказал: «Пойдём дальше».
— Но сначала… — добавил тритон, — ты должен пройти через Лестницу Возвращения. Она появится, когда ты будешь готов.
***
На следующий день их проводили к большой арке в скале. Под ней светился водоворот — яркий, но не страшный.
— Просто ступай, — сказал тритон. — И не отпускай щенка.
Они шагнули — и вода сама понесла их вверх, как будто мир решил им помочь.
Когда они выбрались на берег, всё было иначе. Лес был другим. Воздух — свежее. Это уже не подводное царство, а край какого-то нового мира. Камень в мешочке еле заметно пульсировал. Буги вёл вперёд.
Их путь продолжался.
***
После выхода из подводного царства путь Эдмунда и Буги стал полон новых испытаний. Солнце снова освещало их дорогу, а камень Чистого Разума тихо светился сквозь ткань мешочка, будто оберегал их.
Они шли неделями. Днём — по тропам, по лесам, по лугам, по скалам. Ночами — находили приют в добрых деревнях. Их кормили, рассказывали истории, предупреждали об опасностях. Иногда, когда на них нападали монстры, Эдмунд и Буги сражались — не столько оружием, сколько храбростью и смекалкой. Они уже стали командой. Единым целым.
На старой карте, которую дали гномы, ярко была обозначена следующая цель: Пылающая Пустыня Рахатун, самая жаркая точка этого мира. Она простиралась до самого горизонта, бескрайняя, как море.
И вот они вступили на горячий песок. Воздух дрожал. Песок обжигал ступни даже сквозь обувь. Эдмунд шёл, заслоняя глаза рукой, а Буги тяжело дышал, стараясь идти следом.
Спустя пару часов у Эдмунда начала кружиться голова. Он почувствовал, как всё вокруг искажается, как будто мир покрылся дымкой. Песок под ногами вдруг превратился в мокрый асфальт. Вокруг — улицы его родного Вейлстрита. Только... всё было не так.
На дороге лежали безжизненные тела. Его дом был разрушен, окна выбиты. Люди — его соседи, знакомые, друзья — исчезли. Тишина была пронзительной. На стене он увидел отпечатки ладоней, будто в крике о помощи. В голове зазвучали крики. Он побежал.
Во дворе он увидел свою семью — родителей. Но... они были уже мертвы. Их лица искажены болью. Ужас пронизывал всё его тело. Он закричал.
— мама!!!
Но никто не ответил.
***
— Эй, очнись! — голос. Настоящий. Грубый, но живой.
Эдмунд проснулся в движущейся повозке. Ему было жарко, губы пересохли. Над ним склонился старик с длинной седой бородой и повязкой на глазу. Рядом сидела собака с острыми ушами и мудрыми глазами. Она мягко тявкнула на Буги, и тот заскулил в ответ.
— Ты чуть не сгорел в той долине, — сказал старик. — Хорошо, что твой щенок не сдавался. Он тянул тебя за рукав до тех пор, пока я не увидел вас.
— Кто вы?
— Зови меня Сакур. А это Глю. Когда-то я тоже был как ты — путешественником. Но нашёл этот мир лучше, чем свой. Мы остались.
Эдмунд слушал молча. Всё внутри него ещё дрожало от иллюзий, но голос старика действовал успокаивающе. Буги положил голову ему на колени, словно напоминая: «Ты жив».
— У тебя впереди ещё одно испытание, — продолжил Сакур. — Оно в Пирамиде Памяти, недалеко отсюда. Жуки, пауки, мумии — всё это ерунда. Главное — не попасться убийце на глаза. И запомни: в каждой комнате ты будешь видеть худшие моменты своей жизни. Они будут правдой. Но станут сильнее, если ты поверишь, что они могут повториться.
Повозка остановилась. Перед ними возвышалась гигантская пирамида, её вершина терялась в жарком небе. Вход был открыт, словно ждал их.
Сакур подал Эдмунду флягу и взглянул в глаза:
— Только тот, кто готов увидеть правду, сможет спасти ту, кто ждёт в центре.
— Кого?
— Узнаешь. Возможно, она не совсем та, кого ты ожидаешь.
Эдмунд кивнул. Он сжал ремешок сумки, проверил, рядом ли Буги, и сделал шаг вглубь пирамиды.
А впереди его ждали мрак, видения… и новая правда.