Глава 56. Призраки прошлого.
Идущий впереди Ин И напряжённо выпрямил спину, вслушиваясь в каждый шорох.
Ин Сань продолжал анализировать полученную информацию. Недавно промелькнувшие в памяти воспоминания заставили задуматься о периоде, когда Наставница только взяла ребёнка под опеку, но вела себя достаточно холодно из-за навалившихся проблем в виде проигрыша в битве и серьёзного ранения. Только через определённый период отношения между учителем и учеником изменились. Девушка словно ожила, став весёлой и лёгкой. Но именно в тот период, девушка оставалась немногословной и раздражённой, несмотря на проявление заботы к ребёнку.
Сбежавший от Наставницы и юного безымянного мага божок умудрился найти новую форму, выбрав поросёнка. Принимать в качестве подношения преобразованных в свиней людей, казалось чем-то отвратительным. Но кукла пришла сюда не для того, чтобы осуждать когда-то сбежавшего тёмного духа.
− Что это было? - всё-таки спросил Ин И, обернувшись на спутника.
− Дух камня, − просто ответил Ин Сань но, решив, что человек может не понимать, продолжил, − Это одно из низших созданий Великой Матери, сбежавшее из Пустоты. Оно не способно существовать без каменного истукана.
Обладатель сосуда хмыкнул.
− Тогда, − бывший военный на мгновение замялся, − почему свиньи?
Ин Сань усмехнулся, вспомнив, насколько хрупкой являлась статуя человека с красными губами в воспоминаниях мага. Именно попытки придать постаменту привлекательный вид привели к тому, что юный маг умудрился выжить в ту ночь.
− Думаю, что лежащая свинья - довольно проста в изготовлении, − пояснила кукла. - Принимая жертву, этот дух тратил силы на преобразование камня. Чем сложнее статуя, тем больше жертв необходимо.
По крайней мере, это казалось разумным объяснением того, почему человек с красными губами решил выбрать нечто такое.
− Я имел в виду, зачем превращать людей в свиней перед тем, как....
Марионетка посмотрела на спутника. Если в человеке сохранилось любопытство -значит, не всё потеряно.
− Я не знаю, − честно признался Ин Сань. - Может быть, несколько жертв оказали сопротивление, находясь в облике людей. Возможно, даже разбили статую, чем ослабили. А потом он обленился настолько, что змейки начали переправлять уже умерщвлённое подношение.
Тайный проход вывел мужчин на лестницу, которая заканчивалась на первом этаже постоялого двора.
Ин И неожиданно остановился, отчего идущий за ним практически след в след Ин Сань врезался в спутника.
Причина подобной реакции Ин И не укрылась от куклы. Ин Сань окинул преобразованное пространство, вернувшееся в истинную форму, недолгим взглядом. Не так давно выглядевшее достаточно новым здание, стало развалюхой.
Вдалеке слышались громкие возгласы. Неудавшиеся подношения выбирались на свободу, покрывая предложивших отдохнуть спутников многоэтажными грубыми выражениями.
Кукла вспомнила о том, кто именно предложил остановку на отдых и втянула воздух. Чуть сгорбленная фигурка нашлась быстро.
− Бабуля! - позвал старушку Ин И.
Пожилая женщина помахала рукой.
Ин Сань, всё это время надеявшийся, что спутница потеряна навсегда, приложил руку ко лбу.
Выслушивая очередные причитания, о распустившихся тёмных существах, подчиняющихся Матери, марионетка на мгновение задумалась: узнай сопровождающая о том, кто находится рядом - тоже будет поминать Матерь?
Люди вскакивали на лошадей, запрыгивали в повозки и уносились прочь.
Стоящая поодаль фигура слабо кивнула кукле.
Ин Сань остановил воссоединение спутников, перебив пожилую женщину.
− В окрестностях носится мальчишка. Найдите его и ждите у лошадей. Я сейчас приду, - марионетка заметила замешательство на старом лице оттого, что монолог, не имеющий смысла, бесцеремонно прервали поручением.
Ин Сань двинулся в сторону, оставив взирающих на него спутников позади.
***
Кукла последовала за женщиной с пышным телом. Фигура удалялась в сторону леса, подальше от постоялого двора.
Кусты вокруг, словно живые колыхались, слышалось тихое шипение. Похоже, что весь выводок находился подле поманившей в сторону пышки. Мнимая хозяйка наградила собеседника печальным человеческим взглядом.
− Ты изгнал его, − заговорила женщина, посмотрев на траву, словно пытаясь увидеть детишек.
Ин Сань проигнорировал копошение, зная, что духи, не пребывают в физической форме. Единственное, что оказалось доступно - звук, который давал понять, что змейки находятся рядом.
− Каким образом один дух смог подчинить другого? - мужчина хотел задать этот вопрос ещё при первой встрече, но обстоятельства не позволяли медлить. - Вас слишком много, − кукла окинула взглядом пространство, −для того, чтобы быть в меньшинстве.
Пышная женщина поджала губы, сдерживая накатившие эмоции, но успокоилась.
− Он разграбил гнездо, − отозвалась спутница. - Я тогда не понимала, что преследование с целью спасти малышек и меня запрёт внутри.
− Он потребовал служить? - уточнил Ин Сань.
Но женщина грустно усмехнулась.
− Нет, он поедал их, − голос женщины надорвался. - Поедал прямо у меня на глазах.
Ин Сань ничего не ответил. Змеиные духи, кишащие в траве, не имели физической оболочки вне разрушенного барьера, а значит, уже давно погибли. Похоже, что человек с красными губами сыграл на материнских чувствах. Каменный дух поддерживал существующих внутри змеек и себя жертвоприношениями, а несчастная мать осталась, оплакивая произошедшее. Чтобы змейки смогли сохранить физическую жизнь, мать начала подыгрывать и помогать духу камня.
Марионетка выслушала рассказ, который в любую секунду норовил обратиться истерикой. Мать змеиных духов, назвавшая себя Ши, по сути, являлась жертвой обстоятельств. Некий, сбежавший из Пустоты дух, вынудил служить.
Ши ещё некоторое время смотрела на человека перед собой.
− Ты один из нас, − как-то грустно сказала женщина и прикрыла глаза. - Не понимаю твоей сути, но чувствую, что дух камня бы тебя не принял.
Ин Сань моргнул и усмехнулся.
− Надеюсь, что наши Сумеречные тропы не пересекутся, − поклонилась Ши. - Если же это случится, я окажу услугу, − шкура медленно опадала с лица, − любую.
Последнее слово кукла скорее угадала, чем услышала: женщина обратилась огромной змеёй и исчезла.
***
Ин Сань немного растерянно наблюдал, как Ин И пристроил мальца на свою лошадь, оставив бабулю держать второе животное и ожидать спутника.
Подобное, мягко говоря, стало неожиданностью. Из них двоих только обладатель сосуда имел безграничное терпение, марионетка сомневалась, что выдержит россказни старушки и не скинет ту на полном ходу.
− Наконец-то! - воскликнула пожилая женщина. - Мы не думали, что тебе так надолго приспичит...
Раздражение, ощущающееся тлеющим угольком, вспыхнуло с новой силой. Но кукла внешне сохраняла спокойствие.
Ин Сань перевёл взгляд на ребёнка и хмыкнул, поняв, кого именно тот напоминал. Лишившийся всего и вынужденный следовать за незнакомцами в неизвестность.
− Я не понимаю, − честно признался Ин И. - Почему это существо отпустило ребёнка?
Кукла постаралась не рассмеяться:
− Потому что у этого духа в биографии уже присутствовал связанный с этим негативный опыт. Думаю, что этот божок решил подобного не повторять.
Обладатель сосуда не очень понял услышанное, лишь покосился на спутника.
Порыв ветра заставил куклу продрогнуть. Мокрые одежды лишь усугубляли ситуацию.
Несмотря на прошедшее количество лет, призраки прошлого продолжали преследовать, напоминая о совершённых ошибках. Когда стало понятно, какое прошло количество времени, не возникало сомнений, что не найдётся никого, узнанного марионетками или самим мастером призыва. Но, вот существо, существующее слишком долго в этом мире, чтобы запомнить безымянного мага ещё боящимся мышей ребёнком.
***
Конечно, Ин Сань не знал, что мастер призыва умудрился встретить ещё одну давнюю знакомую, теперь являющуюся духом, заключённым в оружии.
Причём духом настолько сильным, что подчинить хозяина клинка не стало проблемой.
Шэчи Пинь в растрёпанных роскошных одеждах сильно сжимал рукоять меча и продолжал бежать.
Старейшины и наставники сулили геройское будущее, не зная насколько ошибались. Если бы не рекомендация, направившая троих адептов совершать благие дела именно в том злополучном районе, не случилось бы всего. Братья по оружию могли сохранить жизни, а собственное тело бы не попало под контроль духа.
Нужно было отказаться от идеи ещё раньше, когда клинок только привлёк внимание. Забыть о нём при первом отказе продавца и не пользоваться уговорами и запугиванием, чтобы приобрести чудесное оружие. Дух внутри поначалу казался кротким, даже каким-то меланхоличным, подчинить такого стало слишком просто.
Но теперь, видя побелевшие от напряжения руки, Шэчи Пинь понял, что Тянь Лянь являлась притворщицей. Женщина обвела молодого мужчину вокруг пальца и подчинила, когда ощутила слабость мечника.
Тело больше не выдерживало нагрузки, повалившись от усталости прямо в траву.
− Поднимайся! - послышался приказ над ухом. - Я сказала, поднимайся!
Тело прошила волна боли, с губ сорвался стон.
В голове проносились безрадостные мысли. Лучше бы они погибли все вместе. Тогда не придётся возвращаться и рассказывать, как пали лучшие ученики.
Сейчас хотелось просто закрыть глаза и больше никогда не открывать, погружаясь в Пустоту, которой так страшилась заключённая в мече Тянь Лянь. Темнота заволакивала обзор, сознание медленно уступало.
«Лэн Юю не нравятся твои мысли», − послышался спокойный голос.
Руки, сжимавшей клинок, коснулась чья-то тёплая ладонь.
«Знаешь, твои мысли не нравятся не только Лэн Юю», − поддержал другой, в голосе слышалась улыбка, а в словах − тревога.
− Вставай! - прикрикнула Тянь Лянь.
Шэчи Пинь медленно разлепил глаза и кинул взгляд на руку, которой кто-то касался. Поначалу молодой мужчина хотел сбросить конечность мечницы, но застыл, поняв, что рука не принадлежит женщине.
Адепт почувствовал лёгкое давление, человек осторожно вынимал меч из сжатой руки.
«Лэн Юй предлагает тебе выбросить этот клинок куда подальше», − вновь раздался знакомый голос.
«Давайте расплавим его!» − воодушевлённо изрёк второй.
− Лэн Юй, Цин Фэн, вы живы? - задавая вопрос, Шэчи Пинь вспомнил, как, находясь под контролем Тянь Лянь зарезал обоих, и вздрогнул.
Лэн Юй получил ранение первым, застигнутый врасплох. Цин Фэн не верил в происходящее. Подхватив истекающего кровью приятеля и пытаясь оказать помощь, метатель кинжалов получил подлый удар.
Шэчи Пинь ясно видел эту сцену, как Цин Фэн, находящийся уже на грани прижимает к себе Лэн Юя и просто смотрит тому в глаза. Эти двое являлись словно бы продолжением друг друга. Два человека, которым не нужны слова. Они знали, что всё кончено.
Как он мог забыть?
Шэчи Пинь отчаянно закричал.
Звуки леса разорвал крик, наполненный болью.
− И чего ты орёшь? - поинтересовался Цин Фэн, похоже, находящийся совсем недалеко.
− Лэн Юй думает, что ему больно, − ответил Лэн Юй с другой стороны.
− Что происходит? - голос Тянь Лянь прозвучал растерянно.
Шэчи Пинь несколько раз моргнул, слёзы застилали глаза, не давая ничего увидеть.
Медленно очертания приобретали формы. Формы, которые заставили адепта замереть. Два лучших друга сидели на траве по обе стороны. Силуэты слегка просвечивали, но подобное мало волновало обоих.
Только сейчас молодой мужчина ощутил, что Тянь Лянь перестала причинять боль, а рука больше не сжимает оружие. Шэчи Пинь почувствовал, что разрываемое воспоминаниями сознание ускользает в чёрной дымке.
Рядом продолжался разговор, который звучал только для него, ведь этим двоим не нужно было произносить слова друг для друга.